I Have a Dream

Крэйг всегда знал, что в жизни он обязательно столкнется с ситуациями, которые потребуют от него абсолютной отдачи и заинтересованности. Он понимал, что однажды настанет день, когда придется ответить за все свои прошлые ошибки и, возможно, предпринять попытки для новых перемен. Все эти мысли, безусловно, посещали его перед сном, после внеочередных выговоров учителей и родителей, а также по дороге из школы. Но была единственная проблема, которая не позволяла Такеру обратить мысли в действия: ему было плевать. «Да, это очень грустно, мне за это достанется, но не все ли равно?» – в очередной раз лишь пожимал плечами он и продолжал свою обычную жизнь. Парень и в этот раз решил пустить все на самотек, потому что опять не видел путей решения своих проблем. Поставить более-менее глобальные цели и выполнить их к пятнице, чтобы политкорректный директор не спустил шкуру ни с него, ни с Шарлин – нереально. «Не стоит ли мне постараться сделать это хотя бы ради Шарлин? – размышлял про себя Крэйг, медленно шагая по пустому коридору, – Да ну ее к черту, сама виновата, что связалась с таким, как я. Верить надо в проверенных людей», – для себя решил он и остановился напротив класса. По звукам было ясно, что там вовсю шел урок: восклицания учеников сопровождались быстрыми вопросами преподавателя. Такер вплотную подошел к двери и заглянул внутрь кабинета через стеклянную вставку. Зрелище, которое подросток увидел там, заставило бы его удивиться, если бы он заранее не слышал громких возгласов учеников – те, действительно, активно отвечали учителю, пока на их лицах читались воодушевление и полная заинтересованность в уроке. Подобная картина в любом бы пробудила желание влиться в это действо, стать частью общего воодушевления и того жгучего интереса, что искрился там внутри. Но Крэйг не испытывал подобного желание – он, лишь взглянув на это собственными глазами, чувствовал необъяснимую ненависть ко всем этим людям и тому, чем они там занимаются. Он искренне не понимал и не признавал их восторга. Тот мир, что он увидел через стеклянную призму двери, был совершенно чужд парню. Да и ему были бы там не рады. Пронзительный визг звонка вывел Крэйга из размышлений и заставил мигом отойти от двери. Со всех сторон послышался поспешный скрип, отодвигающихся стульев. Через мгновение в коридор по человеку вытекли ученики. Как всегда, они громко беседовали между собой, смеялись, спорили, ругались – в общем, вели себя, как самые настоящие подростки. За ними вышел и преподаватель литературы. Лишь завидев его, Такер проскользнул к своему шкафчику и, медленно открыв его, начал копаться в своих вещах, делая вид, будто бы он действительно занят поисками чего-то важного. К счастью, сегодня беда в белоснежной рубашке обошла его стороной – направилась в сторону кабинета директора. «И на этом спасибо, – тихо произнес парень, смотря учителю вслед, - и одного выговора на сегодняшний день хватит». Крэйг считал, что он не в силах остановить постоянные нападки со стороны работников школы, но он мог контролировать их частоту. По его мнению, конфликт, не нашедший отголоска с противоположной стороны, не является таким уж насущным, каким его хотят показать. Да, это было абсолютно нечестно с его стороны – избегать учителей и психолога, но личный комфорт всегда был важнее. Особенно, когда все вокруг активно пытались нарушить это равновесие. Вдруг со стороны послышался грохот и раздраженный мат. Обернувшись, Такер увидел Стэна Марша, у чьих ног лежали упавшие учебники. «Точно, - внезапно снизошло до Крэйга в момент, когда Марш схватился за протез, который все никак не желал адаптироваться к этой реальности, - подружиться с нормальным человеком – одно, а вот установить крепкую связь с новоиспеченным инвалидом – более выгодное и перспективное дело», - для себя решил Такер, нащупывая скомканный лист бумаги в кармане толстовки. Так он в мгновение ока и нашел выход из сложной ситуации, что пару минут назад казалась невыносимо сложной. «Да, вот он выход – подружиться с инвалидом», - заключил парень, наблюдая за тем, как из рук Стэна выпала и тетрадь. Вооружившись четким вектором дальнейших действий, Крэйг решил не терять времени зря. Марш с силой ударил кулаком по своему закрытому шкафчику и было нагнулся к полу за книгами, как вдруг подоспевший Такер сам протянул их ему. – Смотри вторую руку не потеряй, – усмехнулся тот, протягивая однокласснику одну из книг. Стэн недовольно нахмурился и скривил рот с явным намерением послать парня, но все же взял упавшую вещь и подождал, пока тот поможет собрать остальные. Он осторожно придерживал книги правой рукой, которая ранее не смогла повернуть замок шкафчика. – Спасибо, – с трудом выдавил из себя Марш, беря толстую тетрадь из чужих рук. – Помочь тебе открыть шкафчик? – не без язвительной улыбки поинтересовался Крэйг. – Нет, я сам, – сухо ответил подросток, пальцами левой руки поворачивая замок, как вдруг правая непроизвольно дернулась и та самая тетрадка устремилась вниз вместе с учебником по литературе. Такер быстро подставил руку и задержал принадлежности на месте, не давая им вновь упасть. – Можешь не благодарить, – хмыкнул он и убрал руку от учебников только после недоброжелательного взгляда со стороны Марша. Крэйг не сразу смог принять ту трагедию, что произошла с его одноклассником в начале учебного года. Ему всегда казалось, что ни Стэн, ни Клайд никогда не являлись первыми агрессорами их класса. Но, тем не менее, именно они начали драку в кабинете труда. Причину этого кошмарного несчастья знали в школе не все: многие предпочитали доверять только слухам, в то время как другие «несли в народ» подлинный смысл, все равно приукрашивая его личными фантазиями. Сам Такер, оказавшийся в кабинете труда в тот день, не видел смысла придавать этому событию особую значимость и относиться к Маршу с уважением за то, ради чего он все это начал. «Он защищал честь Венди!» – тут и там трезвонили девочки, в глубине души завидуя однокласснице, что только у нее одной есть такой бесстрашный рыцарь, что отдал свою правую руку за правое дело! «Отчаянная глупость», – однозначно утверждал Крэйг. И даже после решения использовать парня в своих целях, его все равно раздражал тот героический образ, который многие создали вокруг Стэна после несчастного случая. Он же наоборот был одним из тех, кто сумел найти в трагедии шутку и воспользоваться этим (бесконечные отсылки к Нику Вуйчичу не могли не забавлять всех вокруг). – Я и не собирался, – все так же недовольно отвечал Марш, перемещая книги в шкафчик. Его сквозила злость к своей нелепой беспомощности, и в то же время он не желал признавать ее, не хотел вызывать жалость со стороны окружающих и всем своим видом показывать то, что ему могла бы быть необходима эта помощь. Тем не менее, он прекрасно понимал, что такой сомнительный тип, как Такер за «просто так» помогать никогда не станет. – Чего встал? Если что-то нужно от меня, то давай быстрее, - я не намерен стоять здесь целый день, - серьезно проговорил он, осторожно беря другие учебники и тетради для последующих уроков. – Перестань, мне ничего от тебя не надо, Марш, - пожал плечами Крэйг, – это был всего-навсего благородный позыв с моей стороны, который ты, к сожалению, не оценил. – Да-да, огромное спасибо. В твоем благородстве я больше не нуждаюсь, пока, – быстро ответил Марш, захлопнув шкафчик и направившись в сторону кабинета географии. Никто не говорил, что подружиться с этим товарищем будет легко, но Такер уже мог чувствовать, как жар ударил ему в голову и заставил уши покраснеть. Если бы не шапка, мимо проходящие люди смогли бы целостно оценить результат его разговора со Стэном. Но так быстро сдаваться он не собирался. Если создать мнимые дружеские связи путем «случайного стечения обстоятельств» не получается, то стоит избрать другой план действий, требующий больших усилий. – Ладно, слушай, – продолжил подросток, нагоняя одноклассника, – ты совершенно прав, мне от тебя кое-что нужно. Не стану бродить вокруг да около и скажу напрямую: у меня серьезные проблемы и ты можешь стать тем, кто поможет мне из них выбраться, – спокойно изложил суть Крэйг, идя рядом и не отрывая взгляда от пола. Он никогда не смотрел людям в глаза, если что-то просил у них, чувствовал вину или страх. С последним он сталкивался лишь однажды, потому что до того момента считал себя исключительно храбрым парнем. Тот единственный случай, заставивший его отвести взгляд, произошел в день смерти его морской свинки. Тогда он так и не смог вытащить мертвое тело из клетки, чтобы похоронить на заднем дворе, как планировал, если его настигнет подобная трагедия. Через неделю мать, услышав отвратный запах, лично избавилась как от питомца, так и от клетки: просто выбросила все это на помойку, не считая нужным воздавать мертвому животному какие-либо почести или относиться к покойнику с уважением. Стэн остановился, не дойдя до класса нескольких шагов, и внимательно взглянул на собеседника. – И что же я должен сделать? – По правде говоря, ничего особенного: просто потусуйся со мной до конца этой недели и все. Дальше я как-нибудь сам разберусь. На подобную просьбу Марш лишь вскинул брови. – В смысле «потусуйся»? Тебе внезапно потребовалась помощь в социализации или это твоя очередная шутка? – Да называй как хочешь, но если к концу этой недели я не обзаведусь новой компанией, директор и та сучка-психолог за компанию с моей матерью дружно нагнут меня, чтобы дать отличный такой пинок и вышвырнуть из этой школы! – с громким раздражением произнес Крэйг и тут же огляделся по сторонам в надежде, что его никто не услышал. – Если все так просто, то почему бы тебе не найти нормальную компанию? Я, если честно, не горю желанием тусоваться с тобой до конца недели. Его слова прервал школьный звонок – ученики в спешке направились к кабинетам. Марш холодно взглянул на подростка, что до сих пор стоял перед ним, видимо, ожидая положительного ответа на просьбу. – Короче, ты меня понял: мой ответ – нет. Удачной социализации, – закончил Стэн и устремился в сторону кабинета географии, но резко был одернут назад за правую руку. Учебники, что без особого усилия были зажаты в ней, мигом рухнули на пол. Такер перегородил однокласснику дорогу. – Будем считать, что ты не расслышал, – усмехнулся Крэйг, поднимая чужие вещи, – Ты поможешь мне, Марш, и это не обсуждается. С этими словами он схватил парня за правую руку и потащил в кабинет географии, где уже собрались ученики, а у доски стоял папа Стэна – Рэнди, устроившийся на полставки учителем сразу после несчастного случая, чтобы приглядывать за сыном. Войдя в класс, Такер тут же отпустил парня и осторожно передал его принадлежности в ныне свободную руку. – Что за… – только и успел проговорить Марш, как вдруг его перебил Крэйг. – Нет, только не благодари меня снова, Стэн. Ты же знаешь, я всегда рад помочь тебе, потому что это не просто мой долг, как твоего одноклассника и друга, но и как истинного патриота Америки! – воодушевленно проскандировал он, незаметно повернувшись вполоборота к мистеру Маршу. Тот заметно оживился. – Стэн, ты не говорил, что Крэйг помогает тебе! Это же просто прекрасно, сынок! Я так рад, что ты наконец принял помощь окружающих! – радостно вскинул руками мужчина. В классе начали шептаться, а кто-то с задней парты даже умудрился похлопать. – Нет-нет, вы всё неправильно поняли, – было заговорил Марш, но добрый самаритянин вновь перебил его. – Да-да, мистер Марш, все именно так: я уже давно помогаю Стэну! Он Вам разве не говорил? Я провожаю его со школы каждый день и иногда, когда он не против, даже сопровождаю утром. – Ох, как я рад! Нужно скорее позвонить Шерон! Ах, какая прекрасная новость! – сильнее обрадовался Рэнди и достал из кармана джинсов телефон, тут же начав что-то тыкать в нем. Подросток недобро сверкнул глазами, посмотрев на Крэйга. Тот нахально улыбался, держа руки в карманах толстовки и, гордясь своим невероятным планом, сжимал тот самый обрывок бумажки. – Мудак. Я тебя ненавижу, – буквально выплюнул Марш, подходя к «доброму однокласснику» ближе с явным намерением ударить. – Мне очень жаль, Стэн, но теперь ты точно не отвертишься, – с усмешкой ответил тот, кивнув в сторону Рэнди, который уже фонтанировал в трубку своей жене, взахлеб рассказывая о том, какая чудесная новость посетила его на уроке географии, - ну, зайду за тобой после уроков. Как обычно, – отдельно выделил Такер, хитро улыбаясь и отходя к двери, – удачного дня, дружище, – с фальшивым добродушием закончил он и закрыл за собой дверь.