Феррум. Особенности женских отношений

POV Кассиан

      В моей голове проносились варианты, что я мог сделать, чтобы хотя бы отсрочить разговор, но мозг будто подал в отставку. Меня затрясло: я не хотел, чтобы Аннабелит что-то плохое сделала с Ольдой. Наконец, мне в голову пришла одна мысль.       — Извините, что вмешиваюсь, — резко проговорил я, отчего «хозяйка» кинула на меня удивлённый взгляд, что мне только помогло: дальше я уже говорил, глядя в глаза альфе, — но разве в случаях беременности не нужно решать вопрос как можно быстрее? Думаю, что Виоланта Эрренис расстроится, если узнает, что у вас есть внебрачный ребёнок.       Альфа задумалась, а Ольда кинула на меня злой удивлённый взгляд: она явно не понимала, что я её же брак спасаю.       — Муж прав, — кивнула Аннабелит, — прости, Ольда, нам придётся перенести этот разговор до той поры, пока мы не вернёмся.       Омега в ответ прожгла злым взглядом Лами, явно уловив в речи альфы слово «мы», которое её категорически не устраивало.       — Лами, пойдём, — произнесла альфа в полной тишине, полной переглядываний. Омега робко подошла, изучая пол под своими ногами, лопоча какие-то извинения, которые, впрочем, никого не волновали: ни мне, ни «хозяйке» они не были нужны, а Ольде их явно было недостаточно.       Девушки в полной тишине покинули помещение под недовольные взгляды омеги, которая, как только парочка скрылась, уставилась на меня.       — Зачем ты это сделал? — зло спросила она.       — На тебе мой запах. Ты понимаешь, что это явно не поспособствует сохранению твоего брака, — попытался я сказать как можно более спокойно, на что девушка удивлённо посмотрела на меня, только сейчас осознав, чего она могла добиться своими подначками.       — С-спасибо, — выдавила омега со взглядом умильного котёнка. Я улыбнулся: слышать от неё благодарности было очень приятно.       «А ведь, если подумать, я делаю неплохие успехи: за день я изменил мнение девушки чуть ли не диаметрально. Хоть и сам не уверен, что мне нужно это… или. Всё. Хватит. Стоит признать: я извращенец, которому нравятся девушки. Нет. Только одна девушка — Ольда. И ради её благополучия я сделаю всё, хоть это и ужасно глупо…»       Я подошёл к ней, смотря прямо в глаза, наслаждаясь этим моментом, после чего произнес, чуть улыбнувшись:       — Не за что.       Это получилось так интимно, что я буквально попал под очарование момента, смотря в карие глаза девушки, любуясь их насыщенным цветом, так ярко контрастирующим с белком глаз. Её маленький локон, пересекающий всё лицо по диагонали, будто делил его на две половины. Я потянулся, аккуратно убирая прядь, приставляя её к остальным.       — Я пойду, — произнесла она, хоть и немного неуверенно, но потом развернулась, направившись в свою ванну. Мне лишь оставалось смотреть ей вслед, отмечая, что её попа ничуть не хуже груди, а походка рождает во мне невозможное желание. Но, к сожалению, только у меня.

POV Лами

      Мне было безумно неудобно: я чувствовала свою вину перед Анной и Ольдой. Это ведь я влезла между ними, буквально разрушая их счастье. А более всего мне было неудобно оттого, что меня, когда мы остались с альфой наедине в машине, захлестнуло возбуждение настолько, что держать в голове хоть одну мысль было сложно: сильный запах альфы буквально мешал мне думать.       Я пыталась отвлечься, но организм явно хотел сейчас не размышлять, а трахаться — я ведь так и не сделала укол или ещё что-то, что используют на Ферруме для таких случаев. А хуже всего было то, что Анна наверняка тоже чувствует моё возбуждение — от этого хотелось буквально выпрыгнуть из машины на полном ходу.       Только образ Кассиана и мысли о том, что я в очередной раз не должна всё испортить, помогали мне не наброситься на альфу, умоляя трахнуть прямо здесь, в машине, чтобы не испытывать эту ужасную боль, смешанную с зашкаливающим вожделением.       Хотелось кричать в голос, обдирая кожу до крови, но я лишь впивалась короткими ногтями себе в руки да нервно кусала губы, чуть ли не высовываясь полностью из окна.       Наконец, мы остановились у какого-то белого здания, а альфа быстро выпрыгнула из машины, резко захватывая воздух ртом. Ей тоже крайне тяжело далась эта поездка. Я медленно на негнущихся ногах выползла следом, пытаясь совладать с дрожью, что завладела всем моим телом.       Лёгкий ветерок хоть как-то остудил нас, но потребовалось минут пятнадцать, чтобы мы более-менее отошли.       Анна подозвала меня, я, всё также убиваемая стыдом и возбуждением, медленно подошла. Лицо альфы также было безрадостным: действительно, сегодня она уже умудрилась поссориться с любимой, а вместо того, чтобы её утешать, поехала со мной в больницу.       Врач приняла нас сразу, приглашая в кабинет. Анна, коротко обрисовав ситуацию, попросила разобраться с нежелательной беременностью и подобрать гормональные таблетки от течки. Доктор понятливо улыбнулась, изучая меня с интересом, отчего мне стало дико неудобно: она будто сканировала меня.       Альфа покинула помещение, а мне предложили присесть в странное кресло, в котором я выставляла на показ самое сокровенное.       После осмотра врач назначила мне множество анализов, которые нужно было сделать как можно быстрее. Я же смотрела на неё, абсолютно не понимая, почему всё происходит в такой спешке, пока доктор сама мне не объяснила.       Дело в том, что омеги и беты, в отличие от гамм*, имеют абсолютно разную специфику зачатия. Если гаммы могли забеременеть во время овуляции, которая у них происходила довольно часто — раз в месяц, то у омег и бет, как раз, были течки (хоть у вторых они гораздо слабее, что, кстати, и отражается на их возможности иметь детей) — время, когда возможно зачатие. Периодичность и цикличность течки — индивидуальные показатели, колеблющиеся от трех до шести месяцев.       Именно в это время весь организм омег и бет был ориентирован на сохранение плода, потому тот развивается очень быстро, соответственно, увеличиваясь в размерах. Притом так быстро, что аборт нужно было сделать за одну, максимум две недели**. А ведь не все анализы с первого раза получаются идеальными. Поэтому время поджимало***.       Когда я прошла все нужные процедуры, врачи отпустили меня, сказав, что им нужно около трёх часов для того, чтобы определить, можно ли мне сейчас сделать аборт вообще, или же какие процедуры мне следует ещё пройти. Анна оставила им свой номер, наказав звонить, как что-то станет известно.       И да, альфа так и не сказала ни одного лишнего слова, говоря только по делу, видимо, не желая ничего обсуждать. Да и я, чувствуя свою вину, не знала, что сделать, чтобы её загладить. Мы в полном молчании добрались до машины.       — Домой? — коротко спросила я, отчего Анна скривилась, будто откусив лимон, а затем, посмотрев на меня, уверенно заявила:       — Знаешь, я не хочу туда ехать.       — Но как же Ольда? — растерянно спросила я, на что альфа только пожала плечами. Она подошла ко мне, чуть приобнимая, отчего моё тело опять затрясло, а во рту пересохло.       — Срать на неё, — как-то просто бросила она, припадая к моим губам, буквально, вжимая меня в себя. Я чувствовала огромное желание, захлёстывающее меня, но всё же дрожащим голосом пролепетала:       — Но… она же твоя жена!       Я уже сидела на капоте, чувствуя, как руки девушки исследуют моё тело, которое как-то само отвечало на ласку, жадно прося ещё и ещё. Альфа, казалось, меня не слушала, но я, собрав всю волю в кулак, попыталась её оттолкнуть. Смешно. Даже если бы я постаралась изо всех сил, у меня бы ничего не вышло, а сейчас этим движением даже комара пришибить не получилось бы.       Но я считала, что ужасно ненормально, что она целует меня прямо на улице, когда дома её ждёт жена. Тем более, что я сама здраво понимала, что не хочу Аннабелит, представляя на её месте абсолютно другого человека.       — Не здесь, — простонала я, и это, казалось, всё же дошло до альфы, которой завладели гормоны. Впрочем, долго она думать не стала: мы лишь переместились вовнутрь машины.       Мы целовались, страстно, жадно, будто не могли друг другом насытиться, наши руки беспорядочно исследовали тела, постепенно оголяя друг друга. Иногда где-то на периферии сознания пробегала мысль, что так поступать нельзя, но она немедленно смывалась потоком вожделения.       Её губы и руки, казалось, были везде, доставляя невозможное удовольствие. Язык чувственно облизывал мой клитор, заставляя меня стонать на всю улицу, я уверена, а затем я почувствовала, что влажный орган проникает в меня, пошло, но безумно приятно. Я кончила, отчего всё моё тело забилось в сладких судорогах. Но девушку это не остановило.       Она продолжала ласкать и целовать меня, чуть ли не каждый миллиметр моего тела, а потом прижималась, будто пытаясь сделать нас едиными, но я была абсолютно не против. Наоборот. Я сама умоляла её не останавливаться и просила о большем.       Почувствовав, как в меня входят её пальцы, я безумно подалась вперед, вбирая их полностью в себя. Они сразу же нащупали внутри приятную точку, от прикосновения к которой, казалось, мне снесло остатки здравого смысла.       Мир будто рассыпался на мириады звёздочек, чуть пульсирующих, будто укачивающих меня на своих волнах, но постепенно дымка перед глазами рассеивалась, заставляя приходить в себя. Девушка сидела рядом, а не вдавливала в сидение, лишь разглядывая меня.       Ужасно неловко смотреть на ту, что только что доставила тебе неимоверное удовольствие. Я сразу же покраснела, неловко опуская глаза вниз, сразу же обращая внимания на то, что я полностью голая, как и верх Аннабелит. Но девушка всё так же оставалась в трусах, её тело слегка била дрожь, а дыхание было всё таким же учащённым и тяжёлым.       Я медленно провела по её животу вверх, чуть задевая сосок, отчего девушка слабо застонала. Она была до сих пор крайне возбуждена, тем не менее, она держала себя в руках, лишь взглядом выдавая своё желание, что чуть не переливалось через край воспитания.       Я понимала, что она не хочет повторения вчерашней ситуации, но почему-то мне было безумно неловко, что Анна страдает, а я лишь кайфую. Не успев осознать, что я творю, я припала губами к груди девушки, покрывая поцелуями, а после чуть прихватила сосок губами, еле сжимая его, а затем резко отпуская.       Альфе явно это нравилось, но она хотела большего: девушка буквально завела мою руку себе в трусы, будто показывая, что нужно делать, сама же медленно полуукладываясь. Я же, влекомая её телом, соскользнула следом.       Я ласкала её, чувствуя, как тело альфы сладострастно отзывается на каждое прикосновение. Она посадила меня на себя так, что я чуть ли не ударилась головой об крышу, мне приходилось постоянно пригибаться. Впрочем, я и так не выпрямлялась, постоянно находя губы Анны.       Я чувствовала, как мы соприкасаемся через тонкую ткань её трусов, что были уже мокрые от моей смазки, и это было ужасно приятно. Я сама постоянно тёрлась об неё, наслаждаясь каждым движением. Наши руки, губы, тела будто соединились в одном единственном порыве страсти, пока альфа резко не сдвинула меня выше, себе на живот, громко застонав, содрогаясь всем телом.       Это было так странно: смотреть на то, как девушка испытывает оргазм из-за моих действий. Я не знала, почему я так поступила, наверное, из благодарности — я понимала, что должна хоть как-то сказать «спасибо» за всё, что она мне сделала. Но, тем не менее, смотря на неё, я лишь отмечала её красоту и доброту, а, одновременно с этим, при единственном взгляде на Кассиана в глубине души будто поднималась буря эмоций.       Я не знала, что мне делать, ведь теперь я ещё больше всё запутала до невозможности. Примечания: *Напоминаю, что гаммы — это обычные девушки. Это так, для понимания. **Имеется ввиду вакуумный аборт, как самый безопасный для здоровья, остальные возможны, ещё некоторое время, но это ведёт к таким же последствиям, как и у гамм — вплоть до бесплодия. Если вам интересная данная тема (надеюсь, что нет), то можете ознакомиться здесь: http://www.aborti.ru/abort_miniabort/ ***Надеюсь, теперь вам понятны все особенности полов, если нет, прошу написать в комментарии — я добавлю в эту главу, хочу, наконец, чтобы у вас сложилась цельная картина.