Письма на твоей коже

Когда Джон уже сел в такси, он понял, что зря не взял телефон Мэри с собой. Он так спешил, что и не подумал об этом. Но возвращаться за ним все равно уже было поздно. Из-за этого всю дорогу Джон был как на иголках, он не мог даже связаться с Шерлоком, чтобы спросить, все ли в порядке и какого рода помощь ему требуется. У него было очень нехорошее предчувствие. Но когда Джон наконец прибыл к месту встречи, он понял, что переживал зря. С Шерлоком все нормально: он стоял у телефонной будки, ожидая его, и разговаривал с кем-то по телефону. Он махнул Джону рукой, когда увидел его, и Джон в ответ улыбнулся. На душе стало спокойно, с Шерлоком все было хорошо. Секунды две. То, что произошло дальше, Джон не смог бы описать никакими другими словами, кроме как «кошмарный сон». Все в его памяти смешалось, оставив от этого безумия лишь отрывки. Он начал осознавать реальность только тогда, когда обнаружил себя, склонившегося над Шерлоком, пытаясь оказать первую медицинскую помощь, одновременно крича кому-то: «Вызовите скорую!». Затем была поездка в больницу и долгое мучительное ожидание окончания операции. Хотя это и было невозможно физически, Джону казалось, что он вновь смог дышать только тогда, когда ему сообщили, что, несмотря на небольшие шансы выжить и остановку сердца прямо на операционном столе, Шерлок выкарабкался. Когда Джон услышал это, он наконец прекратил ходить кругами по коридору и просто осел на стул, откинув голову назад, и глубоко вдохнул. «Поверить не могу, что я чуть было не потерял Шерлока снова».

***

В первый раз Шерлок очнулся поздней ночью, когда рядом не было никого, лишь цветы стояли повсюду, окружившие его непередаваемым запахом, всегда витающим в палатах умирающих пациентов. Несмотря на обезболивающее, все тело болело, он едва мог пошевелиться или вдохнуть самостоятельно. Сейчас, накаченный морфием, почти обездвиженный, он был абсолютно беззащитным. Боже, как он хотел, чтобы Джон был здесь. Но, даже сейчас, когда его не было рядом, Шерлок замечал следы его присутствия повсюду. Неудобный больничный стул стоял у его кровати, а один из романов, которые так любил Джон, лежал на сидении. Мысль о том, что Джон, возможно, читал ему вслух, показалась ему интересной. Но даже если он этого не делал, все равно, он явно приходил так часто, как мог, практически живя в палате Шерлока с тех пор, как того перевезли из реанимации сюда. Но едва ли ему позволили бы остаться здесь на ночь. Шерлок понимал, что Джон придет только завтра, а значит, сейчас у него было время подумать об этой ситуации. Все равно он не мог делать ничего другого, разве что спать, но он и так проспал довольно долго. Судя по всему, прошла почти неделя, а может даже больше. Он не был уверен, морфий застилал сознание белым маревом, и мысли тонули в нем, Шерлок не мог сосредоточиться. Он попытался отправиться в Чертоги, но не стал закрывать глаза, боясь, что может снова провалиться в сон. Ему нужно было подумать. «Итак. Кто же ты, Мэри Морстен?» Вновь Шерлок очнулся только следующим утром. Очевидно, ночью он уснул прямо посреди процесса дедукции, и его размышления плавно перетекли в весьма реалистичный кошмар. Мэри стояла между ним и Джоном, одетая в подвенечное платье, и целилась в Шерлока из пистолета. Он понимал, что на самом деле все было по-другому, он даже не видел ее, и уж точно мог сказать, что выстрел был произведен из снайперской винтовки, это было гораздо более вероятно. Но сон имел скорее символический смысл, и Шерлоку даже не нужно было быть гением, чтобы понять, что именно его подсознание говорило ему. Когда он открыл глаза, из окна светило солнце, а Джон сидел рядом, легко касаясь пальцами его запястья, и что-то говорил ему. Но он замолчал и отдернул руку, как только понял, что Шерлок наконец-то пришел в себя. Трудно было этого не понять, учитывая, что тот проснулся, шепча «Мэри». Он повернул голову к Джону, даже это действие далось ему с трудом, но Шерлоку было необходимо увидеть его. Он должен был убедиться, что с Джоном все в порядке, что он здесь. И он был. Уставший и взволнованный, но рядом. Джон лишь улыбнулся ему и произнес с явным облегчением в голосе: «Привет, Шерлок». Тот хотел ответить тем же, но в горле было слишком сухо и мышцы не слушались. Когда Шерлок попытался хоть что-то сказать, получился лишь тихий хрип. Джон сразу понял, в чем дело, и вышел, чтобы принести ему воды. Но когда он вернулся, тот уже снова спал. Джон поставил стаканчик на стол и вышел, чтобы позвонить. Ему нужно было сообщить всем, что Шерлок наконец начал приходить в себя.

***

Когда Джон позвонил ей, Мэри примчалась в больницу так быстро, как только могла. Хоть он и сказал, что Шерлок проснулся лишь на несколько минут, она не знала, сколько тот сможет сообщить Джону, когда очнется уже окончательно. Ей нужно было успеть поговорить с ним, до того, как это произойдет. Когда она услышала от Джона: «А у вас, мисс Морстен, большие неприятности», – на одно мгновение она испугалась, что Шерлок уже все рассказал ему, и что это ловушка, но все же смогла изобразить растерянное выражение лица на случай, если это не так. Когда Джон объяснил ей, о чем он говорил, Мэри чуть было не выдохнула от облегчения. Уж она-то точно знала, почему Шерлок, очнувшись, первым делом вспомнил про нее. Ей нужно было исправлять эту ситуацию. И срочно. Но убить Шерлока в больнице даже для нее было слишком сложно, Джон не отходил от него ни на шаг, а значит, остаться незамеченной в этот раз не получилось бы. Его необходимо было выманить наружу. Поэтому, когда Джону понадобилось ненадолго отлучиться, она сказала, что ей не сложно самой посидеть с Шерлоком: – Джон, ты находишься здесь практически безвылазно уже две недели. От того, что ты все время тут, он не поправится быстрее. Ничего страшного не произойдет, если ты оставишь его под моим присмотром. – Да, Мэри, конечно. Спасибо. Позвони мне, если он очнется снова, – с этими словами он наконец оставил их одних. Мэри пришлось ждать почти полчаса, прежде чем Шерлок вновь открыл глаза. Он смотрел на нее таким расфокусированным взглядом, что на мгновение ей показалось, что он вообще не осознает ее присутствие. Ей нужно было привлечь его внимание, показать, что она реальна, а не плод его наркотического бреда. – Шерлок, – нараспев произнесла она, намеренно изменяя интонацию, как раньше это делал Мориарти. Она знала, что подобное Шерлок не сможет проигнорировать. – Не говори Джону. Посмотри на меня и скажи, что не станешь рассказывать Джону. Ты же понимаешь, что мне придется сделать с ним, если он узнает? На лице Шерлока наконец появились эмоции, он будто еще раз очнулся. Но этого незначительного прилива сил не хватало даже для ответа. Но его выражения было для нее достаточно. Он бы никогда не стал рисковать Джоном. А значит, ей оставалось только ждать.

***

На следующее утро Лестрейд решил навестить Шерлока, а заодно и попытаться выяснить, знает ли он, кто и почему мог в него стрелять. – Не знаю, есть ли смысл его допрашивать. Он накачан лекарствами, так что будет болтать чушь, – произнес Джон. Грег шел вслед за ним, на ходу доставая телефон. Тот оглянулся на него, – Ты ведь знаешь, что в больничных палатах им пользоваться нельзя? – Звонить я и не собираюсь, – Грег довольно улыбнулся, – Просто видео сниму. Скоро у меня уже целая коллекция бу… – он замолчал на полуслове, когда они вошли в палату. Она была пуста. – О, боже, – Джон растерянно смотрел на распахнутое настежь окно. Они обзвонили и опросили всех, кто знал Шерлока, но нигде не было и следа его присутствия. Очевидно, он заглянул на Бейкер-стрит, но дальнейшее его место нахождения оставалось неизвестным. Вот уж и попробуй найти Шерлока Холмса в Лондоне.