Самое время

День начался очень рано. Все суетились вокруг, пытались говорить тихо, но Стайлз все равно проснулась. Мелисса, Джон и Скотт были уже тут. Шериф сидел на кресле у кровати, пожимая руки, Скотт сидел по-турецки в ногах больничной койки, миссис Стилински стояла рядом с ним, изучая карту Стайлз, прикрепленную к кровати. Туда уже внесли запись на операцию. - Стайлз! - Скотт похлопал ее по ноге и повернулся. - Сколько время? - девушка потерла глаза и положила руку под голову. - Шесть с чем-то, - Мелисса прикрепила карту обратно на кровать и села на край, с другой стороны от Скотта, - за тобой придут через минут сорок. - Хорошо. - Минут через двадцать зайдет твой хирург, он расскажет про ход операции. - Хорошо. - Хорошо, - шериф повторил слова дочери и скрестил руки на груди. - Тебе сейчас нельзя есть, но если хочешь, я могу принести тебе немного воды, - Мелисса легко сжала ее ногу. - Нет, все нормально. Но я хочу в душ сходить. - Чистые полотенца под раковиной, если что. - Спасибо. Стайлз поднялась с кровати, растирая спину над шишкой, и медленно поплелась в ванную. Она была маленькая, как и любая больничная ванная в палате, и холодная. Девушка даже пожалела, что не надела тапочки. Все стерильно, множество запечатанных маленьких мыл и одноразовых душевых шапочек в корзине у ванны. Девушка сняла с себя кофту и пижамные штаны, положила их аккуратно на туалет и залезла в холодную ванну. Шторка задвинулась с громким скрежетом старых пластмассовых колечек по железной балке. Она открыла воду и встала под горячие струи. Вот за это она не любила отсутствие волос. Раньше вода не била по затылку, она медленно проникала сквозь волосы к коже, текла вниз, вызывая мурашки, мягко согревая и "подготавливая" к совсем горячей воде. Сейчас она лупила по коже, от чего череп немел. От резкости горячей воды на плечах хотелось их почесать. Стайлз зажмурилась и подставила лицо под струи. Так все казалось менее реальным, менее весомым. Она часто думала о том, что все это нереально слишком. Нет, правда. Кто бы мог подумать, что ее сломит такая зараза, как рак. Стайлз повела плечами и прижала руки к груди. Ванная наполнилась горячим паром, дышать стало немного тяжелее. В дверь ванной постучала Мелисса: - Стайлз! Твой хирург придет через пять минут. Тебе пора выходить. Сколько она простояла так? Она не знала. Было страшно выходить, но это сделать было нужно. Девушка выключила душ и вылезла. Ногам моментально стало холодно, по шее бежали противные мурашки. Стилински вытерлась, надела тонкий больничный халат и вышла. *** - Все довольно просто. Операция продлится около восьми часов, после введения наркоза мы обработаем место, в котором собираемся сделать надрез. Он будет вертикальным, вдоль позвоночника, прямо по всей длине расположения опухоли. Хирургом был молодой мужчина лет тридцати, доктор Томас Уорсанс, с короткими черными волосами и такими же черными глазами. По нему было видно, что он почти не спал, но по отчетливому запаху кофе было ясно, что он не уснет во время операции. Он говорил быстро и уверенно, от чего вселялась какая-то вера в удачный исход. - Нашей задачей на сегодня является удаление всей опухоли с кости и метастазов с мышечной ткани. Процедура довольно сложная, так как опухоль образована из костной ткани и практически вросла в скелет. Стайлз слушала его внимательно, следя за папкой в его руках. Хирург давал вполне себе утешающие надежды, он не боялся. Да и отец с Мелиссой не выглядели такими напуганными. Только Скотт бегал взглядом с врача на Стайлз и обратно, нервно пожимая плечами. - У вас остались какие-нибудь вопросы? - Когда меня заберут? - Стайлз поджала ноги на кровати. - Минут через...- он бросил взгляд на свои наручные часы, хотя и без того знал, который сейчас час, - десять. У Скотта запищал телефон. МакКол что-то пробормотал и вышел, за ним вышла Мелисса. - Какие шансы на успех операции? - Джон встал с кресла и скрестил руки на груди. - Эм, - черные глаза доктора метнулись от шерифа к окну и обратно, - довольно большие. Я уже говорил, операция будет сложная, но осложнений возникнуть не должно. - Насколько большие? - Стайлз поняла, что он чего-то не говорит. - Сказать в процентном соотношении довольно сложно, такие операции проводятся очень редко... - Просто скажите примерную цифру, - мистер Стилински сделал шаг вперед. - Шансы 50/50. Мы опасаемся не столько остатков опухоли, сколько наркоза. Организм настолько ослаблен химиотерапией, препаратами и затянутостью болезни, что может просто не перенести наркоз. Плюс ко всему, работать мы будем очень рядом со спинным мозгом. 50/50 - приличные шансы для такой операции. Пауза затянулась. До Джона только дошло, на что он подписал свою дочь. Это опасно и может ее убить. Но она с таким же успехом может вылечить. Он провел рукой по глазам и сел обратно в кресло. Стайлз почесала щеку и сказала: - Спасибо, доктор Уорсан. - До встречи на операции, - он коротко кивнул и удалился. Стайлз встала и растерла шишку. Ее руки била мелкая дрожь. Она коротко взглянула на отца и отошла к окну. В глаза било яркое солнце, что было довольно странно. Всегда, когда на душе плохо, погода отражает это состояние. Но не сейчас. Не было ни облачка на ярком голубом небе, солнце светило за деревьями, от чего хотелось лечь на газон где-нибудь и погреться. - Все будет хорошо, ребенок, - шериф подошел к дочери и обнял ее за плечи. - Несомненно, - Стилински выдавила из себя улыбку и отвернулась от слепящего солнца. - Как только тебя выпишут, поедем за оладьями в кофейню в центре. - За шоколадными, - девушка улыбнулась. - Да, - шериф прижал дочь к себе и поцеловал в лоб. - Я люблю тебя, пап. - И я тебя, - мистер Стилински коротко улыбнулся, стараясь сдержать слезы, развернулся и быстро вышел из палаты, оставляя дочь готовиться к операции. *** Дерек в жизни не опаздывал. Он всегда был вовремя, даже если это казалось почти невозможным. Всегда. И вот именно в тот день, когда ему кровь из носу надо было быть в больнице в шесть пятьдесят, он мало того, что проспал, так еще и ключи от машины не мог минут десять найти. Блеск. Так и надо. Все правильно. Он летел по пустым дорогам Бейкон Хиллс, молясь, чтобы операцию задержали, чтобы хирургу нужно было срочно отойти, чтобы свет в операционной долго не включался, чтобы пришлось менять инструменты - да что угодно. Стайлз увозят через две минуты. Он все еще не выехал на дорогу, ведущую к больнице. И почему ее поставили на отшибе? Почему нельзя было построить ее в центре? Просто потому, что судьба не любила угождать Дереку. Вот и все. Осталась минута. Ура. Хейл выехал на дорогу и вдавил педаль газа в пол. Ох, как же ему повезло, что он в хороших отношениях с шерифом! Ему за такое вождение пришла бы сразу куча штрафов. На горизонте показалось белое здание. Времени почти нет. Его уже и нет, собственно. Камаро влетела на площадку перед больницей, резко затормозила, от чего ее очень удачно развернуло боком к тротуару недалеко от входа. Шикарно. Кудос за парковку, мистер Хейл! Волк вбежал в здание, параллельно пытаясь найти на карте номер операционной. 415, 4 этаж. Конечно, она не могла быть на первом этаже, ведь иначе было бы все очень просто! Она должна быть где-то в другом месте, скорее всего даже в другом крыле, потому что это не его день. Это вообще отвратительный день. Времени ждать лифт нет совершенно. На часах 6:56. Дерек бежит к лестнице и с грохотом толкает дверь, от чего две медсестры в регистратуре возмущенно охают. На четвертом этаже очень тихо. Дерек напрягает уши. Слух забивает громкий стук собственного сердца, но он задвигает его как можно дальше, пытаясь услышать еще хоть что-то. Ничего. - Дерек! - в самом конце коридора справа появляется Скотт. МакКол машет ему рукой и скрывается. Дерек бежит туда, не думая о том, что стук его кроссовок по кафелю громким эхом разносится по всему этажу. Хейл поворачивает в ответвление, куда исчез Скотт, и попадает в небольшой холл. Из огромных окон виднеется парковка. Вот как альфа понял, что мужчина приехал. Напротив них - огромные железные двери операционной. Они распахнуты, из комнаты за ними слышится шум приборов и переговоры врачей, а еще... ... колеса каталки. Дерек выходит в центр, чтобы увидеть. Стайлз только-только завезли туда, даже не ввезли еще в операционную. - Стайлз! Девушка поворачивает голову. Ее сердце громко билось. Как только до нее дошло, что это был Дерек, она улыбнулась. - Расскажешь мне после, почему опоздал. - Обязательно... Ее улыбка погасла. Каталка с ней плавно уплыла в операционную, железные двери "предбанника" медленно закрылись. - Хейл, ты где был? - Скотт положил руку ему на плечо. Дерек лишь отмахнулся от него, не отвечая. Он только сейчас заметил, что в приемной были все. На самом деле все. Джон и Мелисса сидели справа от железных дверей, Лидия, Пэрриш и Дитон сидели в центре, у окна были Лиам и Хейден. Но не это удивило Хейла. У противоположной стены стояли Малик и Питер. Они следили за реакцией Дерека, чуть пригнув головы. Рядом с Питером, на пуфике, удобно устроился Крис Арджент, держа в руках стакан ароматного кофе. - Я определенно многое пропустил, - Дерек скрестил руки на груди. - Это уж точно. От стены, в которой был проход в холл, из которого прибежал Дерек, отлепился никто иной, как Айзек. Он медленно подошел к оборотню, давая время развернуться, увидеть и осознать. - Айзек... - Рад тебя видеть, Хейл, - парень крепко обнял Дерека, улыбаясь. - Я позвонил ему несколько дней назад, когда узнал, что операция состоится, - сказал Скотт, садясь рядом с матерью, - Айзек не знал, что Стайлз больна. Он вылетел, как только смог. На свадьбу не успел, зато сегодня приехал вовремя. Крис приехал сам, тут я не знаю, что произошло, а Малика и Питера позв... - Позвала я, - Лидия изящно отбросила волосы за спину, - На телефон они не отвечали, - она укоризненно посмотрела на Хейлов, - поэтому пришлось воспользоваться помощью местной стаи. - Мы не игнорировали, мы были без связи, - Малик сдвинул брови. - Дела не меняет. - Ты вообще должен быть в Доме Эха, - Дерек строго посмотрел на дядю. - А ты свинтил в Мексику, но я на тебя зла не держу. - Ты - психопат. - Увы, мы с тобой родственники. Не говори обо мне то, что я могу в дальнейшей жизни сказать о тебе. Дерек зарычал, Малик зарычал, защищая отца, Айзек и Скотт зарычали, защищая Дерека, Хейден поднялась, готовясь защищать себя и Лиама, а тот резко цыкнул и сказал: - Они начинают. Все заткнулись и повернулись в сторону операционной. Волки услышали тихий писк препарата жизнеобеспечения, размеренное дыхание Стайлз, находящейся под наркозом, тихие шаги медсестер по плитке и голос хирурга, негромко сказавшего: "Скальпель". Операция началась. Несмотря на кучу нерешенных вопросов и недовольство друг другом, все в зале ожидания нашли себе место и усадили свои пятые точки. *** Это было невыносимо долго. Час за часом присутствующие ходили за кофе и закусками, переговаривались и замолкали, прохаживались по комнате, разминая ноги, листали и меняли журналы... Многие посетители больницы проходили через этот холл, направляясь по своим делам, некоторые оставались ждать чего-то своего там, вместе с ними. Мелисса несколько раз заходила в "предбанник", узнавая, как проходит операция, но никакой конкретной информации так и не поступило. В какой-то момент шериф не выдержал и ушел. Питер пошел за ним. Никто не знает, что он ему сказал или что он с ним сделал, но Джон вернулся более спокойным, даже немного воодушевленным. Питер, хоть и был сволочью, слова подбирал хорошо. И Дерек был благодарен за то, что в этой ситуации он помог. Все периодически озвучивали то, что происходит. "Они сделали надрез...", "вытащили бОльшую часть опухоли...", "удаляют метастазы...". Это было хаотично, но в этом был какой-то свой покой и порядок. - Зашивают. Они ее зашивают, - Скотт поднялся со своего места и встал перед железными дверьми. - Закончилось, - Малик поднялся с пола. - Отлично, - Джон выдохнул и тоже встал. Вдруг все замерли. Оборотни переглянулись, убеждаясь, что все это слышат. - Что такое? - Джон обеспокоенно вглядывался в их лица. - Там... - Айзек повернул голову, прислушиваясь. - У нее нет пульса, - Дерек уставился на двери, не моргая. Его же сердце билось невероятно быстро. - Что, - шериф нервно улыбнулся, - Они закончили. Они ее зашивали!.. Мелисса взяла мужа за руку. - У нее нет пульса... ************************************************************************************************************************************************************ Дерек не хотел открывать глаза. Если держать их закрытыми, можно представить что угодно. В те несколько секунд, пока они закрыты, все хорошо. Мозг сам рисует нужную картинку. Нужно лишь держать глаза закрытыми. Вокруг было слишком тихо. Хейл не знал, где сейчас мистер Стилински. Скорее всего разбирается с бумагами после операции. Скотт и Айзек сидели рядом на полу, он знал это наверняка. Они не отходили от Дерека уже несколько часов. Мужчина чувствовал их взгляды на своей коже, хотя сам глаз открыть не мог. Где-то рядом раздался короткий писк. Дереку пришлось открыть глаза. Скотт и Айзек подскочили. Хейл меланхолично оторвал голову от спинки кресла и выпрямился. Зря он медлил. Он резко поднялся и сделал шаг вперед. Два янтарных глаза смотрели на него. И это был не глюк. Аппарат для поддержания жизнеспособности больше не был нужен. - Ты обещал рассказать, почему опоздал. Дерек улыбнулся, широко и искренне. Его не волновало уже, что он почти не успел к началу операции. Он был благодарен Вселенной, что Стилински попала в те счастливые 50 процентов. - Ты сейчас серьезно? - спросил Скотт, вытирая подступившие слезы. - Сейчас для этого самое время.