"Карета подана, мистер Харт!"

      Все прибывшие машины обосновались на зарезервированной для такого случая парковке относящейся к замку гостиницы. Пристроившись в самом дальнем ее углу, Эггси заглушил мотор и осмотрелся. На парковке было безлюдно, но в гостинице светились окна номеров, а по дороге он видел прогуливающихся людей, засматривающихся на замок. Наверное, именно поэтому банкет для персонала устроили не здесь, а на самом острове - ни к чему еще больше тревожить туристов, желающих полюбоваться на самый романтичный замок Англии.       Эггси сунул руку под пассажирское сиденье и выудил сверток с одеждой. Рубашка и штаны один в один походили на его собственные, но на ощупь были почти невесомыми. Чтобы одеться, пришлось перебраться на более просторное заднее сиденье. Второй комплект все же немного прибавил телу объемов, но пиджак застегнулся без проблем, а инспекция, проведенная в свете фонаря у тонированного окна, показала, что никаких лишних выпуклостей у его фигуры не образовалось. Мысленно посетовав на неудобства жизни тайных агентов, Эггси оставил фуражку на водительском сиденье, запер машину и быстрым шагом направился обратно к замку.       Когда он вошел в Девичью башню, у него в запасе оставался почти час. Главный зал был полон - сновали официантки в белых передниках, громко разговаривали мужчины разных возрастов в водительской форме, мелькнуло даже несколько человек, весьма похожих на личных секретарей.       "Некоторые люди просто не умеют расслабляться!" - глядя на них, сочувственно подумал Эггси и, не тратя особо времени на рассматривание интерьеров, прямиком направился к столу с закусками. От волнения перед предстоящим у него сводило желудок, но он все же нагреб в тарелку всего и побольше, после чего пристроился к одной из компаний. Пять минут спустя он был знаком со всеми ее участниками, сделал комплимент проходящей мимо официантке и весьма удачно пошутил. Десять минут спустя, извинившись и незаметно оставив нетронутую тарелку на краю одного из столиков, Эггси удалился из зала и свернул к главному входу.       Он не ошибся - немногочисленные курильщики предпочли черный вход, поэтому того, что он вышел на улицу, никто не заметил. Держась поближе к стене, чтобы не привлекать внимание собравшихся на центральной лужайке, Эггси миновал здание и свернул на дорожку, ведущую к опоясывающей остров аллее. Впрочем, как и сказал Харт, никто из тех, кто мог бы его увидеть, не удосужился даже покоситься в сторону простого водителя, а многочисленные камеры, которые в обычные дни наблюдали за туристами, на сегодня были отключены.       Для прогулок при луне было еще рано, так что на аллее Эггси тоже оказался в полном одиночестве. Убедившись, что с лужайки его не видно и никто не маячит в окнах, он нырнул в заросли низких раскидистых деревьев. Там он снял приметный белый галстук, пиджак и ботинки, которые затем аккуратно сложил и оставил в развилке ветвей. Проверив наличие флэшки в кармане, он бесшумно пробежал вдоль замковой стены к крытому переходу между башнями.       - Как ты это делаешь, Гарри? - пробормотал Эггси, осмотрев толстую, явно не так давно установленную водосточную трубу, весьма удачно спускавшуюся в углу между фортом и переходом к самой земле. - Я даже не удивлюсь, если ты проспонсировал ее монтаж, - усмехнулся он, поставив ногу на первый обод.       Подъем представлялся ему куда сложнее, чем оказалось на деле. Навыки мелкого воришки, которым он был когда-то, никуда не делись, и лишь только босые ноги ощутили надежную опору, а руки нашли, за что уцепиться, как тело послушно сделало все остальное. Правда, Эггси приходилось то и дело опасливо коситься на окна и задние двери замка. К его счастью, почти все шторы были задернуты, и свет до него не доставал, а дворик пустовал - наверное, персонал сейчас зашивается, ведь прием был в самом разгаре.       Наконец, Эггси достиг молдинга. Холодный ветер рванул его за волосы, и страх снова вернулся. Мозг услужливо напомнил, что под ним - пятнадцать метров до воды, а при падении с такой высоты удар может быть весьма болезненным - и это еще если повезет. Но Эггси вызвал в памяти голос Харта и приказал мозгу заткнуться, доверившись инстинктам.       Отпустить трубу было самым страшным - дальше пошло бодрее. Старые камни крошились под пальцами, но чудо-перчатки исправно делали свою работу, так что Эггси с радостью вообразил бы себя Человеком-пауком, если бы у него была на то свободная минутка. Но он был слишком занят тем, что всем телом льнул к шершавой стене, очень радуясь, что штаны и рубашку можно не беречь, потому как после такого испытания шансов на выживание у них не было.       Миновав окно в середине перехода и почти добравшись до его конца, он столкнулся с проблемой - в этом углу водослива не было, а молдинг слишком искрошился, чтобы на нем можно было устоять. До нужного окна же оставалась еще пара метров. Собравшись с духом и несколько раз глубоко и шумно выдохнув, Эггси решительно оттолкнулся от стены и, развернувшись в воздухе всем телом, словно кошка, повис, уцепившись за подоконник.       Поминая добрым словом свою своеобразную подростковую лень, которая заставляла его лазить через заборы вместо того, чтобы обходить квартал, и интенсивный курс физподготовки, прописанный ему после травмы, Эггси уперся ногами в стену и подтянулся. Пристроившись на узком подоконнике как на жердочке, он подцепил кончиками пальцев створку и потянул на себя. Окно открылось бесшумно и приветливо. Ветер сразу потащил наружу тонкую занавеску, но Эггси, сбив ее рукой, поскорее забрался внутрь.       Хотя это стоило бы назвать - "завалился". Он почему-то ожидал, что со стороны комнаты у окна тоже есть подоконник, но его не оказалось и, пытаясь нащупать опору, руки Эггси нащупали лишь пустоту. Испуганно выматерившись, он упал и запутался в шторах, так что ткань над головой опасно затрещала.       - Так, ну-ка спокойно! - приказал он то ли себе, то ли занавескам.       Полежав три секунды и отдышавшись, он не спеша встал и выбрался из шелкового плена. Потом на всякий случай выглянул в окно и тихо прикрыл створку. Глянув на часы и убедившись, что до означенного часа еще целых пять минут, Эггси ухмыльнулся.       - Учитесь, мистер Харт! - самодовольно прошептал он и огляделся.       Небольшая прямоугольная комната очень походила на кабинет. Стенами ей служили плотно заставленные книжные полки, с потолка свисала громоздкая люстра, а оставшееся пространство поглощали камин, пара кресел, кофейный столик и массивный словно перевернутый шкаф письменный стол, расположившийся напротив двери. Эггси метнулся к нему и обшарил столешницу сперва взглядом, а потом руками, предварительно отряхнув их о штаны. Стол был густо заставлен всякой ерундой - старинной канцелярией, пресс-папье, рамками и стопками бумаг, - но желанной флэшки на нем не было.       Эггси почувствовал, как на висках выступают капельки холодного пота. Неужели прокол? Неужели Харт, просчитавший все, ошибся?! Значит вся подготовка, все прикрытие, все его акробатические номера - насмарку? И что ему делать теперь? Просто уйти? Что он скажет Гарри?!       Полностью поддавшись панике, скрежет ключа в замке он услышал лишь чудом. Эггси только и успел, что упасть на колени, когда дверь распахнулась, и в комнату кто-то вошел - даже, можно сказать, ввалился, если судить по громкому шарканью. Эггси торопливо заполз под стол и привалился к стенке. Со стороны комнаты заметить его было крайне сложно, если только не заглядывать под стол намеренно, но, судя по звукам, которые стали долетать до его ушей, новоприбывшим это вряд ли пришло бы в голову.       Людей было двое - один просто не мог производить столько ненужного шума, если только не был в стельку пьян. Догадку подтвердил тихий неразборчивый шепот и влажный звук, похожий на поцелуй. Эггси подавил стон отчаяния и спрятал лицо в ладонях - ну попал! Мало ему неудачи с флэшкой, так теперь он еще и застрял на неопределенный срок в обществе милующейся парочки словно какой-то вуайерист-извращенец. Твою ж мать!       "Гарри, ты мне теперь должен, о, ты мне теперь так обязан! Спасибо, блять, за незабываемый вечер! Какого хрена я на это повелся?!" - мысленно ругался Эггси, чтобы не дать себе сосредоточиться на звуках и не начать их визуализировать. Последние месяцев восемь, с тех пор, как в комнату для допросов вошел странный тип в джемпере, ему было как-то не до личной жизни. Но при соответствующих обстоятельствах организм начинал бурно возмущаться этому факту.       Взять хотя бы эту их игру во флирт с Хартом. С Хартом, что б его черти драли! Он, конечно, потрясный, но вовсе не тот человек, к которому Эггси желал бы испытывать отнюдь не дружеский интерес. А то, что он его испытывает с их самой первой встречи, было свершившимся фактом. И игривое подзуживание, которое со своей стороны допускала эта лукавая сволочь, ничуть не облегчало ситуацию.       Тем временем ситуация в комнате тоже не становилась лучше. До слуха Эггси долетел громкий шлепок.       - Ну уж нет! - произнес высокий мужской голос. - Есть у меня кое-что, к чему я не дам прикоснуться даже тебе!       В ответ раздался низкий смешок, и Эггси с ужасом осознал, что концентрация тестостерона в комнате зашкаливающая. Час от часу не легче! Отлично, просто превосходно!       Раздались шаги, и Эггси пришлось отдернуть руку, потому что приблизившийся к столу мужчина чуть не наступил ему на пальцы.       - Оставь фрак, Генри, - произнес низкий голос, и Эггси потрясенно вскинул голову, едва не приложившись затылком о стенку. - Ты же знаешь, я предпочту снять его с тебя сам.       - Знаю, - довольно промурлыкал Генри.       На стол с металлическим стуком лег какой-то предмет.       - Это что, флэшка? - удивленно спросил низкий голос. - Ты всерьез полагаешь, что я ее искал в твоем кармане?       - Ты себе не представляешь, сколько людей убили бы меня ради нее.       - Тогда ты должен быть рад, что я предпочту сделать кое-что другое.       Слова вплывали в мозг Эггси и растворялись в нем, так и не обретая смысла, потому что два факта сейчас буквально разрывали его сознание на части.       Во-первых, желанная флэшка лежит на столе буквально над ним, только руку протяни.       Во-вторых, один из мужчин в комнате - Гарри Харт.       "Не надо," - попросил здравый смысл. "Ты не хочешь знать наверняка. Пожалуйста, одумайся."       Впрочем, даже если просьба была бы выражена матом и криком, Эггси все равно бы ее проигнорировал. Потому что это было слишком. Потому что есть вещи, которые нельзя оставить на откуп домыслам и воображению. Потому что лучше один раз увидеть.       Эггси встал на четвереньки и осторожно выглянул из-за стола. Здравый смысл оценил представшую его глазам картину и предсказуемо отключился.       Харт стоял, привалившись к двери, столь явственно озаренный лунным светом, что не узнать его Эггси не смог бы при всем желании. Его жилет был расстегнут, а наполовину развязанная бабочка съехала на бок. Во всей его позе не осталось ни грамма той великосветской стати, которую Эггси наблюдал в ангаре или на центральной лужайке. Он выглядел расслабленным, но плотоядная улыбка, игравшая на его губах, выдавала в нем хищника, поджидающего жертву.       - Мне нравится, когда ты так смотришь.       Эггси вздрогнул, потому что совершенно забыл о присутствии в комнате еще одного человека. А между тем Генри, сделав пару стремительных, нетерпеливых шагов, буквально врезался в Харта и накрыл его губы поцелуем. Его руки жадно вползли под расстегнутый жилет. Харт протолкнул колено между его ног и, проехавшись ладонями с талии на ягодицы, вжал бедра мужчины в свои, вызвав у того протяжный стон.       Прижав руку ко рту, Эггси юркнул обратно. Все это время он почти не дышал, и ему показалось, что если он сейчас попробует выдохнуть - то вскрикнет. Комната наполнилась шорохом снимаемой одежды, стоны участились, и Эггси подумал, что с радостью променял бы эту минуту на все погони мира и несколько выстрелов в упор в придачу.       Заставив себя выдохнуть так медленно, как только возможно, Эггси попробовал напомнить себе, зачем он здесь. Зачем они оба здесь. Ему вдруг вспомнились слова Харта про "ускользнуть и этим обеспечить себе алиби", и он испытал приступ злости и восхищения. Какой же ушлый и порочный тип! А еще прикидывался идеальным джентльменом, которому впору выделить стенд в Палате мер и весов.       Эггси вынул из кармана дубликат и постарался отрешиться от всего, кроме цели. Было ли то, что делал Харт, частью его плана, или он всегда так развлекается, не должно касаться Эггси. У него своя задача, и он выполнит ее безупречно! Ничего же сложного! Приподняться, осмотреть стол, обнаружить объект, одной рукой взять, другой положить, спрятаться обратно. Увидеть-поменять-спрятаться. Быстро, четко, бесшумно. Раз плюнуть!       Первые фазы прошли на "ура". Поблескивающий в лунном свете серебристый прямоугольник посреди стола он заметил сразу же. Но потом Эггси коротко, буквально на секундочку, на мгновение поднял глаза - и завис.       Генри стоял спиной, запрокинув голову. Фрака на нем уже не было, и расстегнутая рубашка свисала с обнаженных плеч. У него были длинные темные кудри, и в этой позе он очень напоминал героиню с обложки дамского романа. Широкие ладони Харта поддерживали его под лопатки, тогда как их обладатель с аппетитом заправского вампира покусывал услужливо подставленную ему шею. Глядя на это, Эггси ощутил внезапную щекотку над яремной веной. Ему очень захотелось зажмуриться и запрокинуть голову, но он не мог даже моргнуть.       Неожиданно Гарри прервал свои действия и исподлобья взглянул прямо на него. Эггси едва не отшатнулся. Жаркими вспышками его разом окатили стыд и возбуждение. А Харт, не прерывая зрительного контакта, потерся щекой о чужую челюсть и прикусил Генри за мочку уха.       Судорожно поменяв флэшки, Эггси на ослабевших ногах буквально рухнул обратно под стол. Его руки в перчатках вспотели, уши горели, по спине носились табуны ледяных мурашек, отчего его то и дело начинало потряхивать. Эггси заполз в свой угол, зажмурился до кругов перед глазами, зажал уши ладонями и уткнулся лицом в колени. И все было бы хорошо, но воображение он отключить не мог, и в нем продолжало твориться форменное безумие.       В нем Харт, отлипнув от двери, толкал своего партнера бедрами, заставляя попятиться к столу. Генри же, уловив идею, не глядя сметал со столешницы все безделушки, и они с грохотом сыпались на пол рядом с Эггси, крошась на мелкие кусочки. А потом Харт оказывался так близко, что носки его ботинок впивались Эггси в бедро, а сверху начинали раздаваться звуки - слишком громкие, чтобы их можно было игнорировать. И Эггси не был уверен, от чего именно он сойдет с ума - от того, что невольно участвует во всем этом, или от того, что активно не участвует...       Сколько он так просидел - пять минут или все двадцать, - Эггси не знал. Но в какой-то момент над его головой что-то громко стукнуло, вырвав его из маленького персонального ада. Он вздрогнул и отнял руки от ушей.       - Не разбилась? - раздался от двери голос Харта.       - Слава Богу, нет.       Как оказалось, Генри опять стоял у стола. Наверху что-то заскрежетало, словно он поправлял какой-то предмет.       - Так скрываться, а потом расколотить рамку... Неловко бы вышло...       - Зачем ты носишь с собой эту флэшку, раз она такая ценная? - полюбопытствовал Харт. - Держал бы ее в сейфе.       - А вот это, Эдриан, уже не твое дело, - в высоком голосе прорезались холодные властные нотки.       - Весьма грубо, Генри, - хмыкнул Гарри.       - Не ворчи, а то начинаешь напоминать моего отца, - мужчина отошел от стола и, насколько мог слышать Эггси, сопроводил свои слова поцелуем.       - Хорошо, что я - не он, а то это было бы странно, - с усмешкой ответил Гарри.       Генри тихо засмеялся, после чего они вышли из комнаты и заперли дверь на ключ.       Вытянув затекшие ноги и откинув голову, Эггси громко и протяжно выдохнул, в конце съехав на рваный стон. В висках у него стучало, по телу словно приливные волны прокатывался жар. В комнате было душно, пахло смесью чужого парфюма и того, чему Эггси предпочел бы не давать названия. Он расстегнул два душивших его воротника и, поняв, что это не помогает, выбрался из-под стола. Чуть приоткрыв окошко, он припал к щелке, глубоко вдыхая ночную прохладу. В голове постепенно прояснялось, крутившее низ живота возбуждение ослабляло хватку.       Нащупав в кармане флэшку, Эггси осмотрел задний двор замка и открыл окно шире. Оглядываться на комнату и вспоминать, что в ней произошло, ему не хотелось. Он уже поставил ногу на подоконник, как вдруг понял, что его неприятности еще не закончились.       - Вот же ж блять... - протянул он, глядя на искрошившийся молдинг, который ему пришлось преодолевать прыжком.       Обратный маневр никак не мог получиться - на голой стене не за что было уцепиться. Можно было, конечно, рискнуть и попытаться повиснуть на самом молдинге, но Эггси сомневался, что преодолеет весь путь до форта, вися на кончиках пальцев, а подтянуться на таком узком выступе он ни за что не сможет. Западня!       Эггси рассеянно отшагнул обратно в комнату и уперся бедрами в стол. Он только сейчас понял, что Гарри ничего не говорил о том, как ему выбираться. Харт мог знать про водослив, но вряд ли проделывал путь до окна и знал, что молдинг ненадежен... А если знал?       Кингсман - странные ребята. Среди персонала ходили такие слухи про испытания кадетов, что волосы на голове вставали дыбом. Эггси отмахивался, считая эти россказни выдумкой, но сейчас он никак не мог отделаться от идеи, что все происходящее - одно большое испытание. Лично от Гарри Харта и лично для него. А если это так - то выход есть. Его не может не быть.       Необходимость решать задачу по выживанию прогнала из головы лишние мысли, и Эггси, закрыв окно, окинул комнату свежим взглядом. Он смотрел на каждый предмет и усиленно думал, как его можно использовать. Он отверг прыжок в воду и попытку пройти до другого окна башни, он даже осмотрел дымоход, но тот отказался слишком узким, и Эггси побоялся застрять. Раз за разом его взгляд возвращался к главному препятствию - к запертой двери. Запертой на ключ.       Эггси метнулся к двери и с мысленной мольбой опустился на колени. Старинный ключ торчал в скважине, и Эггси возблагодарил провидение и Гарри Харта. Потом, правда, от души проклял, а затем снова возблагодарил. Он наклонился ниже и провел пальцем по щели под дверью - и тут удача.       Вернувшись к столу, Эггси взял с него лист и перьевую ручку. Остальное было делом техники. Аккуратно вытолкнутый пером тяжелый ключ упал на подсунутый под дверь лист, и Эггси затянул его в комнату. Вернув вещи на место, он открыл дверь, вышел в узкий темный коридор и снова запер замок. Путь до перехода он нашел быстро. Идти по нему в главное здание Эггси никак не мог, зато преспокойно вылез через его центральное окно на молдинг и вернулся к водосливу уже знакомым путем.       Когда он уже почти спустился, над замком начали запускать фейерверки. Эггси предпочел спрыгнуть с пары метров на мягкую траву и скрыться в тени стены, пока небо не перестало озаряться. Потом он вернулся в аллею и отыскал свой тайник. С небывалым облегчением Эггси снял испачканную одежду, проветрил основную рубашку и, стуча зубами, ополоснулся ледяной водой. Вытеревшись погубленным комплектом, он сделал из него сверток, в который нагреб камней и песка, и тихонько опустил его в темное озеро. Затем он оделся и вернулся в Девичью башню.       Курильщиков у черного хода не наблюдалось, и Эггси вошел в здание через него. Завернув в туалет, посмотрел на себя в зеркало. Выглядел он ужасно - бледный и совершенно ошалелый. Ну, хоть одежда все еще смотрелась прилично.       Освежившись, Эггси вышел в коридор и налетел на официантку.       - Простите, - пробормотал он, а девушка окинула его критичным взглядом и придержала за плечо.       - Вам плохо? - спросила она.       Эггси задумался на мгновение и кивнул, взявшись рукой за живот.       - Прихватило. Вы не пугайтесь, это я перед выездом что-то не то съел. Таблетка найдется?       Через пять минут, выпив таблетку и чашку горячего чая, Эггси вернулся в банкетный зал. Там он выловил нескольких своих недавних знакомцев, которые тоже отметили его нездоровый вид. Эггси намекнул им о своей проблеме и сообщил, что до конца приема отсидится в машине, иначе обратную дорогу ему не осилить.       Весь путь до парковки Эггси проделал, вообще ни о чем не думая и лишь глазея на редкие звезды. Однако добравшись до машины, он невольно вспомнил восторг и предвкушение, обуревавшие его в ангаре, от которых сейчас остались лишь остывающие угли. Поразмыслив, Эггси забрался на заднее сиденье, где решительно открыл бар. У Харта в кармане нейтрализатор и вряд ли одна доза. Наплевать, что он подумает. На все наплевать.       Решимости ему было не занимать, но запах алкоголя заставил недовольно заворчать пустой желудок, и Эггси сунул бутылку обратно, так что ее соседки обиженно звякнули. Все шло не так, как ему хотелось бы. И даже то, что флэшка тяжело оттягивала нагрудный карман, не радовало. Да, он справился - сам, на своих талантах и инстинктах, которые Харт так нахваливал. И Гарри, безусловно, будет им доволен. Гарри положит руку, ту самую, которой лапал чужой зад, ему на плечо и тепло улыбнется губами, которыми целовал того парня... От этих мыслей Эггси захотелось зарядить кулаком в стекло, но он лишь раздраженно захлопнул бар и перебрался на водительское сиденье.       Ему удалось задремать. Пиликанье биппера заставило его вздрогнуть и первые пару секунд он вообще не понимал, где находится. Парковка почти опустела, часы на панели показывали половину второго. Эггси помотал головой, прогоняя остатки сна, и завел мотор.       От погрузившейся в полумрак центральной лужайки веяло тоской. Почти все гости разъехались, неприметные слуги украдкой убирали со столов посуду. Эггси подрулил к главному крыльцу и вышел из машины. Дворецкий распахнул дверь, и он увидел Харта, в сопровождении нескольких человек направлявшегося к выходу - как и прежде безупречного, от носков начищенных ботинок до своенравной прядки, спадавшей на высокий лоб. Остановившись на пороге, Гарри негромко заговорил с дамой, которая встретила его в начале вечера, а потом, склонившись, поцеловал ей руку. И Эггси поставил бы двадцать фунтов на то, что немолодая леди смущенно покраснела.       Стараясь не думать о том, что могло заставить прическу Харта снова растрепаться, Эггси скользнул взглядом в глубину холла и заметил Генри, сразу узнав его по длинным темным волосам. Он оказался очень молодым - лет двадцати пяти, не больше, и даже красивым. Эти факты и то, что он с плохо скрываемой жадностью пялился на Харта, всколыхнули в Эггси улегшееся было раздражение. Впрочем, к его маленькой радости, Гарри стоял к Генри спиной и ни разу не обернулся.       Когда Харт распрощался со всеми и подошел к машине, Эггси опустил взгляд и открыл ему дверцу. Гарри на миг замешкался, но потом скрылся в салоне. Коротко кивнув людям на крыльце и кинув последний тяжелый взгляд на фигуру в глубине дома, Эггси вернулся за руль и вывел машину с острова.