Детективы из Пандоры

Окружающий мир проявляется, словно снимок в ванночке с реактивами. Из непонятной мешанины светлых и темных пятен фрагментами проступает картинка. Грубо обтесанная каменная стена, возникающая где-то за головой и уходящая ввысь. Тусклая лампочка, которую настойчиво домогается то ли бабочка, то ли муха-переросток. Приподнявшись на локтях, девушка осматривается. Белые стены, белый потолок и…спящее лицо Брейка на краю кровати. — О, Шерон как я рад, что ты проснулась, — тихо проговорил подошедший Рейм. — Ты проспала несколько часов, так что не напрягайся. — Где я? И что произошло? — эти вопросы уже разрвали голову только что проснувшейся девушке. — И что с мальчиком? — Мальчика мы нашли, но было, уже поздно… он умер восемь часов назад от множества ударов нанесенными тупым предметом. Первый удар был нанесен точно в солнечное сплетение, а второй по голове. — Что?! Что ты сказал?! — Тише, тише. Ты Зарксиса разбудишь. Парень тяжело вздохнул. Ему тоже нелегко и он прекрасно понимал, что сейчас чувствует Шерон и вся команда. Им всем было жаль мальчишку, у которого только началась, жизнь и он, мог бы многое совершить в своей жизни. Но какой-то ублюдок оборвал, его судьбу тем самым, перечеркнув все его мечты. — То есть, в лагере орудует маньяк убийца? — Все возможно, но я думаю, тут дела обстоят куда хуже. Послушай, Шерон, ты запомнила лицо того типа, который напал на тебя в лесу? — Да, он… — Незачем напрягать память, это не он, — сонным голосом пролепетал Зарксис. — Это еще почему? Не делай поспешных выводов. — Сам подумай, если бы он убил того мальчишку, то и Шерон бы заодном, но он этого не сделал. Почему? Потому что чего-то боится? Или кого-то прикрывает? Я видел, как он гладил Шерон по голове и просил прощения. Такой человек не способен кого-то убивать. Особенно ребенка. — Он мне хотел показать свою черепашку… — неожиданно вспомнила русоволосая. — Может он и не убивал, но может он видел того, кто убивал? — Возможно, тогда стоит поговорить с ним. Я позвоню Озу и скажу чтобы он зашел сюда с остальными. Рейм достал из кармана сотовый телефон и застыл в недоумении. — В чем дело? — Связи нет. — Как нет? Утром было все нормально! Русоволосая схватилась за лежащий на тумбочке телефон и убедилась в словах напарника. Связь действительно чудесным образом пропала и теперь у детективов не было возможности связаться с друзьями и уж тем более с большим городом, чтобы запросить поддержки, если что-нибудь случится. — Шерон ты в порядке? Ты как-то побледнела… — Это ты во всем виноват! Зачем ты леди достаешь своими вопросами? Удар по голове оказался страшен. Картинка перед глазами стала мутной, подрагивающей, плывущей. Во рту неведомо откуда появился неприятный привкус. Внутри черепной коробки перекатывались, медленно затухая, волны боли. Лгут, нагло лгут врачи, утверждая, что мозг лишен нервных окончаний и не способен к болезненным ощущениям… Русоволосая вновь легла на кровать не в силах даже сидеть. — Я к вам позже присоединюсь, — хрипло проговорила она посмотрев на ребят. — Мы удаляемся, — наигранно произнес альбинос, выталкивая своего напарника за дверь домика врача. Она медленно-медленно повернулась всем корпусом вправо, подозревая, что любое движение шеей закончится новым всплеском боли. Девушка взглянула в зеркало висящее на стене и не поверила своим глазам. По ту сторону зеркала стояла девушка. Шерон хотела закричать, но губы будто сшили нитками, а тело сковали тяжелыми цепями не давая возможности спрыгнуть с кровати и убежать. Убирайтесь… Убирайтесь… Убирайтесь… Но губы той девушки даже не дрогнули. Ее голос Шерон отчетливо слышала у себя в голове.

***

Озеро было спокойно. Солнце лениво клонилось к горизонту, окрашивая облака в багряный цвет. Волны мягко плескались у берега, играя мелкими обкатанными камешками. Детективы лениво плелись по пляжу размышляя каждый о своем. — Уважаемые детективы, можно с вами поговорить? — А это ты, Мей, что-то случилось? — Нет, но я бы хотела обсудить с вами про мальчика… — Мы разбираемся, вам не стоит лесть не в свое дело, миледи. — Как это не в свое дело? Он был в моем отряде! — Именно про это я и говорю, — Зарксис достал из кармана карамельку в желтой обертке. — Разве не странно? Уже какой ребенок в вашем отряде погибает? Третий? А может число перевалило за сотню? — Брейк, угамонись! Гилберт хотел было остановить своего напарника, но в какой-то момент до него дошла причина такого разговора. Да и к тому же у вечного бездельника и шута Зарксиса Брейка сейчас не самое лучшее настроение. Убедившись, что друг не будет мешать, Брейк продолжил: — Разве ты не понимаешь, что из всех вожатых в этом лагере, дети погибают только в твоем отряде, каждый год. И это не несчастный случай, а самое настоящее убийство. Может у тебя найдутся мысли и ты поделишься с нами своими догадками? — Я не собираюсь с вами ничем делится и вообще, вы должны делом заниматься, а не дурака валять! — Так мы и занимаемся. Ищем убийцу в этом лагере. Альбинос усмехнулся, видя перед собой прожигающий на сквозь злой взгляд девушки. Ничего не сказав, Мей ушла в сторону своего отряда. — Кролик и Оз, у меня для вас есть заданьице, — Брейк обратил внимание на рядом стоящую парочку. — Сейчас вы идете в домик Мей и найдите там все сведения о погибших детях за последние три года. — И что потом? — Кролик была в недоумении. — Разумеется принести мне, если надо, она сейчас будет со своим отрядом, так что вы точно успеете все сделать. Можете взять с собой эту беспомощную водоросль, если надо. — с лукавой усмешкой проговорил альбинос. — Хм, тебе надо ты и иди. Тут Алиса почувствовала горячее дыхание возле своего уха: — Если выполнишь это малюсенькое задание, то получишь мясо. По всему телу пробежала стая мурашек. — Вперед, слуга! Ты тоже, Водоросль! Взяв Оза и Гила за шкирку Алиса с горящими от счастья глазами на всех порах двинулась в сторону домика Мей. — Ну, а нам с тобой как всегда самое сложное, — серьезно пробурчал Рейм протирая свои очки. Брейк на эти слова лишь пожал плечами и как всегда с хитрой ухмылкой на лице проговорил: — Но не менее веселое.