Феррум. Особенности женских отношений

Pov Кассиан

      Привычная работа в саду нисколько не занимала мои мысли, что текли медленно и размеренно. На удивление, заниматься цветами мне действительно нравилось, пожалуй, из всего, чему я здесь научился, это — единственное, что мне нравилось. А заниматься приходилось многим. За два года у меня сложилось целое расписание дня, хотя на Бете у меня такового никогда не имелось. Вообще, Феррум действительно сильно изменил меня. Пожалуй, сейчас я считал, что броситься во вражеский стан, пытаясь прорваться к генералу, когда приказано отступать — абсолютно идиотская идея, которая может прийти только новобранцу. Два года назад я им и был: мне даже восемнадцати тогда не было, а в битве у Лектана я даже участвовать не должен был. Но связи и деньги делают своё грязное дело: меня отправили на фронт.       Я чувствовал, что должен был это сделать, за всю ту боль, что причиняют женщины своим мужчинам. За всё, что они сделали, они должны вечно страдать на том свете, куда их следовало отправить. Родители ничего не знали о моих намерениях, лишь Белатиан отговаривал меня от неразумных поступков — он всегда был довольно разумным человеком, а Гордиан рвался вместе со мной. Но его удержал старший брат. Я же, семнадцатилетний дурак, отправился воевать.       Многого я не навоевал. В первом же сражении меня захватили, провели допрос, на котором я держался гордо и неприступно (это мне так казалось, сейчас же я понимаю, что выглядел жалко). Но потом был бит чуть ли не до смерти, после чего, выплевывая изо рта кровь, кричал, что ничего не знаю. Проведя несколько подобных «сеансов» встречи моего тела с кулаками женщин, они поняли, что как информатор я — полный ноль. Потому отправили меня на дрессировку в специальную школу для мужчин, где из них делают рабов, пытаются сломать, заставить подчиняться. Я же держался только одной мыслью: меня обязательно вытащат, ведь не может быть такого, что претендента на престол (хоть и девятого), приближённого к дворцу, сына заместителя Правителя оставили гнить в этом женском мире. Девушки, так и не сумев сломить мою надежду, навесили на меня ошейник, карающий за любое неповиновение приказу хозяев или любой насильственный физический контакт с женщинами сильным разрядом тока. Вплоть до летального исхода.       Меня определили в «хороший» дом наследницы рода Эрренис. Как потом я узнал, она была из ветви Кирин, значит, эта девушка — приближённая к трону, и мы с ней очень отдаленные, но родственники. От одной этой мысли меня корёжило.       Вообще, как я узнал уже потом, относились ко мне в доме вполне сносно: во многих других домах предпочитали не держать мужчин, считая их недостойными даже в роли слуги. Но меня вымораживала сама идея прислуживать девушкам, выполнять их поручения, но пара пробных разрядов и воспоминания о той боли, что я испытывал в школе, и я понял, что лучше скрыть свою ненависть внутри. Но, тем не менее, с каждым днем она всё больше крепла во мне.       Пока я не узнал, что война давным-давно закончилась, и уже полгода как подписан пакт «О ненападении». Тогда я действительно чуть не сошёл с ума: кричал, плакал, пытался разорвать мерзких ба, но охрана быстро меня скрутила, образумив меня ударами по почкам. Я потерял надежду. И с каждым днём всё больше и больше склонялся к мысли уйти красиво, захватив с собой как можно больше девушек.       Но умирать я не хотел. Мне не хватало решимости, а потом в душе всколыхнулась новая надежда: пакт был подписан на два года, а этот срок уже подходил к концу. Я внимательно следил за всеми новостями, чтобы не пропустить поворотного момента.       Если пакт не будет продлён, то тогда есть шанс вернуться домой, к семье, если нет… тогда, пожалуй, придётся всё-таки уйти, желательно, красиво. Прислуживать всю оставшуюся жизнь я уж точно не готов.       И вот, день Х настал — Аннабелит уехала на совещание, на котором и должна была решиться судьба двух миров. Через пару-тройку часов стало известно, что пакт был продлён ещё на два года и расширен. Это был серьёзный удар, но я не дал себе скатиться в безумие. Придётся притворяться, что всё хорошо: второй попытки у меня не будет.       Я понимал, что Аннабелит ни в чём не виновата — она даже не воевала, ей всего девятнадцать, как и мне, но, тем не менее, кто-то должен ответить за всю боль, что мне причинили на Ферруме. Если постараюсь, смогу прихватить ещё пару-тройку служанок. Главное — расправиться с альфой как можно быстрее и неожиданнее: я знаю, что она — серьёзный противник и в честном бою, наверное, обошла бы меня по всем фронтам. Но кто говорит, что бой будет честным? Да, это подло, но просто так вскрыть вены, не попытавшись даже отомстить хоть кому-то — слишком обидно.       Прошло четыре часа, а Аннабелит всё не было дома.        «Интересно, куда она подевалась? Всех уже давно переправили по мирам. Может, она решила куда-нибудь пойти после совещания? Вроде, не собиралась, насколько я знаю. Но понять девушек за два года я так и не смог… хотя и не пытался, если честно».       Наконец завибрировал мой браслет, говорящий о том, что «хозяйка» вызывает своего пёсика. Я выпрямился, спрятав во внутренний карман острый нож, что я украл с кухни ещё две недели назад, проверил, что тот удобно и быстро вынимается, направился в столовую, где наверняка закончила ужинать альфа.       На улице уже темнело, потому внутреннее освещение меня немного ослепило. Проморгавшись, я попытался заставить органы зрения работать должным образом. После чего, резко выдохнув, зашёл в столовую.       Как оказалось, в помещении Аннабелит была не одна, а в компании какой-то омеги.        «Омега — это хорошо. По её виду можно сразу сказать, что она — лёгкая жертва. Главное, сразу расправиться с «хозяйкой».       Маленькая девушка с интересом рассматривала меня, заставив вздрогнуть.        «Она о чём-то догадывается? Может, она телепат?» — от этой мысли я резко потянулся за ножом, пока она не успела открыть рот, чтобы пожаловаться альфе, которая, наверняка, остановит меня, если будет вовремя предупреждена. Но я не успел.       Девушка сорвалась с места, радостно улыбаясь.       — Кассиан! Ты… жив?! — вопила она, обняв меня.       От такого я опешил, не зная, что мне делать дальше. И главное, я вспомнил её голос: это была ба, что прислуживала у нас в доме.       Узнал я её с трудом: выглядела она сейчас гораздо лучше, одетая как обычная местная, в обычной домашней одежде, а не в рубище, в которое её одевали на Бете.        «Что она тут делает? Она должна быть на Бете. Неужели ей удалось сбежать… но как? Она ведь и вовсе родилась на Бете и совсем ничего не знает о Ферруме. Либо за два года всё кардинально поменялось, либо я решительно ничего не понимаю.       — Кассиан! Я так рада, что ты жив. Мы тебя успели уже похоронить, — всё так же прижимаясь ко мне, продолжила она.        «Она так переживает за меня… с чего бы это?»       Хотя контакт с девушкой был мне неприятен, я не стал отстранять её: стоило только посмотреть на перекосившееся лицо альфы, чтобы понять, что она явно что-то испытывает к омеге. Почему-то это заставило меня вытащить руку, спрятав нож до лучших времен — взгляд этот пролился бальзамом на душу. Неужели я хоть чем-то смог задеть невозмутимую обычно Аннабелит?        «И ещё, нужно узнать, как ба выбралась с Беты, может, я смогу вернуться домой этим же способом?» — эти мысли отговорили меня от убийства и последующего за ним суицида, заставив меня вместо этого выдавить:       — Да. Я жив. А ты… что тут делаешь?       — Представляешь, я теперь тут живу! Меня пригласила Аннабелит.       Ещё один довод в копилку того, что явно тут замешаны чувства. По налившимся кровью глазам альфы, я понял, что затягивать близкий контакт с омегой не стоит — иначе «хозяйка» просто прибьёт меня.       Мягко отстранившись, я спросил:       — Почему ты здесь, а не на Бете?        — Меня отправили сюда по программе обмена. Меня и ещё сто девяносто девять девушек, — объяснила она чётко и ясно. Она явно привыкла отвечать на вопросы мужчин. Не то, что местные.        «Значит, и у меня есть шанс отправиться домой. Думаю, Аннабелит будет счастлива выслать меня куда-нибудь подальше, чтобы я не мешал ей развлекаться со своей любовницей. А ведь действительно, скоро же должна приехать её будущая жена… интересно, как альфа всё это объяснит своей избраннице?» — злорадно подумал я, считая, что чем больше скандала, тем для меня сейчас лучше. Действительно, от одной мысли о том, что у меня появился шанс вернуться на Бету, меня начинала переполнять радость от предвкушения.       — А на Бету были отправлены мужчины, так? — подозрительно уточнил я.       — Да, муж, так, — вмешалась в наш диалог «хозяйка», что готова была метать молнии за одну улыбку ба, направленную в мою сторону. А ведь та не прекращала улыбаться ни на секунду, — Не слишком ли много вопросов? — холодно осведомилась она.       — Ой, простите, — замялась омега, — Аннабелит, это я его отвлекла. Это я виновата, — девушка виновато посмотрела на альфу, от чего та улыбнулась кончиками губ, а взгляд заметно потеплел.       — Лами, сядь, пожалуйста, и доешь. Пусть муж уберётся.        «Девушке дали имя? Хм… вполне логично».       Она послушно села за стол, кидая взгляды в мою сторону. Я привычно начал собирать всё со стола: трапеза уже явно подходила к концу.       Тут на кухню вошло ещё одно действующее лицо: низкая, хрупкая девушка-омега, с голубыми, как ясное небо, глазами, что смотрели будто на другой мир, гораздо более прекрасный, чем наш. На лице — приятная улыбка. Одета она была не так, как другие девушки, виденные мной. Правда, в основном я общался с альфами, на крайний случай — бетами, омег к мужчинам обычно старались не подпускать. По крайней мере к дрессировке. А потом меня отдали в этот дом, где работали служанками всего три девушки: две пожилые подруги-омеги, уже дряхлые и раздавшиеся вширь, и одна молоденькая бета. Все они предпочитали ходить в специальной форме. Иногда, конечно, у нас дома гостили подруги Аннабелит или её семья, но обычно меня не допускали до таких собраний. Да и все гости выглядели абсолютно не так.       Для Беты она выглядела очень специфично и необычно. Яркое голубое платье с корсетом, из которого открывался вид на большую грудь девушки, как будто специально подчеркнутую. Далее была довольно длинная юбка, достающая до пола, но при этом подчёркивающая все особенности фигуры. Надо признать, что я засмотрелся на девушку.        «Неужели… мне может понравиться какая-то ба? Я что, извращенец? Как мне вообще могут нравиться девушки? Они же нисколько не сексуальны…» — пытался убедить себя я, заставляя перевести свой взгляд хоть куда-нибудь. Казалось, что это было невозможно.        «Но? Как такое может произойти? Меня всегда возбуждали парни!».       Но теперь я чувствовал, как при одном взгляде на пышную грудь девушки с совсем не мужской фигурой к паху начинала приливать кровь.       — Ольда? — спросила альфа, заставив меня выйти из транса.       — Аннабелит, у тебя гости? — спросила девушка, совсем не смотря на меня, замершего неподалеку.       — Да, познакомься, это — Лами, она с Беты. Она будет жить с нами, — альфа говорила с уверенностью, непринужденно, но я, живя с ней уже два года, слышал в её голосе какую-то недоговорённость.        «Это будет забавно… Альфа притащила себе вторую омегу, когда у неё есть будущая жена. Плюс я могу вернуться домой! Да, сегодняшний день, пожалуй, можно считать самым счастливым из всех, проведённых мною на Ферруме. И ещё…»       Я кинул ещё один взгляд на Ольду, что прошла мимо меня, садясь за стол, отчего я резко выдохнул, пытаясь справиться с нахлынувшими на меня эмоциями.        «А это — просто побочный эффект того, что у меня давно нет парня» — уверял я, сам себе не веря.