Love apple no.9

— Кому бесплатные краш-тесты? — крикнул Метромэн, пробираясь по заставленному полезной злодейской рухлядью подвалу и задевая макушкой за электрические лампочки и паутину. — Бесплатные краш-тесты! Не смотря на хорошо поставленный голос и игривые интонации, на его призыв никто так и не откликнулся. Метромэн остановился, втянул носом воздух и улыбнулся. Его маленький друг совсем недавно проходил здесь… он близко. «Пожалуй, не стоит включать супер-зрение. Или стоит? Не буду ли я чувствовать себя извращенцем после этого? А вдруг он прямо сейчас, ну, например,… хм-м-м. — Уэйн слегка улыбнулся. — Нет, нет, нет. К тому же, он совсем рядом, я это чувствую!» След вел к дверному проему, занавешенному куском некогда синего плюша. Из-за него до Метромэна доносились щелчки, механические скрипы и глухое гудение — в общем, типичная фоновая музыка для Злодейского Логова. «Он такой… — вздохнул про себя Метромэн. — Уже что-то новое изобретает!» Отодвинув ветхий занавес плечом, он вошел внутрь, собираясь сказать что-нибудь искрометное, но… В комнате был полумрак. Комнату от пола до потолка занимало самого неприятного вида устройство. Которое щелкало, гудело, вибрировало и шевелило черными виниловыми щупальцами. И эта чудовищная вещь, Метромэну стало ясно с первого взгляда, поймала своего неосторожного изобретателя, и прямо сейчас начнет отрывать ему все части тела по очереди. Уэйн выпустил из рук всё то, что принес с собой. На пол с грохотом свалился увесистый манекен для краш-тестов, дорогие подарочные коробки и охапка синих полевых цветов (почти беззвучно.)  — Стучать надо! — ворчливо сказал Мегамозг, которого ужасная машина, предназначенная не иначе, как для пыток, удерживала в паре метров над землей.  — Я спасу тебя! — воскликнул Метромэн, словно и не заметив этой фразы. — Только без паники! — он переступил через лежащий перед ним манекен, и засучивая рукава рубашки, направился к Мегамозгу.  — Не надо меня спасать! — совсем не обрадовался подоспевшей помощи тот. — Отпусти ее немедленно! Убью, если сломаешь! Она моя…  — Конечно, она твоя! — заботливо подтвердил Метромэн, разжимая щупальца, чтобы извлечь плененного Мегамозга? — И на предохранитель ты ее поставить забыл.  — Ничего я не забыл! — вопил злодей, извиваясь и норовя брыкнуть Уэйна босой пяткой в голову. — Тебя вообще не звали!  — Тебе даже не надо меня звать! Я всегда приду на помощь, если ты в опасности! — Метромэн ловко поймал падающего злодея на руки и томно ему улыбнулся.  — А я не в опасности! — рявкнул на него Мегамозг, поспешно запахивая на себе старый халат с большим полосатым воротником. — Это моя машина… для обнимания! Вот! Смотри! Сбоку на машине действительно была прицеплена табличка, на которой знакомыми печатными буквами было написано «Машина для Объятий. Версия 15.3. Грязными руками не трогать!» Метромэн прочитал надпись на табличке, и лицо его вытянулось.  — Зачем же для этого… делать такое? — он посмотрел на Машину для Объятий и его слегка передернуло. — Раньше у тебя не получалось, но это! Воплощенное зло.  — Воплощенное зло — это я. — скромно улыбнулся Мегамозг, порозовев. — И я ее строил для себя-а-я! А не для тебя-я! — он стукнул Уэйна кулаком в грудь.  — Но разве нельзя как-нибудь по-другому. Как все…  — У меня есть выбор? Он у меня когда-нибудь был? Ты только посмотри на меня! Как все! Пфф! — злодей фыркнул и отвернулся. — Кто только захочет до меня дотрагиваться?! И вообще, почему ты до сих пор меня де… Уэйн не дал ему договорить, плотно прижав к себе. — Пи… — прошептал Мегамозг. Это было решительно все, что он мог сделать в данной ситуации.  — Ты уже чувствуешь себя лучше? — Уэйн наконец-то ослабил хватку и с надеждой смотрел на часто моргающего инопланетянина.  — Нет. — мрачно ответил тот, щупая свои ребра.  — Тогда нам надо повторить! И чем дольше, тем лучше! Двух минут слишком мало!  — Бестолочь! Ты наставил мне сто пятьдесят синяков за один раз! Я их не вижу, но я их чувствую! Даже во время лучших наших битв… Метромэн перехватил его одной рукой, а другой достал откуда-то из воздуха тюбик с яркими надписями.  — Я это исправлю! — провозгласил он, демонстрируя тюбик наморщившему нос Мегамозгу и ослепительно улыбаясь во все свои зубы. Или все-таки не во все? У Мегамозга возникло стойкое ощущение, что он смотрит рекламу по телевизору. Он печально покачал головой.  — Поставь. Меня. На пол. — проговорил он, стараясь смотреть Метромэну прямо в глаза и не отводить взгляда. — На пол. Отпусти. К его удивлению это сработало. Метромэн послушался и даже не предлагал больше намазать его средством от синяков. «Все-таки я внушаю уважение. И трепет. Чтобы кто не говорил." — думал Мегамозг, снова запахивая халат и завязывая пояс. Внутри у него разливалось приятное теплое чувство — должно быть, уверенность в себе.  — Что это такое? — спросил он, слегка подпихнув ногой лежащий навзничь манекен, усыпанный цветами и коробками.  — Это? — встрепенулся Уэйн, — Это — подарок. Я просто подумал, что если меня не будет рядом, а ты захочешь что-нибудь взорвать… Он тебе пригодится. И будет напоминать тебе… обо мне. — он поднял манекен с пола и дружески приобнял его. — Пришлось поискать, таких больших нечасто делают. Правда, мы похожи? Мегамозг поджал губы. Определенное портретное сходство действительно прослеживалось. — Ты его оставишь?  — Ну… хорошо. Я его оставлю. Мне тут гильотину испытывать скоро. Может и пригодиться… А это все?  — Цветы. — Уэйн смущенно почесал шею.  — Вот почему, почему ты решил, что я люблю цветы? Я их совершенно не люблю!  — Но какие-нибудь же тебе обязательно понравятся! — с энтузиазмом возразил Метромэн. — И, я надеюсь, ты откроешь эти коробки. Хорошо, когда-нибудь я открою эти коробки. — Мегамозг перепрыгнул через подарки, нашел в углу свои домашние тапочки, и направился к синему плюшевому занавесу.  — Ты опять уходишь?  — Должен же я заниматься своими обычными злодейскими повседневными делами! — инопланетянин с вызовом посмотрел на Метромэна через плечо. — Хочешь меня арестовать?  — Наверное, не хочу. — пожал плечами герой. — Можно я ее сломаю и выкину? — он кивнул в сторону Машины для Объятий. — Она такая страшная. И больше тебе не нужна. Правда?  — Неправда! — возмутился Мегамозг. — И я тебе запрещаю. Вообще! Навсегда. Иначе я… иначе я не буду… не буду с тобой разговаривать! Тоже навсегда! Неожиданно для него, Метромэн испугался.  — Хорошо, хорошо, я же просто предложил! Только не сердись. «Он делает, что я ему говорю. Он делает то, что я ему говорю? Он делает то, что я ему говорю!» — пел мысленно Мегамозг, направляясь в другой угол подвала. Метромэн бросил на машину последний ревнивый взгляд, погрозил ей исподтишка кулаком, и поспешил за любовью всей своей жизни. *** — А что ты делаешь? — Банк граблю! — рявкнул Мегамозг и, не глядя, швырнул сахарницу в назойливого бездельника. Это было не так просто, потому как сахарница прилипла к главной клавиатуре еще вчера утром. — Давай же, арестуй меня! Который раз предлагаю! — он взмахнул обеими руками, как дирижер в самом напряженном месте симфонии, и, не дождавшись ответа, продолжил стучать по клавишам с бешеной скоростью.  — Что за банк? — Метромэн уже нависал над его рабочим местом и разглядывал три больших монитора и один маленький, по черному экрану которого сверху вниз бежали бесконечные зеленые цифры.  — Просто банк. В Новой Зеландии.  — Ты знаешь, в Новой Зеландии живут очень милые люди. Может, тебе стоит ограбить какую-нибудь несимпатичную страну?  — Я злодей. И граблю, кого хочу. — не переставая печатать Мегамозг внимательно оглядел стол в поисках других сахарниц. — Жить на что-то надо. Ты даже не представляешь, сколько это стоит… — Что «это»? — Заинтересованно спросил Метромэн и облокотился одной рукой на хлипкий компьютерный стол. — Быть суперзлодеем. — инопланетянин кивнул головой куда-то в сторону машинного зала. — Это же… Искусство для искусства. Никакой прибыли. Одни расходы. Хоть бы кто оценил. Или интервью взял…- последнюю фразу он произнес специальным, мечтательным голосом, но тут же завопил — А ну убери отсюда свою медвежью лапу! — схватив клавиатуру, на которой только что печатал, он стукнул Метромэна по руке. Клавиатура благополучно развалилась на четыре части, но Метромэн, удивившись, руку все-таки убрал.  — Вечно ты все портишь! — ссыпав обломки в мусорное ведро, Мегамозг достал из-под стола запасную клавиатуру. Присоединив ее, он продолжил печатать. Через пару минут он остановился, потер усталые глаза рукой и, вынув из кармана халата очки, водрузил их себе на нос. — Что?  — Нет, ничего, ничего… Просто я первый раз вижу тебя… — В очках? В детстве я много читал под одеялом. — пожал плечами злодей. — С фонариком и без фонарика. Так, еще немного. — он снова сосредоточился на происходящем на экранах. — И еще немного. Держу пари, ребята, вы не сразу поймете, в чём дело! Еще секундочку. Есть! — он победно вскинул руки вверх, — Займемся же приятными покупками. Метромэн наблюдал, как он залез на крайне подозрительный сайт с ужасным дизайном и начал листать каталог, сверяясь с записями на разноцветных стикерах, которыми по периметру были обклеены все мониторы.  — Да вы шутите! — настроение у Мегамозга опять испортилось — Я так не играю! Третий раз за год повышение цен! Ну вас с вашей Румынией! Где справедливость? Где хоть какая-то уверенность в завтрашнем дне? Где моя скидка постоянного клиента, я вас спрашиваю! Ну ничего… Выкручусь. Найду замену. Посещу пару-тройку свалок… Закажу двигатели у венгров. Ограблю еще один банк. По любому, надо чинить практически все. А что-то и строить заново.  — Ты такой изобретательный! И умный!  — Зато ты у нас идиот! Но чересчур удачливый — Детка, зачем ты опять дуешься? Что я сделал не так?  — Ты, — сообщил помрачневший Мегамозг и шмыгнул носом, — заставил меня поверить, что я могу… Внушил мне надежду!  — Но… и ты мне тоже! — просиял Метромэн. — Я так рад, что мы думаем одинаково! Это начало новой жизни! В которой все будет по-другому!  — Да не хочу я по-другому! Пусть все будет как раньше! Я отлично справлялся, мною даже пугали непослушных детей… а теперь? Куда бы мне податься, чтобы там никого не было? — Мегамозг начал сосредоточенно грызть ноготь на большом пальце — И главное, сколько для этого нужно денег? Уэйн присел рядом с ним на корточки — Так давай уедем! Вместе — только ты и я. Не беспокойся о деньгах, это такая ерунда! Что ты думаешь об Аляске? Или об отдельном маленьком острове в океане?  Я совсем не это себе представлял! — возмутился Мегамозг, — Я…  — Тогда что-нибудь поинтереснее! — перебил его Метромэн. — Галапагосы. Сахара. Лишь бы ты был доволен. Тебе это действительно необходимо, я же вижу. Ты выглядишь… прости, но ты выглядишь таким усталым сегодня! — Это потому, — злодей снял очки и начал растирать переносицу, — Что я не сплю уже четыре дня, чтобы ты знал! Метромэн несколько секунд осмысливал информацию, а за тем радостно выпалил:  — И я тоже! Но мне так хорошо, что я в этом совсем не нуждаюсь! Зачем тратить драгоценное время на сон, когда… Мегамозг ухватил его за подбородок. Внимательно осмотрел его лицо со всех сторон. Метромэн выглядел прекрасно, да еще и жмурился от удовольствия. Может быть черты лица несколько заострились? Или это только кажется?  — Сегодня ты выспишься. Ты меня хорошо понимаешь? Отменишь ночное патрулирование, вечерние интервью и все остальное. Уэйн улыбнулся и прижался сильнее к держащей его за подбородок руке.  — Это не обязательно… — мурлыкнул он  — Обязательно! Я приказываю! Ты, ты… ты нужен городу!  — А тебе? — Метромэн уткнулся лицом в худые злодейские колени.  — Послушай. — Мегамозг очень пожалел, что на нем кроме халата ничего не было. — Просто иди и делай свою работу. А потом ложись спать! У меня уже кончились базуки. Кончились идеи. Кончился динамит. Вчера ты сломал мою Мега-Ужасающую Многоножку. Я не знаю, что с тобой дальше делать. Все, что я хочу — это спрятаться подальше, и тихо грабить банки. Завести кресло-качалку. И, может быть, отрастить бороду подлиннее…  — Борода — это очень сексуально!  — Так все, я передумал! Борода отменяется. Мне срочно нужно побриться, и принять душ, и, и…  — Потереть спинку? Я с радостью!  — Но-но! Не советую наглеть! У меня еще осталась овца! И почти готовая атомная бомба! И навыки джиу-джитсу!  — И все это в душе? Обалденно! Мегамозг закусил нижнюю губу и уставился в экран компьютера.  — Даже не знаю, что на это сказать. — наконец проговорил он.  — Скажи, что мы увидимся завтра!  — Конечно, мы увидимся завтра! Сил бежать до канадской границы у меня уже нет… Так что… Делай что я говорю! Здоровый полноценный сон, понимаешь? Потрясающая вещь! Очень редко встречается в природе!  — Ну, если ты обещаешь мне присниться… — Метромэн потрепал его по щеке, не обращая внимания на гримасы и фырканье. — О, я приснюсь! — И это будет твой самый страшный кошмар! — прорычал злодей. — Ты его не скоро забудешь! — Гм, как забавно! Эротические кошмары мне еще никогда не снились… — Метромэн скрылся в радужной вспышке, перейдя на супер-скорость.  — Эротические? — Переспросил сбитый с толку Мегамозг. — Выпендривается он! Как бы то ни было, до завтра я совершенно свободен. Совершенно! Свободен! — Он с удовольствием потянулся. — А там можно и домой вернуться в крайнем случае. Чем хороша камера-одиночка — никаких проблем и никакой ответственности. Правда, там кролики. Но если выбирать между теми кроликами и этим, то… я выбираю нарисованных! *** Двери подвала распахнулись, словно от взрыва и оттуда выскочил Мегамозг в халате и тапочках. Вид у него был несколько более безумный, чем обычно, а в руках — мятая охапка чего-то растительного. Увидев Прислужника, вооруженного шваброй , он замер от неожиданности и закашлялся.  — Цветы? — спросила инопланетная пиранья, подняв одну бровь.  — Выросли! — ответил ей Мегамозг, делая честное лицо, и умаршировал к выходу во двор, теряя на ходу тапочки. — Никакого спасения от сорняков в этом году! Прямо с утра надо полоть…  — С утра? — Прислужник взглянул на встроенные в его лапу часы. — Сейчас пять вечера!  — С утра и до вечера, я же и говорю! — с этими словами Мегамозг отжал тяжелую дверь плечом и вынесся во двор.  — Очень неожиданный приступ огородничества. — пожала плечами пиранья и продолжила подметать. *** Во дворе было тепло и солнечно. Мегамозг выкинул истерзанные цветы в бурьян, отряхнул руки и взглянул, щурясь, на голубое небо с мелкими облачками. Ситуация была странной, но он ее контролировал, и кто знает… Он сдержанно зевнул и опять поскреб подбородок.  — Пора привести себя в порядок. — сказал он сам себе и громко крикнул в открытую дверь, приложив ладонь ко рту, — Я хочу ва-анну! Ты меня слышишь? И у-ужин! И поскоре-ее! Из-за двери донеслось удаляющееся неразборчивое ворчание прислужника.  — Жизнь налаживается! — Мегамозг глубоко вдохнул теплый летний воздух и улыбнулся. — Кто сказал, что я не справлюсь? *** Перед сном Мегамозг, осмотревшись по сторонам, извлек из секретного ящика в шкафу игрушечного медведя. Медведь был сшит на заказ из плотного черного шелка, а его кожаный ошейник украшали стразы и безопасные шипы. Может быть спать с игрушками и стыдно для злодея, но стиль все оправдывал — так казалось Мегамозгу. Он залез под одеяло, обнял медведя и ворочаясь, устроился поудобнее. Все было прекрасно, но… вытащив правую руку из-под одеяла и нахмурившись, он посмотрел на чудом оставшийся на указательном пальце пластырь. С рисунка на пластыре синие инопланетяне с глазами на ниточках махали ему из своей летающей тарелки.  — Вот на что он этим намекал, как думаешь? — Спросил Мегамозг у медведя. Медведь деликатно промолчал. — Не знаешь? Вот и мне никогда не понять… — злодей поддел ногтем пластырь, отодрал его и не найдя ничего лучшего, прилепил его на ночник в виде Звезды Смерти. — Спокойной ночи, мистер Найт — прошептал он и поцеловав игрушку, выключил свет. *** Проснулся он, осознавая, что вот-вот упадет с края кровати и… Большая рука перехватила его поперек туловища и притянула обратно.  — Что ты здесь опять забыл? — прошипел Мегамозг, обращаясь к тому, кто сейчас шумно дышал ему в ухо. — Я же велел тебе идти спать! Это так сложно?  — Там тебя нет — сонно промямлил Уэйн в ответ. — Я пытался, честно, очень долго, но без тебя ничего не получилось…  — Меня не колышет! Почему ты валяешься в моей постели!  — Сон рядом с любимым человеком полезен для здоровья. И тебе будет только хорошо…  — Вот и найди себе! А я не человек, а…  — Ты прелесть. — уверенно заявил Метромэн. — И мне не надо больше искать, я уже нашел. — он обнял Мегамозга точно так же, как тот обнимал мистера Найта и удовлетворённо вздохнул. — Спать, как маленькие ложечки…  — Ложечки? Так меня еще никто не оскорблял! — Мегамозг силился освободиться, но чувствовал, что его уж очень надежно зафиксировали. — Сам ложка! Большая!  — М-м-м. Да. — подтвердил Уэйн и поцеловал его в затылок. — Спокойной ночи, птенчик Он закинул на Мегамозга еще и ногу и немедленно отключился. — Это так неправильно! — пожаловался Мегамозг игрушечному медведю. — Почему со мной происходит такая петрушка? — он ощупал волосатое бедро, прижавшее его сверху и бицепс на массивной руке. Он был беспомощен… Но собственная беспомощность его успокаивала. Было в этом что-то родное и знакомое, вроде того как вернуться в тюрьму в наручниках или быть прикованным к креслу в своей камере. — Моя месть будет изощренной и страшной. — пообещал он безмятежному Уэйну, самому себе и конечно же мистеру Найту. Вот отдохну и наплюю ему… — Мегамозг зевнул и отключился. *** Ему было тепло и тесно. Так тесно, что невозможно было пошевелиться. Между сном и явью Мегамозгу привиделось, что мистер Найт с сегодняшнего дня самый настоящий медведь, и он провалился к нему в берлогу. Что, наверное, небезопасно…  Гр-р! — коротко зарычал мистер Найт где-то рядом, подтверждая все опасения. Открыв глаза, он понял, что его игрушечный медведь все тот же, и это хорошо. А вот то, что за талию его крепко держала незнакомая рука — уже не очень. В памяти Мегамозга начали всплывать события вчерашнего дня, и ночи, и он почувствовал, как его накрывает волна дикого бешенства. Он вывернулся, влез на похрапывающего Метромэна и принялся сверлить его яростным взглядом. На героя это не произвело ровным счетом никакого впечатления. Тот продолжал сладко спать, занимая собой всю кровать и немного свешиваясь за край. Мегамозг схватил подушку в черной наволочке, не помня себя от злости, прижал ее к лицу спящего Метромэна и навалился на нее всем телом сверху. Он лежал так минуту или две, чувствуя, как злость постепенно испаряется. Наконец, он встал и неуверенно посмотрел на подушку, из-под которой не было слышно ничего.  — Неужели я сделал это? Вот здесь? Вот сейчас? — ему стало страшно. Помедлив, он резко отдернул подушку в сторону, и … разумеется, на него смотрел абсолютно живой Уэйн, улыбающийся, как последний идиот.  — You are my sunshine, my only sunshine! — Пропел он. Мегамозг пошарил, не глядя, вокруг себя, дабы найти какие-нибудь годные для самообороны и нападения предметы, но нашел только большой эрегированный член, торчащий из-под одеяла. Злодей, словно ошпаренный кипятком, вскочил и в несколько прыжков оказался у письменного стола, занятого бумажными моделями роботов. Вытащив из стола де-ган, он обернулся и трясущимися руками направил его на Метромэна.  — Не стесняйся, детка. — сказал тот, принимая соблазнительную пин-ап позу. — Ты можешь трогать все, что захочешь.  — А? — переспросил Мегамозг, сделавшись густо-фиолетового цвета.  — Я тебе разрешаю. — Метромэн зевнул и неудержимо начал засыпать обратно, не меняя положения Мегамозг начал палить из своего оружия, то и дело меняя настройки. Де-морализация, де-гидратация, де-строй — ничто не действовало на спящего супергероя. Более-менее сработала функция де-купаж — это Мегамозг понял, когда его любимое одеяло рассыпалось черным облаком фигурного конфетти.  — Merde! — с чувством сказал он, и опустил бесполезный де-ган. За дверью его спальни, словно в ответ, голос прислужника провозгласил:  — Вставайте, сир, вас ждут великие дела!  — Завтрак! — Мегамозг выронил оружие. — Ну как не вовремя! Ты не вовремя, Прислужник! Ты это знаешь?  — Я точно по расписанию, именно так, как вы просили! — Прислужник был неостановим.  — Обожежтымой! — злодей принялся трясти сонного Метромэна, и когда это не помогло, прыгать на нем. — Очнись, очнись немедленно!  — Ммм-м, ты такой страстный! И знаешь французский! — проговорил тот с мечтательной улыбкой, но глаза открыть поленился. — Я даже не подозревал!  — Немедленно лезь… под кровать!  — Зачем же. Мне и тут хорошо.  — Кому сказал, полезай! Вопрос жизни и смерти!  — Ох, какие у тебя интересные желания с утра… Ну ладно, ладно… Строго говоря, под кроватью было слишком мало места для кого-то вроде Метромэна. Ножки ее теперь не касались пола, Мегамозг был в этом уверен. Он спешно задрапировал кровать уцелевшими одеялами и уселся, скрестив ноги, прямо на выросший в середине матраса холм.  — Доброе утро, сир! Как ваш экзистенциальный кризис сегодня? Спросил Прислужник, устраивая поднос с завтраком на прикроватной тумбочке.  — Прекрасно! — преувеличенно бодро сказал Мегамозг, улыбаясь, как китайский болванчик. — Я уверен, что все образуется! — матрасный холм под ним шевелился, и он начал молиться Злодейским Небесам, что бы пиранья это не заметила.  — Я рад, что ваш оптимизм к вам возвращается! Потому что у нас невероятно много работы на ближайшие несколько недель. И… По меньшей мере два поединка с Метромэном придется отменить… или перенести. А его самого надо бы предупредить об изменениях в расписании.  — Не беспокойся об этом! Я этим… займусь! Я ему… позвоню! Поэтому, как его…  — Вы уверены, что у него есть телефон, сир? — нахмурилась пиранья, наливая кофе в новую кружку с лого «Блэк Саббат»  — Все будет просто превосходно! — ответил Мегамозг невпопад, и улыбка его совершенно остекленела.  — Что же, поверю вам на слово. Сир, вы точно ничего такого не ели ночью? И не курили?  — Такого? Да никогда. Я веду суровый и здоровый образ жизни. — Мегамозг жадно схватил кружку с кофе, думая о том, что нычку с сигаретами хорошо бы перепрятать уже сегодня. Прислужник возвел глаза к потолку.  — Приятного аппетита, сир. — пожелал он и удалился.  — Уф! — выдохнул Мегамозг и расслабленно ссутулился. — Я думал, никогда не уйдет. Коффи-и-е… На этом слове железная кровать под ним затряслась, приподнялась и из-под нее выглянул радостный и лохматый Уэйн, о присутствии которого Мегамозг успел позабыть.  — Привет, птичка! Мегамозг почувствовал, что начинает визжать и зажал себе рот свободной рукой. Несвободной рукой он чуть не швырнул горячий кофе в голову Уэйна, но сумел сдержаться.  — Тут немного пыльно. — сообщил ему Метромэн, почесав нос. — Зато я теперь точно знаю, какие конфеты ты любишь! И еще здесь ящик… Очень неудобно. — Он выбрался из-под кровати вместе с картонной коробкой, в которой Мегамозг хранил свои любимейшие кассеты. — Удивительно, что ты все еще ими пользуешься. Не пора ли сменить на что-то современное?  — Вот еще! — возмутился злодей. — Ты ничего не понимаешь в музыке… в звуке! В атмосфере!  — Я думал, звук и атмосфера — это про винил…  — Винил — это профанация идеи! И вообще — прошлый век!  — Прошлый век, говоришь? — Уэйн склонился над коробкой с аудиокассетами. — О, да тут есть «Метромэн №1», «Метромэн №2» и «Метромэн №3». Это все для меня? Как приятно!  — Не трогай! Не трогай! Это не для тебя! Это для работы!  — Могу я их взять? Ненадолго?  — Но, но, но… — Мегамозг ощутил, как его уши начинают гореть. Он подумал, что если Уэйн откопает в коробке записи «Метромэн №4», «Метромэн№5» и особенно «Метромэн №32», то это будет полная катастрофа. — Ну и забирай! Только прекрати мозолить мне глаза! И вообще, прикрылся бы! — вытянув из-под подушки носок с изображением всех планет солнечной системы, он швырнул его в Уэйна. Метромэн поймал носок двумя пальцами и внимательно осмотрел его со всех сторон.  — Какую часть себя я должен прикрыть этой вещью? — спросил он.  — Неважно. — пробормотал Мегамозг старательно прячась за своей кружкой. — Ты весь голый. Сделай что-нибудь! Этот твой… детородный орган раскачивается в мою сторону, что подозрительно! Уэйн опустил голову и удивленно посмотрел на свой член.  — Так утро же! — сказал он, пожав плечами. — Тебе не нравится? Мегамозг отвернулся, и едва слышно бурчал что-то вроде «Кому-то совсем ничего, а вот некоторым опять слишком много…»  — Где-то я оставил халат… — сказал Метромэн, стряхивая с себя полосатые конфетные фантики. — Может быть там… или там.  — Ты специально наклоняешься? — простонал злодей, крепко зажмурившись. Когда он решился открыть глаза, Метромэн действительно заворачивался в роскошно белый и безобразно пушистый халат.  — Я отлично выспался! — сказал он присаживаясь на постель рядом с Мегамозгом и обнимая его за плечи. — И почему мы никогда не делали этого раньше?  — Вот поэтому! — тот мрачно показал на стену спальни, заклеенную в три слоя пожелтевшими газетными вырезками — Метромэн побеждает, Метромэн отправляет Мегамозга в нокаут, Метромэн торжественно несет Мегамозга в тюрьму за шкирку.  — С самого начала мы занимались какой-то ерундой. — Уэйн задумчиво покачал головой, рассматривая вырезки. — О, благодарю за кофе. Слегка остыл, но это не страшно. — он ловко отобрал у Мегамозга кружку с надписью «Блэк Саббат» и подогрел ее содержимое парой коротких лазерных выстрелов из глаз.  — Но это же мой кофие-ие-е! И вообще, прекрати обесценивать дело всей моей жизни!  — Очень вкусный. — Уэйн залпом выпил практически кипящий напиток. — Птичка, как я могу…  — Вот можешь! Как и всегда. — Обиженный злодей начал теребить широкий рукав белого халата. Халат был мягкий на ощупь и приятно пах. «Вот как оно, оказывается, пахнет — богатство.» — подумал Мегамозг и обиделся еще больше, на этот раз на жизнь в целом.  — Что бы я не делал раньше… — Уэйн подтянул его к себе и легонько поцеловал в лоб. — Теперь ты должен быть счастлив. Я об этом позабочусь. А сейчас мне пора лететь. Город ждет! И у меня отличное настроение для работы! — и только газетные вырезки дружно зашуршали от стремительного порыва ветра.  — «Счастлив»! «Позабочусь»! «Должен»! — синий инопланетянин поднял опустевшую кружку и заглянул внутрь. — Меня вообще не спрашивают! — он принюхался и завопил. — Фу! Кружка! И подушка! Воняет им! Мое одеяло! И простыня! Мой медведик! Все, все в нём! Даже я сам! Мегамозгу очень хотелось заплакать, но слез не было, поэтому он просто катался по своей кровати, пиная постельное белье, сдирая с себя пижаму и глухо ругаясь, для конспирации — опять на французском. *** -Как я понимаю доктора Франкенштейна! Я создал чудовище! Вот, видишь — это настоящие корзиночки с кремом! — жаловался Мегамозг Машине для Объятий. Та шевелила черными щупальцами, как показалось Мегамозгу, сочувственно. — И не говори! — он постучал пальцем по табличке, украшавшей Машину. Достав из-за уха карандаш, и послюнявив его, он дописал на табличке большими красными буквами: «Добавить подогрев!»