Госпожа Горничная

      Саске валялся на своей кровати на животе, даже не удосужившись снять ботинки и пальто. Мокрые лужицы от растаявшего снега расползлись по махровому пледу и скользнули под него, пропитывая влагой подушку и одеяло. Учихе было плевать. Он тихо постанывал и иногда вздрагивал, громко ругался и снова засыпал. — Что за дерьмо ты учинил? — спустя энное количество времени раздался чей-то вопрос-упрек. Саске недовольно проскулил и запустил подушкой в говорящего, даже не посмотрев, кто посмел нарушить его царский сон. — Поднимайся, придурок, — пнул пьяного парня мужчина. — Ой, это ты. Мадара, отвали, — просипел Учиха и отвернулся в другую сторону. — Вставай, мелкий подонок. — Мадара схватил племянника за шиворот и слегка встряхнул. Саске отдернулся и очутился на своих двоих, перекошенных с бодуна. — Что ты устроил в доме своего брата? Саске замялся, попытался вспомнить, а когда его нетрезвую головушку наконец-то осенило, юноша ехидно заулыбался и сказал: — Я отомстил Итачи. Разрушил его помолвку. А ты откуда знаешь, что я там был?.. — Разведка доложила! — заулыбался Мадара и, пнув племянника по направлению к ванной, вышел следом, попутно набирая чей-то номер на мобильном. Когда Саске скрылся за дверью уборной, Мадара тут же торопливо стал объяснять обстановку: — Данзо, тебе повезло, что я заплатил за тебя залог… так что не смей сидеть без дела. Да, разумеется. У меня есть гениальный план! Саске только что устроил разнос в доме Хьюги. Ага, навестил братца!.. Твоя пешка — Сай — все еще в ходу? Отлично, тогда действуй согласно плану. Скоро все будет именно так, как я хочу.       Саске стоял под теплыми струями душа прямо в одежде. Его абсолютно ничего не интересовало, все стало серым и тусклым. Он убил мечту Итачи, разрушил его счастье, испортил невесту, но… почему же тогда на душе так тоскливо? Будто теперь он один во всем мире. Один. Навсегда. В голове всплыл образ брата, держащего в руках пистолет… окровавленные ладони, мертвые родители на полу. Дико стучащее сердце, будто вот-вот взорвется, бешеный пульс, тяжелой болью разливающийся в висках. Итачи виноват! Он и только он! Но почему-то душа предательски ныла, словно не верила в это, словно реальность была искажена черным злом, снующим по заснеженным переулкам разума. Розовые локоны, томный вздох, широко распахнутые глаза. Легкий трепет, острые ногти, пронзающие кожу спины, жаркие поцелуи до дрожи. Сакура. Почему это прекрасное создание досталось убийце? Чем он заслужил такое великолепие? И самое главное — почему он, Саске, должен унижать ее, чтобы отомстить кровному выродку? — Твари-и-и! — заорал Саске и ударил кулаком в кафельную стену, свесив голову на грудь. Тихие рыдания умело замаскировались шумом плещущейся из душа воды. И лишь стук сердца громким эхом раздавался в голове, разрывая перепонки.       Спустя несколько часов Учиха пришел в себя. Алкоголь более-менее выветрился, разум начинал соображать. Почему-то юноше вдруг смертельно захотелось увидеть Сакуру, будто и не унижал он ее прошлым вечером. Найти ее оказалось несложно: когда Саске наводил на нее справки, то нашел номера телефонов всех ее подруг и знакомых, вплоть до троюродной бабушки, живущей в Лондоне. — Алло? — послышался в трубке девичий голосок, когда Саске набрал очередной номер из списка. — Здравствуйте, девушка. Я представитель компании Тур-Путевки, Харуно Сакура указала в контактных данных запасной номер — Ваш. Дело в том, что Харуно выиграла бесплатную путевку в Рим на двоих, но дозвониться до нее мы, к глубочайшему сожалению, не можем… — Обалдеть! А-а-а!!! — визжали на конце провода, пропуская половину слов мимо ушей. — Так могу я связаться с Сакурой? — перешел к делу Учиха. — Конечно! Только сейчас она в душе… — протянула собеседница и уже было ринулась звать подругу к телефону, как Саске резко ее остановил: — Нет, не нужно. Пусть будет сюрпризом. Назовите Ваш адрес, и я лично вручу ей выигрыш, а также маленький сувенирчик Вам за оказанную помощь, — сладко проголосил Учиха, радуясь, что дело в шляпе. — О, сейчас! — Девушка назвала адрес, и снова послышались счастливые вопли. Вероятно, она решила, что раз Сакура рассталась с Итачи, то теперь вместо него поедет она — ее подруга. Жалко разочаровывать, но выигрыша нет вообще, — ухмыльнулся про себя Саске.       Сакура приняла ванную и выползла, словно зомби, в гостиную. Подруга радостно защебетала что-то про сюрприз и птичкой выпорхнула из квартиры, по всей видимости, праздновать сие чудесное событие. А зная ее тягу к выпивке и гулянкам, юное дарование вернется поздно и под шафе. Харуно скинула с себя полотенце и облачилась в тоненький халатик, слегка перехватив его длинными шелковыми ленточками. Распустила волосы, прошлась расческой-массажкой по розовым спутанным локонам, кисло улыбнулась отражению и включила телевизор, остановившись на каком-то музыкальном канале. Из динамиков полилась смазливая песенка про любовь и жаркий секс, отчего Сакура недовольно поморщилась и сжала коленки, как бы защищаясь от назойливых воспоминаний недавнего события. Вяло опустившись на широкую белоснежную софу, девушка взяла баночку крема, стоящую на тумбочке, и принялась втирать средство в кожу ног. Приятный аромат разлился по комнате, а Сакура довольно улыбнулась: себя любить еще никто не запрещал. В дверь позвонили. Харуно рассмеялась, полагая, что нерадивая подруженька забыла ключи или кошелек с заначкой, и пошла открывать замок. Для кого придумали глазок — непонятно. Вероятно, для самых пугливых, к числу которых Сакура явно не относилась. Щелкнула замком, повернула ручку и впустила холодный воздух лестничной площадки вместе с человеком, которого ненавидела и вроде как любила. Саске потерял способность контролировать себя в тот момент, когда его взор опустился на выделяющуюся грудь под тонкой полупрозрачной тканью, на хрупкую фигурку, длинные стройные ноги, дразнящие мужские фантазии. Юноша молниеносно заскочил внутрь, захлопнул дверь, наощупь убедившись, что замок закрылся, и набросился на ошеломленную Сакуру. Девушка хрипло засипела, пытаясь протестовать, но крепкие руки уже держали ее стан, а губы настойчиво теребили кожу на шее. — Как ты меня нашел?.. — пролепетала Харуно, отстранив лицо Саске от себя. Тот затуманенным взором окинул помещение и хрипло поинтересовался: — Ты одна? — Да… — зачем-то призналась Сакура. Возможно, ее женское начало жаждало Учиху, поэтому мозг прекратил любые попытки сопротивления. Саске подхватил девушку на руки и в несколько больших шагов пересек расстояние от двери до гостиной, бросил ношу на софу и сам навалился сверху. Непрочная ткань затрещала под натиском стальных пальцев, разрываемая на части. Тонкие ленточки разлетелись в стороны, одиноко упав по краям распахнутого халата. Сакура выгнулась навстречу, протестующе замычала и сама же подъехала на бедрах к паху любовника. Тело жаждало слияния, дикого секса, а разум жалостливо молил одуматься и прогнать бестактного нахала прочь. — Ты моя шлюха… поняла?.. — прошептал Саске на ухо девушке, слегка прикусив кожу. — Пошел ты!.. — выплюнула Харуно и толкнула Учиху в грудь. Юноша отстранился, посмотрел на любовницу звериным взглядом и принялся расстегивать ремень, попутно стягивая штаны и нижнее белье. Следом на пол полетела и рубашка. Сакура обхватила любовника за шею и притянула к себе. — Я тебя ненавижу, сволочь, — процедила она и подалась навстречу, позволяя войти в себя резко и глубоко. — М-м-м-а-а-а, — разлился по комнате глухой стон двух голосов. Саске ритмично двигал бедрами, рывками насаживал на себя, теребил мягкую грудь и играл пальцами с клитором. Сакура превратилась в настоящую постельную шлюху, но ей это нравилось. С Итачи она просто не могла себе такого позволить: все их половые акты происходили с нежностью и романтической страстью. Без запретов, без страха быть осужденными. Быть плохой Харуно просто не имела права. Но сейчас… сейчас она могла насытиться своей жадной и эгоистичной натурой сполна. Учиха не жалел ее тела: вбивался словно в резиновую куклу, приподнимал и швырял на постель, наслаждаясь ее тихим скулежем от испытанной боли в спине. Сакура тоже не жалела любовника: царапала спину, оставляя глубокие красные полосы, рвала черные волосы, кусала плечи и шею, оставляя синие засосы. Учиха кончил, как юнец, впервые имеющий связь с женщиной. Залил спермой внутри и вымазал снаружи, надрывно стоная и дергаясь в оргазме. Сакура достигла экстаза следом за любовником, не произнеся ни звука: лишь широко распахнутые глаза и приоткрытый рот говорили о пережитом наслаждении. — Поворачивайся, — приказал Саске, пытаясь повернуть девушку ягодицами к себе. — Отвали, — бросила Сакура и едва привстала, чтобы одеться и выгнать подонка, как юноша перехватил ее за талию, согнул вперед и резко вошел сзади. Девушка громко воскликнула и опустилась на окрепшую плоть. Теперь Учиха медленно, расточительно входил внутрь, а после переместился чуть выше. Сакура истошно завопила от резкой ноющей боли, а любовник буквально натягивал девушку через сфинктер, наплевав на ее крики. — Мне больно… пусти… — всхлипывала она, тщетно отталкивая ладошками крепкое мужское тело. — Ты заслужила… — последовал ответ на ее мольбу. Вскоре боль отступила, на смену пришли новые, неизведанные ощущения. Сакура удивленно заметила, что даже это пошлое извращение ей по душе, а тело уже интуитивно двигалось навстречу заданному мужчиной ритму. — Я же говорил… что ты… шлюха… моя, — прерывисто шептал Саске, с упоением долбясь в узкое отверстие.       В замочной скважине щелкнул замок и дверь отворилась. На пол с шумным грохотом упали пакеты с продуктами, а чей-то тоненький голос удивленно охнул. Сакура и Саске замерли. Девушка извернулась и выглянула из-за мужчины. — С-Сакура, прости, что помешала, й-а-а… п-просто… пока! — и выскочила обратно, оставив продукты валяться у входа, но спустя мгновение залетела снова. — Прошу прощения, я… там… кое-что нужно забрать… — проскочила мимо обалдевшей парочки, которая так и не отлепилась друг от друга, пробежалась по квартире, что-то схватила, опомнилась и вернулась — в итоге собралась, аккуратно прошла обратно, бросила напутственное: «Продолжайте: я вернусь завтра утром» и наконец-то ушла. — Ну все, хватит. — Харуно отползла от Учихи и накинула на себя халат. — Уходи. — Мы еще не закончили, — проворковал юноша и приблизился к любовнице. — А мне плевать. Выметайся вон, — сказала, как отрезала. — Ты осталась одна. Без Итачи. — Парень наслаждался этим, радовался удрученному состоянию Сакуры и чувствовал свою власть. — С тобою тоже не останусь, — брезгливо бросила она и жестом указала на дверь. Саске ядовито ухмыльнулся, оделся и молча вышел из квартиры. Харуно осталась наедине со своими не радужными мыслями. Просто зависла, как старый компьютер, и сидела в одном положении, глядя в одну точку, раскачиваясь из стороны в сторону. Как дальше быть? Что еще выкинет злостная судьба?

***

      Сай одиноко бродил по улице с букетом белых роз — Ино любила их, но не отважилась бы кому-либо признаться: пусть лучше дарят стандартные красные или тюльпаны. Причину такой странности Яманака не могла объяснить даже себе. Отчего-то ей казалось, что человек, подаривший ей букет белых роз, вместе с ним дарит кусочек своей души. Девушка не была такой эгоистичной, чтобы принимать столь щедрый подарок. Однако Сая не переспоришь. Каким-то чудом выведал про тайну и специально выбрал именно эти цветы. Странно, что Ино до сих пор нет. Наверно, задерживается на работе, как и всегда. Или же она передумала и вновь избегает его? Пока Сай пребывал в тяжких думках, белоснежная красавица осторожно подкралась сзади и накрыла глаза возлюбленного своими ладошками, спрятанными под пушистые варежки. — Угадаешь, кто? — шепотом проговорила она, тихонько хихикая. Акаши встрепенулся и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, не глядя всучил букет. Яманака хохотнула и произнесла: — А если бы это была не я? Не жалко букеты-то раздавать? — Твой голос я узнаю из миллиона, — улыбнулся юноша и заключил девушку в объятья. — Сомневаюсь, что сможешь что-либо расслышать в орущей миллионной толпе. — Прижалась к щеке и легонько чмокнула, как ребенок. — Ты такая удивительная… — восхищенно пролепетал парень и взял девушку под руку. — Окажете ли Вы честь сходить со мной ресторан? — Конечно, Сударь. Идемте!       Красивый уютный ресторан встретил молодых влюбленных буквально с распростертыми объятьями: услужливый портье проводил их в раздевалку, помог даме скинуть пальто, затем провел в зал и подвел к свободному столику. Через пару мгновений официантка, облаченная в красно-белую форму, уже подавала меню и вежливо предлагала новинки и популярные блюда. Ино распахнула ресторанную книгу и открыла рот: цены были такие фееричные, что девушка аж поперхнулась. Она не обладала такой высокой зарплатой, чтобы позволить себе так шиковать, но раз ее привел сюда молодой человек — можно не скупиться с выбором. — Итак, дайте мне, пожалуйста, стейк с картофелем фри и соусом Ткемали, салат Цезарь, эм… абрикосовый самбук с ликером… фисташковый пломбир с нонпарелью и шоколадной стружкой, и, пожалуй, вот это шампанское, — закончила девушка и закрыла меню. Удивительно, но Сай даже ухом не повел. Вероятно, еще цен не видел. — А что Вам, молодой человек? — вежливо обратилась к Акаши официантка и приветливо улыбнулась. — А я не прочь попробовать рыбу под маринадом со сложным гарниром, апельсиновый сок и ванильное мороженое. Хотя нет, лучше коктейль «Снежана», хотя… несите и то, и то. И суши еще, на Ваш выбор. — Вот тебе и свидание! — вдруг расхохоталась Яманака. — Праздник живота! Великое обжорство всех времен и народов! Официантка снисходительно улыбнулась и отправилась выполнять заказ, в глубине души радуясь, что такие щедрые заказчики еды могут оставить и внушительные чаевые. — Итак, пока наш заказ готовится, поболтаем? Думаю, после обжорства у меня не будет сил на болтовню, — весело проговорила Яманака и толкнула ногой задумавшегося юношу. Тот выпал из раздумий и обратил внимание на девушку. — Прости, в голове какая-то каша. Будто воспоминания, но сомневаюсь, что мои. Странно как-то… — Не выспался что ли? Ладно, расскажи, как там у вас дела? — Официантка принесла часть заказа, и Ино принялась за еду. — Сакура изменила Итачи. Неджи влюбился в Тен-Тен. Тен-Тен стала нашей секретаршей, — проинформировал Сай без особого энтузиазма. — Ого! И она мне даже не сообщила! Вот же коза! — наигранно возмутилась девушка. Акаши снова ушел в себя, и Яманаку это слегка насторожило. — Эй, с тобой точно все в порядке? — Да. Извини, я лучше пойду. Что-то мне нехорошо… — Сай встал со стула и, наскоро чмокнув девушку в губы, ушел. Ино в немом ступоре осталась сидеть, не понимая, что вообще произошло. Через мгновение принесли остальной заказ, на что Яманака недовольно цокнула, а потом и вовсе захотела застрелиться: Сай ушел, а платить кто будет? «Ну и ладно. Сначала съем, а потом разберусь», — решила блондинка и принялась за еду, не обращая внимания на удивленную официантку, рыщущую глазами спутника посетительницы.       Сай брел по темной улице, потеряв счет времени. В голове роились странные мысли, не дающие покоя. Виски нещадно трещали, словно вот-вот лопнут. Акаши напрочь забыл про свидание, про оставленную им девушку в дорогущем ресторане. Ноги волочились по свежевыпавшему снегу, подминая его под ботинки, превращая в липкие комки. Прошатавшись по городу два часа, парень опомнился и осмотрелся по сторонам: вот же занесла нелегкая! А когда до мозга дошел импульс о свидании, Акаши и вовсе запаниковал. Нужно срочно возвращаться назад и спасать свою возлюбленную от злобных администраторов, вероятно называющих ее мошенницей!       Яманака медленно-медленно потягивала коктейль «Снежана», чтобы как можно дольше отстрочить свое объяснение перед начальством ресторана. Как назло, ни Тен-Тен, ни Сай, ни Шикамару не брали трубку. Ино ощущала себя в полной округлой части тела, поэтому старалась не выдавать волнения, однако получалось плохо. Официантка уже стала косо поглядывать в ее сторону и перешептываться с другими девушками-коллегами. Через пару минут на горизонте показался и администратор, задумчиво наблюдавший за Яманакой. Ино со злостью сжала кулаки и снова набрала Сая. Теперь вообще недоступен! С ума сойти! Администратор что-то шепнул охраннику и важной походкой проследовал к столику девушки. Блондинка приняла оборонительную позу и воровским взглядом осматривалась по сторонам, будто она специально наелась тут бесплатно. — Здравствуйте! Как Вам наш ресторан? — нарочито вежливо начал мужчина, натянув на узкие губы любезнейшую улыбку. — Здрасьте. Ничего так, — протянула Ино, из-за страха совершенно забыв про манеры. — Смотрю, Вам понравились многие блюда. — Администратор едко ухмыльнулся и снова принял толерантный вид. — Не желаете отведать еще чего-нибудь или Вы уже покидаете нас? — Давайте еще мороженое, — ляпнула голубоглазая особа и выпрямила спину, выражая свою уверенность. — Ммм… вот Ваш чек. Не забудьте оплатить, — вежливо произнес мужчина и выжидающе навис над дрожащей посетительницей. — Да, вот держите! — позади Ино раздался голос Сая. Администратор удивленно взглянул на запыхавшегося юношу и недовольно принял деньги. — Мне нужно было срочно отлучиться по делам. Прости, милая, что заставил тебя коротать время в одиночестве. Мужчина с презрением посмотрел на парочку и быстро удалился. Вероятно, он уже придумал пышногрудой блондинке интересное наказание, а тут такая несправедливость! — Какого черта ты?.. — вспылила Ино, но Сай, как ни в чем не бывало, приземлился на стул и улыбнулся. — Я ухожу из этого проклятого заведения! — Девушка подскочила с места и бросилась в раздевалку. Акаши отправился следом, явно не особо понимая, что такого плохого он все-таки сделал. — Прости, Ино. Я не знаю, что на меня нашло… но я же… — Зато я знаю. Что ж, ты выбрал просто идеальный вариант! — Яманака набросила пальто и вышла из ресторана. — Вариант для чего? — бросился вдогонку парень. — Нашего расставания! — Акаши не успел ничего сказать: Ино заскочила в первое попавшееся такси, и машина в ту же секунду тронулась со стоянки.       Яманаке не хотелось плакать, не хотелось орать и бить кулаками стену. Ей было просто апатично. Если мужчина ее не ценит, то почему она должна убиваться по его эгоистичной натуре? Ехать домой девушке совсем не хотелось. А вот Шикамару можно и навестить. Тем более, прошло столько времени! Ино вылезла из такси, расплатилась с водителем и принялась названивать в дверь старого друга. Поначалу никто не открывал, но через пару минут замок щелкнул, и в образовавшийся проем выглянула недовольная моська Шикамару, выпачканная в пену для бритья. — Ино? Давно не виделись. — Да, верно. Вот решила навестить. — А в фантазиях было все намного проще. Не было этого противного чувства вины и стыда за однажды случившееся. — Ну, проходи. — Шикамару пропустил гостью в коридор. Девушка осторожно осмотрелась, бросила взгляд на приготовленное пальто и отполированные туфли, замялась и спросила: — Я, наверно, помешала. Ты куда-то торопишься, верно? Нара помолчал и кивнул в сторону ванной. — Извини, я сейчас, — и прошмыгнул в уборную, чтобы добрить остатки щетины. Ино топталась с ноги на ногу, не решаясь раздеться и пройти в зал. Вроде в гостях у друга, даже кого-то большего, чем просто товарищ, но скованность не отступала. Через минуту юноша вышел уже гладко выбритым и причесанным. — Чего ты на пороге-то стоишь? Раздевайся и проходи, чаю налью. Яманака вдруг покраснела и неуклюже скинула верхнюю одежду и сапоги. Шикамару скрылся на кухне, зашумев водой в раковине. — Так куда ты собираешься? — как можно непринужденнее поинтересовалась Ино, присев на краешек стула. Шикамару вдруг посерьезнел и повернулся к девушке лицом. — На свидание. Я пригласил Темари, сотрудницу ФБР, на ужин. Яманака немного обалдела. Конечно, она не имела теперь прав на чувства этого человека, не могла требовать от него верности, когда сама предала и выбрала другого, но чувство собственницы тут же откликнулось на заявленную новость. А она-то думала, что Нара ее утешит, останется до тех пор, пока Ино не наберется моральных сил для нового дня. Но все меняется, и время не стоит на месте. Яманака ощутила себя совершенно одинокой и по-настоящему несчастной. В погоне за лучшим потеряла то, что имела. — Рада за тебя. — Таким тоном в последний раз говорила одногруппнице, занявшей первое место в областных соревнованиях и отправившей Яманаку на почетное второе. — Ино, мне было плохо, когда ты оставила меня. Но теперь я научился жить без тебя, и вполне счастлив. Надеюсь, мы сможем, как и прежде, быть хорошими друзьями. У Ино комок в горле встал. Из-за эгоизма она не увидела замечательного человека, который был готов отдать ей всего себя, сделать ее самой счастливой на свете и никому не давать в обиду. А теперь этот человек подарит счастье другой, в то время как Ино суждено прозябать до тошноты одинокую, бесполезную и промозглую, словно вечная зима, жизнь. — Конечно! Друзья! — наиграно-радостно, с жеманной улыбкой и легким рукопожатием. — Так зачем ты приходила? — вдруг спросил Шикамару, вновь застав девушку врасплох. Та неопределенно пожала плечами и поднялась со стула. — Просто узнать, что у тебя все в порядке. — Эй, Ино, — окликнул ее Нара, когда светлая голова почти скрылась в дверном проёме, — ты не могла бы принести те документы, в которых Мадара просчитался, в отделение ФБР? Яманака замерла. По коже пробежался табун мурашек. Ей до боли не хотелось видеть ту женщину, которая отняла у нее защитника и… второго возлюбленного? Но отомстить Учихе за лучшую подругу Ино была просто обязана. Таково ее слово, когда-то данное и Тен-Тен, и самой себе. Поэтому девушка согласно кивнула и, наскоро одевшись, вышла из дома.

***

      Конан счастливо улыбалась, бережно нянча на руках свое сокровище — малышку Юки, которая с аппетитом кушала молоко из маминой груди. Хаюми еще не могла вставать с постели, но уже чувствовала себя сильной и вновь уверенной. Пару часов назад ее навестил муж, лежащий в этой же больнице несколькими этажами ниже. Он-таки сумел договориться с медсестрой и тайком прошмыгнуть в палату к жене, пока доктора не спохватились и не уволокли обратно: швы, наложенные на животе, бедре и шее, могли в любой момент разойтись. Счастливый папаша, зацеловав любимую с ног до головы, а после — заулюлюкав дитя, вернулся в палату, решив не провоцировать врачей привязать его к кровати. Когда Хаюми удалось выпросить телефон, девушка тут же набрала Гаару. — Здравствуй! Да, родила! Девочка, конечно! С Нагато все хорошо! Ох, слушай, я не знаю, важно ли это, но… когда у Хинаты Хьюги… уже Узумаки? Да, наверно, после такого я бы тоже отказалась от чести продолжить фамильный род и взяла бы фамилию мужа. Так вот, последним посетителем перед выкидышем был Акаши Сай. Нет, мне кажется, это неслучайно. И свидетельство о смерти ребенка… вернее отчет об этом… такое ощущение, будто его подменили. Не знаю, кто и как. Мне нужна помощь. Пришли кого-нибудь. Спасибо. Пока и удачи! Девушка положила трубку. Миссия выполнена. Теперь можно со спокойной душой наслаждаться семейным счастьем.

***

      Тен-Тен устало потерла глаза, отбросив очередную папку с документами в сторону. Весь стол был завален кипами бумаг, в которых даже черт мог сломать и ногу, и ребра, и шею тоже вполне возможно. Однако Такахаши так лучше работалось: творческий беспорядок, понимаете ли, или как там его зовут? Дела компании Неджи казались райскими пущами по сравнению с документацией Учихи Мадары. У последнего всегда было несколько копий, причем эти копии чем-нибудь да отличались, договора имели под собой сомнительную почву, многие из которых были заключены с обычными гражданами, то есть физическими, а не юридическими лицами, что само по себе странно и неправильно для такой большой компании. Видимо, Мадаре было мало ворованной из земли нефти — он воровал и у компании, что Тен-Тен неоднократно замечала, но не подавала вида, считая, что ее это не касается. А еще девушке начало казаться, что предыдущая секретарша ничего не смыслила в своей работе: то тут, то там было множество недочетов, ошибок, неправильных расчетов и даже неверное указание фамилии Наруто — Узимаку. Такахаши Тен-Тен — спасение компании от позора перед конкурентами! — Можно войти? — В кабинете оказался Хьюга-сан — в клетчатой рубашке и черных облегающих джинсах. Наклонился сзади девушки и оставил легкий поцелуй на ее плече. Тен-Тен вздрогнула и прикрыла глаза: ей все это снится. С каких пор Неджи стал таким нежным и романтичным? — В последнее время я тебя просто не узнаю, — улыбнулась Тен-Тен. — Это плохо? — Хьюга внезапно нахмурился, но то была лишь показная обида. — Конечно, нет, — тихо проговорила девушка. — Посмотри, я тут немножко не поняла. Этот контракт уже заключен или перенесен на завтра? — На завтра, — ответил юноша, взглянув на документ. — Все-таки хорошо, что секретарь ушла в декрет, иначе наша компания точно бы развалилась! — Точно! — рассмеялась брюнетка и отложила работу в сторону. — Безумно устала. Сходим на кухню поужинать? Я ведь по-прежнему горничная. В договоре указано так! — Не забудь надеть свою форму, — ехидно заметил парень и подошел к двери. — Нет, я серьезно. Надень. Спустя несколько минут Тен-Тен уже носилась по кухне в поисках продуктов для ужина. Разумеется, форму, созданную каким-то извращенцем, она не надела, но фартук все же повязала. Кухонные тумбы трепетали под яростными ударами молотка по доске, плита трещала от мощного голубого пламени, а вытяжка гудела, аки паровоз из прошлого века. Тен-Тен, как заправской шеф-повар, молотила куски мяса, планируя приготовить рулеты, шинковала овощи на салат, варила-жарила-кашеварила соусы и гарниры, замутила что-то типа коктейлей и создала из ничего любопытный десерт. В общем, ужин выдался вполне хороший. Все это время Неджи наблюдал за расторопной девушкой и не мог отвести от нее глаз. Тен-Тен была бы идеальной женой: готовит как королева кухни… интересно, а в постели она такая же энтузиастка? Хьюга размечтался, залюбовался, а Хината незаметно встала рядом и порадовалась за брата. Наконец-то черствый тиран превратился в доброго чертика! — Помог бы девушке, — тихо, заговорщически прошептала Хината брату на ухо, и тот встрепенулся от неожиданности. — Да я… это… — Тебя как подменили. Пусть старую копию назад не возвращают. — Брюнетка приобняла Неджи и окликнула увлеченную горничную: — Ужин скоро будет готов? — Уже все! — довольно воскликнула Такахаши и выключила плиту. Хината подошла к шкафчику за тарелками, намереваясь помочь, а Неджи так и остался сидеть и любоваться, будто завороженный. Ухмыляется, откровенно ржет, а главное — искренне улыбается.       За большим столом собралась вся дружная веселая семья, вернее ее остатки: Наруто уселся рядышком с женой, приобнял ее за талию и одной рукой ковырялся в тарелке; Неджи важно уселся поперек стола и лукавым взглядом одаривал каждого из сидящих, вероятно что-то задумав на продолжение банкета; Такахаши придерживалась Хинаты, чтобы кто-нибудь что-нибудь на нее не пролил; а Итачи угрюмо уткнулся в свою порцию и вяло перекидывал вилкой гарнир, будто это камни, которые необходимо удалить из пищи. Сай же куда-то запропастился и к ужину не пришел. Ну, он как всегда — блудная овечка. — Кхм, кхм, дамы и господа, — вдруг начал Наруто, деловито постучав вилкой по бокалу с вином, — мы с Хинатой хотим кое-что вам сказать. Все с должным вниманием приготовились слушать, и Узумаки продолжил: — Мы подумали и решили, что съездим на юг отдохнуть на месяц-другой, завтра отчаливаем. Может, кто-нибудь хочет поехать с нами? — Через три дня Рождество же! — воскликнула Тен-Тен, раздасованная таким заявлением. — Придется вам встречать его без нас, — улыбнулась Хината. — Не обижайтесь, пожалуйста. — Ладно, не будем, — пробурчала Такахаши. Ну вот, все ее бросают. Она ведь так старалась — наряжала елку, готовила дом к празднеству, подарки давно выбрала! И что мы имеем? Сай куда-то сбежал, Ино не объявлялась, Сакура уехала, Итачи убит горем, Наруто и Хината отправляются на море. И остается только Неджи. И она, Тен-Тен. На Рождество. Вдвоем в огромном особняке. Такахаши подавилась и закашлялась. Хватит думать о таком хотя бы за столом! Вдруг раздался звонок. Все удивленно переглянулись, а Итачи нервно вздрогнул — вдруг Сакура вернулась? — Я открою, — вызвалась Тен-Тен и встала из-за стола. — Я с тобой, — бросился следом Неджи. Девушка открыла дверь, даже не удосужившись посмотреть в глазок. Перед ее взором предстал самый мерзкий, гадкий, отвратительный мужчина на Земле — Учиха Мадара. — Здравствуй, Тен-Тен! — удивленно-радостно пропел Мадара, не ожидая такого сюрприза. — О, приветствую Вас, Хьюга-сан. Гляжу, что моя секретарша успешно выполнила задачу. Позвольте, я пройду и поговорю с Вами о Саске?