Госпожа Горничная

      Распахнув тяжелую дубовую дверь, маленькая девочка в светло-сиреневом костюме забежала в дом, громко стуча каблучками по паркету. Оставив позади себя легкий аромат осенних цветов, девчушка сбросила туфли и ступила босыми ногами на мягкий бордовый ковер. Ее переполняло чувство радости. Сегодня она получила главную роль в школьном мюзикле в постановке «Красная шапочка». Заветная мечта восьмилетней крохи сбылась! Продолжая витать в своих детских мечтаниях, девочка не сразу заметила посторонних в доме.       Когда ее взгляд упал на мужчину, стоящего в углу гостиной, хрупкое сердечко пропустило удар, а затем с гулким стуком забилось вновь. В руках незнакомца был пистолет, который он разглядывал без каких-либо эмоций. Возле ног мужчины лежали два тела, вокруг которых растеклось темное пятно крови. Глаза малютки широко распахнулись, и с ее уст сорвался тихий вскрик. Но мужчина не обратил внимания, продолжая протирать дуло пистолета шелковым алым платком, а значит, он ее не заметил. Девочка, едва передвигая онемевшие ноги, быстро юркнула за кресло, пытаясь унять дрожь в хрупком тельце. Несмотря на свой юный возраст, она четко осознавала, что ее родители умерли, и ей самой грозит серьезная опасность. Страх липкой неприятной массой окутывал сознание, слезы градом текли по щекам. Девочке казалось, что все это дурной сон или злой розыгрыш родителей за то, что она прошлым вечером мешала отцу своим баловством и непослушанием подписывать какие-то важные документы… — Все готово, Данзо-сама, — раздался чей-то спокойный голос из прихожей. Девочка нервно вздрогнула, сильнее вжимаясь в тесный проем между креслом и стеной. Почти успешно подавляя всхлипы, малышка напрягла слух, стараясь запомнить каждую деталь разговора убийц ее родителей. — Отлично, можете поджигать, — равнодушно ответил некий Данзо, набирая номер в мобильном телефоне и посылая вызов. Девочка встревоженно дернулась и закрыла лицо ладошками, уверенная в том, что так ее не заметят, когда почти в метре от нее прошел помощник Данзо. — Ах да, Сай, чуть не забыл, — безмятежным голосом окликнул его мужчина, — эту малявку — убей. Нам не нужны свидетели. Девочка вскрикнула от ужаса. Оказывается, все это время Данзо знал, что она прячется за креслом! В горле встал неприятный ком, лоб покрылся испариной, губы предательски задрожали. Сердце стучало так громко, что казалось, удары слышны на весь дом. Ей не хотелось умирать. Не сейчас, не здесь, не так рано. Юноша, ее палач, остановился возле девочки, осматривая ее белокурые волосы, хаотично разбросанные на хрупких плечах, заплаканные, покрасневшие глаза… — Пожалуйста, — едва слышно прошептала малышка надрывающимся от истерики голосом. По щекам вновь полились слезы, обжигая нежную, бархатную кожу. В ее светло-синих глазах полыхала агония страха, губы почти незаметно шевелились, моля оставить ее в живых. Палач на секунду замер. В его сердце что-то содрогнулось, вызывая неведомый поток новых эмоций. Сознание помутилось, переворачивая все воспоминания с ног на голову. Приступ резкой, невыносимой боли обрушился на лобную часть, хаотично носились случайные мысли. Парень с силой надавил пальцами на виски, чтобы сконцентрироваться, но сознание отказывалось подчиняться. — Эй, Сай, чего ты там замер? Прикончи уже эту девку! — властным тоном пробасил Данзо и вновь ушел в телефонный разговор. — Нет! — сорвался судорожный вопль с нежных, детских губ, когда девочка увидела дуло пистолета, направленное ей в лоб. — Заткни ее уже, наконец! — взбесился Данзо, от чего юноша дернулся и вышел из коматозного состояния. — Да, Данзо-сама, извините, — покорно произнес он и нажал на курок. В глазах девочки навечно замерла омерзительная тень ее убийцы и страх: безумный, заставляющий кричать, надрывая голосовые связки. Сай бережно протер дуло пистолета от капелек крови носовым платком и убрал оружие в кобуру. Спустя десять минут дом был объят пламенем, пожирающим каждую щепку здания. Спустя полчаса все улики были уничтожены полностью. И никто так и не узнает, что же произошло на самом деле, почему погибла маленькая девочка — ученица второго класса, почему не стало хозяина простого кафе, где продавались самые вкусные заварные пирожные…

***

Сакура, вальяжно развалившись на мягком кожаном диване в зале, усердно работала пилочкой, удаляя с ногтей неровности и шероховатости. Тен-тен сидела в кресле напротив, устало протирая тряпкой хрустальную вазу. Было всего одиннадцать часов утра, а девушка пребывала в ужасном состоянии, словно и не ложилась спать. Нет, работа горничной была ей явно не по плечу, но выбирать не приходилось. Харуно заерзала на диване, стараясь устроиться поудобнее, и случайно нажала на кнопку пульта от телевизора. Динамики надрывисто заголосили с такой силой, что Такахаши от неожиданности уронила вазу на пол. Та со звонким гулом вдребезги разбилась. Сакура ошарашенно посмотрела на хрустальные осколки, которые когда-то были прекрасной и безумно дорогой вазой. Но услышав звонкий голос ведущего по телевизору, девушки переключили свое внимание на экран. — Рано утром произошел пожар по улице… — Сделай громче, — раздался слегка напряженный голос Неджи, который внезапно появился в дверном проеме. Тен-тен замерла, кровь отлила от лица, и теперь кожа девушки была бела как мел. «Прощай работа, зарплата, квартира, еда, будущее…» — обреченно пищала внутренняя Тен. — Муж с женой и маленькой дочерью погибли. Их останки нашли под руинами дома. По предварительной версии пожар произошел из-за утечки газа, но… — Неджи-сан, простите за вазу, я все возмещу, — неуверенно произнесла Тен-тен, не совсем понимая, сколько может стоить подобная вещь. Неджи бросил на девушку встревоженный взгляд и пробормотал что-то вроде: «Ничего страшного, забудьте». Такахаши удивленно посмотрела на своего работодателя, но тот уже будто забыл про существование Тен и вышел из комнаты. — Что это с ним? — непонимающе спросила Тен-тен, отправляясь за веником. — Не знаю… В последнее время он часто такой озабоченный. — Сакура пожала плечами и переключила канал телевизора.

***

— Шикамару, спаси меня! — наигранно-страдающе завыла Ино, растягиваясь на стуле. Выставив длинные стройные ноги вперед, Яманака лениво зевнула. — Держи, — юноша протянул чашку еще дымящегося кофе собеседнице, подсаживаясь к ней. — Столько бумаг… я сойду с ума! — Ино откинула голову назад и прикрыла глаза. — Скажи мне, Шикамару, почему, когда приходит новый заказ, я вовлечена в работу больше всех?.. Брюнет бросил взгляд на рабочий стол Яманака: бесчисленное количество бумаг и отчетов, едва не дымящийся от перегрузки компьютер и закопанная в документации косметичка. — Ну, ты же помощник бухгалтера, это вполне нормальная нагрузка, — констатировал он. — Даже твое главное орудие труда, — Шикамару бросил насмешливый взгляд на косметичку, — покоится с миром. — Заткнись, болван! — шикнула на него Ино, устало стукнув парня по руке. Девушка сделала глоток горячего напитка и тяжело вздохнула. — Спасибо за поддержку, Шика. К сожалению, мне нужно работать дальше… — Я еще загляну, — Нара улыбнулся и отправился в свой кабинет. — Прощайте, друзья! Запомните меня такой: жизнерадостной и красивой, — с сарказмом проговорила блондинка, притягивая к себе большую стопку бумаг. Вдруг неподалеку раздался голос Мадары. Говорил он тихо, так, что его слышал только собеседник и невольно Ино. Судя по интонации, начальник был чем-то крайне недоволен. — Что значит «ухожу в декрет»?! Конан, избавь меня от своих проблем. Сегодня мы получили новый заказ, работников не хватает!.. Ты ведь это понимаешь? Сейчас я не могу тебя отпустить, — переходя на спокойный тон, закончил Учиха. — Отлично! Тогда я рожу прямо у вас в кабинете! Идет? — прошипела Конан, изображая на лице улыбку, которая больше походила на оскал волчицы. — Идет! Я говорил тебе, что люблю маленьких детей на завтрак? Только т-с-с… это будет наш маленький секрет, — насмешливо произнес Мадара и развернулся, чтобы уйти. — А ту маленькую девочку вы тоже съели? Прямо сырой или хорошенько прожарили? М? — двузначно бросила Хаюми, гордо вздымая острый подбородок. — Что ты имеешь в виду? — хрипло спросил Мадара, стараясь не выдать своего волнения. Конан смело взглянула в черные, полные ненависти глаза мужчины и произнесла: — Странно… вы не находите? — Хаюми загадочно окинула взглядом коридор и наивным голосом продолжила: — Несчастные случаи заметно участились, наш конкурент Хьюга Неджи попал в аварию, и все это косвенно, но связано с вами. — Что ты об этом знаешь? Бросаешься такими громкими заявлениями. Не боишься? — Мадара пытался сдерживаться, но уже сейчас ему хотелось поскорее избавиться от Конан. Пуля в лоб и она труп. Но тогда его точно рассекретят! Нет, нужно решить эту ситуацию по-другому. — Нет, ведь это всего лишь мои догадки, — осклабилась Хаюми и развернулась, намереваясь уйти. — Милая Конан, пройдемте в мой кабинет. Думаю, нам есть что обсудить, — холодно предложил Мадара и пропустил девушку вперед. — Доброе утро, Конан-сан, Мадара-сама! — спохватилась Ино, стараясь придать лицу безмятежный вид. — Доброе, — кивнула Хаюми, даже не посмотрев на девушку. «Что задумал этот мерзкий тип? Неужели трагедия накануне его рук дело?.. Тен-тен будет интересно об этом узнать…»

***

Холодные капли дождя нещадно били по лицу, резкий ветер срывал капюшон ветровки, путая торчащие из-под него пряди светлых волос. Деревья качались в такт ветру, сбрасывая последние красно-желтые и бардовые листья. Юноша брел по продрогшему городу, не обращая никакого внимания на непогоду и грязные, глубокие лужи. В его глазах стояли слезы. Он никогда не позволял себе плакать — он же мужчина… но сейчас сдержаться было невозможно. Поверить в происходящее было выше его сил. — Нет, это сон! Просто сон! — синими от холода губами шептал юноша, сжимая кулаки с такой силой, что на ладонях проступили красные полосы от ногтей. — Верни мне его, слышишь?! Господи, ты — мерзкий ублюдок!!! Зачем даешь жизнь, а затем забираешь ее спустя две минуты?! Ненавижу тебя!!! — голос парня сорвался на крик. Не сдерживая порыва эмоций, он упал на грязный, мокрый асфальт и обхватил голову руками. Стоя на коленях, юноша больше не произнес ни звука. Он просто плакал… Случайные прохожие, которым не сиделось дома в такую мерзкую погоду, подозрительно оглядывались на человека, убитого горем и обходили его стороной. Никому не было дела до чужих проблем, никто не остановился и не помог. А дождь, дуэт которому составлял нещадный ветер, смеялся над жалкими людьми, он их презирал и еще сильнее бил по лицу острыми, как иглы, ледяными каплями.

***

— Что?! Не может быть… нет. — Неджи медленно сполз по стене коридора, пребывая в минутном шоке. По щеке скатилась одинокая слеза. Его забила крупная дрожь, сердце гулко застучало, отдавая в ушах неприятным звоном, а виски сдавило незримыми тисками. — Неджи-сан, что с вами? — к юноше подбежала Тен-тен, расставлявшая игрушки в детской комнате. — Ребенок… у Хинаты случился выкидыш… — отрешенным голосом произнес Хьюга и до крови закусил нижнюю губу. Девушка растеряно смотрела на него, не зная чем помочь. На душе стало невыносимо тоскливо, сердце заныло, разливая по телу ядовитую боль. Потерять ребенка, первенца, которого ждала вся семья… это было невыносимо больно. — Что с Хинатой-чан? — осторожно спросила Такахаши, готовясь к худшему варианту ответа. Неджи поднял свои серые, полные прозрачных слез, глаза и тихо ответил: — Она… жива… Поднявшись с пола, Неджи сделал шаг вперед. Новая волна горькой реальности ударила по воспаленному мозгу, обжигая сердце и душу с еще большей силой. — Нет! — сорвался с губ отчаянный крик, а по скулам побежала мокрая дорожка слез. Тен-тен не могла смотреть на то, как Неджи страдает. Ее сердце болезненно сжалось, а разум отказывался рассуждать здраво. Девушка сделала шаг навстречу Хьюге и, поймав на себе растерянный взгляд, крепко обняла юношу. Тен-тен на долю секунды показалось, что он вздрогнул, а сердце забилось чаще, но ее мысли были заняты совершенно другим. Неджи больше не мог сдерживаться. Уткнувшись девушке в плечо, он безмолвно заплакал. Тен-тен была первым человеком, который видел слезы неприступного и гордого Неджи Хьюга…