Это любовь

Он не верил в соулмейтов. Глупости все это, придумали для людей, которые не могут найти своего человека просто так. Какая там вторая половинка души, Хаги - это просто Хаги. Самый близкий человек, который у него есть. И большего не нужно. У них с детства было так. Всегда и везде вместе, всегда рядом, всегда понимали друг друга без слов. Джинпею этого всегда было достаточно. А Хаги смеялся в ответ, говоря, что это и называется - одна душа на двоих. Ну, раз Хаги так нравилось называть их соулмейтами, он и не спорил. К тому же, это все равно ничего не меняло. Просто добавляло какой-то дополнительный статус к их отношениям и объясняло окружающим, что, например, трогать Хаги в присутствии Мацуды не стоит. Он и зыркнуть может и за руку схватить, если ее сунуть куда попало. Хаги говорил, что Джинпей слишком собственник, почему-то всегда при этом улыбался, вежливо извинялся перед другими людьми и уходил вместе с ним. У них не возникало вопроса куда и как, во всем и всегда они были вместе. Поэтому и в академию пришли вдвоём, и из академии ушли вдвоём, в отряд саперов. Хаги говорил - одна душа на двоих, одна жизнь на двоих, одна судьба на двоих. Джинпей ничего не говорил, но пока они были вместе, его все устраивало. Он даже не думал, что могло быть как-то не так. До того дня. — Хаги! — Он смотрит, как вниз падают обломки и из проломов вырываются языки пламени, а в трубке звучат короткие сигналы. Джинпей чувствует, как ломается что-то в его груди в один момент, а затем весь мир словно становится серым. Ненастоящим. Пустым. Ему не нужно подтверждение, что Хагивара Кенджи погиб во взрыве. Он чувствует это каждой клеточкой своего тела, он чувствует это в каждом вдохе, он осознает это каждую секунду. Колени подгибаются и Джинпей упирается лбом в землю, крича и сжимая в пальцах траву, которая попалась под руку. Его не слышно в шуме сирен, голосов и огня - идёт спасательная операция, люди тушат пожар, и там нет места горю одного человека. А одному человеку нет дела до происходящего вокруг. Он никогда не верил в соулмейтов. Никогда не думал, что это правда имеет смысл. Пока его душа не покинула этот мир. Пока Хаги… не забрал этот чертов взрыв. Мацуда поднимает голову и смотрит на остатки огня, который ещё не потушили. На его глазах нету слез - они так и не потекли. Не потому что больно не было, а потому что боль была слишком большой. Слезам просто не было места. — Подожди меня, Хаги… я найду его… и приду к тебе. Обещаю. — Джинпей встаёт с колен, расстегивает на себе бронежилет, и оставляет на земле. Он больше ему не потребуется.