Попробуем быть...

Первой мыслью Марины было, что Брагин ей до сих пор снится. Вот такое его лицо, как сейчас, с черными глазами и перекатывающимися на скулах желвакам, она видела всего лишь пару минут назад в своем сне, из которого её вывел стук в дверь. Увидев её перед собой в открытых дверях, полусонную, со слегка растрепанными волосами, первой его осознанной мыслью было, тут же развернуться, забрать свои вещи и уехать. Но неконтролируемая часть его мышления посылала сигналы в мозг гораздо быстрее. — Что, ближе к аэропорту гостиниц не нашлось? Или, у тебя особенная страсть именно к этой? — Ты что здесь делаешь? — Выходя из оцепенения, Марина произнесла первое, что пришло в голову. — Я смотрю, тебе совсем всё равно, с кем проводить тут время, да? Ложиться в одну и ту же постель, меняя любовников, как …! — Брагин схватил Марину за предплечья, причиняя ей боль и вынуждая своим напором отступить внутрь номера. Мало того, что её в принципе никто и никогда так не унижал раньше, но, проглотить подобное ругательство в свой адрес уже второй раз за день, она не могла. Окончательно встряхнувшись ото сна, Марина смерила его ответным яростным взглядом. — Ты совсем спятил, да?! — Она с силой одернула свои руки от него и отступила назад, — Откуда ты вообще сам тут взялся, и позволяешь себе набрасываться на меня с оскорблениями?! Встретившись на мгновение с её глазами, за какую-то долю секунды ставшими цветом бушующего моря, Олег вдруг посмотрел мимо неё вглубь номера и только сейчас начал осознавать, что Марина была одна здесь. Он толкнул локтем дверь, захлопывая ее изнутри, и снова приблизился к ней. — Не хочешь сказать мне, что ты здесь делаешь? Скажи, и я уйду, — произнес он уже более спокойно, упершись рукой о стену рядом с ней. — Твоё какое может быть дело, Брагин, что я здесь делаю? Я здесь сплю! — Она больше не отступала, а, наоборот, выпрямилась и посмотрела на него с вызовом, вскинув голову. — Хм… — Усмехнувшись, он тоже выпрямился и повернулся, но не в сторону выхода, а в направлении комнаты, — Ты права. Это меня не должно волновать, верно? И, всё же? — добавил он, окинув взглядом чуть примятую с краю постель, и тяжело уселся на кровать. Марина недоуменно проследила за его движениями и так и остановилась в проеме напротив него, облокотившись о стену. — Что ты хочешь? — спросила она, скрестив руки на груди. — Где он? Ты уже наигралась или он…? Я ведь чисто по-дружески интересуюсь. Можно сказать, переживаю.— Он смотрел прямо на неё, словно гипнотизируя. — А, ты не переживай, Брагин. Уходи, куда хотел. Котлеты заждались тебя, небось. — Марина произнесла это резко, отворачиваясь от него в сторону окна, не в силах больше выдерживать его темных глаз на себе. Там за стеклом было видно, что снег шел уже крупными хлопьями, медленно и ровно падая вниз. Одним движением Олег оказался рядом, заставляя её вздрогнуть от прикосновения его грубоватых пальцев к её шее. Ощущая его горячее дыхание на своей коже, она почувствовала запах сигарет и спиртного. — Всё понятно. Ты решил сегодня напиться. Конечно. Я даже знаю повод… Только я здесь при чем? — Марина вытянулась, прижимаясь спиной к стене, не давая себе прикоснуться к его телу, и подняла на него глаза, полные горечи. В его ответном взгляде промелькнуло нечто такое, что она тут же пожалела о сказанных словах. Брагин провел ладонью по её лицу, задерживаясь пальцами на её губах, давая понять, что она совсем не то говорит сейчас. Вопреки себе, вопреки жгучей обиде на вырвавшиеся в её адрес оскорбления несколько минут назад и на его действия до сих пор, Марина сама потянулась за его рукой, касаясь губами его ладони, словно извиняясь. Он медленно спустил пальцы к её подбородку, скользя ими назад по её шее к основанию головы, приподнимая мягкие волосы. Олег несколько секунд смотрел в её глаза, ища подтверждение тому, в чем не мог ошибиться, в том, что ей совсем не всё равно. Зная про себя, наверняка, что она то точно ему небезразлична, что они «совпали», и он теперь ее уже не отпустит. Заведя вторую руку ей за спину, Брагин прижал Марину к себе вплотную. Она подняла свои ладони к его лицу, скользя ими по его щекам и к его затылку, обнимая его. Ворвавшись своими требовательными губами в ее распахнутые губы, мягкие и податливые, он стал целовать ее медленно и страстно. С каждым прикосновением к ее коже, с каждым вдохом ее неповторимого, сводящего с ума запаха, он понимал, как сильно он скучал, как хотел этой близости, несмотря на то, что оттолкнула тогда, унизила, изменила… При воспоминании о последнем, Олег грубо провел губами по её скуле и подбородку, оставляя след на ее нежной коже от своей щетины. С силой приподняв Марину за бедра, он развернулся и положил ее на кровать, нависая над ней всем телом. Марина чувствовала, что катастрофически пропадает в нем, теряет разум от его требовательных прикосновений, и даже промелькнувшая было снова мысль о Ларисе стала тусклой и исчезла совсем, как свет у погасшей свечи.