В пламени любить

Если ваш внутренний мир слишком прекрасен и чувствителен, вы восприимчивы к мату, то не читайте данную работу.

***

      — В этом году я буду счастлив, я сам сделаю себя счастливым! — поднимает стакан с бурбоном Доми.       — Мне выйти из комнаты или как? — интересуюсь, следуя примеру друга.       Сегодня день его рождения! И мы, как и последние пятнадцать лет, отмечаем его одинаково, а именно сидим, едим, пиздим и бухаем. Традиция!       Три года назад мы вернулись домой, в «Яму», разбив самую опасную угрозу для города. Вы не подумайте! Мы не обленились и не разжирели от спокойной жизни, просто… А что просто? В горах не осталось противника, который мог бы, рискуя жопой, посягнуть на наши территории. Конечно, недоброжелателей у нас хватает. Лишившись лидера, они разбежались и забились, как крысы по норам, кучкуются небольшими группами. Они разрозненны и проблем не доставляют. В итоге Капитанам Корпуса Дракона на границе не нашлось дел, нас и отправили на раннюю пенсию со словами: «Город Вам обязан! Вы подарили нам мир на долгие годы!». Вот только этот мир мне дорогого стоил!       — А ты против представления для взрослых? — подмигивает именинник, проделывая соответствующий жест рукой.       — И почему я только сейчас узнаю, что ты любитель подрочить на публику? Фу! Дом! А я то думала, что мы друзья! Ведь мы делимся всем! —       Да! Кстати, об этом… Мы расстались! — ох, бля! Быстрое пояснение, о чем речь! Не так давно у нашего Короля Красных Драконов сорвало башку от одной девицы. И обрел в ее лице свои первые серьезные отношения, которые продлились около года. Он клялся, что влюблен… А я все думаю, где она шарится.       — Ну, и кто кого бросил?        — Что за вопрос? Конечно, я её. Она же всерьез думала, что «Распредвал» — это какая-то херня для кухни.       — Блин! Чувак! Она знает слово «Кухня»! — стучу по лбу, давая понять, что он дебил. Баба, которая добровольно кашеварит тебе, и при этом целенаправленно не пытается отравить, большая редкость!       — Ну, не знаю, Ник! Не мое это… Все это! Я уже пару месяцев думал, смотря, пока она спит, как сделать так, чтобы она ушла из дома и заблудилась на чьем-нибудь хере… Тяжелая вещь-отношения! — во дебил!       — А я тебе говорила! Не ходи туда, там ждут неприятности! — подливая алкоголь, припоминаю свой совет другу, но кто же меня слушает?! Правильно! Никто! К тому же, как туда не ходить, они ведь ждут… Ох! Сколько же глупых людишек вокруг! Серьезно! Меня это расстраивает… Кажется, в холодильнике была шоколадка. О! Есть такая…       — Ну, как же туда не ходить? Они же ждут! — театрально прикрываю рот в жесте «О! Боже! Правда, что ли?» Хе-хе-хе, у дураков мысли сходятся…       — Хэй! А вот и мы! — вваливаются в квартиру Четыре, Зик и Лорен.       — Что притащили? — размахиваю пустой бутылкой, давая понять, что они опоздали.       — Текила, ром. Вкусняха! — вприпрыжку к столу летит Бибизьянка-Лорен.       — Гуляем! — входит Бабайка. — Эй! Это мое место! — отвешивает подзатыльник Глазастому, от чего ранее сидящий Четыре отсаживается дальше от меня, а его место занимает Писюкат.       За три года мы так и не смогли найти компромисс в отношениях, вечно как два барана. Разбежались, оставаясь приятелями-друзьями… И все же передружили! Как только один заводил себе новое увлечение, второму нужно было подосрать и испортить завязавшуюся интрижку. Сейчас мы — друзья, лечащие здоровье за счет друг друга.       — О чем говорили? — интересуется Зик, обнимая Лорен, не так давно они сошлись, и пока у них все конфетно-карамельно, въехать в проблемы именинника они не могут.       — Да вы даже не представляете, каково это, когда по самые яйца влюблен в воплощение Сатаны на земле…       — Ну что ты, Эрик! Зачем ты так о СЕБЕ?! — перебиваю Сволоту, за что ловлю шлепок по ляжке. Стол разрывает дикий ржач. Сатана значит? Ну, ок!       — А вы, адская парочка, почему расстались? — задает вопрос Мулат.       — У всех в отношениях наступает такой момент, когда, смотря на него спящего, такого милого и красивого, невольно закрадывается мысль, не взять ли подушку и придушить, пока есть возможность! — пожимаю плечами.       — Что и требовалось доказать… Друзья, вашему вниманию… Сатана! — вещает Лорен, а я попадаю в захват, приобнятая смеющимся Бабайкой.       — Но лично от нас вашей паре! Искренне надеемся, что вы еще успеете пожить до того, как возненавидите друг друга! — скалимся на пару с Эриком парочке, у которых улыбка сходит с лиц.       Спустя несколько часов собираюсь, наконец-то, завалиться спать, как вдруг…       Тук-тук.       — Хм, небезынтересное развитие событий! — опираюсь о дверной косяк собственной квартиры, разглядывая нарушителя моих планов.       — Эрудиты тут проводили исследование и очевидно, что некоторые особи приматов — такие, например, как: обезьянки, шимпанзе, ТЫ! Находят своего самца более желанным, если его расположения ищет другая самка, — обнимая какую-то шалаву, вещает Блядоящер.       — Ты! Съебала, пока есть на чем! — тычу пальцем в прихуевшую мадам, на что та с возмущением уставляется на Залупоглазое Чудовище, который придает ей ускорения, толкая в плечо. Миг и Сучки не видно, а Сукин сын опирается рукой о косяк, нависая надо мной.       — Ну? И чем будешь развлекать? — бесстрашный Лидер целует и вталкивает вглубь квартиры, двигаясь в сторону кровати.       — В один прекрасный момент ты отсюда живым не выйдешь! — рычу, откидываясь на подушки, тяну его на себя с такой силой, что, не успев среагировать, он валится на меня. — Ах, гравитация! Бессердечная ты сука!       — Чшшшш… Сучка… — улыбаясь, начинает посасывать нижнюю губу, чуть прикусывая ее.       Начинаю грубо отвечать на его поцелуи. Порой думаю, что он мазохист! Вечно пытается меня взбесить, в жопу его дери, постоянно. Это нездоровая привязанность, когда и с ним плохо, а без него невозможно. Полностью увязла в этом черном жестоком Ужасе Всея Лихость.       Лидер проникает своим языком в мой рот, заставляя отдаваться ему без остатка. Лишь в постели я забываю о своем характере, забываю показывать зубы, начинаю прогибаться под его давлением и напором. Его руки, наконец, оставляют мои волосы, прежде крепко сжимая их в кулаке, и разрывают майку на груди. Вот Скотина… Ты ответишь мне за каждый клочок!       Мой персональный Зверь, громко зарычав, завел мои руки над головой, наслаждаясь минутной покорностью, разглядывал лицо, вглядывался в глаза, будто выискивая в них подвох. Со мной вечно так, и он готов на это, готов положить весь мир к ногам, лишь бы не вставала на дыбы.       Рванув с него футболку, в порыве страсти чуть прокусываю ему шею до крови, на что зверь, зарычав, фиксирует положение лежа, удерживая меня за шею. Прикусывает подбородок, спускаясь поцелуями к груди. Каждый раз, зная, что и как мне нужно, он доводит рассудок до полного умопомрачения, заставляя выгибаться и стонать от возбуждения. Подхватив под поясницу, сажая на свои колени, сжимает, наматывая волосы на кулак, оттягивает голову, заставляя выгнуться, грубо целует грудь, гортанно рыча от удовольствия обладания. Отстраняется, расправляясь с остатками своей футболки, от которой я не оставила живого места, что дает мне шанс рвануть пряжку его ремня, впиваясь губами в кубики на его животе. Целую, царапая зубами то место, которое пробивала при первой встрече, кто же знал, что, набив ему моську тогда, я буду стонать под ним сейчас. Снова завалив на спину, впивается в грудь, от неожиданности охаю, выгибаясь сильнее и хватаясь за его ежик на затылке. Одной рукой подхватывает за коленку, устраиваюсь удобнее, смыкаю ноги, обхватив его, оцарапав спину подвеской на цепочке, красующейся на щиколотке моей ноги. Он сделал этот подарок, служащий символом того, что он готов стоять передо мной на коленях, когда одевал мне ее, мурлыкал, что «Как далеко ты бы не убежала, я найду и приду за тобой, ведь права выбора у тебя больше нет!». Точно так же как и путей к отступлению больше нет, а возможности на побег он мне точно не даст.       Выгибаюсь, пытаясь прижаться сильнее, еще ближе.       — Моя! — шепчет с придыханием в мою шею, на что невольно отзываюсь «Твоя!», чувствую, как содрогаются его мышцы. Резкий сильный толчок, отчего глаза распахиваются сильнее, он глушит вскрик поцелуем, при этом замирая и вновь начиная двигаться, ощущения его внутри, огромного его, распространяется по каждой нервной клеточке, и у него уже не получается заглушить стоны своими губами. Он бросает это дело, довольно усмехнувшись и облизнувшись, впивается мне в предплечье зубами, сразу следом зализывая место укуса.       Оказавшись на нем сверху, начинаю медленно двигаться, наслаждаясь ощущениями, он лишь слегка направляет рукой, другой удерживая за волосы, заставляет наклониться для поцелуя. Что он так в восторге от моей гривы? Он ускоряет темп, и я выгибаюсь, выдыхая его имя, а следом раздается рык, глушащий все вокруг, я не слышу ничего, только его дыхание. Падаю на него, утыкаясь в его лоб своим.       — Серьезно? Бабайка?! — пытаясь собрать свою строгость, задает вопрос Чудовище, что заставляет меня засмеяться.       — Нуууу… Блядоещер ведь не к месту будет сказано… Так же как Пиздюк, Еблан, Скотина, Залупоглазое… — резко переворачивается и зажимает меня лицом к кровати, фиксируя своим телом.       — А тебя еще пороть и пороть… — отвешивает звонкий шлепок по ягодицам, заставляя прогибаться мою неугомонную спутницу, прикусывая ухо.       Следующие пару часов выпадают из жизни. Просыпаюсь от стука в дверь, смотрю на часы 6:00. Что за нахуй?       Пытаюсь сползти с кровати, как вдруг ощущаю сомкнувшуюся руку на лодыжке, тащащую назад.       — Куда? — стук повторяется, Великий и Ужасный Кошмар Всея Лихость поднимается, натягивая штаны, доставая пистолет, намереваясь пристрелить нарушителя его драгоценного сна. Пока закутываюсь в простыню, слышу мат со стороны входа.       — Эрик! Опусти пистолет! В этом Придурке столько дерьма, авось еще забрызгает! — хмурю брови, смотря на ебливую усмешку, заявившегося, ни свет ни заря, Еблана.       — Зачем явился, Киран?! — от упоминания имени Еблана, Лидер снова тычет ему промеж глаз пистолетом, взводя предохранитель, намереваясь пристрелить. Приходится встать между ними, чтобы опустить руку ревнивого Зверя. Мой вид в покрывале дает свой эффект на них, если Киран похотливо облизывается, блуждая по мне взглядом, то Эрик, обхватывая за талию, прижимает к себе, высказывая «МОЕ!», но руку не опускает, держа на прицеле жертву, готовясь стрелять то ли по команде, то ли по провокации, если тот дернется в мою сторону.       Киран. Киран Бёртон. Старший из близнецов Бёртонов. Он сын Сета, моего официального опекуна, наставника и командира. Мы росли вместе, и он был моей первой влюбленностью, мы собирались пожениться, пока я не очухалась и не свалила, прихватив тапочки. Мы смогли восстановить более или менее приятельски-семейные отношения, но он все равно был уверен, что как только нагуляюсь, то вернусь к нему. А потом случился Эрик, теперь шансов у него нет… Чудовище знает его лишь понаслышке и из пьяных рассказов Лорен, сокрушающуюся по нашей некогда недопаре… Подруга симпатизирует этому Засранцу больше, чем Ужасу, летящему на крыльях ночи в свете звезд… От чего тот, кинув, что при первой же встрече пристрелит Ублюдка, посмевшего опередить его. Ну да, конечно, хранила бы целку для тебя… Спятил, что ли? Киран, один из командиров отряда Красных под командованием Доминика, был на Кордоне, причина, по которой он здесь, явно мне не понравится…       — Привет, Малыш! — грудь, в которую я упираюсь лопатками, сотрясает от раздраженного рычания, выходящего из нее. Малыш… Он вечно так меня зовет, сколько себя помню, и ему явно отказывает инстинкт самосохранения в данный момент. Чувак! Ты Бесстрашный, а не Бессмертный! — Собрание у Макса! Сейчас! — подмигнув, разворачивается и идет по коридору в сторону лифта.

***

      — Что за срочность, Макс? — входим с Бабайкой довольно бодро в кабинет, полный сонных мух.       — Вы задержались на утреннем перепихоне? — складывает ручки на груди Дом.       — А завидовать нехорошо! Если бы ты откинул свою ебливую идею, чтоб благоверная заблудилась на чужом хую, не был бы таким Мудилой со спермотоксикозом! — огрызаюсь неуместному замечанию друга, который начинает дуться еще сильнее.       — Закончили! — повышает голос Макс. — Вчера не вышел на связь один из наших разведчиков, прибывающий на данный момент на территории гор.       БЛЯТЬ! ТВОЮ МАТЬ! Как знала, что хуйней его приезд отзовется…       — Хьюго?! — опираясь о стол, задаю даже не вопрос.       — Да! Теперь ты понимаешь, почему ты нужна? Помоги мне вернуть брата! — отзывается Киран, сейчас он серьезен. Мы уже давно отпустили друг друга в романтическом плане, остались только «Мы — часть семьи», бедовый зад, которой нужно вытаскивать из-под огня.       — Ну так чего же мы ждем? — встает Дом с кресла, интересуясь у всех присутствующих.       — На сборы два часа! Транспорт уже готов! Вам кто-то еще нужен? — интересуется Макс, прекрасно понимая, что за кордоном нас знают в лицо и без единственного дополнительного бойца, который остается неизвестным в тех местах, нам будет туго продвигаться. А что? Есть одна серая неприглядная, но очень симпатичная жопа на примете…       — Четыре! — смотрю на Бабайку, он не доволен выбором, но понимает, что как раз его рожу знает каждый, и скорее подставит под удар, чем поможет заданию. Смотрит на Глазастого, тот лишь кивает на его убийственный взгляд «Следи за тем, чтоб вернулась целой». Уже на выходе тормозит…       — Будь осторожна! Если хоть одна Паскуда… — перебиваю его.       — Вот и проследишь! Кто сказал, что ты остаешься? Лезть в пекло без прикрытия собственного Дьявола? Серьезно? — он боится. Боится, что потеряет меня, это чувствуется в той силе, с которой он заключает меня в свои объятья.       — Детки! Вам что, приказ забыли отдать? А поебаться вам не завернуть? Поезд под названием «Нахуй шли» ждёт вас! — психует Старший Лидер.       — Степень вашего раздражения отбивает всякое желание дискутировать с вами на данную тему, о Великий! — не забыв театрально положить лапку на грудь, делаю грустную моську. Макс против, но понимает, что не удержит молодняк на жопе ровно, ведь у них там снаряд…       — Бегом, черти!