Не ангел и не демон

Скрывшись в объятьях длинного темного коридора и вдыхая едва слышный запах сырости который витал в свежем прохладном воздухе, медленным шагом я направлялась вперед, опустив голову. Кровавые вспышки в глазах заставляли всплывать недавние жуткие воспоминания о той резне. Скольких я лишила жизни? Я убивала без разбора то налево, то направо… И мне было плевать кто это был: человек, демон или еще кто-то. Вся эта резня была лишь развлечением. Демоны убивают ради забавы? Именно. Эти существа лишены способности чувствовать сожаление или скорбь. Им непостижимы те качества, что может испытывать любой человек. Влечение и страсть — то, что иногда встречается в нашем мрачном мире. Ну, а что на счет меня? Я не просто демон, я самое настоящее чудовище… А если быть точнее — машина для убийств, которая теряя контроль, способна уничтожить абсолютно всех и вся на своем пути. Я буквально зависима от этого. Проливать кровь, слушать вопли и крики… Это именно то, чем я питаюсь. Будь я просто демоном, меня бы нисколько это не колыхало. Но есть одно веское «но»… В моих жилах течет кровь небесного существа и именно из-за этого внутри меня идет постоянная борьба добра и зла. Кто же выигрывает? Ну конечно же зло, оно пытается закрыть тот свет, что однажды был во мне, как можно дальше, в дальние глубины моей сущности. Но самое страшное случается тогда, когда отголоски человечности начинают нашептывать все то, что я совершила. Сейчас мои руки по локоть в крови. Вся я испачкана багряной жидкостью, которая стекает по мне холодными каплями. Иногда посмотрев на себя в зеркало, я ужасаюсь сама себя. И это медленно сводит меня с ума… С каждым разом я становлюсь все несдержанней, использую столько силы, что потом мое тело страдает из-за этого. И именно из-за постоянных нагрузок, я чувствую как оно медленно умирает. Не могу передать словами, но шестое чувство говорит мне, что конец моей истории уже не за горами. Но если честно, то смерть — это то, чего я желаю больше всего на свете. Я хочу умереть и больше не слышать голоса тех, кого я убила… Не хочу чувствовать укоры совести. Я безжалостный демон, так почему же я страдаю от такой чепухи? У меня больше нет сил терпеть эту боль… Дойдя до конца коридора, несколько стражников низко поклонились мне и открыли высокую дверь. Боль стала накалывать до предела… — С возвращением, госпожа, — услышала я голоса служанок. — Оставьте меня, — прошипела я сквозь плотно сжатые зубы. Я рухнула на колени прямо в центре комнаты, схватившись за голову. — Госпожа, вам не хорошо? — слышу поспешное приближение шагов. — Убирайтесь! Оставьте меня! — закричала я, злобно посмотрев на двух худеньких горничных. Вздрогнув, а затем отступив назад, они поклонились мне и поспешно покинули комнату. Закричав во все горло и царапая кожу на лице дрожащими пальцами, я чувствовала как будто раскаленная магма сжигает меня изнутри. Могут ли у демонов быть приступы паники? Или же мои все учащающие и непонятные приступы намного серьезнее чем я о них думаю? Что со мной, черт возьми? Почему мне так больно? Я боюсь сама себя. Я бездушный монстр… Кем же я стала, разве такая жизнь для меня? Но… Кроме неё другого мне не дано. Счастье и радость — это лишь просто слова, значения которых я уже не помню. Я просто цепной пес своего хозяина, выполняющий любые его команды. Раздевшись до гола, я решила принять горячую ванную. Все что мне сейчас нужно, так это успокоиться. Меня не должны видеть такой. Ведь я должна помнить о том, какое занимаю положение и что я не должна проявлять слабость. Держа в руке наполовину опустошенный кубок, я не отрывала взгляда от пряно-сладкого вина, по своему цвету напоминавший мне ярко сияющий кровавый рубин. «Напиться и забыться» — совет одного моего знакомого. Но к моему несчастью, даже самый крепкий алкоголь ни капли не опьянит меня. Но от этого есть прок — вино очень хорошо утоляет жажду. — Мне потереть тебе спинку? — спросил до жути раздражительный голос. — Как ты посмел войти в мои покои без приглашения? — поворачиваю голову и холодно смотрю на красноволосого демона, который удобно облокотился об косяк двери и все продолжал пялиться на меня. — Ты меня сегодня чуть не убила, — ухмыляется. — Простым мечом тебя не убьешь, даже если отрубишь твою мерзкую голову. Для этого и существуют демонические мечи, чтобы уничтожать таких как ты. — Я все не оставляю попыток найти слабое место в твоем каменном сердце, чтобы растопить твою ледяную натуру, — двигается с места и начинает блуждать по комнате, рассматривая её. — Зачем ты пришел? — делаю еще несколько глотков из кубка. — Сегодня в полночь будет собрание круглого стола. Услышав это, я чуть не подавилась вином. Широко распахнув глаза, я удивленно посмотрела на него. — И в честь чего же? — быстро встаю из ванной, чем повергаю демона в шок. Накинув халат, поворачиваюсь к нему и жду объяснений. — Ну? — скрещиваю руки на груди. Но кажется, что он решился дара речи. — Ты совсем спятила что-ли? — закрыв рот рукой, его лицо заметно покраснело, а глаза засверкали ярко-красным цветом. — Отвечай, когда я спрашиваю, извращенец. — Я не знаю, — резко ответил он, развернулся и нагло, не ответив на мой вопрос, решил оставить меня. Я не могла подобрать подходящих слов от нахлынувшего недовольства и возмущения. — Еще раз так сделаешь, я за себя не ручаюсь, — сказал он напоследок. Я понятия не имею, что на уме у этого похотливого демона… Целый день я провела в своей комнате. Измеряя её шагами, я думала о всяком… Но самым важным являлся тот факт, что сон, длившийся почти семь месяцев, совершенно никак не восполнил мои силы. Неужели это конец? Я уже изжила свое, верно? Ведь в конце концов, всему есть предел. И мое безрассудное и расточительное использование силы тому явный пример. Бледные и тоскливые лучи стали наполнять эту мрачную и просторную комнату. На мое удивление, погода была через чур спокойной чем обычно. На небе было ни единого облачка. Закрыв глаза и отбросив в сторону все мысли, до моего слуха стало доноситься прекрасное перешептывание волн. Едва заметный ветерок нежно касался темной воды, колыхая и тревожа её, на что она отзывалась тихим голосом. Вновь посмотрев в окно, я печально вздохнула, увидев сверкающую лунную дорожку на морской глади. Она такая же одинокая, таинственная и прекрасная, загадочная и непостижимая… Свет луны сливался с цветом моих белоснежных волос. Но уж скорее седых, ведь в них больше не было того сверкающего блеска, который был раньше. Скоро полночь. Я не должна опоздать… Поднимаясь вверх по ступенькам, я все время твердила себе о том, что сейчас мне нужно избавиться от дурных мыслей и стать намного серьезнее. Никто и никогда не должен хотя бы заподозрить то, что я дала слабину. Даже сами мысли о том, что я теряю силы не должны витать у меня в голове. Кто-то может почувствовать мое сомнение и смятение, а мне это ни к чему. Всегда и всюду я должна оставаться холодным и безразличным демоном, который верно служит своему хозяину. И так до последнего своего вздоха… Гигантская и высокая дверь распахнулась и сделав еще несколько шагов, я предстала перед всеми в своем грозном величии. — Мы уж думали, что ты не придешь, — послышался язвительный голос вдалеке, распространившийся эхом по всему залу. Все так же медленно и уверенно шагая вперед с поднятой головой и безразличным взглядом, я шла по красной ковровой дорожке, направляясь к двенадцати бездарям, стоявшим по разные стороны и смотря на меня. Посмотрев в самый конец помещения, я увидела огромный и вечно пустующий трон. Справа от него стоял Мефистофель, а слева Аббадон — левая рука Люцифера. Все как обычно. Совсем ничего не изменилось за сотни лет. — Вы звали меня, мастер? — спрашиваю, низко поклонившись. — Пока тебя не было больше полу года, случилось много чего, — начал совсем спокойно Аббадон, — они начали действовать. — Очередная война? — спрашиваю спокойно. — Именно. Это никогда не закончиться. А именно постоянное противостояние ангелов и демонов. Что на счет жнецов, то они решили сохранять нейтралитет. Хотя… Они одинаково ненавидят что нас, что ангелов. Ведь мы лишь только прибавляем им работы несчитанными жертвами среди смертных, которые попадают в самую гущу схваток между сверхъестественными существами. Но мне как-то все равно… Людей стало слишком много, природа истощается именно из-за них. Поэтому нужно поддерживать баланс в этом мире. Да и к тому же, с каждым столетием… Людишки становятся все наглее, их души оскверняются все быстрее. Именно потому я не питаюсь душами, потому что на вкус они как гнилая плоть. Даже души девственниц не так сладки, как несколько поколений назад. Этот мир медленно, но все-таки умирает, совершенно как я. Истощение природных ресурсов, загрязнение окружающей среды, что привело к глобальному потеплению, от которого повышается уровень мирового океана. Люди просто не понимают, что они убивают сами себя же. И в отличии от них, я прекрасно осознаю свои ошибки, но я прожила достаточно много, и от этой бессмертной жизни меня уже порядком тошнит. Собрание круглого стола… Глупое название. Да, раньше мы собирались за круглым столом, но вскоре мы позабыли об этой формальности. Вот так… Все вместе мы собирались лет двадцать назад. Интересно, что же такого произошло, что судьба вновь свела нас в этом месте? Но так даже лучше, ведь мне хоть немного хочется развеять скуку. — С чего такой переполох? Ангелы упали с небес? Жнецы перестали носить очки? Астарта улыбнулась? — послышался голос Адрамалеха. — Заткнись, идиот, — Бальтазар выразил свое недовольство. Начинается… — Астарта, эй, детка, ты свободна в следующем десятилетии? — молвил Инкубус. — Заткнитесь вы все, а? — именно этот голос я желала услышать больше всего. Амон — единственный демон из всей этой ненормальной толпы, которого я считаю за равного. К тому же, он мне как брат родной, который тренировал меня и обучал военному ремеслу. Лишь только с ним я могу говорить не скованно и свободно… — Докладывай, — обратился к нему Азазель. — Было найдено несколько временных пребывай врага за последние двадцать четыре часа. Обитель ангелов постоянно перемещается по воде, обнаружить их совершенно невозможно. Однако, если они решаются ступить на континент, то совершенно вероятно, что можно их найти. Ангелы участили свои визиты на землю, однако такое их поведение не поддается никаким расчетам или предположениям. Мы даже приблизительно не можем догадываться о том, что они замышляют на этот раз… — Что на счет нашего обнаружения? — перебил его Мефистофель. — Им ни за что не найти нас, даже если они попытаются. — Пускай этим занимаются низшие демоны, зачем нам марать руки и попусту тратить время? — А давайте обсудим ледяные глазки Астарты? — Может устроим очередную пирушку? Как на счет шабаша? — Мастер, можно я убью их? — мой тихий голос заставил всех сразу же заткнуться. Наступила гробовая тишина. — Астарта, что ты скажешь по этому поводу? — спросил меня Мефистофель. — Я предлагаю выдвинуться на континент и разузнать обстановку. Заодно провести зачистку нескольких городов, а затем скрыть улики природным бедствием. Тем самым мы выманим врага, который не очень любит множественные человеческие жертвы. Большая вероятность столкнуться со жнецами, но риск того стоит. Мои планы всегда срабатывали. Ведь такая обязанность у первого рыцаря — быть сильнее, расчетливее и преуспевать во многом, чем все остальные. — Выдвигаемся немедленно, — прозвучало как приговор. Но хотя… Вновь посмотреть на людей… Да и к тому же, в том мире у меня есть кое-какое дельце. — Первые шесть рыцарей вместе со мной отправляются на центральный континент, — мастер резко тронулся с места и быстро направился к дверям. Названным рыцарям пришлось следовать за ним. Лишь только я и Амон медленно волоклись позади. — Эй, патлатый, — обращаюсь к нему. — Чего тебе… — Где тебя носило все это время? — толкаю его в плечо. — У меня своя жизнь знаешь-ли, и вообще… Хватит называть меня патлатым!!! У меня есть имя. — Но мне нравиться тебя так называть. У тебя длинные волосы. — Они у каждого демоны должны быть длинными, что здесь такого? Черт, ты ни капли не изменилась. — Кстати, ты тоже, патлатый. — Астарта, ты направляешься в Токио, там где все мы и встречаемся ровно через три дня. Ну я туда и направлялась… У меня есть кое-дело, которое я должна завершить. Человеческий мир поражает. Люди все совершенствуются, создают новые изобретения, облегчающие их жизнь. Все время они куда-то торопятся, спешат… Все правильно, ведь их жизнь слишком коротка. Они рождаются, вырастают, дают потомство и умирают. А потом все как по цепочке. Вот бы мне их житейские хлопоты. Это даже забавно… Наблюдать за смертными. Прыгая с крыши одного здания на другое, я заметила как один идиот залез на верхушку небоскреба. Что он делает? Он что, фотографирует себя? Зачем? Однажды я была человеком, но увы, современных людей мне ни за что не понять. Ну вот. Он меня заметил. Я помахала ему рукой, в надежде что он свалится вниз и превратиться в лепешку. Но к сожалению, он лишь впал в ступор и негодование от увиденного. Держу пари, в местной редакции завтра появиться заголовок: «Парень встретил Бэтмена». Этот глупый человек умрет от того, что он заснет и утонет в собственной ванной через пару лет. Вроде бы наконец эти создания начинают умнеть, но и с другой стороны деградировать. Их изобретения их же и погубят… Вот то самое место. Люди называют его больницей. Здесь они лечатся… Ведь у них не настолько развита регенерация как у нас, а тем более к их иммунитету липнет всякая зараза, от которой они умирают. Но увы, такова их судьба. И её никак не изменить. Я чувствую её. Да, это определенно она. Тот самый человек, к которому по каким-то непонятным причинам, я привязалась. Спокойно идя по коридору мимо людей в колясках, с капельницами ну или в белых халатах… Я двигалась к знакомой двери, за которой меня ждал человеческий детеныш. Никто из смертных не увидит меня, пока я этого не захочу. Она спокойно и сладко спала в своей постели. К ней были подключены всякие электронные приборы, судя по всему, поддерживающие жизненно необходимые функции. Пройдя мимо, я села на подоконник напротив. Окно было открыто и едва прохладный летний ветер колыхал белые занавески. Я осмотрелась вокруг: цветы, игрушки и даже сладости. Значит, что недавно её навещали родители. — Ты пришла! — звонкий голос застал меня врасплох, от чего я вздрогнула. — Как ты узнала, что это я? — спрашиваю её, зная, что видеть она не может. — Хи-хи, просто догадалась, — радостно улыбнулась она, сев на край кровати. Эта рыжеволосая девочка, кого же она мне напоминает? Не смотря на то, что смерть почти высосала из неё жизнь, она всегда улыбается. — Обезболивающее не помогает? — чувствую её боль. — Угу, уже несколько дней. Астарта, где ты была? — заметно переводит тему. За ней скоро явится жнец… Хорошо, что я пришла вовремя. — Я спала, — говорю, подойдя к ней и рукой погладив по макушке. — Почему так долго? — бубнит невнятно, протирая глаза. Это невинное дитя, с которым судьба сыграла плохую шутку. Неизлечимая болезнь, скрывавшаяся долгие годы, стала прогрессировать с бешеной скоростью. Невинная, чистая и незапятнанная светлая душа. Её определенно ждет рай. — Почему… Ты спасла меня тогда? — маленькая и хрупкая ручка взяла меня за край мантии. — Я сама задаю себе этот вопрос уже несколько раз. Интересно, почему же? — сажусь рядом. — Боль прошла, спасибо, — улыбается еще радостнее. Что в ней такого особенного? Хотя… Она наверняка догадывается о том, что вот-вот умрет. Почему она не дрожит от страха? — Я скучала по тебе, — на ощупь обнимает меня. — Почему? — Потому что ты мой самый лучший друг. Я знала, что в свои последние минуты жизни, ты будешь со мной. Ты же ангел смерти, да? — Я демон. Девочка замерла и замолкла на пару минут. — Вот как… Ну ничего, кем бы ты не была, ты всегда будешь моим самым лучшим другом. — Ты меня не боишься? — аккуратно беру её за подбородок, приподняв голову. — Хотела бы я посмотреть на тебя, — протягивает обе руки и касается ими моего лица, осторожно шевеля пальчиками, пытаясь хоть как-то воспринять мою внешность. — А ты открой глаза и посмотри, — ухмыляюсь, воспользовавшись своей демонической силой. Веки девочки затрепетали. С большим трудом она пыталась открыть их, но они словно закрывались сами по себе. Но крепко стиснув зубы, она резко распахнула глаза. Посмотри на мое обличье, человек. Ты вольно можешь смотреть на мои седые волосы, алые хищные глаза и чуть выступающие клыки. Разве я не отвратительна? Не уродлива? Скажи хоть что-нибудь! Её прозрачно голубые глаза наполнились слезами. — Как красиво, — прошептала она, коснувшись пальцами пряди моих волос. — Что? — удивляюсь, ведь я ожидала совсем другой реакции. — Как же красиво, — повторила она, завороженно смотря на меня. — Почему ты не боишься меня? — крепко сжимаю её плечи. — Почему? А в ответ лишь ласковая детская улыбка. — Ты словно лунная принцесса из сказки, которую на ночь мне читала мама. Никакой ты не злодей, я знаю это. — Я слышу шаги жнеца, поэтому нам пора прощаться, — целую её в лоб, а затем встаю и иду к окну. — Пожалуйста! Не оставляй меня! Я хочу пойти с тобой! — слышу как она подрывается с кровати, но сразу же падает. Пойти со мной? В смысле? Почему она так стремиться прикоснуться к моему миру… Ведь он скучный и мрачный. В моей жизни ты займешь лишь мгновение, но… Неужели, напоследок ты хочешь хотя бы немножко ощутить истинный облик мира иного? Я наверное сошла с ума, раз замышляю подобное… — Лили, спрошу лишь единожды. Отречешься ли ты от спокойной и тихой смерти, ценой собственной души, чтобы на миг побывать в моем мире? — Да… Да! Да! Забери меня с собой! — она протянула ко мне руки. — Я еще пожалею об этом, — иронично улыбаюсь, взяв её на руки, а затем вскарабкавшись на окно. Широко расправив выросшие крылья и встряхнув их, я прыгнула вперед, сразу же взмахнув ими и взмыв высоко в небо. — Если хочешь, то я могу продлить твою жизнь. Почему же ты не попросишь меня об этом? — говорю ей, пролетая под облаками. — Мне это не нужно. — Я могу совершенно все. В моих руках сила вселенной, я сделаю все, о чем ты только пожелаешь. — Я хочу… Чтобы ты заставила всех забыть обо мне. Что за глупое желание? — В смысле? Уничтожить все признаки твоего существования? В ответ она лишь кивнула, посмотрев на звездное небо. Ветер трепал её карамельные рыжие волосы, голубые глаза сверкали, а детское сердце переполняли радость и счастье от увиденного. Я показала ей город с высоты птичьего полета, пролетела над морем. Для меня это сущий пустяк, а вот для неё… Её сердце колотилось так сильно, что создавалось впечатление, будто оно вырвется из груди. Как же хочется показать ей столько всего… Хочется показать ей насколько прекрасен этот мир. Но времени почти не осталось. — Замерзла? — ставлю её на бетонную поверхность, увидев её покрасневшие щеки, руки и ноги, приземлившись на одном из высоких зданий. — Я больше ничего не чувствую, — говорит она, повернувшись ко мне и улыбаясь из последних сил. — Я не понимаю. Почему ты хочешь чтобы о тебе забыли? — спрашиваю потому, что не могу придумать этому объяснение. — Потому что мамочка и папочка будут грустить. А еще мой старший братик. Я их всех люблю, поэтому не хочу, чтобы они плакали и тосковали по мне. Любовь? Это из-за любви ко своим родным… Ну что за ребенок… — Забери мою душу, лунная принцесса, — горячие слезы текут по её милому детскому личику. — Ты ошибаешься. Все тебя забудут, но я буду помнить тебя, Лили. Ведь я не могу стереть себя память, так что… — Это больно? — перебила она меня. — Нет. Просто закрой глаза, если боишься, — поднимаю её голову, в последний раз наслаждаясь прекрасным цветом её глаз, напомнивший мне прекрасные васильки. — Спасибо тебе за все, — бесстрашно смотрит на меня. — Ты переродишься прекрасным цветком, — шепчу, наклоняясь ближе. Коснувшись губами её щеки и крепко обняв, я сделала лишь один единственный глоток… И жизнь навсегда покинула это хрупкое тело. Упав на колени, я посмотрела на её лицо. Глаза закрылись, а на лице все так же оставалась улыбка, от которой мне казалось, что я до сих пор слышу её звонкий смех. Её душа была так светла, что даже немного обожгла мои губы. Её бездыханное тело стало трескаться словно фарфор, из которого стали вылетать голубые бабочки. Почему голубые? Разве они всегда не были черными? — Играешь с едой, а? — я настолько была озадачена Лили, что даже не заметила как ко мне кто-то подкрался. — Анна? — моему удивлению не было предела, когда я увидела как из-за темного угла вышла пикантно одетая демоница. — Прошу прощения за то, что влезаю в разговор. Но к сожалению, вы (незнакомец обратился ко мне) украли душу, которую я должен был доставить на небеса. Ну, — некий инкогнито поправил очки на переносице и захлопнул большую и толстую книгу, — и что мне с вами делать?