Вишнёвые сладости

Мы слепо доверяем интуиции, инстинктивно, тычемся носом и верим, верим, верим, что делаем правильный выбор. Что это всё не напрасно… Зачем, почему, мы решаем за других? Ломаем, рушим, сами создаем стены меж нами… А потом по крупицам собираем себя и свою любовь, разбитую глупой гордостью. — И долго ты это будешь скрывать? — нахмурилась девушка. — Дженни, милая ты же знаешь, — Сокджин раздраженно сжал пальцы на переносице, — я не могу снова всё испортить. — Знаю, знаю. Господи Боже мой, а ещё я не слепая и вижу, как он смотрит на тебя. Скажи ему правду умоляю. — Нет. У него есть Тэхён, он счастлив, а у меня есть вы. — Пф… Ты упрямый болван. Такой же псих, как и он, вы оба друг друга стоите, — махнула рукой беременная, оседая на скамью в беседке, — Ой! — Дженн?! — мужчина испуганно кинулся к ней, — что случилось, где болит?! Может в больницу? — Изыди злыдень, доконал меня всё-таки. И вообще, принеси мне вооон тех пирожных, вся эта нервотрёпка нагоняет на меня зверский аппетит. *** — Давайте, давайте, заходите шустрее, — подталкивал друзей Ви к дверям самого шикарнейшего по его мнению номера гостиницы в городе. Парни ввалились шумной полупьяной толпой, звеня в руках бутылками шампанского. Отмечать собрались долго и желательно до бессознательного состояния, как никак любимый хён выпускник престижного университета, лучший на курсе, даже не смотря на все свои загулы и запои получил уже несколько заманчивых предложений о работе. Тэ раскомандовавшись не на шутку, напряг парней и уже через десять минут пол в комнате ломился от расставленной закуски и алкоголя. Мин возлежал падишахом тут же, на огромнейшей постели сексодроме, обложившись цветастыми подушечками, наблюдая за возившимися словно муравьи младшими. — Эй, всем тихо, — гаркнул Чон, призывая к вниманию, разлив в бокалы игристое белое, — хочу сказать тост. — Ого, наш Кука совсем большой стал, тосты начал говорит, — хмыкнул Сахарок, разглядывая поднимающиеся в бокале пузырьки, согревая в ладонях напиток. — Не будь врединой, Юнгини, — лисёнок забрался на кровать, забрасывая шаловливые лапки на шипящего змеей старшего, — ты можешь, ну хотя-бы один вечер не быть занудой? — Ещё раз так меня назовёшь и я тебе точно хвост выдерну, писец полярный! — Сначала вставь, а то только обещаешь, — провокационно покрутил попкой Ким Тэхён, прямиком перед носом старшего. — Я тебе сейчас так вставлю, сидеть не сможешь, вишня недозрелая. — Кстати, у нас есть для вас обоих подарок, — оживился Чимин, всё это время сидящий в уголке. — Подарок, — сменил гнев на милость Шуга, — люблю подарки. Валяйте. Пак загадочно улыбнулся, подмигнув брюнету, тот выудил из-за кресла достаточно объёмный пакет подозрительно знакомого бренда. — Кролик, только не говори, что сладкий тебя совсем развратил и стал водить по подобным местам? — хён расстегнул ворот рубашки, ставшей неожиданно тесной. В голове зароились самые пошлые мыслишки. Неужели эти мелкие бесы всё-таки решили порадовать старика групповушкой? Ммм… Чонгук неспешно вскрыл упаковку, рассыпая на покрывале содержимое, под смущенно-восхищённые вздохи Вишни, — кто тут мечтал о хвостике? Выбирай… Номер погрузился в томящую тишину и полумрак. Тягучие, сладкие мгновения, растягивались в минуты, часы и быть может в целую вечность. Влажные от пота тела переплетались в самом диком танце любви и похоти. Хриплые стоны, всхлипы, вскрики смешались в едином звуке, разрывая эту ночь на десятки оргазмов на четверых. Всё стихло к рассвету… Ви с трудом распахнул веки, разбуженный противном пиликаньем старенького айфона Мин Юнги. Он тихонько выскользнул из жарких объятий, даже не поняв кому они могли принадлежать. — Да? — свежий весенний ветерок обдал утренней свежестью. — Мм. Юнги? — Это Ким Тэхён, я парень Юнги, — шепотом, чтобы не разбудить сопящую троицу на огромной постели. — Ох, это даже лучше, — женский голос облегченно выдохнул, — это Дженни, я могу с тобой поговорить? — Оу, да, конечно, — лисенок озадаченно почесал носик. — Можешь приехать ко мне? — Эм… да. Назови адрес. — Я сейчас в больнице, в родовом отделение. — Я сейчас буду, — заверил ТэТэ и сбросив вызов, кинулся одеваться. *** — Привет, — блондин помахал рукой, лежащей на больничной койке девушки, поглаживающий свой круглый животик. — Привет. — Как ты? О чём хотела поговорить? — Ты один? — Угу. — Я даже не знаю с чего начать, присядь… — Хорошо. — Ух… Чувствую Джин сам никогда не решится. Так что давай я сама попытаюсь разрулить. Через пол часа Тэ вышел из больницы и в первый раз в жизни пожалел, что так и не научился курить… Он никак не мог успокоится и принять факт — его Мин Юнги отец того самого карапуза, что обитал в животике Дженни. Как? Как такое вообще такое возможно?! Ведь они не были даже знакомы до вчерашнего дня! Тогда как?! И как теперь всё рассказать любимому? Он не знал и поэтому злился ещё сильнее. Девушка оказалась просто доброй подругой Сокджина, которая вызвалась помочь, хотя и за энную сумму, чего она кстати и не отрицала. Джину нужен был ребёнок, ей деньги, взаимовыгодная сделка для обоих. То есть получается, что старший не женат и вовсе не имеет к этому малышу отношения? — Чёрт! — лисёнок пинал траву попадающуюся под ногами, наматывая круги по двору госпиталя. Как же всё сложно. Неизвестно сколько бы он так проходил, если бы не стрекотание входящего вызова. — Где тебя носит блаженный? — хриплый после сна голос любимого отрезвил и вывел из ступора. — Юнгини… я это… ты… — Где бы ты ни был, тащи свою задницу ко мне в постельку. Наша озабоченная кроличья парочка уже свалила и мне холодно одному, — промурчал Шуга. — Агась. Но только лучше ты ко мне приедешь, только у меня для тебя сюрприз, захвати что-нибудь выпить. День обещал быть долгим. Мин появился в дверях коридора перинатального отделения через час, потерянный и совершенно убитый. Как раз в то самое, когда в палате раздался первый крик малыша. Тэ был рядом, держал за руку девушку, мужественно стараясь не брякнуться на плиточный пол в обмороке, гладил взмокшие волосы, успокаивая что-то шептал, в надежде чтобы всё поскорее закончилось. И вместе с ней рыдал от счастье, увидев маленький, сморщенный комочек. Ну и всё же не удержавшись отключился с улыбкой на губах. *** — И как это понимать? — Юнги теребил в дрожащих руках так и не зажженную сигарету, стоя на крыше больничного комплекса. — Я не хотел чтобы ты знал, — Джин смотрел куда-то сквозь него, куда-то далеко в прошлое или будущее. В тот самый миг когда их души на век соединились, проклятые или благословение, — у нас теперь разные дороги, я не хочу снова всё испортить. — Ты так это называешь? Снова решаешь за нас двоих, кто вообще дал тебе на это право?! — Ты прав, никто. — Тогда какого хуя, и как это вообще возможно?! Я твою жену вчера в первый раз видел, как она могла от меня залететь? У меня голова сейчас взорвется, сукин ты сын!             — Мин перегнулся за ограждающие перекрытие, подставляя горящее лицо холодным потокам ветра. Его обняли со спины, осторожно отодвигая от манящей бездны. — Я давно хотел это тебе предложить и даже пару раз пытался, помнишь? Но ты так бурно реагировал, что выбора не было. — Куда там забыть, ты был жалок Сокджин. На кой-ляд двум пидорасом дети, бред! — Это не бред, Юнни, это реальность пойми. Теперь уже реальность, — мужчина развернул упрямца к себе лицом, заставляя смотреть на него, прямо в глаза, — там, внизу, в паре метрах лежит твой сын, понимаешь?! И сейчас у тебя есть два выбора: или ты отпускаешь нас из города и души навсегда, или… — Или? — Или ты перестанешь вести себя, как последний мудак и примешь всё как есть, — вышла из темноты высокая, стройная фигура. — Господи, Тэ… ты, — запнулся Юнги, боясь от стыда поднять на любимого взгляд. — Заткнись. Мин замолк, заметив во взгляде парня, что-то новое, может ему показалось, но сейчас Ви стал тем самым, кто смог бы держать на плаву их обоих. Стать опорой, поддержкой. Главным? — Ты всё уже знаешь? — как-то совсем потерялся хён. — Да — лисёнок подошёл вплотную, обнимая любимого, попросту вдавливая его в свою грудь, — я его видел, понимаешь. Он чудесный, наш мальчик чудесный. Техён коснулся холодных губ согревая и успокаивая, — мы справимся, — он незаметно переплёл свои пальцы с пальцами Сокджина, создавая прочную связь, — справимся. *** — Вы уверенны, что вот это моё творение? — Шуга скептически осмотрел пыхтящий на все лады свёрток в руках девушки. — Мне кажется схожесть сто процентная, — Джин подавил рвущейся наружу смешок, в кулачке, — он так как и ты, только ест, спит и орёт. — Сокджин! — А можно мне? — лисёнок присел на край больничной койки, щенячьими глазками облизывая малыша в одеяльце нежно-голубого цвета. Девушка осторожно переложила дитя на протянутые руки блондина, помогая правильно поддерживать головку, — вы только посмотрите, Майки тут же притих. Тэхён, ты ему нравишься. — Майки? Что на за херня, моего сына не могут звать Майки?! — взвыл Юнги, по привычке цепляя худыми пальцами пачку сигарет. — Юнни, дорогой, не скандаль. *** — Ты не продал квартиру? — Джин облегчённо выдохнул переступая порог дома. Запахи, цвета и ощущения, всё неизменно, сколько бы времени не прошло. Воспоминания всплывали волнами, накрывая похлеще героина. — Хотел. Не смог. Мелкий заходил убирался. — Спасибо Тэ. — Не за что, — монотонно пробубнил лисёнок, и еле передвигая ногами доплелся до дивана, падая на него без сил. Слишком много эмоций, переживаний и слишком много мыслей. Он даже не заметил как заснул, укутанный в тёплый плед. На кухне двое… Тишина и сигаретный дым… Глаза в глаза, под монотонное тиканье настенных часов. Им не нужны слова, их прежде было так много, пустых, не имеющих смысла, напрасных. А теперь хотелось просто молчать, переплетая нервные пальцы, до дрожи вглядываясь в темноту зрачков, слушая биение сердца. Сердца одного на троих… Тэхён нашёл их вот так, уснувших за обеденным столом. Потрепав жёсткие после постоянных покрасок волосы любимого он немного грубо толкнул Сокджина в плечо. — Прости, — мужчина потянулся, разминая затёкшие мышцы, — мы с Дженни после выписки уедем. — Вот ещё! — шикнул Ви, — никуда вы непоедите! — Но… — Никаких но. И вообще… я тут хочу кое-что предложить, — блондин замялся, совершенно не веря в придуманную авантюру. Полное безумие, но потерять Юнги он не хотел. Да и иметь возможность тискать миленькую мини-копию хёна — Майки, к которому за мгновение прикипел всем сердцем, было пределом мечтаний. — Ты о чём? — Ведь ты всё ещё любишь Юнни? — начал из далека Вишенка. — Мин, он… невероятный, его нельзя не любить, — Джин встал из-за стола, прикуривая сигарету. Опасливо поглядывая на приближающегося парня. — И меня? — шепнул Ким Тэ, прямо на ушко. — Да, я не понимаю к чему ты ведёшь? Тело обдало жаром. И благо в полумраке не было видно стыдливого румянца, заливающего лицо мужчины. Тэхён рвано выдохнул в мощную шею, укладывая ладони на широкие плечи, — хочу попробовать… Хочу предложить быть вместе, — язычок мазнул по пересохшим губам, собирая горьковатый табачный вкус, — нам троим. И не дожидаясь ответа впился в жёстком поцелуе, надеясь что сможет убедить этих двоих упрямцев. Ким Сокджин отстранился первым, хватая ртом кислород, — ты сумасшедший… — Не-а, я не сумасшедший, я блаженный, и значит мне нельзя отказывать, — лисёнок смущённо фыркнул, водя подушечками пальцев по пухлым губам мужчины. — Думаешь он согласится? —  Думаю нет, но у него нет выбора, да? *** Скандалы, истерики, шантаж и пытки… И это только за одно утро. Утро, которое перевернёт жизнь трёх совершенно разных мужчин, соединяя их в одно целое на вечно. А потом переезд в Америку, свадьба и усыновление малыша Майки. У которого чудесным образом теперь появились сразу аж три папы, ну и крёстная мама Дженни. Но это совсем другая история… *** Я Ким Тэхён, ТэТэ или Вишенка, как называют меня друзья. Но лучше лисёнок, так называют меня мои любимые мужчины и это была моя история. История первой любви, первого чувства нежности и страсти. Первого опыта, в результате которого я стал взрослым, уверенным и по настоящему счастливым. И я не прощаюсь, мы ведь ещё встретимся? А пока я побежал забирать Майки из школы, да и ужин нужно сварганить…