чуть больше положенного;

Что-то странное творилось с Грэем в последние дни, он улыбался как-то затравлено, почти не выходил со студии и много курил. Это не было похоже на него совсем, привычный Сонхва куда-то исчез. Первый забил тревогу Локо, когда вся семейка собралась вместе, но Ли так и не пришел, сославшись на сильную головную боль. Время близилося к полночи и все уже разошлись, делить его остались только Хёну, Чжебом и Кисок, между которыми и завязался  разговор, ведь напряженная тишина явно не выход. — Что с Грэем — хёном? — внезапно спрашивает Локо — Он уже два дня со студии не выходит и выглядит не лучше. Кто-нибудь знает, что случилось? — Локо оглядывает присутствующих, пытаясь найти ответы на ранее заданные вопросы, но в ответ тишина. Вот только Кисок вспоминает резкие перемены в настроении продюсера, но даже не знает их причины. Кисок точно уверен, что ему не все равно. Локо тихо вздыхает и говорит, что ему пора, что уже сегодня у него важный день, а поспать то ещё хоть немного хочется. — В любом случае,  утро вечера мудренее, — напоследок бросает, и входная дверь захлопывается, пропуская немного летнего свежего воздуха в их жаркую комнатку. Джей идёт на кухню за двумя стаканами и возвращается ещё и с бутылкой хорошего виски. — Хён, а ты знаешь, кто нравится нашему Сонхве? — тишину разбивает звук льющегося виски и голос Джебома. — Интересно в кого это влюблён наш пай-мальчик — Кисок рассмеялся и взял в руку бокал, наблюдая за темной жидкостью, считая кубики льда в бокале. — Год назад он позвонил мне в 2 ночи и плакал, я подумал что он прикалывается, ну ты же знаешь его шутки. — начал уверенно Джебом — Я никогда не видел, чтоб он плакал, а потом он на полном серьезе сказал: «мне он нравится, и это больно» — Я посмеялся и спросил кто этот он. — Подожди, а с каких пор ему нравятся парни, я что-то упустил? — перебивает донсена старший, на что Джей смотрит слегка укоризненно, но продолжает. — Я тоже сначала не догнал, Грэй долго молчал, я уже подумал, что сейчас будет, что-то типо «я разыграл тебя, мудила. Сегодня даже не первое апреля, но каждый день, будто бы создан для моих подъебов», но спустя несколько секунд он прошептал в трубку «кисок» и попросил его забрать, — СЕО смотрит на старшего, замечая удивление на его лице, но сам он серьезен как никогда. — В тот день он набухался в каком-то клубе, но, хён, — Джебом смотрит прямо в глаза Кисоку — он не врал. И почему-то Кисок верит, только много чего не понимает. — Джей, ты сейчас шутишь, да? — решается спросить, чтобы понять. Он делает очередной глоток напитка, который мгновенно обжигает горло и закрывает глаза. — Нет, я говорю правду, — отвечает Джей, — ты знаешь, больше всего я ненавижу играться с чувствами, мне это ни к чему. И знаешь, хён, ты ему очень нравишься — добавляет спустя пару секунд. В этот момент из студии выходит виновник торжества и идёт на кухню.  Впервые Чон замечает насколько ужасно выглядит Грэй. Темные круги под глазами видны даже в приглушенном свете ламп, а на выпирающие коленки, обтянутые бледной кожей моментально падает взгляд. Ли здоровается больше для себя, потому что ни на что большее элементарно нет сил — работа и стресс выматывают не по-детски. Джебом быстро прощается, напоследок кинув взгляд на друга и уходит, обещая вернуться с утра. Все какие-то слишком занятые в последнее время думает Чон. Тем временем, Грэй громко хлопает дверью своей мини-комнатки, прерывая размышления парня. Кисок думает, что пора уже, что-то делать. Сонхва уже ничего не хочет делать.