Браки заключаются в будущем

Мелкий светлый песок дорожки сменился на прогретый солнцем асфальт небольшой площадки перед входом. Нацу на секунду притормозил, видимо, решая, в какую сторону направиться. Задумавшись, он совершенно забыл про свою спутницу, чем она и воспользовалась, выдернув руку из захвата. — Куда ты меня тащишь? — Люси беспокоил даже не тот факт, что её вели в неизвестном направлении, а то, что они уходили от священника, который был им сейчас крайне необходим. — Ищу место поспокойнее, где нам точно никто не помешает, — последовал ответ. — Мне бы очень хотелось послушать твои объяснения по поводу разыгранного спектакля. Согласись, не каждый день на свадьбу твоего брата с криками, что она должна выйти за него замуж, врывается девушка, которая тебе нравится, а потом выясняется, что ей почему-то был нужен именно ты. — Я тебе нравлюсь? — выхватила из его речи самое главное для себя Люси. — Ну, подумай сама: почему парни приглашают девушек на свидания? Потому что они им нравятся. — Не обязательно, — скривилась Люси, вспоминая своего однокурсника, сводившего её в кафе ради ответов на тест по истории искусства. Отвратительный по вкусу кофе и чёрствые пирожные, оказавшиеся самыми дешёвыми в прайсе, потянули только на тридцать баллов из ста возможных. Больше сокурсники её на свидания не приглашали. — В нашем случае это главное условие, — твёрдо ответил Нацу. — А что на счёт кальяна? Его ты тоже купил, потому что я тебе нравлюсь? И почему ты сказал, что твой брат не курит, если это неправда? — Это правда — он не курит. Небольшая поправочка — больше не курит. — Оранжевые слоники? — невинно поинтересовалась Люси, вспоминая, что там братья наговорили друг другу. — Хм, неплохой способ избавить человека от дурной привычки. Ладно, пойдём, я знаю одно спокойное место, заодно познакомишься кое с кем. — она уже сама взяла Нацу за руку и повела его к комнате, где оставила Арчера. К её ужасу, та оказалась пуста. Люси замерла на пороге, не в силах поверить в произошедшее — ведь она так надеялась, что всё обойдётся! — потом горестно вскрикнула и бросилась к диванчику, на котором вместо «сына» теперь лежали лишь светло-серый шарф и старый полароидный снимок. — О нет… я всё-таки опоздала… Он исчез! Сдерживаться больше не было сил — слёзы хлынули рекой, горькие, искренние. Нацу ничего не сказал, просто присел рядом на пол, чуть приобняв за плечи. — Может, расскажешь, что случилось? — спросил он, когда рыдания немного поутихли, превратившись в одинокие редкие всхлипы. И Люси рассказала. Всё: от момента появления Арчера в «Лавке» неделю назад до последних минут, проведённых вместе с ним. Нацу молча слушал, то изредка бросая на неё косые взгляды, то по-доброму усмехаясь. — Понимаю, что это больше похоже на бред сумасшедшего или глупый розыгрыш. — Девичьи пальчики бережно разглаживали лежащую на коленях клетчатую ткань. — Я и сама так поначалу подумала. Но Арчер… Он много знал о нашей семье, причём, такого, что никому и никогда не рассказывалось. С ним было легко, как-то по-родственному тепло, словно мы и правда знали друг друга не один день. Добрый, внимательный, открытый, любящий, искренний… Мне бы очень хотелось иметь такого же сына, но, кажется, уже поздно. — Люси, тяжело вздохнув, протянула своему несостоявшемуся супругу снимок. — Это наша первая семейная фотография. Из той, другой, жизни. Нацу покрутил в руках небольшой глянцевый прямоугольник и недоумённо спросил: — А зачем было… — Фотографировать нас во время поцелуя? — закончила за него Люси. — Не знаю. — И почему у меня розовые волосы? — Арчер сказал, ты покрасил их на фестивале, в качестве эксперимента, да так и оставил, потому что тебе очень шло. И мне понравилось, — добавила Люси совсем тихо. — Я ведь тоже хотел туда поехать, но не задалось — Гажилу срочно понадобился ещё один консультант — тот, с кем он договаривался, или заболел, или передумал, не помню уже. Сначала думал недельку-другую там поработать, пока он не найдёт кого-нибудь другого, а потом втянулся… Слушай, — неожиданно спохватился Нацу, — я только одного не понял — почему вы меня по магазинам автозапчастей искали? — У тебя была (или будет?) своя мастерская, вот мы и решили, что ты и до свадьбы занимался чем-то подобным. Свадьба… Столько усилий, и всё зря. — Можно тебя спросить кое о чём? — Молодые люди, как по команде, повернулись друг к другу. — Если бы не вся эта кутерьма с сыном из будущего, что бы ты ответила мне вчера? — Я бы сказала «да», — смущённо улыбнулась Люси. Зачем теперь скрывать свою симпатию? Тем более что и сам Нацу признался в таких же чувствах несколько минут назад. Может, это и не вернёт им утерянное будущее, зато даст возможность построить новое? — Ага… — задумчиво протянул Нацу, переводя взгляд на фото. Посверлив его глазами, убрал снимок в карман пиджака и резко поднялся. — Пойдём! — Куда? — Люси с удивлением смотрела на протянутую ей руку. — Ты же сама говорила, что тебе хотелось бы иметь такого сына, как Арчер. Какое там было главное условие? Пожениться сегодня? Так давай сделаем это. У нас же всё есть: и жених с невестой, то есть мы с тобой, и священник, и даже гости, пусть и не наши. — Значит… ты тоже поверил ему? — Не ему. Тебе. Это было сказано настолько уверенно, что Люси, больше ни секунды не сомневаясь, словно зарядившись исходящей от Нацу решимостью, соединила их руки и направилась к выходу. Но, не дойдя пару метров до двери, неожиданно остановилась. — Нацу, я не могу. — Прости? — Удивление в серо-зелёных глазах можно было черпать ложкой. — Как ты не понимаешь? Это же моя свадьба! Я не хочу выходить замуж в драных джинсах и мятой футболке. Хватит с меня вороньего гнезда на голове и зарёванной физиономии. Нацу закатил глаза, будто выражая любимую всеми мужчинами мысль «Ох уж эти женщины!», и шагнул к большому, во всю стену шкафу с зеркальными дверцами, рядом с которым (Люси заметила только сейчас) стояла вешалка с платьями. — Шери, подружка Мавис, модельер и на все подобные мероприятия таскает с собой целый склад одежды, — пояснил он, копаясь в бело-кружевном великолепии. — Сейчас подберём тебе что-нибудь. Вот. — Нацу вытащил из вороха атласа, украшенного бантами, лентами и вычурной вышивкой, один наряд. — Оно мне больше всего понравилось, когда Мавис их примеряла. — Надеюсь, твоя невестка не очень на меня обиделась за учинённое безобразие. Мне так неловко… — Люси, повертев платье и так и сяк, торопливо натянула его на себя, едва не запутавшись в многочисленных юбках. — Не переживай, — успокоил её Нацу. Он не стал выходить, просто повернулся спиной, внимательно следя за происходящим на поляне — окна выходили аккурат на неё. Процесс утешения обиженного жениха (кому, скажите, понравится вспоминать, пусть и не специально, неприятные события из своего прошлого?) вступал в завершающую стадию. Несколько минут у них ещё было, но всё равно медлить не стоило. — Мавис замечательная. Уже одно то, что она терпела моего зануду-братца почти пять лет и даже согласилась выйти за него замуж, о многом говорит. Думаю, вы подружитесь. Ты готова? — Да, — крутясь перед зеркалом, ответила Люси. Бледно-розовое, в меру пышное, платье пришлось впору и, если бы не несуразная шёлковая юбка, открывающая вид на точённые девичьи коленки и плавно переходящая в длинный шлейф, полностью бы удовлетворило её вкусу. — Нужно только молнию застегнуть. Нацу по-джентельменски предложил свою помощь, не замечая, что, пытаясь сдвинуть вверх упрямый язычок, совершенно беззастенчиво топчется по шлейфу. Услышав его «Готово!», Люси подалась в сторону, желая бросить на себя последний перед выходом в «свет» взгляд. Раздавшийся за спиной громкий треск заставил её резко обернуться. — Ты его порвал! — ахнула она, прикипев полными слёз глазами к огромной дыре на платье. — Я его модернизировал! — возразил Нацу, присаживаясь на корточки. — Сейчас сделаем вот так, — новый неприятный звук заставил Люси зажмуриться. — Ещё чуть-чуть подправим. Смотри! Она, внутренне обмирая, медленно открыла глаза и удовлетворённо хмыкнула: платье и правда стало гораздо лучше. Противный шлейф больше не болтался сзади, подтирая пол; нижняя, прямая плотная юбка, раньше служившая ему основой, теперь стала вполне самостоятельной частью, подчёркивая притягательные девичьи формы, а верхняя, повторяющая очертания шлейфа, но значительно более короткая, из лёгкой прозрачной газовой ткани, придавала образу некую воздушность. — Хорошо, что сегодня я надела балетки, — похвалила себя Люси. — Кеды бы сюда точно не подошли. — Зато бегать в них было бы удобнее — надо поторопиться, иначе там, на поляне, закончат без нас. — Нацу, обматывающий вокруг шеи шарф, с которым Люси искала будущего супруга по магазинам, заметив удивление, с которым девушка следила за его манипуляциями, задорно подмигнул ей: — Что? Он же вроде как мой? Значит, я буду его носить. — Люси только пожала плечами, отметив про себя, что светло-серый шарф очень хорошо подошёл и к серо-зелёным глазам Драгнила, и к надетому на нём по случаю праздника серому костюму. — Ну что, все готовы? Тогда побежали!

* * *

— …и сейчас, перед лицом всех собравшихся, я спрашиваю жениха: согласен ли ты… — Стойте! Подождите, пожалуйста! — Ну что на этот раз? — повернувшись к несущейся со всех ног парочке, устало вздохнул Зереф. Нацу и Люси, остановившись в паре метро от арки, дружно перевели дух, но объяснить причину своего экстравагантного появления им не дал громкий женский вопль: — Моё платье! Лучшее платье из весенней коллекции! Что вы с ним сделали?! — Модер… модернизировали, — буркнула Люси, прячась от гнева странной особы с всклокоченными розовыми лохмами за широкую спину своего теперь уже жениха. Тот, кажется, тоже не горел желанием общаться с истеричной модельершей, взглядом ища помощи и поддержки у невесты брата. Мавис, ободряюще улыбнувшись проштрафившимся молодожёнам, попыталась урезонить стенающую подругу: — Шери, дорогая, всё не так плохо, как кажется на первый взгляд. Наряд стал просто очаровательным. И весьма необычным. Это же новое слово в свадебной моде. У него обязательно найдутся поклонники. — Думаешь? — уже гораздо спокойнее спросила модельер. Прорезавшиеся в голосе деловые нотки показали, что гроза миновала. — Уверена, — с серьёзным видом кивнула мисс Вермилион. — Кроме того, мы заплатим за оба платья. Доподлинно не известно, что больше подействовало на Шери — появление новой модели в её коллекции или двойное денежное вознаграждение, но она успокоилась, позволив вернуться к терзавшему старшего жениха вопросу: почему его бракосочетание опять прервано?! — Простите, — совершенно искренне повинилась Люси. — Мы понимаем, насколько этот день важен для вас. Но для нас он значит не меньше, поверьте. Поэтому мы бы хотели ещё раз извиниться и… —  Она посмотрела на Нацу. Тот немедленно расплылся в широкой, довольной улыбке: — И присоединиться! Зереф звонко шлёпнул себя ладонью по лбу. Сзади, уткнувшись ему в плечо, хихикнула Мавис. — Ну, пожалуйста, Зер, нам это действительно нужно, — негромко, но необычайно серьёзно и проникновенно сказал Нацу. Старший брат посмотрел на него, потом покосился на свою невесту. Та быстро закивала головой. — Ладно, — махнул рукой Зереф, старательно пряча улыбку за нарочито хмурым выражением лица. — Присоединяйтесь. Бракосочетание продолжилось. С согласием и клятвами проблем не возникло, но когда очередь дошла до колец, Нацу растерялся: — Прости, я не знал, что они сегодня понадобятся. — Неужели нет ни одного, любого? — опечалилась Люси. — Ты ведь любишь крутить колечки из фантиков. — Откуда ты?.. — хотел было спросить Нацу, но тут же сам догадался: — Арчер сказал? — И не просто сказал, он ещё и продемонстрировал, как это делается. У меня вся квартира теперь ими завалена. — Кажется, я успел стащить одну конфету со свадебного стола. — Нацу торопливо похлопал себя по карманам. — Вот оно, — смешное бумажное колечко село на мизинец как влитое. — Потом купим настоящие. Фраза священника «Теперь можете поцеловать невесту» заставила их повернуться и посмотреть друг другу в глаза. И снова как тогда, в магазинчике, время словно остановилось, забылось за ненадобностью, как и весь окружающий мир. Для Люси остались важными только серо-зелёные глаза напротив, бережные объятия и дарящие их первый поцелуй сухие губы. Такие мгновения должны длиться вечно. Но, по закону подлости, обязательно найдётся тот, кто всё испортит. Яркая вспышка, ослепившая даже сквозь закрытые веки, заставила молодых людей, дёрнувшись, отпрянуть друг от друга. Проморгавшись, они смогли рассмотреть стоявшую рядом сухонькую старушку в голубом платье. Огромная соломенная шляпа, украшенная живыми незабудками, делала её похожей на переросший опёнок. — Это вам на память, — прокряхтела она, протягивая полароидный снимок. — Первое семейное фото. Ох, люблю я свадьбы! — Повернувшись, старушка бодренько засеменила в сторону накрытых столов, смешно покачивая на ходу шляпкой. — Кто это? — полюбопытствовала Люси. — Не знаю, — отмахнулся Нацу. — В первый раз её вижу. Какая-нибудь троюродная бабушка двоюродной племянницы. — А такие бывают? — В нашей семье бывает всё. Смотри. — Ей под нос сунули две почти идентичные фотографии: ту, что оставил Арчер, и вручённую им пару секунд назад. Отличия были в платье невесты и цвете волос жениха. — Кому скажешь — не поверят… — Как думаешь, с Арчером всё будет в порядке? — с тревогой спросила Люси. — Думаю, да, мы же выполнили главное условие. Хотя… надо сделать кое-что ещё. — Что? — Милая, я думал, мне не нужно будет тебе объяснять, откуда берутся дети. — Ой… правда… Что, прямо сейчас? — Нет, прямо сейчас не получится, потому что иначе мы не успеем в другое место — парикмахерские сегодня закрываются раньше. — Ты серьёзно?.. — Конечно. — Боже, ты сумасшедший… За кого я вышла замуж?! — Поздно причитать, милая, мы уже женаты и теперь обязаны жить долго и счастливо. Ты согласна? — С тобой — на что угодно!