От любви до ненависти одна ложь

Звёздное небо

Река сбрасывала в водопад последние льды со своей мокрой души. Рыба прыгала против течения, сражаясь за свою жизнь. Эти серебристые существа рисковали жизнью в каждый прыжок в воздух. И сколько было печали, когда острые когти медведей протыкались сквозь эти скользкие тела. Побеждает сильнейший, это очень важный закон в дикой природе. Энни этот закон уже давно выучила. Правда не природа ее научила, а отец. Это было его мотивацией. И её тоже. Она должна быть сильной, чтобы выполнить миссию и вернуться домой. А что потом? Дадут новую миссию? Отправят еще куда-то? Какой смысл в этой жизни? Миссия ведь провалилась. Проиграли сильные, победили слабые. Девушка сидела высоко, и ей было видно далеко. Она видела, как безмозглые твари останавливались и словно засыпали, спасибо темноте вокруг. Они ползали внизу, как черви, будто им больно он того, что звёзды сияли так ярко. Они закрывали руками глаза, падали и застывали один за другим. Утром, когда встанет солнце, встанут и они. И вновь нужно отправиться в далекий путь. Энни на самом деле не хило устала, ибо титаншифтеры убегали уже месяц. Блондинка знала, что до берега оставалось не далеко. Вот только...Хотелось ли ей домой? — Эй, стервозина, пора возвращаться. Тут холодно. — Леонхард услышала сзади себя голос Имир. Брюнетка стояла прямо сзади нее, но как только та повернулась к ней, направилась вверх по горе, по маленькой узкой тропинке. Ребята так устали после дороги, что остановились у маленькой горы, в заброшенной после зимы медвежьей берлоге. — Иди, я потом прийду. — ответила Энни и прижала к себе ноги. Ей хотелось побыть одной, когда наконец-то была такая хорошая возможность. — Как хочешь. Смотри, еды тебе не оставим, одиночка. — буркнула Имир и продолжила дальше идти. Энни подняла взгляд на звёзды. Её глаза множество раз сами себя обманывали, думая посчитать все яркие точки в черном небе.

— Зик, а куда попадают люди после смерти? — Почему ты спрашиваешь? Сожалеешь о том, что было сегодня? — Нет. Я просто хочу знать. — Интересный вопрос. Есть разные теорий. Например, мой учитель верил, что после смерти люди попадают либо в ад, либо на небеса. Он был достаточно религиозным человеком, и это делало его слабым. А я всегда верил в то, что людские души превращаются в звезды после смерти человека. — В звезды? — Да, а как ты думаешь их всегда так много?

" Звёзды...Души... Может душа Эрена тоже превратилась в звезду?" сердце девушки легонько кольнуло. — Хой, Энни, пора кушать! — голос Бертольта пронесся эхом по скале, за одно и отрывая блондинку от грустных мыслей. Энни вздохнула. Легкий пар из ее рта говорил о том, что на улице действительно было немного прохладно. Взяв с собой свою куртку, Леонхард направилась в сторону пещеры.

***

— Она хорошо питается? Гуляет? Её никто не обижает? Её заставляют работать? Чем она занимается днями? Она что-нибудь говорила обо мне? Отвечай, мальчик. — капрал внимательно следил за каждым движением мальчика, который мыл окна в лазарете. Но тот лишь улыбался и делал свою работу. — Тимми. Ответь мне. — Да, да... — пробурчал Тимми и спрыгнул со стула, когда закончил работу. — Что да-да? Ты разве уже закончил? — Да. И ребята видимо тоже закончили. — мальчик указал большим пальцем через плечо на окно. Там Билли и Элизабет как раз выбросили последний мусор и теперь готовились к поездке обратно в город. — Нам пора домой. — Разве дыра уже заделана? Ты шутишь? Вы не могли её заделать за один месяц. — капрал присел на кровати. С его головы уже сняли бинты, и теперь его длинные обросшие волосы висели на лице. Он мог свободно двигать всем, что находилось от бедер до головы. Хоть ему и дали 3 месяца больничного, он восстанавливался довольно таки быстро, намного быстрее чем остальные пострадавшие. — Это не наша задача заделывать дыру, капрал. Мы были здесь, чтобы помочь вам прибраться. И вот, ваш двор абсолютно чист. Доброй ночи. — 10-летний мальчик поклонился и направился к двери. — Стой. Где ты живешь? — капрал убрал свои черные волосы назад, ибо они постоянно лезли ему в глаза. — С родителями. — И где живут твои родители? — Со мной. — Издеваешься значит? Ты думаешь я не могу пойти и найти в документах городской полиций твой адрес? — капрал злился. Что за наглые люди ему постоянно попадаются? — Не сомневаюсь, капрал. Ну, я пойду. Спокойной ночи. — дверь открылась и мальчик вышел. — Сученыш... — буркнул капрал в ответ на хлопок двери.

***

— Ой, а вот и она. Садись, Энни. Будешь рыбу? — Райнер широко улыбнулся, и продолжил жарить рыбу на костре. Рядом с ним сидел Берт и уже нарезал свою пищу на кусочки. — Хой, Имир! Ты будешь кушать? Лови! Имир не успела ничего ответить, как получила в лицо сырую рыбу. Скользкое животное шмякнулось на пол, оставляя красный след на и так красном лице титанши. — Тебе жить надоело?! — Имир подняла рыбу и с размаху кинула ее в костер. — Это твоё. А это съем я. — брюнетка схватила готовую порцию рыбы, лежащую рядом с Райнером. И не успел тот и воскликнуть, как жареная рыба оказалась во рту девушки с веснушками. — Эй! Это было моё! — Твоё теперь вот это. — Имир довольно указала на черную рыбешку в центре костра. — Приятного аппетита, сволочь. — Вот же сука...— пробурчал блондин и принялся жарить новую рыбу для Энни. Блондинка не слушала эти пустые ссоры и разговоры ребят. В её голове метались мысли о праведности их поступков. Смерти товарищей, которые были на их совести. Смерть любимого, помилованный убийца, ошибка. Неосторожность, и слишком глубокий порез. Темница, слабые фонари. Холод. Энни чувствовала холод. Ей было тепло внешне, ибо Бертольд посадил ее прямо у костра. Но в душе она чувствовала холод. — Ребята... — М? — все три титаншифтера подняли головы и посмотрели на молчаливую блондинку. — Зря мы это всё затеяли. — Энни посмотрела серьезно в глаза своим товарищам. — Не нужно было никуда убегать. — Что? — Райнер и не заметил как горит рыба, ибо он уставился на серьезное лицо блондинки. — Ты шутишь, Энни? — слабо улыбнулся Берт и осторожно подсел ближе к девушке. — Нет. Я не шучу. Надо было остаться там. — Но почему, Энни? Мы ведь наконец-то выбрались. Мы идем домой. Ты же хотела домой? — продолжил Райнер и наконец-то вспомнив о рыбе, вытащи л ее из огня. — Домой? Кто сказал, что там наш дом?! Кто такое сказал? Зик? — Энни взяла палку и начал тыкать этой палкой костер. — Он так же сказал, что мы должны выполнить свою миссию, но мы её не выполнили! — Энни... — Мы не выполнили миссию, вы это понимаете? Мы не достойны жить там, откуда мы пришли. Они не примут нас, мы провалили всё. — девушка посмотрела вновь прямо в глаза своим товарищам. — И ради чего погибло столько людей? Ради Зика? Ради нашей расы? Чем мы отличаемся от этих людей? — Энни, пожалуйста, успокойся. Мы все устали. Пожалуйста, ложись спать, завтра всё будет намного лучше. — Бертольт аккуратно приобнял девушку. — Эти люди размножаются. Поэтому не важно скольких мы убили, в любом случае родятся новые. — Да что за придурошная логика! — Леонхард оттолкнула от себя парня. — Что за идиотизм? Господи, зачем я вообще с вами пошла? — Ты с нами пошла, потому что мы тебя вытащили из темницы. Ты с нами пошла, потому что ты одна из нас. Перестань быть слабачкой и вспомни о своем предназначении. — буркнул Бертольт и встал. — Энни...Послушай его, он ведь прав. И подумай, еще месяц и мы будем дома. И всё это закончится. Разве это не прекрасно..? — попытался влезть в разговор Райнер, но тут Леонхард его перебила: — Мой дом тот замок. И я вернусь туда. У Бертольта снесло крышу. Он рванул на блондинку с ненормальной краснотой в глазах, будто жаждует задушить её на месте. И вот, еще пару метров, и он бы накинулся на блондинку, но тут на него набросился танцующая титанша. Имир оскалила свои острейшие зубы на парня. Из ее рта выходил пар, ее зеленые глаза смотрел прямо в карие глаза жерты. Он был напуган. Титанша не сидела на нем, но нависала так, что бедному Бертольту было не возможно выползи из под нее. — Имир! Титанша рычала на Берта как злая собака, до тех пор, пока тот не успокоился. Краснота ненависти ушла из его глаз и он просто закрыл их. Имир слезла с парня и пар охватил всю пещеру. Энни увидела краем глаза, как брюнетка вытолкнула испаряющееся тело титана со скалы. Бертольт ушел в самый крайний угол и старался не смотреть в глаза Энни. А Райнер молча продолжил жарить рыбу. — Не смейте драться между собой, глупые подростки. Мои нервы и так на исходе. — прошипела девушка с веснушками.