Попробуем быть...

— Спасибо тебе, что зашел. Вообще, интересный случай! Держи меня в курсе, как пройдет операция. — Владимир Сергеевич с воодушевлением рассматривал поданные Олегом снимки. — Конечно. — Брагин отстранился от комода, возле которого стоял до этого, облокотившись спиной, — Я пойду, наверное. Поздно уже. — Да, Олег. Постой. — Владимир Сергеевич приподнялся на кровати, — Ты извини, что я тогда к тебе пришел. Помутнение какое-то произошло. Слушай, ну вы же взрослые люди… У Маринки вроде мужик какой-то там завелся, — проговорил он, с каким-то странным выражением в умных глазах, наблюдая за реакцией Брагина. — Да, видел я. Шкаф двустворчатый, — Олег сказал это почти равнодушно, явно не желая продолжать тему. — Точно. — До свидания, Владимир Сергеевич. Увидимся. — Ну, давай. Пока.— Нарочинский посмотрел внимательно ему вслед и снова откинулся на подушки. Проходя мимо гостиной, Брагин задержал свой взгляд на кадрах вечерних новостей, мелькавших по телевизору. В этот самый момент сообщалось о ледяном дожде, который парализовал движение на пригородных трассах Москвы и заблокировал авиасообщения на неопределенное время. — Фирюза, спасибо за чай. Поехал я, — обратился он к сидящей за столом чернявой, с моложавым добродушным лицом, полноватой женщине. — На здоровье, Олег Михайлович. Вы смотрите, что делается, чего погода творит! — ответила она, взглянув быстро на него и кивая в сторону экрана. — Из-за сложных метеоусловий все вылетающие рейсы в настоящее время задержаны на несколько часов, — вещал молодой парень, с микрофоном в руке, кутаясь в шарф от сильного с мокрым снегом ветра, на фоне здания аэропорта Домодедово. — А, Марина давно уехала? — негромко, так чтобы не слышал Нарочинский, вдруг спросил Брагин сиделку. — Да, больше трех часов назад уже как будет. А, что вы думаете, она тоже в аэропорту? — Ну, она позвонила бы, наверное, если что не так. Откуда мне знать, — как можно более спокойным тоном произнес он и повернулся в сторону прихожей. Выйдя на улицу, Брагин, точно как тот репортер, плотнее укутался в шарф и оглядел машины, припаркованные во дворе. Он обратил внимание, что темно-серой тойоты Марины среди них не было. — «На крытой стоянке где-то оставила», — подумал он, заводя свой опель и включая обогрев лобового стекла.

***

В это время темно-серая красавица, везя свою хозяйку, катилась по мокрым улицам вечерней Москвы. Марину душили слезы разочарования. Ее настроение было под стать мерзкой погоде. Она понимала, что не может вернуться сейчас в таком состоянии домой, чтобы не давать лишнего повода переживаниям отца. Поэтому, заверив его по телефону, что с ней всё хорошо, она изменила направление движения по знакомому маршруту. У неё до сих пор перед глазами стояла неприятная сцена, случившаяся в аэропорту. Они еще не успели с Хаевым пройти регистрацию задержанного рейса, как к ним подошла незнакомая яркая шатенка в дорогом пальто. Позади нее мельтешил седовласый водитель Виктора. Бесцеремонно оглядев Марину с ног до головы, женщина во всеуслышание заявила Хаеву, что никуда его не отпустит с «этой шлюхой». В тот момент Марина готова была провалиться сквозь землю от такого позора, и первую минуту безмолвно смотрела на Хаева с застывшими серо-голубыми глазами. Не дожидаясь конца его перепалки с возбужденной особой, осознав лишь как в тумане, что это была его жена, Марина резко развернулась и, подхватив свои документы и сумку, быстрым шагом направилась прочь от них. Словно во сне, стараясь не замечать вытянутых лиц окружающих людей, она стремительно вышла из зала, даже не обернувшись на запоздалый оклик Хаева.

***

Вернуться сейчас домой, где его ожидала навязчиво-ласковая Лена и баранина в кефире, Брагину до жути не хотелось. Зато снова возникло непреодолимое желание крепко и много выпить. Стоя в пробке, с силой сжимая руками руль, опустив на него свой подбородок, Олег в который раз вспомнил о сегодняшней дате. Сегодня был особенно трудный день. Нет, с виду он был самым обычным, обыденным, и только он один знал, как трудно было ему пережить этот день. Как воспоминания накатывали на него волнами, как неотвратимый ком подступал к горлу и сковывал дыхание, как невыносимо хотелось выпить еще с утра. Вместе с памятью о женщине, которую он уже безвозвратно потерял полгода назад, его не оставляли мысли о той, которую терял в настоящее время. Терял по собственной воле, медленно, миллиметр за миллиметром, не признаваясь до конца в этом самому себе, и от этого было еще больнее именно сегодня. Подумав о том, что в его квартире сейчас обитает еще и Куликов, он в ту же секунду окончательно принял решение не ехать домой и на ближайшем перекрестке развернул машину в обратном направлении. Заехав по пути в супермаркет, купив там водки, так чтоб на сегодня точно хватило забыться, Брагин добрался до знакомой гостиницы. На ресепшене он попросил 313-й номер. Но симпатичная девушка, администратор, сказала, что этот номер уже занят до утра, любезно предложив ему, в качестве альтернативы, — соседний 315-й.