Главное, что ты счастлив, Гарри!

*** POV Гарри ***

      Кругом тёмный лес. Сотня любопытных глаз смотрит на меня, но я ощущаю только его взгляд, полный трепета, самолюбия и превосходства. «Мальчик-который-выжил. Пришёл умереть» — эти слова я слышу, будто через стены. Вижу, как Хагрид пытается вырваться из стальных оков, но всё безуспешно. Сердце бьётся всё медленнее и медленнее. Я смирился со своей смертью, мне не страшно. «Авада Кедавра!» — луч тёмной силы пронзает мою грудь, я чувствую своё падение. Вспышка яркого света, вокзал Кингс-Кросс… Я вижу перед собой всех, кто погиб в этой войне: родителей, Сириуса, Седрика, Фреда, профессора Люпина, Тонкс, Грюма — «Грозного глаза», чуть поодаль стоят Дамблдор и Снейп, — все они смотрят на меня с ненавистью и презрением. «Это ты виноват! Всё из-за тебя! Я рисковал для тебя, глупый, заносчивый мальчишка! Мы были так молоды…» — все их голоса смешались в одну обвиняющую симфонию. Меня накрывает чувством вины и беспомощности. Я кричу, что мне жаль, что я этого не хотел, но это не помогает. Они наступают на меня с перекошенными от злобы лицами, передо мной всё кружится. «Нееееет!»       — Гарри, проснись! Гарри!       Я распахиваю глаза: передо мной обеспокоенное лицо Джинни, её волосы слегка растрёпаны, а глаза полны слёз. Я понял, что кричал на самом деле. Что же, похоже это стало входить в привычку. Джинни пытается дотронуться до моей руки, но я ухожу от прикосновения.       — Не надо, — говорю я. — Не сейчас.       Отбросив одеяло, я пошёл в ванную, включил воду и прижался лбом к ледяному стеклу зеркала. Каждую ночь мне снится этот сон. Каждую чёртову ночь, я вижу свою смерть. Каждую чёртову ночь погибшие, дорогие мне люди обвиняют меня в их смертях. Я брызгаю прохладной водой себе в лицо и вижу своё отражение: осунувшееся, заострившееся лицо, тени, залёгшие под глазами и полный боли взгляд. Если честно, Джинни выглядит не лучше. Что стало с той сильной девушкой из-за меня?

***

Flashback

      Со дня победы в Волшебной войне прошёл месяц. Волан-де-Морт и его армия повержены. Ребята вернулись домой. Рон съехался с Гермионой, Невил стал встречаться с Полумной, а Гарри с Джинни живут в доме Сириуса. Первые дни Гарри чувствовал себя неплохо — сказывался стресс и состояние аффекта. Его ничего не беспокоило. Съехаться с Джинни было спонтанным решением, но девушка сразу же согласилась. Гарри нужно было отвлечься, ей тоже. Первые два дня они просто не вылезали из кровати. Погружались в удовольствия, пытаясь не думать о случившемся. На третий день пелена шока потихоньку отступила, и начались проблемы.       Проснулся Гарри от собственного крика, это был его первый кошмар со дня битвы. Грудь сжимало, вдохнуть не получалось, перед глазами всё плыло. Джинни металась рядом, пытаясь хоть что-нибудь сделать. Она видела, как Гарри хватает воздух, словно рыба, выброшенная на берег, и тогда девушка резко поцеловала его, отстранившись, она увидела, что парень дышит, и выдохнула. В глазах постепенно всё прояснялось, и Гарри слегка ошарашенно взглянул на Джинни.       — Я поцеловала тебя, и ты задержал дыхание, — смотря прямо в глаза, проговорила девушка.       — Спасибо, — немного отстранённо поблагодарил её парень.       Просидев минут десять в глубокой тишине, ребята легли обратно в кровать спиной друг другу. Сон не шёл. Каждый был погружён в раздумья. Джинни думала, как помочь любимому. Она знала, что раньше кошмары часто являлись его ночными гостями, но в те два дня, что они провели вместе, этого не было. Гарри же не мог забыть свой сон, боль терзала его сердце. «Это несправедливо! Я жив, а они нет. Что было бы, если семнадцать лет назад я всё-таки бы умер? Что было бы с магическим миром? Волан-де-Морт захватил бы власть?» — все эти мысли проносились в голове парня до самого утра.       Утром Гарри встал совершенно разбитый, он почти не спал, зато Джинни, уснувшая с первыми лучами солнца, тихонько посапывала. Выпив кофе, парень вышел на улицу, где на удивление было довольно безлюдно. Гарри до сих пор не мог успокоиться. Он сел на лавочку и в его голове пронеслись те воспоминания, которые Снейп отдал ему перед своей смертью. «Господи, как же я сожалею о всех погибших, а в частности о его смерти. Он любил мою мать, рисковал всем для меня… Чёрт, он умер за меня!» Гарри вонзился ногтями в край деревянной покосившейся лавочки. «Я вёл себя, как последний идиот! Правильно он говорил: «Глупый, заносчивый мальчишка». Если бы я мог извиниться перед ним. Если бы я мог…»       В течение всего месяца состояние Гарри оставалось тем же самым. Джинни теперь спала в соседней комнате, потому что во время снов парень метался по кровати. Кошмары, бессонные ночи, чувство вины — всё это стало его тенью. Гарри стал более замкнутым, он не общался с друзьями, да и своей девушке он не особо-то изливал душу. Свободное время парень занял тренировками — это его отвлекало. Он знал, что Джинни беспокоится о нём, что Рон и Гермиона периодически созваниваются с ней, спрашивают о том, как у него дела. Из одного разговора он услышал, что профессора Снейпа посмертно наградили орденом Мерлина, и даже «Пророк», вроде как, оправдал его. Это немного порадовало парня, но всё же он чувствовал вину по отношению к погибшему профессору. Сколько всего он хотел ему сказать…

***

      Когда Гарри вышел из ванной комнаты, Джинни сидела на его кровати и почти беззвучно плакала. Её плечи тихонько подрагивали, а слёзы непрестанно текли из глаз. Услышав скрип двери, девушка поспешно вытерла всё ещё бегущие слёзы рукавом.       — Я уже ухожу, — подрагивающим голосом тихо проговорила Джинни.       Она поднялась, но рука Гарри легла на её плечо, усаживая обратно. Джинни медленно перевела слегка рассеянный взгляд на парня.       — Джинни, — начал он. — Я так больше не могу.       — Не надо, Га… — попыталась сказать девушка, но парень сжал свои пальцы на её плече, и она замолчала.        — Я не договорил, — немного грубо оборвал её слова Поттер, выдохнув, он извинился: — Прости. Просто выслушай меня, ладно? — она кивнула, и он продолжил: — Я сказал, что не могу так больше. Я веду себя эгоистично. Всё время отталкиваю тебя, молчу. Я вижу, что тебе больно. Не понимаю, почему ты до сих пор не ушла?..       Джинни смотрела на Гарри с неподдельным ужасом, но перебить его, она не решалась. Помолчав некоторое время, Гарри продолжил:       — Думаю, будет лучше, если мы расстанемся. Я не могу видеть твои страдания по моей вине. Пока мы вместе, ничего не изменится.       Джинни, сама не понимая, что на неё нашло, ударила парня по лицу. Когда эмоции немного стихли, она увидела краснеющий след её ладони на его щеке и растерянный взгляд, волна ужаса захлестнула её. Гарри смотрел на неё с видом побитого щенка, в его глазах была только вина. Он не злился, не держался за щёку, просто стоял рядом и молчал. Ей стало невыносимо больно. Проклятые слёзы снова полились из глаз. Она мелко дрожала. Гарри обнял её, прижал к себе и, нежно гладя её длинные рыжие волосы, прошептал:       — Так будет лучше.