Я здесь главный

POV Caroline Галопом по Европам! У нас с Клаусом как-то так. Сейчас мы находимся в австрийском Зальцбурге, где сняли номер в отеле "Шератон". Все минувшие дни мы нигде не задерживались больше суток - Венеция (Италия), Загреб (Хорватия), Порто Монтенегро (Черногория), Цюрих (Швейцария)... Ну а теперь, как я уже сказала, австрийский Зальцбург. Здесь невероятно красиво, особенно в старом городе. Мы словно попали в средние века. Аккуратные малоэтажные дома, выложенные из камня, смотрятся как игрушечные. Готические церквочки в переулках, мощённые мостовые, фигурные кованные фонари - они навевают незабываемое очарование. Клаус, как и я, был настолько воодушевлён, что рискнул нашей безопасностью и повёл меня гулять по старинным узким улочкам. А потом мы пили капучино и лакомились свежайшей выпечкой в симпатичном кафе-пекарне. Вечер был волшебным. Пока Клаус не оставил меня в отеле, а сам не исчез по делам. Я переживала, но усталость последних дней меня сморила, и я уснула, так и не дождавшись своего новоиспечённого мужа. Проснулась я от щелчка замка в двери. У меня всегда был чуткий сон, но в последнее время из-за всех навалившихся на нас проблем и опасностей я сплю особенно беспокойно, готовая вскочить от любого шороха. Я машинально посмотрела на часы на тумбочке: 02:37... Получается, Клаус вернулся в третьем часу ночи. Он старался быть как можно тише, крадучись ушёл в ванную. Принял душ и осторожно, боясь потревожить мой сон, юркнул мне под бок, обнял, втянул носом запах моих волос и моментально уснул. Я услышала его размеренное дыхание. Рядом с мужем я успокоилась и, уютно согревшись в его объятиях, постепенно вернулась в царство снов. В эту ночь я спала спокойно, без кошмаров. — Любовь моя, просыпайся... — меня разбудил ласковый бархатный голос. Я потихоньку открыла глаза и повернулась. Клаус уже одет, он протянул мне чашку кофе. — Прости, я был так голоден, что проснулся ни свет, ни заря и заказал нам завтрак! Тебе понравится, омлет, фрукты и твои любимые круассаны! — Здорово! Так вкусно пахнет! — я потянула носом аромат кофе и потянулась за своей кружкой, Клаус аккуратно отдал мне её. Я сделала глоток и прикрыла глаза от удовольствия, напиток просто божественен. — Это великолепно! Спасибо, мой самый заботливый муж! — я рассмеялась и, изловчившись, чмокнула Майклсона в губы. Он расплылся в довольной улыбке, радуя меня своими очаровательными ямочками на щеках. — Всё для моей любимой жены! — он поддержал мою игру. Несмотря на тревожные события последних дней мы не разучились радоваться обычным приятным мелочам, и это обнадёживает, я верю, нас ничто не сломит. — А где ты вчера был? — наблюдая, как Клаус накладывает в тарелки омлет, я вспомнила его ночное возвращение и не удержалась от любопытства. — Связывался с одним из японских партнёров по скайпу, ты же знаешь, разница во времени... И как всегда запутывал следы. Ради этого пришлось ехать в соседний городок. — Клаус протянул мне тарелку с омлетом, но я отказалась, от яиц меня тошнит. Муж нахмурился, но спорить не стал, вместо этого разрезал круассан, намазал его шоколадной пастой и передал мне. От этой вкусняшки я не отказалась. — Но всё равно опасно. — расстроенно заметил Клаус, продолжая разговор: — Не исключаю, что ищейки Майкла меня отследили, поэтому мы снова уезжаем. — он опять был встревожен. — И куда теперь? — поинтересовалась я, прожевав и проглотив кусочек круассана. — Я в Лондон! Ты в Афины в Грецию! К сожалению, love, сейчас нам придётся разделиться. В аэропорту Афин тебя встретит мой человек и увезёт на Крит. Там ты будешь меня дожидаться. — выложив мне подобное, Клаус как ни в чём ни бывало доел свой омлет и принялся за мою порцию. Я же сидела в стопоре, настолько обалдела от подобной новости. Но через пару минут я всё же отмерла. — Клаус, я не отпущу тебя одного! — в гневе я поставила кофе и положила недоеденный круассан на прикроватный столик и злобно уставилась на Майклсона. — Sweetheart, пойми я должен поехать в Лондон и встретиться с отцом! — он понял мой взгляд и начал оправдываться, правда хватило его лишь на одну фразу, дальше он стал напирать: — Но ты со мной не едешь, для тебя там небезопасно! Майкл способен на всё! — он отодвинул столик с едой, встал и, засунув руки в брюки, начал нервно нарезать круги по комнате. — А как же ты? Разве тебе не опасно ехать к Майклу? Думаешь, он пойдёт на мирные переговоры и не убьёт тебя? — от переполнявшего меня гнева я не могла остановиться и тараторила, как заведённая, размахивая руками: — Клаус, даже если он согласится на твоё предложение и подпишет бумаги, он всё равно может убить тебя! Ему нельзя верить! — И всё-таки я должен хотя бы попытаться поговорить о мирном соглашении! — он остановился и посмотрел на меня: — Или я убью его! — на последней фразе он сверкнул глазами, той самой холодной вспышкой маньяка, которую я боюсь в нём больше всего. — Клаус, может, ты и не самый гуманный человек в мире, но ты не убийца... — сказала я спокойно и снова взглянула в его глаза, они оттаяли, стали человечными. — Кэролайн, если на чаше весов окажутся твоя жизнь и жизнь нашего ребёнка, то поверь, моя рука не дрогнет! — выдал он уверенно, подошёл ко мне, сел рядом и взял меня за руку. Я почувствовала, как сильно он сжал мою ладонь. — Я боюсь, Клаус! Я поеду с тобой! Я не оставлю тебя одного! — да я готова убиться об стенку, но настоять на своём. — Кэролайн, нет! Это моё последнее слово! — огрызнулся Майклсон. Он упрямый, но я его переупрямлю! — А как же твоё обещание "мы всё преодолеем вместе"? — припомнила я ему его же слова. — Love, не придирайся к словам! — он отпустил мою ладонь, но только для того, чтобы прикоснуться к моей щеке и нежно погладить. — Я говорил о других случаях... — произнёс он спокойно, как маленькой девочке, но о чём-то подумав, снова вскипел: — С Майклом я разберусь сам! — Клаус!!! — я повысила голос от возмущения. — Sweetheart, ты слишком много болтаешь! — он хитро улыбнулся и, убрав волосы с моего лица, притянул меня к себе на колени. — Лучше иди сюда! Ты такая аппетитная в моей футболке! Не успела я открыть рот, как Клаус заткнул меня в излюбленной им манере — поцеловал. Страстно, по-хозяйски заявляя свои права. Я знала, что он в очередной раз использует секс, чтобы отвлечь меня от неприятного разговора и всё сделать по-своему. Я сама так не однажды его отвлекала, а потом пользуясь расслабленным состоянием мужчины продвигала свои идеи и желания. Но не в этот раз. Я сдалась под его напором физически, но ни за что не отступлю в своём мнении. Я всё равно поеду с Клаусом в Лондон и не оставлю его одного. Он теперь мой муж не только перед людьми, но и перед богом, и все трудности мы преодолеем вместе. Клаус, почувствовав мою отрешённость, оторвался от моих губ и тяжело дыша прохрипел: — Love, прекрати думать, просто расслабься! — прошептал он бархатным тембром, моим самым любимым, от которого у меня мурашки по коже. И снова поцеловал. И я отрешилась ото всего, обняв его шею руками, сильнее притянула к себе и зарылась пальцами в его колючие, коротко стриженные волосы на затылке. Мой мужчина, мой муж прорычал что-то бессвязное мне в губы и, подхватив за бёдра, приподнял меня, вынуждая обвить его ногами и сильнее вцепиться в его плечи. Клаус целовал меня так страстно и горячо, что я в очередной раз подумала, как он в этом хорош. — Оооо! — пролепетала я, стараясь восстановить дыхание, когда мы оторвались друг от друга. — Я так соскучился, sweetheart, — прохрипел он мне в губы. — Вчера весь день думал о том, как затащить тебя в постель и делать с тобой... — Клауус! — засмеялась я, перебивая его милые пошлости на полуслове. — Ты провокатор! Я... — Не надо, Кэ­ролайн! — теперь он меня перебил и, осыпая мелкими влажными поцелуями моё лицо, продолжил: — Ничего не говори! Просто молчи! — прошептал он своим низким сексуальным баритоном и снова накрыл поцелуем мои губы. Я давно заметила, Клаусу не нравится когда во время секса я в чём-то ему возражаю. Мы целовались, играя языками и наслаждаясь вкусом друг друга. Я растворилась от наслаждения, когда его руки нырнули под футболку и отправились путешествовать по моему телу, нежно погладили пока ещё плоский животик. От его горячих ладоней по моей коже пробежали приятные импульсы. А когда воздуха перестало хватать мы оторвались друг от друга. Клаус шумно выдохнул, стянул с меня его же футболку, улыбнулся и поцеловал меня в шею, долго, влажно, слегка прикусывая кожу. Я томно вздохнула, он всегда так делает, уверена, специально помечает меня. — Сладкая... — прохрипел Клаус между поцелуями. — Такая сладкая и манящая, я схожу с ума, Кэролайн! — и он обрушился на меня с новой порцией жарких поцелуев. Его руки нашли мою грудь и стали нежно её ласкать. Вслед за руками я почувствовала его язык. Я обняла его сильнее, ощущая ладонями, как перекатываются его мышцы на спине. — Ммм! — простонала я, когда он резко прикусил и оттянул сосок на моей груди. — Тшшш! Хочу тебя! Я так хочу тебя! — от возбуждения его голос балансировал на грани рыка. — Я так соскучился, мы с тобой не были вместе три дня! Три грёбаных дня, Кэролайн! — Так давай наверстаем! — подразнила его я и, притянув его к себе за голову, впилась жёстким поцелуем в его шею. Я тоже хочу оставить на нём следы. Никлаус Майклсон только мой! Мой мужчина! Мой муж! Клаус прохрипел что-то нечленораздельное, но было ясно - ему нравилось. Его пальцы меж тем зацепили кромку моих трусиков и потянули их вниз, я помогла ему избавиться от белья. — Расслабься! — его рука скользнула у меня между ног и большой палец надавил на клитор, я простонала и вытянулась как кошка. — Громче, Кэролайн! Я хочу слышать, что тебе нравится, как я люблю тебя! — его пальцы скользнули внутрь меня, и я довольно промычала. — Смотри на меня, хочу видеть твоё лицо, любовь моя! — он стал двигать пальцы во мне, массируя, растягивая, имитируя поступательные движения, и я перестала сдерживать себя. Я не знаю сколько продолжалось это безумство, мне показалось это целой вечностью - его пальцы, его умелые движения. Клаус дарил мне неописуемое наслаждение. И он довёл меня до экстаза. — Ооо! Ахх! — прокричала я и откинулась на подушки, когда мои внутренние мышцы сократились и я ощутила непередаваемые конвульсии удовольствия. Когда последние волны оргазма прошли, я приоткрыла глаза. Клаус зачаровано смотрел на меня, явно довольный собой. — Почему ты ещё одет? — пролепетала я, всё ещё приходя в себя от пережитого удовольствия. Я протянула ногу и аккуратно погладила твёрдый бугорок у него между ног. Клаус был уже в полной боевой готовности, и я в очередной раз поразилась его выдержке. — Возьми меня! — соблазнительно прошептала я, продолжая гладить ножкой его восставшее мужское достоинство. — О! Чёрт... Кэролайн, если ты сейчас не прекратишь, боюсь, что на этом всё и закончится! — Клаус резко подскочил, на ходу сбрасывая с себя хэнли, джинсы, буквально содрал боксеры. — А ну иди сюда! — он, смеясь, навалился на меня сверху, и я с готовностью обняла его, одновременно обхватывая ногами его бёдра. — Прости, love, но я больше не могу сдерживаться! — и он удобнее устроившись у меня между ног, осторожно вошёл в меня. И я снова ощутила это незабываемое чувство, когда он вторгается, плавно растягивая моё естество и тем самым доставляя настоящее блаженство. — Клаус, быстрее! — я подтолкнула его к более активным действиям, и он начал ускоряться. И время снова потеряло для нас значение. Сплетение наших рук, ног, его уверенные и жёсткие толчки. — Клауусс! — я опять бесстыдно начала высстанывать его имя, побуждая его к ещё более активным действиям. — Фак! — выругался Клаус, изливаясь в меня. Удовольствие ударной волной накрыло нас почти одновременно. Я задыхалась, почти не могла дышать от экстаза, но улыбалась от счастья. Мы лежали обнявшись какое-то время, пока Клаус не заелозил на кровати. — Хочу ещё, sweetheart! — нагло потребовал он, вставая и подтягивая меня за руки вслед за собой. — Продолжим в душе! — он потащил меня в ванную, где мы продолжили наши страстные игры. В это же время в Лондоне POV Автор — Детка, мне нужно отлучиться на час! Как вернусь, мы сразу покинем Лондон, будь готова! — Кол накинул кожаную куртку и направился к двери. — Хорошо, я соберу вещи, — согласилась девушка. — Кол, пожалуйста, будь осторожен! Я боюсь за тебя! — с искренним беспокойством в голосе вслед крикнула ему она. — Давина, со мной всё будет хорошо, отец мне ничего не сделает, а братья тем более! — Кол остановился на полпути, что-то обдумал, резко развернулся и подошёл к девушке: — Но я боюсь за тебя! Если Майкл захочет отомстить, а он непременно захочет, то он ударит по самым близким. А ближе тебя и Клауса у меня никого нет! До Клауса отцу не добраться, значит в опасности ты, детка, и поэтому мы срочно покидаем Лондон! — он нырнул рукой во внутренний карман куртки и достал небольшой пистолет: — Вот, возьми на всякий случай! Умеешь пользоваться? — Пистолет? Думаешь, всё настолько ужасно? — у Давины от волнения расширились зрачки и сбилось дыхание. — Намного ужаснее, детка! — Кол понимал, что пугает её, но он не мог преуменьшать степень опасности: — Смотри, как правильно пользоваться, я покажу! — он продемонстрировал, как снять предохранитель, а потом прицелиться и нажать на курок. Затем снова поставил на предохранитель. Заставил её несколько раз всё повторить. — Спасибо, я всё поняла! — после пятнадцати минут упражнений, Давина кивнула и спрятала пистолет за пояс джинсов. — А теперь иди, я буду тебя ждать! — Будь осторожна, детка! Ничего не бойся! Я скоро! — он притянул её к себе и нежно поцеловал, после чего нехотя оторвался и, развернувшись, покинул квартиру. Давина осталась одна. Едва он вышел за порог, она почувствовала себя потеряно, и чтобы не впасть в отчаяние, девушка решила заняться сбором вещей. За этим занятием незаметно пролетело около часа. Давина пошла на кухню, решив приготовить что-нибудь поесть. Кол наверняка вернётся голодный, да и в целом поесть перед отъездом не помешает. Она открыла холодильник и, вопросительно сведя брови, посмотрела на продукты. — Вот, чёрт! Я забила холодильник под завязку, теперь все продукты испортятся! — ахнула она, догадываясь, что сюда они вернутся не скоро, если вообще вернутся. — Пожалуй, соберу всё в пакеты и отнесу консъержке, женщина пожилая, одевается бедно, хорошие продукты для неё не будут лишними! — вслух проговорила свои действия. Они с тёткой жили не богато, поэтому Давина привыкла к бережливости и хозяйственности, и не могла оставить столько еды просто гнить в холодильнике. Она захлопнула дверцу холодильника и пошла к кухонным шкафам, вспоминая, что где-то в ящиках видела пакеты. В этот момент в глубине квартиры раздался приглушённый щелчок. "Неужели Кол вернулся?" — с радостью подумала Клэр и прислушалась, готовая рвануть навстречу любимому. Но больше ничего не происходило. — Наверное, соседи что-то уронили наверху... — предположила она вслух, и продолжила обследовать шкафы и тумбы в поисках сумок или пакетов. Девушка так увлеклась этим занятием, что совсем не обратила внимания на странный шорох позади. А потом чьи-то сильные руки схватили её за горло и сомкнули пальцы. Давина задохнулась, и инстинктивно вцепилась в крепкие руки незнакомца. По хватке и грубым пальцам она не сомневалась, что на неё напал мужчина. Он придушил её сильнее, так что у несчастной потемнело в глазах, и ей показалось, что на какое-то мгновение она даже отключилась. Из последних сил Давина трепыхнулась и впилась ногтями в пальцы незнакомца, пропарывая их в кровь. — Ссу-кка! — зашипел неизвестный и на секунду ослабил хватку. Давина судорожно вдохнула и ещё сильнее дёрнулась, отлетая к холодильнику. Незнакомец выпустил её. Она упала на колени и закашлялась, одновременно отползая к окну. — А ты, я смотрю, сучка с коготками, да? — услышала она сверху издевательский баритон. — Что ж, тем интереснее! — Давина по инерции подняла глаза, она попыталась сфокусировать зрение сквозь пелену головокружения. Сначала образ был расплывчатым, а потом стал проясняться. Высокий мужчина в чёрных джинсах, чёрной кожанке, с безликим серым лицом, единственные отличия которого - холодные голубые глаза убийцы и длинный шрам через всю правую щёку. — Кто Вы и что Вам нужно? — прохрипела Давина, напрягая сильно повреждённые при удушении связки. Вопрос скорее был поводом потянуть время. Конечно она догадалась, что перед ней человек, посланный Майклом убить её, а возможно, и Кола, но того не оказалось дома. А ещё Давина видела, что этот мужчина ярко выраженный садист, и ему явно доставляет удовольствие не просто убить, а сначала поиздеваться над жертвой. И судя по его маниакально заблестевшим глазам и плотоядной ухмылке, именно это он и собирался с ней сделать — поиграть, как кошка играет с мышкой, а потом безжалостно сожрать. — А у Майклсонов хороший вкус, выбрали себе таких конфеток, что Кол, что Никлаус. Но Кэролайн Форбс пока ещё поживёт немного. А вот ты, малышка, сегодня отправишься к своим родителям. — довольный своим превосходством, сообщил ей ублюдок. — Но сначала я с тобой повеселюсь, милая! А то, блядь, никакого удовольствия от этой работы! — маниакально улыбнувшись и сглотнув слюну, мужчина стал приближаться к Давине. Девушка машинально попятилась назад, но стукнулась спиной о стену. — Спокойно, конфетка! — оскалился незнакомец. — Бежать некуда! — в пару шагов он преодолел разделяющее их расстояние и, схватив девушку за волосы, резко потянул на себя, а потом со всей дури швырнул её об угол кухонного стола. От удара Давина застонала, прикусывая губу, чтобы не разрыдаться. Она почувствовала, как по щеке потекла струйка крови, а в виске застучала и запульсировала острая боль, в глазах снова потемнело. На задворках сознания она вспомнила, что за каким-то чёртом спрятала пистолет, врученный ей Колом, в дорожную сумку. — Ну что, может начнёшь молить о пощаде? Или скули хотя бы громче, а то них.я невесело! — глумился убийца. — Не слышу? — он начал раздражаться и заводиться сильнее. Давина лишь слабо выдохнула и снова попыталась отползти в сторону, но незнакомец опять настиг её и, размахнувшись, жёстко пнул её ботинком под рёбра. Девушка взвыла от боли и отлетела на пару метров, чувствуя, как внутри кажется сломано ребро. — Хватит! — тихо просипела она, сплёвывая кровь, от боли, она сама себе прокусила губу. — Нет, милая, всё только начинается! — возбуждённо прохрипел ублюдок и обрушил на неё новую нескончаемую серию ударов. Давина перестала считать его пинки и кулачные удары, она лишь из последних сил пыталась сгруппироваться, закрывая от тяжёлых носков мужских ботинок лицо и туловище. Но убийце было мало, поэтому одной рукой он схватил её за волосы, приподнял, а второй со всей силы ударил по лицу. Девушка услышала, как хрустнула её собственная челюсть. Потом ещё удар и ещё. От болевого шока Давина уже не соображала, как и куда он её бьёт, и уже была на грани спасительной потери сознания, когда раздался громкий хлопок, и всё прекратилось. Последним кадром она увидела Кола с пистолетом в руках и его испуганное лицо. В аэропорту Зальцбурга POV Klaus — Клаус, я не полечу в Грецию! — тихо, но очень сердито огрызнулась Кэролайн и так зло сверкнула на меня глазами, что умей она убивать взглядом, я был бы уже мёртв, причём с одного выстрела наповал. Мы сидим рядом с билетными кассами в аэропорту Зальцбурга и не можем сдвинуться с места, так как спорим и тихо шипим друг на друга уже двадцать минут. Кэр саботирует полёт в Афины, куда-то спрятала все свои паспорта и отказывается отдавать их мне. — Полетишь, и это не обсуждается! — полушёпотом, но не менее экспрессивно возразил я. — Нет, если я куда и полечу, то это в Лондон, вместе с тобой! Или куда-угодно, но только с тобой! И это не обсуждается! — Кэр обиженно надула губки и, скрестив руки на груди, а потом закинув ногу на ногу, демонстративно отвернулась от меня. — Кэролайн, прекрати! — шикнул я, стараясь злиться как можно тише, чтобы не привлекать к нам ненужного внимания. — Хоть раз сделай так, как я прошу, или мне придётся принять меры! — но Кэр только сильнее прикусила губу, демонстрируя своё несогласие. Я уже готов был взвыть от её невозможного упрямства, как зазвонил мой секретный телефон. Я достал трубку и посмотрел на экран: "Кол". Чёрт, как не вовремя. — Любовь моя, давай пока прервём наш спор, мне нужно выйти поговорить! — я решил взять тайм-аут. — Хорошо, я жду тебя здесь! — фыркнула жена. — Надеюсь, ты меня не оставишь одну в этом аэропорту! — Ты так плохо думаешь обо мне, Кэролайн? — я постарался перевести всё на шутку, мне надоело ругаться. Я вообще давно поймал себя на мысли, что могу ссориться с кем-угодно, обзывать, оскорблять, уничтожить... Но только не с Кэр. Я не могу на неё долго злиться, как будто она знает какой-то секрет манипулирования мной. — Ладно, Клаус! Иди уже! — уже снисходительнее пролепетала моя упрямица, посмотрела исподлобья и отмахнулась от меня своей изящной ручкой. Я ей подмигнул, для убедительности послал воздушный поцелуй и быстрым шагом отправился на улицу, на стоянку такси, где было шумно и многолюдно. — Кол! Я тебя слушаю, но для начала скажу - я в аэропорту, ты знаешь, что это значит! — хоть я ушёл на шумную парковку, всё равно мы оба понимали - это аэровокзал, а значит тут везде видеокамеры и прослушка. — Да, Клаус! Я всё понял! Буду краток! — по голосу Кола я почувствовал, что в Лондоне произошло что-то непоправимое. — Что случилось? — сердце ёкнуло и пропустило удар. — Давина в больнице! Она в коме! — я не узнал голос брата, настолько он был подавленным. Мы молчали несколько секунд, зная, что не можем обсудить всё подробно. — Клаус, ни о чём не спрашивай, но мне срочно нужен твой друг! — Хорошо, он тебя найдёт! — мне хотелось как-то поддержать брата, но мы оба знали, что сейчас не время для сопливых разговоров. Но я всё же не удержался и спросил: — Я могу ещё чем-то помочь? — Да... — Кол сделал паузу, а затем выдохнув и откашлявшись в трубку (это был наш особый знак о том, что дальше разговор пойдёт шифром, на случай прослушки), продолжил: — Не приезжай ко мне, я сейчас не смогу тебя встретить, у меня совсем не будет времени, я всё время буду в больнице, пока Давина не придёт в себя! — голос брата дрожал, слова давались ему с трудом, я слышал, что он на грани. — Я тебя понял, брат! — ответил я как можно спокойнее. Я понял, что он намекнул мне "засветиться" где-угодно, только не в Лондоне. И я поддержал его "игру": — Да я и не смогу сейчас прилететь, мы с Кэролайн запланировали небольшое свадебное путешествие! — Тогда будем на связи! Пока! — резко отрезал он. — Пока! — я едва успел попрощаться, как брат отключился. Не откладывая в долгий ящик, я сразу набрал Пола. — Приветствую, друг! Я в аэропорту, поэтому скажу быстро! — немедля предупредил я о том, что разговор выходит за рамки конфиденциальности: — Я не приеду к Колу! У него девушка в больнице, помоги ему! — О'кей, Клаус! Я тебя понял! На связи! — и Пол нажал отбой. Наши разговоры напоминали переговоры агентов специальных служб. Возможно, в другое время это выглядело бы как анекдот, но в нашей ситуации мы должны быть предельно осторожны. Как только Кол сообщил мне о Давине, я догадался о его планах. Я бы поступил точно также. А пока я поспешил к своей жене. Похоже, мы больше не будем ссориться по поводу Лондона. Кэролайн сидела там, где я её и оставил. Грустная и невероятно красивая. Я тихонько подошёл сзади и, обняв её за плечи, наклонился и поцеловал её в щёку. — Твоя взяла, любовь моя... Мы летим в Грецию вместе... Считай это нашим свадебным путешествием... — прошептал я ей на ухо и поцеловал в щёчку. От моих слов жена встрепенулась и подскочила. Я не успел и шага сделать, как Кэр перегнулась через спинку кресла и обняла меня. — Клаус, я тебя обожаю... — счастливо прошептала она и осыпала моё лицо мелкими поцелуями. Я прижал её крепче к себе. О происшествии в Лондоне я решил ничего не говорить, моей беременной жене нельзя волноваться, да и Давине мы ничем не поможем, хоть мне её по-человечески жалко, и я переживаю за брата. Но пусть это останется моим и только моим душевным грузом. Кэролайн не должна страдать. — Теперь ты отдашь мне паспорт? Твой, Кэролайн! — я намеренно выделил местоимение "твой", давая ей понять, что мне нужен её настоящий паспорт. Кэр нехотя выпустила меня из объятий и вопросительно посмотрела. — Ты уверен? — тихо спросила она. — Да, любовь моя! Так надо! — я улыбнулся, желая её успокоить своим внешне дружелюбным и расслабленным видом, хоть на душе и скребли кошки. Я понимал, что мы должны засветиться в Зальцбурге и быть на борту самолёта, обеспечивая нам с Кэр алиби, в то время, как Кол один будет решать наши проблемы в Лондоне. Меня это угнетало, но я верил в брата. Я знаю, в некоторых ситуациях он может быть намного хладнокровнее и решительнее меня. Ночью того же дня в лондонском офисе корпорации Майклсонов POV Автор Майкл сидел в полумраке своего кабинета и не понимал, почему его доверенный человек до сих пор ему не отзвонился. Мужчина был уверен, что тот уже должен был выполнить первое поручение: убить Давину Клэр - подружку Кола. — Это будет тебе уроком, щенок! — зло прошипел он, гипнотизируя взглядом телефон. И как по волшебству в эту секунду мобильник зазвонил, на экране высветилось имя: "Ворон". — Да, слушаю! — Майкл нетерпеливо схватил трубку, желая получить отчёт о проделанной работе. — Неужели?! — в трубке раздался совсем не тот голос, который Майкл рассчитывал услышать. Мужчина в шоке подскочил с кресла и бросился метаться по кабинету. — Кол?! Какого чёрта?! — взбесился он и, остановившись, схватился за сердце. Он понял, что его затея провалилась. — Да нет же! Это я хочу тебя спросить, отец, какого чёрта? — холодно спросили в трубке. Майкл набрал побольше воздуха в лёгкие, чтобы ответить, но в этот момент двери его кабинета со стороны переговорной открылись и вошёл его телефонный собеседник собственной персоной. В кожанке, джинсах, в одной руке, одетой в перчатку, Кол держал телефон, другую подозрительно спрятал в кармане куртки. — Что ты здесь делаешь, мальчишка? Предатель! — взвизгнул Майкл, брызгая слюной. В порыве злости он даже не заметил, как из его рук выскользнул телефон и упал на мягкий ковёр. — Что я здесь делаю? — коварно ухмыльнулся Кол и двинулся навстречу ошеломлённому хозяину кабинета. — Исправляю нашу с Клаусом ошибку! — зловеще прошипел он. — А знаешь, в чём наша ошибка? — спросил он и сам же, не мешкая, ответил: — В том, что мы хотели дать тебе шанс! И за эту нашу ошибку теперь расплачивается Давина! — Кол подошёл вплотную к отцу и заглянул тому в глаза. От этого прожигающего до смерти взгляда Майклу стало не по себе и он испуганно попятился назад. — Я не понимаю, о чём ты, сын? — он как всегда в таких случаях попытался увильнуть от ответственности. — Заткнись! На этот раз тебе не выкрутиться! — рявкнул Кол и, размахнувшись, ударил отца по голове рукояткой пистолета, который всё это время держал наготове в кармане. Майкл мгновенно отключился и едва не упал на пол, но Кол вовремя его подхватил. Он осторожно дотащил его до рабочего стола и посадил в кресло. Потом Кол достал из-за пазухи папку с документами о банкротстве корпорации и небрежно разбросал бумаги по столу. После этого он вложил Майклу в руку пистолет и, приставив к виску, нажал на курок. Раздался глухой выстрел. Голова Майкла дёрнулась, пуля прошла на вылет, разворотив половину черепа с другой стороны. Брызги крови и частицы мозгов забрызгали всё вокруг и даже куртку Кола. — Некоторых исправит только смерть! — выдохнул парень, а потом хладнокровно снял с пистолета глушитель, и уже в таком виде вложил его в руку убитого. Рука мертвеца тут же безвольно опустилась и выпустила оружие, пистолет с гулким грохотом упал на паркет под столом. Кол ещё раз внимательно осмотрел место преступления, увидел трубку отца на полу, поднял её и положил себе в карман, затем тихо вышел в те же двери, что и зашёл. Проработав много лет в корпорации, он знал все мёртвые зоны офиса, поэтому виртуозно покинул здание словно призрак, нигде не засветившись, впрочем, как и вошёл, также "невидимо"... ***** Через сорок минут Кол, переодетый в новые куртку и джинсы, сидел в палате у Давины. — Это я виноват, детка! — шептал парень, едва сдерживая слёзы. — Я должен был догадаться, что Майкл не станет медлить! Я не должен был оставлять тебя одну! — он взял девушку за руку и поцеловал её едва тёплую ладошку. В этот момент двери палаты открылись. — Мистер Майклсон, готовы результаты обследования! — зашёл главный врач отделения реанимации: — Хотите узнать? — Да, я слушаю Вас, док! — прохрипел Кол, часто заморгав глазами, стараясь стряхнуть с ресниц предательские слёзы. — Какие прогнозы? — Как я и предупреждал, девушка получила множественные переломы рёбер, ушибы, гематомы, сотрясение. — профессиональным тоном начал отчёт доктор: — Но это удивительно! — голос врача оживился: — Несмотря на тяжелейшие травмы, внутренние органы мисс Клэр не пострадали, хоть мягкие ткани и сильно повреждены... — Что это значит? — с надеждой в голосе встрепенулся Кол. — Это значит, что у вашей девушки хорошие прогнозы! — доктор выдавил из себя подобие улыбки, это получилось неуклюже, поскольку, судя по внешнему виду Давины, радоваться было нечему. — Тогда почему она в коме? — отчаянно выдал Кол. — Это защитная реакция организма! Думаю, девушка с этим справится! — доктор опять перешёл на чисто профессиональный тон: — И да, анализы показали ещё кое-что, и это тоже удивительно! — Что? — Кол даже приподнялся со стула, но руку Давины не отпустил. — Мисс Клэр беременна, срок небольшой - две недели, ребёнок в порядке! Так что поздравляю Вас, мистер Майклсон, Вы скоро станете отцом! — на этот раз док не вытерпел и искренне заулыбался. Кол же пребывал в шоке. Несколько секунд он переваривал полученную информацию, а когда до него наконец дошло, он по-звериному зарычал и, упав лицом на плечо девушки, глухо зарыдал... Доктор спешно покинул палату... — Кол... — спустя некоторое время прошептал сиплый девичий голос у него над ухом. Парень поднял голову и увидел, как ресницы Давины затрепетали и она открыла глаза, ошарашенно пытаясь сфокусировать зрение. — Детка, ты очнулась!