La deuxieme vie

Дни шли своим чередом. Кристина возвращалась вечером после спектаклей невероятно уставшая и сил ей хватало только на ужин. И то не всегда. Но всему приходит конец и когда был назван последний день "Дон Жуана", прима чуть не расплакалась. Все-таки это произведение глубоко тронуло ее душу. Через два месяца после премьеры "Торжествующего Дон Жуана" директора дали неоднозначный намёк на скорое появление новой оперы и за неё Кристина переживала в равной степени одинаково, как и за свой первый дебют. - Эрик, как ты думаешь, мне дадут Джульетту? Этот вопрос сводит меня с ума. - У них не останется выбора. - Эрик отложил газету, которую рассматривал до этого момента. Было раннее утро, они сидели на кухне за столом, Кристина завтракала, а он неспешно потягивал чай. - В Опере нет больше другой примы, способной сыграть роль Джульетты. - Я хочу в это верить. - Кристина отодвинула тарелку в сторону и глубоко вздохнула. Директора дали ей шанс в "Дон Жуане", будет ли у неё новая возможность блистать на сцене? Скорее всего, что будет. Но как и любую девушку, ее одолевали сомнения и иногда даже проскальзывали мысли о том что "Дон Жуан" был просто хорошей возможностью поднять имя Оперы до той высоты, на которой оно всегда и было. С другой стороны, Кристина знала, что Эрик не позволит дать главную роль кому-то другому. - Главное чтобы роль Ромео исполнял не тот же человек, что и Дон Жуана. С ним элементарно невозможно работать вместе. - Артист, играющий Ромео, приедет вместе с итальянской труппой. Из разговора директоров, я понял, что он присутствовал на премьере "Дон Жуана" и был покорен им, поэтому без вопросов согласился исполнять главную роль. Думаю, в его профессионализме можно не сомневаться, вряд ли любой сможет стать главным солистом итальянской Оперы. - Заинтересовавшись одним из заголовков, Эрик вновь потянулся к газете, полагая, что разговор исчерпан. Кристина в который раз излишне себя накручивала. Хотя, надо отдать должное, он и сам был заинтригован этой загадочной личностью. Ему удалось подслушать, что по возрасту этот итальянец едва старше Кристины, что было невероятно: в таком юном возрасте достичь высот без чьей-либо помощи... Судя по всему этот человек воистину был талантлив.

***

Кристина ещё раз все проверила убедившись что хорошо выглядит, удовлетворенно вздохнула. После очередных волнений перед репетицией до неё долетела все-таки новость что было решено Джульеттой поставить именно ее. Что же, это не могло не радовать. Теперь со спокойной душой можно было подниматься наверх. Вот только... Кто будет играть Ромео? Вопрос все ещё оставался открытым. Оказавшись на сцене, прима со всеми поздоровалась и кивнула Мэг, стоящей за кулисами. Ноты были у неё уже в руках, оставалось только дождаться появления дирижёра и остальных актеров труппы. Эрик разместился на уже привычном месте на балконе и стал глазами искать Кристину, которая уже должна была быть на сцене. Вскоре появились и все остальные члены труппы, за исключением одного-единственного - исполнителя главной роли. Эрик недовольно отметил про себя, что заставлять всех ждать, крайне не этично со стороны итальянца. Внезапно до его ушей донеслись звуки будто бы бега. Кто-то явно торопился попасть в зал, настолько, что перестал заботиться о правилах приличия. Входная дверь с треском резко отворилась с такой силой, что чуть не сорвалась с петель. Эрику с его места трудно было рассмотреть лицо опоздавшего, но судя по его тяжелому дыханию, видеть это надо было. - Прошу прощени... - Парень начал было говорить, но от возникшего волнения не заметил порог, из-за чего, запнувшись об него, упал плашмя на пол. По залу, имевшему хорошую акустику, раздался громкий хлопок. Эрику захотелось треснуть этого недотепу: кажется, эта опера не доставит ему ничего, кроме хлопот. По сцене пробежала волна смеха от рассеянности итальянца. Чтобы заглушить голоса, дирижер громко кашлянул и поспешил представить юношу, который уже успел подняться и теперь потирал ушибленные места. - Итак, а вот и последний герой этой оперы. Вернее, первый. Он будет исполнять роль Ромео Монтекки - синьор Антонио де Гвидичи. Гордость Италии. Последняя фраза заставила некоторых рассмеяться чуть ли не в голос, забывая о всех правилах приличия. Тони от всей этой ситуации быстро стушевался и с мертвенной бледностью подошел к сцене, стараясь ни на кого не смотреть. В его глазах читалось разочарование в том, что произвести подобающего эффекта не получилось. Кристина отвлеченно разговаривала с одной девушкой из ансамбля и она не обратила бы никакого внимания на юношу в зале, если бы не громкий смех труппы. Переведя взгляд на главный вход, она удивленно вскинула брови, не понимая что смешного в том, что человек упал. Лица она разглядеть не успела и прослушала все, что говорил дирижер. Поэтому, когда ее партнер оказался на сцене, девушка резко изменилась. Она могла ожидать чего угодно. Даже того, что снова появится Эрик, но... Что играть Ромео будет тот, кому она не отдала свой танец и тот, кто явно не внушает уверенности в мастерстве относительно оперы... Кристина первые секунды не могла в это поверить. Но акцентировать внимание на этом было нельзя. Не нужно привлекать к себе лишнее внимание окружающих. Глубоко вздохнув и подняв взгляд на то место, где она раньше видела Эрика на репетициях, сильнее сжала ноты. Тони стоял мрачнее тучи, пока не заметил Кристину, стоящую неподалеку. На его лице тут же появилась радостная улыбка и он моментально подошел к ней. - Синьора Даэ! Я так счастлив видеть вас здесь. Как же замечательно, что мы все-таки будем работать с вами в паре. Извините, что мое появление произвело исключительно отрицательное впечатление. У меня плохо с ориентацией на местности, поэтому я заблудился по пути сюда. Надеюсь, вы не сердитесь на меня из-за этого. Повернувшись лицом к Антонио, прима легко улыбнулась и прижала к себе нотные листы. - Я тоже рада вас видеть. Не знала, что вы оперный певец. В нашу первую встречу вы мне ничего не сказали об этом.- Кристина бросила короткий взгляд в оркестровую яму, чтобы убедиться что их не ждут. - Что же, для меня это приятная неожиданность. Но сердиться мне на вас не за что, будьте спокойны. И не переживайте так, все получится. Уверена, раз вас утвердили на такую большую роль, вы крайне способны и талантливы. - Я не успел об этом сказать. Тогда вы, кажется, куда-то спешили, а мне не хотелось задерживать даму своим присутствием. - Итальянец скромно улыбнулся. - Но вам не стоит мне льстить. Мой талант ни чем не отличается от талантов всех остальных. Возможно, это был вопрос везения. - Мадемуазель Даэ, синьор де Гвидичи, вы успеете налюбоваться друг другом вовремя репетиций и спектакля. Кристина удивленно вскинула бровь и подошла ближе ко всем остальным, стараясь слиться с общей массой. Какая ерунда, "налюбоваться"! Хуже всего будет если по театру вновь поползли слухи. Надо было их моментально пресечь. Выпрямившись как струна, девушка подняла выше голову и крайне серьезно посмотрела на дирижера. - В обществе это называется вежливость, а не любование. Давайте непосредственно приступать к репетиции. - она открыла первую страницу, где была увертюра и пробежалась глазами по нотам. И все-таки музыку Эрика она любила намного больше.- Как скажете, мадемуазель. - Хмыкнул мужчина. - А сейчас я бы хотел донести до всех важную информацию, проявите уважение. - Послышался за их спинами голос дирижера. Среди труппы пошли некоторые шепотки и шушуканье. - Итак, у каждого из вас есть папка с нотами - для каждой роли своя. На сегодня у всех задача будет одна: тщательно и досконально изучить, по возможности выучить. С завтрашнего дня начнутся репетиции. Как понимаю, вопросов ни у кого нет, поэтому пока могу всех отпустить. Но попрошу "Ромео" и "Джульетту" задержаться и подойти ко мне. К вам будут личные указания. Тони поднял глаза на дирижера, после чего перевел взгляд на Кристину, словно в растерянности. Прима без колебаний подошла к дирижёру и закрыв папку, взяла ее обеими руками. Зачем все так сложно? Антонио называет ее сеньорой, какой она и является, а все остальные - мадемуазель. Это может плохо может сказаться на впечатлении ее нового партнёра. А что если он решит, что она не замужем? Что ей тогда делать? Рассказать всю правду? Все ещё сложнее, чем она думала. - Вы хотели что-то сказать? Если это касается репетиций, то я могу оставаться настолько долго, насколько нужно. - Мне нужно посмотреть как вы будете звучать друг с другом. Откройте вашу папку на десятой странице, где дуэт. Попробуйте спеть первые строчки а капелла. - Скомандовал он. - Помните, что вы должны изобразить совсем юных людей, которые только-только начали открывать для себя любовь, а не умудренных жизнью любовников. Возможно, вы и без меня это знаете, но лишний раз сказать об этом не помешает. Итак, по моему жесту начинайте петь. "Как будто если мы будем звучать вместе плохо, то одного из нас смогут заменить. Смешно." Однако несмотря на свои мысли, Кристина сразу же вступила, чтобы никто и подумать не мог о ее суждениях. Петь а капелла она любила, но когда четко знала мелодию, потому что тогда она могла сориентироваться на смысле слов и передать характер. Но если сейчас важно просто услышать, как звучат их голоса вместе, то без проблем. Тони без тени былого беспокойства выполнил то, что от него требовалось. Его голос был спокойным, ровным и глубоким, итальянец совсем не переживал за то, что может где-то ошибиться. В этот момент он будто бы внутренне преобразился и стал действительно похожим на ведущего артиста итальянской Оперы. И это ему шло. Антонио жил этой музыкой и требовал этого от Кристины. Как казалось Кристине, глубокий Тембр Антонио походил бы гораздо лучше для Дон Жуана, но и Ромео из него может выйти довольно хороший. В любом случае, делать выводы пока рано. - Достаточно. - Мужчина задумался над чем-то. - Завтра я скажу, что вам нужно делать далее. Пока можете тоже быть свободными. Не забудьте об общем задании. Всего доброго. Он забрал оставшиеся ноты и направился к выходу. Повисла неловкая пауза. - У вас потрясающий голос, синьора. - Тони повернулся к ней и, как обычно, обворожительно улыбнулся. - Позвольте, я осмелюсь поинтересоваться. Вы ведь... дочь Густава Даэ, правильно? - Благодарю вас, Антонио. Надеюсь, что моё произношение не коробит ваш слух? - девушка легко улыбнулась и поправив волосы, осмотрелась. Ни на сцене, ни в зале больше никого не было. Точнее, был. Эрик. Она была уверена, что он за всем смотрит. И от того, что сейчас на сцене остались только они с Тони, Кристине стала не по себе. Эрик мог все неправильно понять. В своих мыслях она не сразу услышала вопрос и только спустя пару секунд ответила на него. - А?.. А, да. Именно его. Итальянец засмеялся. - Думаю, что могу задать вам аналогичный вопрос. Я учил французский не так много, как хотелось бы. - Он хотел было еще что-то добавить, но услышал ответ девушки. Тони внезапно схватил Кристину за руку и крепко ее сжал. - У вас был просто потрясающий отец! Когда-то в детстве мне довелось слышать его вживую, мой дядя водил меня на его выступление. Я был огорчен, когда узнал об его кончине, примите мои соболезнования! Тони грустно посмотрел в глаза девушке. Он был весьма эмоционален, а потому вся гамма чувств постоянно сменялась в нем. - Да, я знаю... Спасибо. С него началась моя творческая карьера, если это можно так назвать. - Кристина вновь вспомнила Рауля. Море, порыв ветра и ее испуганный вздох. "Крошка Лотти, где твой красный шарф?" Нет. Прочь из головы. Немедленно. Это прошлое, прошлое! Его необходимо отпустить. Раз и навсегда. - Я прошу прощения, но мне пора. У меня достаточно много дел и еще хотела к подруге зайти. Увидимся завтра на репетиции. Надеюсь, что они не будут для нас тяжелыми. - Вы опять убегаете от меня, Кристина. Позволите, я буду звать вас по имени? - Итальянец отпустил руку девушки. - А мне бы так хотелось просто с вами поговорить. Вы производите впечатление умной девушки, по крайней мере, на фоне всех остальных в этой Опере. Что ж, раз так, то не смею вас задерживать. Но, знайте, что мне хотелось бы, чтобы мы с вами были друзьями. Я никого не знаю в Париже, а это весьма одиноко. Он вновь взял ее руку и поцеловал. Внезапно где-то вдали раздался глухой звук, будто бы от удара. От неожиданности Тони вздрогнул. - Кристина, вы слышали этот странный звук? Привыкшая к тому, что в Опере всегда что-то происходит, Кристина почти не обратила внимания на какой-то удар. В конце концов, Эрик мог дать о себе знать. Или просто технические моменты. "Главное, чтобы не упал задник. Не очень хочется повторять судьбу Карлотты." - девушка улыбнулась сама себе и оглянувшись, спокойно вздохнула. - Слышала, не переживайте, вы не сходите с ума. Это готовят декорации. Что-то всего лишь уронили. Вы часто такое слышать будете, привыкайте. А сейчас мне правда стоит уйти. Надеюсь, что мы поговорим нормально, раз вы того хотите.