1-25
12 июля 2016 г., 14:55
И ты смеешься, словно никогда не была одинока Это нормально, милая Со мной все в порядке О, ты смеешься, словно в этой истории есть надежда Это нормально, милая Со мной все в порядке
#01. Прогулки
Он знает, что они никогда не будут держаться за руки, прогуливаясь по улицам, что он никогда не сможет притянуть ее к себе и заткнуть поцелуем; вместо этого он будет следовать за ней, как верный пёс, и всё, что будет разделять их, — два шага.#02. Вальс
Они танцуют вдоль границ примерных действий и абсолютного бесконтролия, вдоль тех вещей, которые они могут сотворить и разрушить; он застрял во времени, словно в вечности, и лишь ее появление смогло разрушить эти оковы. И теперь он совершенно очарован новым ритмом.#03. Пожелания
Проводя уборку в своей старой квартире, она находит старую и немного порванную фотографию, на которой он и пользующийся дурной славой Сасаяма; широкая, необузданная улыбка растянута на его губах — ее почти достаточно, чтобы она начала в замешательстве тереть свои глаза, чтобы убедиться, что это не проделки её больного разума; это Когами Шинья, которого она желала спасти, это Когами Шинья, которого, она клянётся, она вернёт.#04. Чудо
Иногда она задается вопросом, может ли человек, созданный ее сознанием за долгие годы, все еще содержать какие-либо следы оригинала.#05. Беспокойство
Сколько раз он, проснувшись, видел её такой: спящей на неудобном больничном стуле, облокотившись на его постель? Он потерял счёт.#06. Прихоть
Она предполагает, на кого он был похож в те дни, когда был инспектором: возможно, немного менее осторожным к миру и немного более открытым (если бы она тогда была там, смогла бы она спасти его?); но она отгоняет появившиеся мысли в ту же секунду. Кагари был прав: она не тот человек, который имеет право волноваться о таких пустяках.#07. Пустошь
Это — оружие массового поражения, чтобы, наконец, покончить с «Сибиллой» и Японией в целом; люди гибнут, и вся цивилизация находится в руинах; он не знает, что именно чувствует: сожаление или облегчение.#08. Виски и ром
Как и Кагари, Гиноза довольно быстро узнал, что его следователь имел тягу к выпивке: по ночам Акане имела удовольствие напиваться.#09. Война
В конце дня они оба желают одного результата: изменения к лучшему (даже если он борется за это под званием «террорист», а она работает в рамках системы); они помнят дни (слишком мало), когда находились по одну сторону баррикад.#10. Свадьба
Большинство маленьких девочек вовсе не мечтают о работе в сфере защиты общественности в стенах MWPSB - они рисуют в своих мечтах белое платье и счастливый союз. Но для Цунэмори Акане обе эти идеи сливались в общий образ Когами Шинья в официальном костюме.#11. День рождения
Разница в восемь лет — не столь большая цифра, но порой Шинья всё-таки думал о том, что происходящее между ними напоминает совращение подростка. Излишне говорить, что, когда она назвала его «Старик» в какой-то извращённо-ласкательной манере, это было не смешно.#12. Благословение
Он старается не думать о ней, ведь его воспоминания лишь очерняют моменты встреч, но она преследует его в ночное время так же, как он — её в дневном свете, и он не может решить: благословение это или проклятье — то, что он, кажется, не может отказаться от неё.#13. Предвзятость
— Нечестно! Ко всегда крадёт Акане-чан прямо у меня из-под носа! — надулся Кагари.#14. Гори
Он — лишь воспоминание, оставшееся в глубине ее разума; время, прошедшее с тех пор, как он ушел, превышает то время, которое они провели вместе. Но его пламя никогда не погаснет.#15. Дыхание
На разрешение дел в его отсутствие была собрана почти новая команда: половина ещё оплакивала свои потери, а другая — не знала, что он когда-либо существовал; вставая с постели, она каждый день боролась сама с собой, и даже, кажется, дыхание оставляло её (по крайней мере, она могла списать всё на последствия от этих глупых сигарет).#16. Нарушение
Купаясь в свете раннего утра, он сцепляет свои руки вокруг её талии; она маленькая, но её сила намного превосходит его собственную, и он не может сдерживаться, притягивая её к себе ближе, совсем не заботясь о том, что она наверняка проснётся — потому что знает, что этот момент не будет длиться вечно.#17. Вера*
Даже если бы вокруг него крушился мир, а его образ жизни был бы разрушен, единственная вещь, которую он никогда не отпустит, — обещание, что они когда-нибудь встретятся вновь («Не как инспектор и инфорсер, а как обычные люди»).*В конце первого сезона Когами говорит Акане, что это, скорее всего, их последняя встреча, а она настаивает на том, что когда-нибудь они встретятся вновь.
#18. Мыльный пузырь
Он попал в её жизнь случайно или по воле судьбы (он не уверен, во что больше верит), но он не может не чувствовать себя ничтожным, маленьким воздушным шариком, летящим к пылающему, яркому Солнцу, — ему остаётся лишь ожидать взрыва.#19. Балкон
Он стоит перед ней, в нескольких сантиметрах, в пределах такой ускользающей досягаемости, но она все равно возвращается на несколько месяцев (или лет?) назад и видит себя, стоящую на балконе с прощальным письмом («Прости, я не смог сдержать обещание»), сжатым в дрожащих руках. И её сердце разбивалось снова и снова.#20. Отрава
— Ты заслуживаешь не меня — ты заслуживаешь большего, — касаясь губами её волос, шепчет он и прижимает к себе ближе. Действия противоречат словам. Всегда.#21. Тишина
Теперь Гиноза не имел привычки «рявкать», и до этого не разговорчивая Кунизука стала ещё более сдержанной, громкий смех Кагари был подавлен «Сибила», а разговоров Масаоки о «былых днях» больше не было слышно, некогда горящий взгляд Цунэмори потускнел, и даже беззвучные клубы дыма Когами куда-то исчезли; тишина в первом дивизионе штаб-квартиры была оглушительной.#22. Причуды
Тишина, где когда-то звучали бессвязные бормотания, а бледные щёки покрывались пятнами лепестков цветущих роз; она переросла его, он думает; она никогда не чувствовала себя ребёнком в его присутствии.#23. Вопрос
Она самый молодой инфорсер, которого он когда-либо видел, столь чистая, словно ребёнок, — он ловит себя на размышлениях, насколько тёмные мысли скрываются за ее внешностью, раз она является его подчиненной. Он не может помочь, но чувствует острое дежавю при их первой встрече.#24. Ссора
Его мысли возвращаются к старику, который являлся ему отцом, когда он не мог быть единственным для своего сына, молча пообещав загладить свою вину.#25. Выход
Несмотря на сменяющиеся лица и одинокие месяцы в прошлом, он по-прежнему является единственным, кто подталкивает её и узнаёт пределы; также, как и сигареты Spinel, Когами Шинья — зависимость, которую она не может перебороть.
