Феррум. Особенности женских отношений

POV Ольда

      Я откровенно запуталась в себе. Ещё два дня назад мир казался таким простым, будто окрашенным в два цвета: чёрное и белое. Теперь же он приобрел все оттенки серого, претендуя на выход из этой гаммы.       Аннабелит — моя любовь, несомненно, но нужна ли я ей? Похоже, что ей нравится другая омега, меня же она только терпит… Или нет?       Кассиан — странный муж, оказывающий мне недвусмысленные знаки внимания. Наверное, я должна его презирать за то, что он воспользовался мной, но не могу… я сама этого хотела. Плюс, он фактически сегодня спас мой брак.       Лами — прошмандовка, что влезла между мной и моей альфой. Могу ли я отдать ей своё счастье? Нет, ни за что!       Хотелось спрятаться от мира, чтобы не принимать никаких решений: это казалось слишком сложным. Я даже была рада тому, что альфы и омеги не было дома, ведь тогда бы, несомненно, мне пришлось бы что-то выбирать, к чему я была не готова…       Я целый день сидела в своей комнате, сначала тщательно отмываясь, просто боясь выходить наружу. Здесь было так спокойно, что я просто забилась под одеяло с телефоном, слушая музыку, просто отдыхая в интернете, переписываясь ни о чём с друзьями в социальных сетях.       Пару раз мне в комнату стучали, сначала приглашая на обед, потом на ужин, но я лишь говорила, что не голодна. Когда в комнату постучали в третий раз, было уже довольно поздно и темно, я, поражённая тем временем, что провела в своеобразном убежище, подскочила на кровати, будто вывалившись из транса.       — Госпожа Аннабелит вернулась, — отозвался мужской голос с другой стороны двери. — С Лами.       Я нервно сглотнула. Хоть я и понимала, что этот момент когда-нибудь наступит, но всё равно мечтала оттянуть его на как можно более поздний срок.       Сделав пару дыхательных упражнений, я встала, быстро переодевшись, и спустилась в прихожую, где стояла парочка. Моя жена и та, кто всё может легко испортить. Если уже не испортила.       Честно скажу, обсуждать мне уже ничего не хотелось, но альфа сразу же напомнила об этом, видимо, желая поскорее со всём разобраться. Мы поднялись в кабинет моей жены, где уселись напротив друг друга, будто на очной ставке.       — Ольда, скажи, ты хочешь, чтобы мы с тобой были жёнами? — я только кивнула. — Я тоже этого хочу. Лами мне ужасно жалко, не знаю, почему так, но, увидев её в больнице, я не смогла оставить её там. Я не могу помочь всем девушкам, пострадавшим от рук мужчин, но свой вклад привнести обязана. Потому я считаю своим гражданским долгом помочь пострадавшей девушке. Неужели ты сама не хочешь помочь той, что по воле судьбы оказалась в мужском мире?       Альфа говорила спокойно, логически обосновывая, правильно, но почему-то какая-то частичка меня чувствовала, что она что-то не договаривает.       — Она тебе нравится?       — Да, — пожала плечами Аннабелит, — она красива, если ты про это, это глупо отрицать. Но в любом случае ты — моя жена. Про это я помню и буду помнить.       Мне на душе стало как-то тепло, а коготки, что до сих пор держали моё сердце в тисках, слегка подотпустили: она не станет меня бросать, будет со мной — одного этого хватало, чтобы начать прыгать до потолка. Однако что-то в речи альфы казалось мне неправильным, но все мысли моментально выбились из меня, когда губы альфы затянули меня в поцелуй, нежно, но настойчиво. Волшебно.       Я ей нравлюсь? Её мягкие губы говорят да, а больше я ничего и слушать не хочу. Я буду счастлива рядом со своей альфой.

POV Кассиан

      Вся «семья» вновь собралась только на ужине. Примечательно было то, что всем явно было, что скрывать. Мы будто на шпионском рауте, где каждый утаивает свои тайны, не желая делать их достоянием общественности.       Какая дурацкая ситуация. Демиурги, наверное, долго смеялись, составляя наши судьбы. Интересно, какой финал у этой истории? Возможен ли вообще у нас хоть какой-то хороший конец?       Тягучую атмосферу вечера разбила сестра «хозяйки» — Нинелла, что, как обычно, тайфуном ворвалась в столовую, приветствуя всех присутствующих, даже мне легонько кивнув.       — Кого хороним? — ехидно уточнила она, присаживаясь за стол. — Как мило, что вы специально к моему приезду решили приготовить покушать.       Девушка быстро начала накладывать себе еду в тарелку, что стояла запасной, я же в то время сервировал стол на ещё одного человека.       — Нинелла, что ты тут делаешь? — уточнила Аннабелит.       — Как обычно, ничего. Не хочу ехать домой, а завтра приедет за тобой лично наша старшая мать, она с тобой хочет обговорить что-то перед обсуждением проекта. Так что я решила, что лучше сейчас приеду к тебе, чем в пять утра вставать, чтобы добраться досюда: вдруг она решит проверить моё наличие в доме. Думаю, даже не вдруг, а наверняка. Так что сегодня я радую всех своим обществом.       Сёстры, как обычно, привычно перекидывались репликами, чем значительно повысили градус в помещении. Омеги потихоньку тоже начали вставлять свои пять копеек в разговор. Я же думал о незначительной, казалось бы, фразе: «обсуждение проекта».       «Неужели это то, о чём я думаю? Если так, то отправлюсь ли я обратно на Бету? И нужно ли мне это? — я кинул быстрый взгляд на Ольду. — Я бы хотел забрать её с собой, но она точно не согласится. В любом случае роль слуги меня не устраивает или?..»

***

POV Аннабелит

      Утром меня, как обычно, поднял будильник. Совершив утренний ритуал, я быстро переоделась, кидая взгляд на часы: скоро должна подъехать старшая мать.       Вчерашний день вспоминался будто странный сон: практически целый день мы провели с Лами, ожидая результатов её анализов. Я показала ей все самые красивые места столицы, наслаждаясь счастливым удивлённым лицом девушки, покормила самым вкусным мороженным в городе. Это было так мило, что я ужасно хотела, чтобы это не кончалось никогда. Когда мне отзвонились из больницы, сообщив, что у Лами прекрасные анализы, а значит, омеге придётся лечь в больницу завтра, а на следующий день пройдёт сама операция.       Мы сидели на колесе обозрения, наслаждаясь прекрасным видом на столицу. Несмотря на то, что дел в городе у нас не было и мы могли спокойно ехать домой, последнего мне совершенно не хотелось, потому я оттягивала встречу с женой, как могла.       Только после звонка мамы, сообщившей, что она навестит меня с утра, я решилась глянуть на часы. Было уже девять вечера. Давно пора уже прийти домой.       После ужина мы легли спать с Ольдой, я же сразу сказала ей, что ничего не будет, напоминая о раннем подъёме. На самом деле я просто не хотела никакого интима с ней. Ведь моя течная омежка в этот момент была в комнате по соседству.       Мне дорогого стоили специальные духи, перебивающие запах любой альфы, которыми я опрыскала Лами, наказав ей пользоваться ими постоянно. Хоть мне было ужасно приятно ощущать свой запах на омеге, я понимала, что ничем хорошим это не закончится. Да и вообще все эти тайны до добра не доведут… но что я могу сделать?       Мама встречала меня своей фирменной холодной деловой улыбкой, я постаралась создать как можно более серьёзный вид, забивая мысли о Лами в самый дальний угол памяти. Мы поприветствовали друг друга, после чего перекусили, обсуждая ничего не значащие темы. Я же мысленно лишь надеялась, что никто из омег не проснётся раньше, чем нужно.       Когда дверь в столовую отворилась, я резко дёрнулась, быстро поворачивая голову на звук. На пороге стояла Нина, приветствуя мать. Я незаметно от всех облегчённо выдохнула, делая всё, чтобы завтрак закончился как можно быстрее.       И, слава Демиургам, мы покинули дом до того, как кто-либо из омежек проснётся. Я не знала, что они могут выкинуть — я теряла контроль над ситуацией, чем, конечно, нужно заняться в ближайшее время… но в последнее время всё так закрутилось, что выкроить для этого хотя бы час было невозможным. Давно пора навести в доме порядок.       Мы с мамой, обсуждая по дороге проект, добрались до Йены, которая подготовила меня к разговору с Правительницей и вечернему приёму хотя бы с теоретической стороны. Волнение захлёстывало меня: сегодня всё должно было решиться. И от этого действительно многое зависит. Всё должно быть идеальным.       Моя речь была давно отрепетирована, проект готов уже давно, но тем не менее Йена со старшей матерью упорно гоняли меня, задавая каверзные вопросы, которые могут возникнуть у Правительницы или советников. Хоть это и было формальностью: они уже были ознакомлены со всеми бумагами и наработками, я должна была кратко охарактеризовать своё предложение.       На все эти занятия ушло полдня, после чего я была отдана в руки стилистам, визажистам и другим специалистам, целью которых был мой внешний вид. Но я всё равно постоянно прокручивала в голове своё выступление… шутка ли, я буду вещать про свой проект прямо перед Фелисатой Катерис!       Наконец, час икс настал, и я предстала перед судом самой влиятельной девушки Феррума, что внимательным цепким взглядом смотрела мне прямо в глаза. Она молча выслушала меня, не перебивая, её советники не стали лезть вперёд, потому также выжидали. Я же довольно уверенно провела презентацию в полной тишине, после чего Правительница разразилась аплодисментами, которые неуверенно поддержали другие девушки, сидящие за столом.       — Ещё на Совете мне понравился твой проект — я запомнила его, но в живую это слушать гораздо приятнее, — чуть улыбнулась Фелисата Катерис. — Думаю, именно вы должны представить его на сегодняшнем совещании, как официальный от лица Феррума.       Такого я точно не ожидала, никогда бы не подумала, что моё предложение, довольно смелое, признаю, для сегодняшних дней, навеянное идеями моей сестры и антиксенофобами*, давно выступающими за мир и согласие с Бетой, будет принято положительно. И да, война не приносит нам никакой пользы — лишь вред. Нам нужно научиться хотя бы мирному сосуществованию, а для этого нужно прививать культуру толерантности** в оба наших мира.       Дальше я и опомниться не успела, как мир вокруг закружился как будто в калейдоскопе, и вот, я уже стою перед самыми значительными фигурами миров. Радует то, что благодаря Йене и старшей матери я могу рассказывать всё это на автомате, ибо голова моя была где-то далеко, отказываясь признавать реальность происходящего. Тут меня тоже не перебивали, лишь после моего доклада высокий статный альфа, чуть ухмыльнувшись, уверенно уточнил:       — Правильно ли я вас понимаю, что вы предлагаете попробовать совершить некую «программу обмена», но только в этот раз не рабами, а, наоборот, достойными членами наших обществ, чтобы произвести культурную диффузию***? Но думали ли вы, что, во-первых, жизнь таких «первопроходцев» будет в опасности, а во-вторых, если что-то случится с ними, то бремя ответственности ляжет на принимающую сторону?       — Да, — кивнула я на слова мужчины, — я это прекрасно понимаю, потому должны быть предприняты все средства защиты для сохранения жизни и здоровья гостей, которые как раз и рассмотрены в третьей части моей работы.       Мужчина о чём-то быстро зашептался со строгим бетой, что сидел от него по правую сторону, после чего выпрямился и, чуть кивнув, заявил:       — Это определённо хорошее предложение.       Я, дождавшись разрешительного кивка Фелисаты Катерис, села на своё место, после чего обсуждение продолжилось. Самое удивительное, что спор чаще всего возвращался именно к моему проекту, а после уточнения некоторых шероховатостей, он и вовсе был принят. Я не могла поверить, сидя с широко распахнутыми глазами, чувствуя себя будто во сне.       Остальную часть обсуждений я и вовсе не могла воспринять, полностью погружённая в свои мысли. Я была рада за себя, но всё же почему-то в глубине души было чувство, будто я не заслужила такого. Почему-то было даже как-то неловко, чего со мной вообще давно не бывало.       Переговоры были окончены подписанием очередного соглашения, после чего мы прошли на фуршет. Что происходило там, я воспринять не могла: две нации, хоть и пытающиеся сблизиться, но всё же сохраняющие недоверие, а иногда и ненависть друг к другу, находящиеся в довольно тесном для такой толпы пространстве, с налётом воспитанности и дипломатии выражали недовольство друг другу. Я же каким-то образом оказалась наедине с Правительницей Феррума, что сначала похвалила меня за выступление, после чего, сделав серьёзное лицо, заявила:       — Надеюсь, ты понимаешь, что после такого проекта было бы хорошим тоном, если бы ты сама приняла участие в этом. Поскольку ты нужна нам для реализации, как один из создателей и автор разработки, я внесу тебя в список, как принимающая сторона. Ты не против?       Я, не готовая к такому, только кивнула. Я не ожидала, что мой проект даже Совет пройдёт, а так далеко — уж точно. Всё происходило слишком быстро, тем не менее, я понимала, что выбора-то у меня, по факту, никакого и нет. Мне придётся делить свой кров с какими-то мужчинами, оберегая их от возможных нападок… почему-то пока проект был чисто теоретическим, он казался мне ужасно логичным, теперь же я не знала, как отказаться от такой «чести». Впрочем, как я уже сказала, выбора у меня не было. Примечания: *Антиксенофобы — люди, выступающие против ненависти, нетерпимости к кому-либо или чему-либо чужому, незнакомому, непривычному. **Толератность — терпимость к иному мировоззрению, образу жизни, поведению и обычаям. ***Культурная диффузия — взаимное проникновение культурных черт и комплексов из одного общества в другое при их соприкосновении (культурном контакте).