От любви до ненависти одна ложь

Прошло четыре месяца с вылазки. Май радовал горожан яркими лучами солнца и теплым ветерком. Энни так и продолжала сидеть в подвале, ибо её поведение ни чуть не улучшилось: она всё ещё дико рвалась прикончить капрала. Поэтому к ней запретили заходить, и титанша провела в одиночестве уже целое лето. К тому же Эрвин сказал, чтоб до зимыне выпускали уж точно. Но если честно, никто, кроме Бертольта и Райнера по ней не скучал. Однажды, в один прекрасный, солнечный майский день капрал Леви решил устроить генеральную уборку в штабе. Напялив на себя белоснежные косынки, мужчина с угрюмым лицом принялся раздавать команды на лево и на право, каждому живому человеку в замке. Никому не удалось уйти от его приказов: каждый разведчик должен был привезти в порядок свою комнату и какую-то часть замка, а главнокомандующим пришлось прибраться в кабинетах и на тренировочных площадках. — Это же должен был быть выходной...— пробурчал себе под нос Жан и продолжил мыть пол в длинном, темном коридоре. Он прекрасно знал, что на улице прекрасная погода, и это придавало ему причину вякать о своей тяжелой и скучной работе внутри мрачного замка. — Да-да, — пробурчал Конни и выжал грязную тряпку в ведро. — Нам повезло, ребята из отряда Ханжи моют крышу и стены замка снаружи. — Да лучше бы я был там, с ними! Мыл бы стены замка на свежем воздухе, под жаркими лучами солнца! — за возмущался Жан. — Я одно не могу понять, где Армин с Кристой? Они ведь только что были где-то рядом. Неужели сбежали куда-то, чтобы не работать. — вякнул Конни. — Мда, уж...голубки хреновы. О, смотри кто к нам идет. — ответил Жан и вновь принялся драить пол. — Я его убью, если он с ней что-то сделает. — сквозь зубы проговорила Имир, которая сидела на плечах Райнера и вытирала пыль с люстры. — О, наша троица серьезных! Как дела Бертольд? Скучаешь по Эн..— начал издевательски шутить Спрингер, но подзатыльник шваброй от Жана остановил его начатое предложение. Это было очень даже кстати, ибо лицо милого и доброго человека, по имени Бертольд, резко стало яростным. Двухметровый парень хрустнул пальцами, и серьезным лицом смотрел в глаза Конни, который не знал куда смотреть. Мрачное и неловкое молчание наполнило и так вечно мрачный коридор. — А где Саша? —решил поменять тему Райнер, а ведь на самом деле "картофельная" его вовсе не интересовала. — Она кажется убирается на кухне. Стоп...Почему Сашу пустили на кухню?! У нас же еды не хватит даже на завтра, если эту обжору оставить там одну, без присмотра! — понял вдруг Жан и кинув швабру на землю, рванул к лестнице. — Эй! За ним! Если он не будет работать, я тоже не собираюсь! — крикнула Имир и ногами поторопила мускулистого блондина под собой, который тут же побежал за товарищами. — Нас подожди! Жан! — крикнул Конни и рванул как заяц за другом. Сил бежать ему придавал еще и тот факт, что Бертольд бежал прямо за ним, с тем же злобным лицом. — Ихихихи, наконец-то они свалили...— послышался милый голос из кладовки. — Ага...— ответил второй. Дверь открылась со скрипом и две блондинистые головы выглянули наружу. — Мы теперь наконец-то одни... — улыбаясь сказала блондинка и потянула блондина обратно в уборочную. — Ага...— ответил парень и впился в губы своей девушки. — Армин, а вдруг сюда кто-то зайдет? — спросила Криста, отлипнув от любимого. Ее мягкие ладони держали лицо парня близко, так что она могла чувствовать его тяжелое дыхание у себя на губах. — Не зайдет, все заняты уборкой..Иди сюда..— ответил Арлерт и принялся вновь целовать мягкие губы девушки.

Тем временем в зале

— Скажи, Ханжи, мне идет это платье? — спросила черноволосая девушка и покружилась перед майором. На девушке было красивое белое, свободное платье до колен. — А то Леви сказал, что я принаряжаюсь, мол мы в армий, на войне — тут женственностям не место. Может мне форму одеть? — Микаса, не слушай его, тебе очень идет это платье! И к тому же какая форма, если ты беременна! И на улице такая жара. — ответила Ханжи. Женщина стояла посреди зала и мыла полы огромной шваброй, которой было бы возможно одним махом снести с ног целый отряд. — Спасибо, — улыбаясь ответила Аккерман и взяла пару мокрых тряпок в руки. —Раз мне опять не дали никакой работы, я пожалуй помою вон то окно, хорошо? — Как хочешь, моя хорошая. Только не перенапрягай себя. —добро улыбнулась бывшая Зое и прошла дальше в столовую, мыть каменный пол. Где-то по залу раздались крики Эрика, и его плач было слышно даже на улице. За ним посадили следить Майка, но главнокомандующий отправился на улицу помогать капралу выносить мусор. И вот 6-месячный малыш сидел в одиночестве среди зала в детском сидении. — Как же высоко...УПМ у меня отобрал Леви, так как же туда доберусь? — пробурчала себе под нос девушка, посмотрев снизу вверх на окно. — Точно! Возьму лестницу. Как все нормальные люди. Аккерман взяла лестницу и приставив к стене, полезла на самый вверх, прямо к окну из разноцветного стекла. Она начала протирать мокрой тряпкой стекло, а сухой вытирать. Яркий солнечный свет тут же лег на ее лицо в цветах радуги. — Ну вот, ничего страшного. — проговорила довольно Микаса. Она прекрасно знала, что если бы капрал ее увидел сейчас, он был бы не рад. — Ты в уборке не участвуешь. И точка. — сказал серьезно капрал, надевая белые перчатки. В руках у него были мусорные мешки и перчатки пачками. — Но я хочу помочь! — попросила вновь Микаса, но опять получила отказ: — Тебе нельзя. Лучше иди свари мне чай. Слышишь? Увижу тебя за уборкой, накажу. — сказал Леви и вышел на улицу. — Но ведь я ничего такого не делаю, да? — спросила у себя Микаса. — Ханжи! Нужны новые мешки! — заорал капрал резко распахнув деревянную дверь. К несчастью дверь столкнулась с лестницей. Микаса наверху начала падать вместе с тряпками, но успела схватиться за маленький край подоконника, и теперь висела там, у потолка. — Аккерман! Какого хрена?! — заорал капрал увидев девушку и вздрогнул, когда металлическая лестница грохнулась рядом с ним. — Ради какого Бога ты туда полезла! — Я-я хотела помочь!-крикнула в панике девушка. Она чувствовала как пальцы запотели от страха, и как стало тяжело висеть. Ведь девушка была всё же уже на 5:ом месяце беременности. — Отпускай! — скомандовал взволнованный Ривай, но на это девушка лишь покачала головой. — Отпускай Микаса! Давай! Сердце азиатки стучало как бешенное, когда она посмотрела вниз. Капрал казался ребенком с такой высоты, и его вверх протянутые руки не вселяли надежду. Она не хотела отпускать, но пальцы были другого мнения, и решили соскользнуть с подоконника, отправляя девушку в свободное падание. Микаса вскрикнула и закрыла глаза, приготовившись почувствовать столкновение с каменным полом и дикую боль. Она уже представила как сломается ее позвоночник, шея, руки и ноги, и как она будет медленно лежать и умирать, и причинять боль капралу своим видом. Доля секунды, столкновение. Но боли она не почувствовала. Лишь чье-то быстрое сердцебиение, пробивающее сквозь грудную клетку, рубашку, кожаную куртку и белоснежный фартук. Крепкие, мужские руки держали дрожащее тело. — Ты в порядке? — спросил Ривай и поставил девушку на ноги, всё так же крепко прижимая к себе. После полученного в ответ кивка, капрал взял Аккерман за подбородок и легонько сжав, повернул ее голову к себе. — Объясни мне одну вещь. Почему это так сложно хоть в раз жизни меня послушаться. А если бы ты упала? — Прости...Я просто хотела помочь...— проговорила Аккерман и спрятала лицо под челкой. Ее руки нежно легли на выпуклый живот, будто успокаивая. — В комнату, марш. И никаких но, наказанной будешь, раз не слушаешься. — грубо и безжалостно сказал Ривай, и взяв девушку за руку, потянул в темный коридор.

***

— Брауз, мать твою! — Саша, не трогай это! — Мясо офицеров?! О боги! Дикие крики заставили брюнетку вздрогнуть и вскочить с места. Она за секунду залезла на стол и как белка спрыгнула на кухонный шкаф. В руках у нее была всякая всячина: батон, апельсины, котлетки и огромный, красный помидор. — Я такая голодная...— тяжело вздохнула Саша и откусила пол батона. На ее лице расплылся румянец, видимо от наслаждения. — Картофельная! Что ты творишь?! Ты весь холодильник опустошила!? — кричал внизу Конни и указал пальцем на открытый холодильник. Пустой. — Я только чуть-чуть позавтракаю...— пробурчала Саша и съела котлеты одним разом. Соус стекал с ее губ по подбородку, когда она жадно съедала мясные изделия. Ребята могли видеть некую не человечность в ее глазах, когда она с огромной скоростью съедала остатки украденной пищи. — Бертольд, достань ее. — пробурчал Райнер и посмотрел на брюнета. — Ага. Саша, иди сюда. — сказал парень и с вытянутыми руками достал брюнетку, которая тут же начала дергаться. — Отпусти! Отпусти! — кричала на весь замок Брауз. Она крепко сжимала последний кусочек батона в руке, и с сумасшедшим взглядом рассматривала лица друзей. — Давай эту психованную сюда. Ей пора в комнату. — сквозь зубы пробурчал Конни и взяв подругу на руки, понес ее вон из кухни. — Что за хрень тут происходит?! Почему так орем? — спросила Ханжи, которая как раз закончила убираться в столовой. Она немного в шоке посмотрела на каждого из ребят, которые стояли запыхавшись около пустого холодильника. — Ничего. Простите, но нам нужно продолжить уборку. Пойдем ребята. —сказала Имир и ребята кивнув просто ли мимо майора. — Молодежь-молодежь, вечно орете тут мне, хорошо что Эрик не спал. — вслух подумала бывшая Зое, — Стоп. А где он? Эрик? Малыш?

***

— Не тащи меня, я сама могу идти. — пробурчала под нос Микаса, но когда капрал никак не среагировал, повысила голос: — Леви! Отпусти! — Не повышай на меня голос. — сказал грубо Ривай, что неимоверно бесило девушку. Она хотела уже отобрать свою руку и устроить "кузькину мать" прямо в коридоре, но тут парочка как раз подошла к их комнате, и капрал резким движением открыл дверь. — Заходи. Микаса тяжело вздохнув зашла в помещение. Она прошлась прямо к тумбочке и вскипятив воды, заварила чай. Затем девушка прошла к зеркалу и немного покружившись, начала рассматривать свой живот. Капрал наблюдал за ней всё это время, но только сейчас решил подойти близко. Он встал сзади нее, и крепко прижав к себе, положил свои огромные ладони на ее живот. Лицом черноволосый уткнулся в тонкую, мраморную шею Микасы, вынюхивая сладкий запах корицы и мятного чая. Подняв свой взгляд на зеркало, Ривай увидел дикую тоску и нарастающую грусть в серых глазах Аккерман. — Спасибо за помощь, Микаса. — сказал брюнет и обнял девушку крепче. — Тебе не нравится это платье, да? Оно не идет мне? — сказала после нескольких минут молчания азиатка и немного потрепала платье, выпрямляя помятые места. — Нет, оно красивое и очень тебе идет. Не обращай внимания на некоторые глупости, которые иногда выходят из моего рта. — сказал Ривай и повернув девушку к себе, нежно поцеловал. — Правда еще больше тебе идет без него. — Ты всегда так говоришь...— улыбнулась Микаса и впилась в губы начальника. Ее руки аккуратно легли на плечи и шею мужчины, притягивая его лицо ближе к своему.

Тем временем в коридоре

— Ну что, тут чисто? Можем идти? — спросил Жан и подтянулся, пока остальные ребята заканчивали с уборкой. — Да, я думаю мы можем свалить уже. Я покрайне мере уже всё. — ответил Конни и понес ведро с водой к окну. — Немного воды цветочкам! — и он вылил черную, грязную воду прямо в окно, абсолютно не думая о том, что там кто-то стоит. — Какого черта! Спрингер, черт возьми! — послышался до боли знакомый, мужской голос. Майк стоял под окном с огромными пакетами полными мусора, как вдруг на его голову вылилась холодная, вонючая вода. Запах этой мерзости проник глубоко в чувствительный нос русого, причиняя ему лишь нервный тик и головную боль. — Главнокомандующий Майк! Блять! Я вылил на него эту воду! — в ужасе прокричал Конни и кинув ведро куда попало, рванул с места, опасаясь за свою жизнь. — Конни, осторожно! — попытался предупредить друга Райнер, но слишком поздно: Спрингер врезался прямо в металлическую лестницу, в кучу швабр и метёл, и в пустые ведра. Звук от этого получился отвратительным. — Черт!

Комната капрала

— Что там происходит..?— спросил недовольно капрал, отлипнув от губ девушки. Он аккуратно убрал руки из под ее платья и пристегнув пару пуговиц раскрытой рубашки, пошел к двери. Аккерман тут же пошла за ним. — Что тут произошло? — пробурчал мужчина, но ничего не обычного не увидел: чистый коридор, ни одной живой души, лишь одно ведро и швабра по середине коридора. — Чертовы кадеты, не люди, а свиньи...Всё приходится делать самому. Я отнесу это в кладовку, пока никто не споткнулся в этот срам и не убился. — Я с тобой. — ответила Микаса и взяв ведро, направилась вместе с Леви к уборочной.

Тем временем в кладовке

— Армин...Мне так хорошо...Ты слышишь? — Слышу Кристочка, ты так стонешь...наверное весь замок уже услышал. Скоро придут...и найдут нас... — Не пугай так... Я не хочу останавливаться...— из уст хрупкой блондинки вышел громкий стон, когда парень сделал еще один толчок внутри нее. Пот стекал по хрупким телам, по ярко-светлым волосам, по розовым щекам. В кладовке становилось жарко, воздуха становилось все меньше и меньше, и стоны заполняли тишину. — Стой. Кто-то идёт. — Арлерт вдруг остановился и полностью замер, прислушиваясь к легким шагам за дверью. — Я же сказала, не шути так...— начала Криста, но тут же заткнулась, когда дверь открылась. В кладовку зашли двое, но парочка не смогла различить, кто именно. В коридоре было почти так же темно, поэтому лиц пришедших не возможно было разглядеть. — Тшшш...— прошептал Армин, крепко прижимая девушку к себе. — Ставь сюда. — скомандовал капрал в темноте, и услышав звук металла, собрался наружу, но женская рука остановила его. — А давай здесь..? — прошептала девушка и притянула мужчину к себе. Жаркие губы прикоснулись сначала оголенной груди капрала, затем шеи и челюсти, поднимаясь медленно к губам. Тяжелое дыхание мужчины нарушало тишину в столь маленькой комнате. — Здесь? Почему здесь? — его руки легли на талию девушки, все ближе и ближе притягивая ее к себе. — Потому что здесь у нас этого еще не было... — прошептала Аккерман и впилась в губы начальника. Ее руки расстегивали пуговицы на рубашке мужчины, еще больше возбуждая его. Капрал взяв пример с рядовой, сунул свои теплые руки к спине девушки, дабы снять платье. Однако в темноте было очень сложно развязать узлы на "корсете" платья. — Стыдно признавать, но мне нужен свет...— томно дыша сквозь поцелуй проговорил Ривай. — Где-то здесь есть свечки... Он немного пощупав, нашел в шкафчике свечку, но спичек там не было. — Черт, спичек нет. Может откроем дверь? На маленькую щель?— предложил капрал. — Ты с дуба рухнул? А если кто-нибудь зайдет? — вякнула Микаса, и сама полезла в шкаф, дабы разыскать огонь в коробке. — Давайте я помогу...— послышался тихий голос в темноте, и тццц. Секунда маленького света, и вот свечка уже горит. — Спасибо, — пробурчал капрал и посветил свечкой в сторону Микасы, — Давай, поворачивайся, теперь я вижу всё, благодаря...Стоп. — удивленно в темноту посмотрел Ривай. — Кто там? — шепнула Микаса и взяв, свечку из рук мужчины, прошлась в глубь кладовки, освещая всё впереди себя. — Армин? Что ты тут...Криста? — Что происходит...Господи! Прикройтесь чем-нибудь! — сказал капрал и отвернулся, пока Криста и Армин быстренько одели на себя штаны и рубашки. — Что это такое?! — Мы это...ну как сказать... — начал Армин, но ничего большего сказать не смог от дикого смущения. — Мы лучше пойдем, до свидания. Парочка блондинистых вышла из кладовки и быстрым шагом направились в другую сторону. На их лицах разливался румянец, к которому придирался каждый встречный друг и знакомый. Леви с Микасой молча направились обратно к себе в комнату, сдерживая улыбки в себе. Ведь могло произойти нечто ужасное, не будь Армин таким добрым, и не предложив огонь. — Вот тебе и кладовка любви...После этого раза, все такие дела будем делать исключительно в нашей комнате, в нашей спальне. — пробурчал капрал, впуская девушку обратно в комнату. — Да-да, как скажешь, капрал "ватные пальчики" Леви. — усмехнулась девушка и налила себе чай. — Иди ты, нечего в такие наряды наряжаться. В следующий раз я просто разорву с тебя одежду, если аккуратно не получится. — ответил мужчина и сел на диван. — А когда же будет следующий раз..? — мурлыкая спросила девушка и села на капрала ноги врозь. Улыбка на его лице стала шире, и он прошептав в ухо девушки "да хоть сейчас", впился в ее мягкие, пухлые губы.