Госпожа Горничная

***

      Тен-тен все-таки решилась выйти на работу. Ключ ей выдал Сай, и теперь девушка стояла перед калиткой особняка в нерешительности: открыть или уйти куда подальше? Чувство долга не дало спасовать, и Тен повернула ключ в замочной скважине. Дверь легко поддалась и бесшумно раскрылась. Такахаши вошла во двор, мягко ступая по желто-красным, еще не увядшим на солнце опавшим листьям, разбросанным по всей территории. Окинув взглядом яркий настил, Тен-тен стала планировать распорядок уборки: — Так… убрать листья с площадки, подстричь кустарники… — взгляд девушки упал на пушистого зверька, которого она видела в прошлый раз, — помыть кошку… — Как тебя звать, милашка? — Тен-тен опустилась на колени перед животным. Кошка радостно заурчала и прищурила глаза от удовольствия, выпуская свои острые коготки наружу. Еще бы, на нее обратили внимание! Девушка почесала довольного зверька за ушком и удалилась по делам.       Такахаши прошла в дом, на ходу прикидывая в уме, где нужно прибраться. В итоге, оказалось, что, абсолютно, везде. Тен-тен достала из чулана щетку и порошок и принялась за уборку. Отдраив паркетный пол до блеска, так, что в нем можно было увидеть собственное отражение, девушка взялась за протирание пыли. После кропотливой работы, в которую входило протирание хрустальных ваз и фарфоровых статуэток, и требовало много усилий и концентрации внимания, чтобы ненароком не разбить ту или иную ценную вещь, Тен-тен разобралась с завалами еды в холодильнике, выбросив половину испорченных продуктов в мусорку. Давно прокисшее молоко и вышедшая из срока годности ветчина — не самое лучшее питание. Спустя десять (!) часов усердного выполнения своего долга Такахаши чувствовала себя бесконечно усталой и подавленной. Хотелось поскорее добраться до кровати и лечь спать, но нужно было еще прибраться в спальне Неджи. От одной мысли об этом, у Тен-тен почему-то сперло дыхание, а колени предательски задрожали. «Ну, давай, Тен, поднажми! Осталась всего одна комната!» — подбодрила себя девушка и проследовала в спальню Хьюги, подавляя в себе желание развернуться и убежать прочь.       Комната была довольно просторной и уютной. В принципе, как и все остальные жилые комнаты особняка. Странно, зачем семейной паре нужно столько свободного помещения? И почему у каждого из супругов своя спальня, а не общая? Быстро окинув взглядом помещение, девушка тут же принялась за работу. Но все же девушка не могла не восхититься красотой спальной комнаты: приятные бежевые тона излучали тепло и уют, притягивая к себе солнечные лучи; светлый палас приятно гармонировал с мебелью — белоснежным диваном и стеклянным, прозрачным кофейным столиком. С огромной высокой кроватью с бежевым мохнатым пледом и витиевато смастеренной прикроватной тумбочкой со светильником на ней. После уборки спальни, Тен наткнулась на шкаф, в котором вещи валялись настолько хаотично, что даже спустя полчаса тщательных поисков было невозможно найти нужный предмет одежды. Сложив рубашки в одну ровную стопочку, девушка принялась за свитера и толстовки. Да, у Неджи был отличный вкус. Ни одна из вещей не была простой и невзрачной. Тен-тен мысленно позавидовала огромному гардеробу юноши, но остановила себя на мысли, что и у нее когда-нибудь будет столько хороших вещей. Когда очередь дошла до брюк, Тен не сильно удивилась, что марки производителей были самыми знаменитыми в мире. Самая верхняя полка… нижнее белье. Такахаши нервно сглотнула, краснея от пяток до ушей. Даже если ее никто не видит, ей было все равно стыдно рыться в вещах мужчины. Почти незнакомого ей мужчины, но столь притягательного, что при встрече с ним мысли девушки путались в голове. Но ведь это ее работа! С этой мыслью Тен принялась раскладывать вещи. Семейные трусы в одну сторону, плавки в другую, боксеры в третью. Тен-тен уже перестала обращать внимание на жжение в области щек — сейчас она все доделает и смущение исчезнет. Когда последняя стопка одежды отправилась в недра шкафа, Такахаши устало опустилась на кровать Неджи. Почему-то ей показалось, что его постель намного мягче и удобней той, что ей предоставили прошлым утром. Тен-тен прилегла на кровать и на мгновение сомкнула веки. Она слишком сильно устала, и позволила себе пятиминутный отдых. Только вот небезызвестные «пять минут» как в сказке превратились в долгих четыре часа…       Неджи вернулся в свой особняк под вечер. Ему все-таки удалось уговорить Сая, чтобы тот его отпустил домой. Хинату юноша уже навестил, но врачи пока запретили ей покидать больничную палату. Хината была безумно счастлива, когда узнала, что ее любимый брат отделался лишь сотрясением и переломом руки. А ведь все могло быть намного хуже… Про подстроенную аварию Неджи умолчал. Зачем лишний раз волновать беременную сестру? Это его проблемы и разбираться в них должен только он сам. «Боже, как же я устал… Безумно хочу спать! Поскорее бы доползти до постели… Черт, теперь снова нужно искать домработницу. Я больше чем уверен, что Тен-тен сбежала сразу после приезда скорой помощи для Хинаты. Правильно, я бы тоже, скорее всего, сбежал. Зачем мне лишние проблемы?» — размышлял юноша, поднимаясь по витой лестнице на второй этаж. — Хочу есть, — сказал он сам себе и отправился на кухню за едой. Немного удивившись идеальному порядку в холодильнике, Неджи достал оттуда бекон, ржаной хлеб, кетчуп и холодный чай; подумал еще с минуту, что прихватить еще, но, так и не решив, закрыл дверцу и принялся на ходу уплетать импровизированную в бутерброд пищу. Наевшись досыта, юноша лениво поднялся в свою спальню. Не включая свет, он прошел в помещение, скинул с себя рубашку и, оставшись в одних штанах, лег на кровать. Сил не хватало даже на то, чтобы раздеться до конца. А с переломанной рукой двигаться было еще сложнее. Боль сковывала движения, разливаясь по телу огненным драконом, а голова до сих пор слегка кружилась из-за сотрясения. Неджи переборол ленное состояние и поднялся с постели, чтобы снять с нее плед. Вдруг его взор упал на юную особу, сладко сопящую во сне на соседнем краю кровати, из-за сумерек которую юноша сперва не заметил и даже не ощутил ее присутствия. Плотно затянутые гульки девушки распались, и густые шелковистые волосы разметались по подушке. Тонкая нежная рука была изящно откинута над головой, а длинные стройные ножки подобраны под себя и наклонены вбок. Неджи не сразу сообразил, что нужно делать, пребывая в минутном замешательстве. Когда же до него дошло, что его новоиспеченная домработница улеглась спать в ЕГО постели, Неджи раздраженно прохрипел: — Твою мать… Такахаши!!! От его грозного баритона девушка вздрогнула и проснулась. Испуганно разлепив сонные глаза, Тен-тен невидящим взором уставилась на Неджи. Перед глазами все плыло, но вскоре кусочки мозаики собрались в единую картинку, представляющую собой Хьюгу Неджи. — О-ой! Здравствуйте, Неджи-кун! — пролепетала Такахаши, подскакивая с кровати. — Приветствую, — бросил он в ответ, осматривая сонную девушку скептичным взглядом. Тен-тен учащенно дышала, от чего ее округлая грудь поднималась и опадала с бешенным ритмом. Неджи подавил в себе глупое желание прижать испуганную Тен-тен к себе и погладить по голове, перебирая пальцами шелковистые пряди волос. — Я убиралась в доме и прилегла немного отдохнуть… на Вашу кровать… Простите, — Такахаши покраснела от кончиков ушей до пяток. И только сейчас мозг девушки смог нормально проснуться и сообразить, что Неджи жив! — Неджи-кун! С Вами все в порядке? Что произошло? — взволнованно пролепетала девушка. — Как видите, сломана рука и сотрясение мозга, — Хьюга шевельнул загипсованной рукой в доказательство. — Вам повезло, пока что у меня нет ни времени, ни сил искать новую домработницу, поэтому даже если Вы не будете полностью справляться со своими обязанностями, я не буду Вас увольнять. Так что, мисс Такахаши, отправляйтесь в свою комнату и хорошенько выспитесь. Завтра предстоит много работы: Хината возвращается из больницы. Все должно быть в идеальном порядке, — проговорил Неджи спокойным, но требовательным тоном. Тен-тен смущенно кивнула и выскочила за дверь, моля Бога о том, чтобы Хьюга не увидел ее румянца на щеках.

***

— Ино, привет, — Тен-тен расположилась в предоставленной ей комнате и сейчас звонила подруге, чтобы предупредить — ее дома этой ночью не будет. — Тен! Где тебя носит?! Уже за полночь! — возмущенно пропищала Яманака в трубку с такой громкостью, что собеседнице пришлось держать телефон на расстоянии в полметра от уха. — Я останусь в особняке Хьюги, — ответила Тен-тен, стараясь говорить как можно спокойнее и увереннее, чтобы подруга успокоилась. — Ого! — настроение Ино мгновенно сменилось с «Я тебя убью, Такахаши» на «Я тебя люблю, Тен!». — Так что там с самим хозяином? — Сотрясение и перелом руки, серьезных травм, слава Богу, нет, — странно, но Тен испытала от этого сильное облегчение. — А его жена тоже в особняке? — в голосе Ино послышались игривые нотки. — Нет! Она еще в больнице! — сквозь зубы процедила Тен, сожалея, что подруга сейчас очень далеко, и врезать ей не получится. — Тен-тен, дерзай! — рассмеялась Яманака, заблаговременно оттянув трубку от уха в ожидании громких воплей собеседницы. Но их не последовало. Вместо этого Такахаши преспокойно проговорила: — А как там у тебя с Шикамару? Свадьба намечается? Ино проглотила язык. Вот так! Ее тоже сделали в два счета! — Мы просто друзья, — смущенно пролепетала девушка, зная, что откровенно лжет. Ее чувства к юноше были далеко не дружескими, но она сама себе врала, что границу дружбы не перейдет никогда. — Я тебе верю, — с сарказмом ответила Такахаши, коротко хихикнув мимо трубки. — Ладно, спокойной ночи! Мне завтра рано вставать… — Сладких снов! Удачи! — пожелала ей подруга и отключилась. Тен повесила трубку и без сил упала на кровать. Ей показалось, или кровать Неджи была намного мягче и уютней? В любом случае, в этой комнате девушка почему-то чувствовала себя безмерно одинокой. Прикрыв глаза, Такахаши попыталась уснуть, но образ Неджи никак не хотел выходить из ее головы. Тен-тен тряхнула головой, отгоняя воспоминания прочь, но ничего не вышло. Пришлось смириться и просто наслаждаться привлекательным внешним видом Хьюги, что размытой картиной стоял перед ее глазами.

***

Ино тяжело вздохнула, опуская тяжелую от усталости голову на мягкую подушку. Спать совсем не хотелось, а в спутанные мысли вклинивался образ Шикамару. Нет, она не должна влюбляться! Это просто немыслимо! Яманака дала себе обещание, что больше никогда никого не полюбит. Ей по горло хватило безответных чувств к Учихе Саске. А теперь этот Нара… Он, конечно, очень хороший и добрый человек, но способен ли он на высокие чувства? С его непомерной ленью и безразличным отношением к окружающим вряд ли юноша мог полюбить такую «шаблонную» девушку. Да, Ино считала себя «шаблонной»: длинные светлые волосы; ярко-голубые, словно утреннее небо, глаза; стройная талия; пышный бюст. Стандартная внешность, имеющая свои стереотипы и ассоциации. Ино никогда не была глупой и наивной, наоборот, ее переполняли положительные качества: энтузиазм, уверенность в себе, гордость, непреклонность перед чужими идеалами. Но Яманака прекрасно понимала, что мужчины видят в ней лишь куклу — красивую, но не имеющую собственного мнения. «Как бы мне хотелось верить, что Шикамару не такой, как все…» — с горечью подумала девушка, сжимая от злости пальцы в кулаки. — Нет, я сегодня точно не усну, — раздражительно пробурчала Ино, поднимаясь с постели и отправляясь на поиски мощного снотворного.

***

Ранним утром Тен-тен уже носилась по дому, не зная, за что хвататься: то ли за разборку чемоданов, то ли за приготовления завтрака. Все дело в том, что девушку разбудил странный шорох и возня на крыльце особняка, прямо под ее окном… — Сакура-чан, ты наступила мне на ногу! — недовольно пробурчал какой-то юноша громким баритоном. — А ты смотри, куда идешь! — уверенно парировала молодая особа. После чего раздался звонок в дверь. Такой настойчивый, что Тен-тен уже хотела прибить того, кто как специально жмет на кнопку в течение двух минут. Наспех одевшись, девушка бросилась открывать. «Странно, как они вошли во двор? Я же закрывала калитку…» — удивилась Такахаши, но найти объяснение не успела — дверь сама отворилась. — Ты что, потерпеть уже не можешь, когда я найду ключ от дома? — возмущенно спросила девушка, поворачивая ключ в замочной скважине, после чего вошла в помещение, изящно тряхнув розовыми волосами. Юноша, на которого роптала незнакомка, покраснел и глупо улыбнулся, сверкая рядом ровных белоснежных зубов. — Гкхм… здравствуйте, — сдержанно поздоровался третий человек, обратившись к Тен-тен, ступая на порог прихожей. Удивленно окинув Тен-тен взглядом черных, как ночь, глаз, юноша уверенно протянул Такахаши ладонь. — Учиха Итачи, — представился он. Тен-тен замерла, перестала дышать, испуганно осматривая нового представителя семьи Учиха. — Тен-тен Такахаши, — пропищала девушка, и только после этого сообразила набрать в легкие воздуха. — Узумаки Наруто! — жизнерадостно воскликнул голубоглазый блондин, на которого только сейчас перестала ворчать незнакомка. Ловко проскочив между Учихой и розоволосой девушкой, снимающей туфли с уставших ног, Наруто похлопал Тен-тен по плечу, как обычно здороваются парни. Такахаши лишь ошарашено смотрела на «гостей», не зная, что ей делать и как с ними обращаться. — Сакура. Харуно Сакура, — наконец, представилась незнакомка, с подозрением вперившись в Тен-тен ярко-зелеными, словно весенняя трава, глазами. — А где Неджи? — с легким удивлением спросил Итачи, окидывая взглядом прихожую. — Он спит еще, должно быть, — проговорила Тен-тен дрожащим от волнения голосом. — А вы, собственно, кто? — пренебрежительно бросила Сакура, злобно сверкая глазами. — Я… горничная, — промямлила Такахаши, краснея. Вдруг на втором этаже послышался топот ног. Тен-тен подняла взгляд на лестницу и увидела Неджи, плавно спускающегося по ступенькам. — Неджи! — Наруто радостно улыбнулся и бросился к другу. — А где Хината? Она еще спит, да? В комнате воцарилось молчание, когда все увидели загипсованную руку Хьюги и перебинтованную голову. — Что произошло? — обеспокоенно спросил Итачи, серьезно смотря юноше в глаза. — Попал в аварию. Хината упала в обморок и сейчас находится в больнице… Наруто! — воскликнул Неджи, заметив, как переменилось настроение Узумаки, — она в порядке и уже сегодня утром должна вернуться домой. Все облегченно вздохнули. — А это наша новая горничная, Тен-тен. Если бы не она, с Хинатой могла случиться беда. Тен-тен бросила мимолетный взгляд на Сакуру и уловила едва заметную извиняющуюся улыбку. Глаза девушки стали излучать дружелюбие, хотя всего минуту назад Сакура была готова порвать Такахаши на куски…       Спустя полчаса Наруто уехал за Хинатой в больницу, а Неджи и Итачи отправились в кабинет, плотно закрыв за собой дверь. Сакура ушла на кухню, попросив Тен-тен сделать ей молочный коктейль. Получив свой заказ, Харуно уселась за стол и стала медленно потягивать коктейль из трубочки, внимательно наблюдая за Тен-тен. Было неприятно, что за всеми действиями следит пара зеленых любопытных глаз, но «послать» Сакуру куда подальше Такахаши не имела права. Пришлось прямо при ней готовить завтрак для остальных. — Сложно работать-то? — вдруг с интересом спросила розоволосая девушка, преспокойно глядя на собеседницу. — Ну… в принципе нет, — соврала Тен-тен. На самом деле она уставала донельзя, так, что еле хватало сил дойти до кровати. — А давно ты знакома с Неджи? — вдруг резко перейдя на «ты», спросила Харуно. В ее голосе не было презрения или злости, нет, только чистый девичий интерес. — Нет. Всего пару дней, — на этот раз Такахаши сказала правду. Но за эти два дня девушка словно привязалась к Хьюге, и уже не представляла, что с ней будет, если ее вдруг уволят. — А я его уже давно знаю! — рассмеялась Сакура, видно вспоминая веселые моменты прошлого. — Меня Наруто познакомил с ним. Тогда он так долго упрашивал руки и сердца Хинаты, что за это время я познакомилась и с Неджи, и с Итачи… — девушка улыбнулась, вспомнив первую встречу с Учихой. — Наруто… руки Хинаты? — переспросила Тен-тен с удивлением. — Ну да. И она ответила согласием! А теперь вот ребенка от него ждет… эх… а я боюсь рожать. Это же так больно! — лепетала Сакура, выкладывая Тен-тен всевозможные подробности своей жизни. А все-таки эта Сакура очень общительная и простая девушка, не такая, какой она показалась Тен-тен в первый раз. Но не этим сейчас были забиты мысли Такахаши. «Неджи не муж Хинаты? Тогда кто?.. Хьюга… скорее всего, брат!» — вдруг осенило Тен-тен. От этой мысли у девушки задрожали колени, а во рту почему-то пересохло. Странное волнение засело у нее в душе. Оказывается Неджи холост, а это значит.… Именно этого Тен-тен и боялась. Влюбиться в своего начальника. Нет, конечно, она в него не влюблялась, но щемящее чувство в груди подарило ей глупую, с размытыми контурами, надежду. Надежду на что? Тен-тен и сама не знала. — Тен-тен! Еда горит! — этот вопль вернул девушку к реальности. В нос сразу ударил запах горелого, а перед глазами встала пелена дыма. «Я так задумалась, что не заметила, как спалила еду?..» — ошарашено подумала Тен-тен и принялась тушить дымящиеся угольки бекона. — Если бы Неджи это увидел, то сразу бы уволил, — шепотом произнесла Харуно, подсказывая горничной, что нужно все поскорее убрать. Замести следы, так сказать. Но было поздно. В кухню вошли Неджи и Итачи, удивленно замерев перед Тен-тен и плитой. — Чем это воняет? — грозным тоном вопросил Неджи, перескакивая взглядом с перепуганной девушки на горелые угольки в сковородке. — Я… сейчас все уберу! — закопошилась Такахаши, становясь пунцовой. Итачи смотрел на девушку с легкой добродушной усмешкой, Сакура с искренним переживанием, а Неджи с иронией и привычным для него презрением. — Да уж, потрудитесь, мисс Такахаши, — пробурчал он недовольно. — Больно кушать хочется, — с сарказмом добавил юноша. Тен-тен бросилась к холодильнику, а Хьюга и Учиха вышли в коридор. — Даю Вам полчаса, мисс Такахаши. Мы будем ждать Вас в столовой, — и с этими словами мужчины удалились из поля зрения девушки. Тен-тен устало вздохнула и прижалась к холодной дверце холодильника. — Странно… обычно Неджи после такого сразу увольняет, — протянула Сакура, подмигивая собеседнице. — Ничего странного. Просто Неджи-кун сказал, что не сможет пока найти мне замену… — честно призналась Тен-тен. — Ах, вот оно как, — с досадой пролепетала зеленоглазая красавица, допивая остатки коктейля.