Письма на твоей коже

– Так, значит, – в конце концов вздохнул Джон, снова становясь серьезным, – Майкрофт хочет избавиться с ее помощью от старого врага. И как мы к этому относимся? Шерлок пожал плечами. – Честно говоря, – признался он, – мне было бы почти плевать на это, если бы он выбрал какого-то другого… исполнителя. Меня напрягает лишь, что она теперь на свободе. Джон только кивнул и встал с кресла, решив заварить чай. Шерлок удивленно повернулся к уходящему Джону. – И не будет никакого протеста? Никаких моральных терзаний? – решил уточнить он, не веря, что Джон действительно примет все так легко. Джон включил чайник. Достал кружки и насыпал в заварник нужное количество чая. – Нет, – наконец ответил Джон тихо. Он явно лгал. – Не знаю. Если не она, так Майкрофт найдет кого-то другого. Да и… если бы я решил осудить его… Разве это не было бы лицемерно? – Прости, что? – переспросил Шерлок. Джон пожал плечами. – Ну, знаешь. Таксист и пистолет в Темзе. Шерлок поднялся с кресла и подошел к Джону почти вплотную. Тот вздрогнул, почувствовав чужое дыхание на своем затылке. Шерлок обнял Джона со спины и уткнулся носом в его волосы. – Это не то же самое, – произнес он тихо. – Ты пытался спасти меня. Майкрофт же… пытается спасти себя, решив подвергнуть наши жизни опасности. Джон вздрогнул, наконец услышав то, что красной нитью проходило через весь их разговор. – В насколько большой мы опасности? – наконец решил спросить он, выпутавшись из объятий, чтобы залить заварку водой. Шерлок сделал шаг назад. – Мы в другой стране в непроходимой глуши. И никто, кроме Майкрофта и его людей, не знает, что мы здесь. Так что моя жизнь практически вне опасности. Джон сглотнул, внезапно понимая, почему Шерлок сделал акцент именно на этом слове. Он нервно улыбнулся и покачал головой, пытаясь сделать вид, что не понял намека. Шерлок дождался, когда Джон выпустит из рук горячий чайник, и вновь прижался спиной к его груди, обнимая и губами легко касаясь его волос. Они так и стояли, пока все листья в прозрачном заварочном чайничке наконец не опустились на дно. – Ты расскажешь, что он имел в виду? Тогда, на видео, – прошептал Шерлок. Джон покачал головой, ничего не ответив. Шерлок вздохнул. – Это неважно, – наконец ответил Джон. – Я в порядке. Или буду в порядке очень скоро. Шерлок снова отстранился, оскорбленный, что Джон все же решил солгать. Они же смотрели запись вместе! Неужели Джон действительно считал, что Шерлок оставит речь Магнуссена без внимания?! Отбросит пугающие слова, как неважные, несущественные? «…а какой смысл шантажировать умирающего, и что важнее, как шантажировать кого-то умирающим?» – вспомнил Шерлок снова, с трудом подавив дрожь. Он очень сомневался, что Магнуссен сказал все это просто так. Шерлок снова вздохнул, надеясь, что это заставит Джона передумать. Он уже хотел припомнить Джону его собственные слова о том, как важно обсуждать все друг с другом, но Джон улыбнулся и протянул ему кружку с чаем. Правой рукой. Поврежденной. И Шерлок наконец понял. Он отстранился еще на шаг назад и прижался спиной к стене. Джон удивленно отставил кружку на стол и подошел к Шерлоку. – Все в порядке? Шерлок рассмеялся. Но это был не тот смех, с которым они обсуждали миссис Хадсон и королеву, а тот, которым Шерлок приветствовал новость о том, что Мэри на свободе. – Сколько обезболивающего тебе сегодня вкололи, когда ты был на осмотре? – спросил он просто. Джон отвел глаза. – Достаточно, чтобы голова перестала болеть, – произнес он. Шерлок провел рукой по волосам. – И это ты называешь «в порядке», да? – прошептал он. Джон нехотя кивнул. Да, такое состояние теперь считалось для него если и не хорошим, то хотя бы приемлемым. Шерлок прикусил губу, не сводя взволнованного взгляда с Джона. – Ты не собирался мне говорить, да? Насколько все действительно серьезно? Джон все-таки взял одну из кружек в руки и сделал пару глотков, виртуозно уходя от ответа. – Насколько? – повторил Шерлок. Джон сделал еще глоток. – Ты видел уже пару раз, – ответил Джон, когда Шерлок открыл рот, чтобы попытаться спросить его в третий раз. – Настолько и будет. Резкая головная боль, может, кровь из носа, потеря сознания. Если ничего непредвиденного не случится, то я с этим справлюсь. Мы справимся. – Непредвиденного? – хрипло переспросил Шерлок. Джон сделал еще глоток и, пожав плечами, кивнул. – Все будет хорошо, – повторил он в конце концов. – И, боже мой, сколько мы уже сидим в четырех стенах. Здесь есть какое-нибудь место для прогулок внутри клиники или хоть какие-нибудь развлечения? Шерлок подавил желание закатить глаза от того, как поразительно неумело Джон переводил тему, и кивнул, решив, что Джону не помешает немного положительных эмоций и приятных мгновений.

***

– Так чем все же тут можно заняться? – спросил Джон, натянув кофту поверх рубашки. Шерлок постарался вспомнить, чем он сам занимался, когда оказывался здесь. На ум приходило не так много мест, все же большую часть времени ему приходилось проводить в палате. Хотя и в библиотеку он иногда выбирался. Был еще небольшой зимний сад, но, если честно, сидеть там в одиночестве было не очень интересно. «Может, вдвоем будет и веселее?» – предположил он. – Ну, идеи есть? – повторил Джон. Шерлок чуть улыбнулся, кивнул и распахнул дверь палаты.

***

С тех пор как Шерлок спускался сюда в последний раз, сад практически не изменился. Все та же зелень повсюду, те же кресла в чудесной беседке по центру и тот же фонтанчик, игриво журчащий в своем уголке. Разве что цветов стало побольше. Шерлок сделал глубокий вдох. В этой оранжерее все же было очень приятно. Джон с любопытством оглядел все вокруг. – Красиво, – наконец признал он. – Но… что нам здесь делать? Шерлок замер, понимая, что, кроме сидения в креслах да разглядывания цветов, делать здесь по сути было нечего. Он растерянно почесал затылок. Джон обошел небольшой круглый столик и вдруг зачем–то присел на корточки. – О, смотри, – воскликнул он. – Тут есть настольные игры!

***

Следующие три часа превратились во что-то среднее между веселым времяпровождением и кромешным адом. Сначала они не могли решить, во что именно будут играть. Шерлок склонялся то к шахматам, то к «Операции», а Джон упорно требовал дженгу или хотя бы карточных игр. В конце концов определиться с тем, кто будет первым предлагать игру, пришлось при помощи игры в шашки. При этом Шерлок потребовал играть по правилам «международных» шашек, потому что «английская версия себя изжила». Они бы поспорили и на этот счет, но Джон все же заставил себя заткнуться и кивнуть, чтобы наконец начать играть хоть во что-то. Но Джон все же не удержался от последнего замечания: – А какая разница-то? Ну, подумаешь, нельзя «не-дамкам» рубить назад, и что? Шерлок закатил глаза и пустился в объяснения, почему и как это повлияло на выбор стратегии игроков. – …и вот почему я точно смогу хотя бы свести игру к ничьей, если мы продолжим придерживаться устаревших «английских правил», – закончил он свою десятиминутную речь. Джон ошарашено захлопнул рот и кивнул. А что же еще ему оставалось делать? Впрочем, «международные правила» Джону никак не помогли избежать проигрыша в четырех из пяти игр. После пятой он наконец сдался и вздохнул. – Что ж. Ты победил меня, Шерлок, – признал он свое поражение. – Можешь выбрать следующую игру. Шерлок довольно усмехнулся, убрал шашки со стола и начал расставлять на доске шахматные фигуры. Джон печально закатил глаза, понимая, что и следующие пять игр он проиграет в самом ближайшем будущем. Заметив его печальное выражение лица, Шерлок сжалился и решил немного поддаться Джону, выбрав себе фигуры черного цвета и убрав обе ладьи с доски. А затем, чуть помедлив, снял с доски и ферзя тоже. Джон только рассмеялся. – Может, ты тогда сразу и короля уберешь? Ну, просто чтобы уравнять шансы. Шерлок усмехнулся и вернул королеву на место. Через пятнадцать минут проиграв, Джон хмыкнул, снова расставляя фигуры на доске, уже предчувствуя скорый проигрыш… А вот в «Операции» Джону не было равных. Когда у Шерлока в третий раз дернулась рука и нос «пациента» загорелся красным, Джон рассмеялся, довольный собой: его пациенты так себя никогда не вели. – Да как ты это делаешь?! – воскликнул Шерлок, наблюдая за очередной идеальной «операцией». Джон пожал плечами: – Просто я чертовски хороший хирург, – ответил он, улыбаясь. Шерлок сложил руки на груди и, чуть надувшись, ответил: – Давай уж лучше в карты тогда. Джон усмехнулся, перетасовал колоду и начал раздавать на двоих.

***

Разумеется, в конце концов игры им наскучили. Шерлоку надоело поддаваться, а Джону надоело проигрывать, зная, что Шерлок при этом еще и поддавался. Отложив карты, Джон устало потер пальцами висок. Боль, ушедшая благодаря огромному количеству лекарств, практически не ощущалась, но Джон знал, что это ненадолго. Он с некоторой тоской оглядел пейзаж за окнами зимнего сада. Выйти на улицу хотелось со страшной силой. Джон вздохнул и чуть потянулся, вставая со своего места. – Может, выглянем на улицу ненадолго? Недалеко, просто во внутренний двор? Шерлок не ответил, уверенный в том, что никто из врачей это бы не одобрил. Когда Джон снова потер висок, сам того не замечая, Шерлок окончательно решил, что на улицу выходить все же не стоит. Он взглянул на часы. Честно говоря, уже скоро должно было начать темнеть. И Шерлок ухватился за эту причину отказа, как за спасительную нить. – Может, просто поужинаем и посмотрим кино? – предложил он, в конце концов убедив Джона остаться в здании. Джон кивнул и быстро вытер белым бумажным платком внезапно пошедшую из носа кровь, тут же понадеявшись, что Шерлок не станет совсем уж остро на это реагировать. К счастью, Шерлок не стал паниковать, а просто обеспокоенно чертыхнулся и поднялся со своего места, чтобы помочь. – Я в порядке, – пробубнил в носовой платок Джон. Шерлок только хмыкнул и, усадив Джона обратно в плетеное кресло, нажал на кнопку вызова медсестры.