Дочка Мародера

      Сириус долго стоял перед калиткой, ведущей в заросший сад Поттеров, и смотрел на разрушенный дом. Большая часть коттеджа устояла, хоть и была сплошь оплетена плющом, но правую часть верхнего этажа снесло начисто.       — Так сложно теперь узнать в этом месте дом Поттеров, — прошептал Сириус.       — А почему его не отстроили заново? — сглотнув, тихо спросил Гарри.       — А кому это надо? — фыркнул Сириус. — Это твой дом, тебе решать, что с ним делать. Только сначала тебе надо стать совершеннолетним и вступить в права наследства.       — Зачем все усложнять? — нахмурился Гарри.       — Меня тоже интересует этот вопрос, — хмыкнул Сириус.       Сглотнув, он положил руку на ржавую калитку, намереваясь ее открыть.       — Сириус, зачем нам туда идти? — напрягся Гарри.       — Надо, — бросил Сириус. — Что за…       Должно быть, прикосновение Сириуса привело в действие чары. Над калиткой возникла вывеска, поднявшись из зарослей крапивы и сорной травы, словно странный быстрорастущий цветок. Золотые буквы на деревянной доске гласили:       Здесь в ночь на 31 октября 1981 года были убиты Лили и Джеймс Поттер. Их сын Гарри стал единственным волшебником в мире, пережившим Убивающее проклятие. Этот дом, невидимый для маглов, был оставлен в неприкосновенности как памятник Поттерам и в напоминание о злой силе, разбившей их семью.       Вокруг аккуратно выведенных строчек доска была сплошь исписана. Здесь приложили руку множество волшебников и волшебниц, приходивших почтить место, где избежал смерти Мальчик-Который-Выжил. Кто-то просто расписался вечными чернилами, кто-то вырезал в деревянной доске свои инициалы, многие оставили целые послания. Более свежие выделялись на фоне наслоений магических граффити, скопившихся за пятнадцать лет, а содержание было у всех примерно одно и тоже.       «Удачи тебе, Гарри, где бы ты ни был!»       «Если ты читаешь это, Гарри, мы с тобой!»       «Да здравствует Гарри Поттер!»       — Вот сволочи! — выругался Сириус. — Памятник Поттерам! Найти бы этого умника и башку ему оторвать!       — Что? Но почему? — растерянно спросил Гарри. — Это же…       — Это дом! Дом, а не памятник! Зачем лишние напоминания о прошлом? Они и так поставили памятник на центральной площади. Но дом-то за что? — возмущенно произнес Сириус. — Это личное, сокровенное! Понимаешь? Это место, в котором так много произошло, а какие-то… волшебники приходят сюда, любуются, карябают всякие послания! Если им так хочется выразить свою поддержку, пусть пишут письма, а не оскверняют место, где произошли такие события! Свиньи!       Сириус еще что-то прорычал, но Гарри решил, что совсем не хочет знать, какими эпитетами крестный наградил того, кто додумался сделать этот дом памятником.       Мужчина решительно толкнул калитку и вошел в заросший сад. Табличка исчезла, а Сириус продолжал про себя проклинать какого-то умника. Входная дверь была выбита и лежала на полу. Сириус нервно сглотнул и немного нерешительно вошел внутрь. Под его ногой что-то хрустнуло. Мужчина медленно опустил взгляд и с долей удивления и боли обнаружил у себя под ботинком круглые очки с треснувшими линзами.       Зажмурившись, он потряс головой и поднял взгляд на крестника, замершего рядом с ним. В горле у него встал какой-то ком, который он был не в состоянии сглотнуть. Стараясь не смотреть по сторонам, чтобы не увидеть еще какого-то напоминания о друзьях, он двинулся к разрушенной части дома. Насколько он понял, из дома просто вынесли тела и больше ничего не тронули, а значит, волшебная палочка Лили вполне может находится здесь, среди обломков дома.       — Сириус, может, пойдем отсюда, — почти неслышно попросил Гарри, которому здесь было слегка не по себе.       — Сейчас, парень, дай мне пару минут, — пробормотал Сириус, внимательно осматривая пол. — Мне самому здесь трудно находиться, — тихо признался он. — Это место было и моим домом. Даже когда Лили уже вышла за Джеймса, я часто здесь оставался. Мог жить неделю, месяц или два. Хотя, тогда у меня уже был свой собственный дом, который мне оставил дядя Альфард.       Под одним из обломков он заметил знакомую рукоятку волшебной палочки. Наклонившись, он осторожно вытащил палочку и тяжело выдохнул, осознавая, что на мгновение даже перестал дышать. Выпрямившись, он внимательно осмотрел палочку, которую до этого видел лишь в руках Лили.       — Это мамина?.. — спросил Гарри, разглядывая палочку в руках крестного.       — Она никому, кроме Джеймса, не разрешала к ней прикасаться, — кивнул Сириус. — Что ж, Цветочек, считай, я уже выполнил твою просьбу, — убирая палочку в карман, пробормотал он.

***

      Нерисса растерянно гладила мужа по спине, пытаясь понять, что же произошло. Как только он и Гарри вернулись, Сириус прижал ее к себе и уже минут двадцать, как не выпускает, уткнувшись носом в ее волосы. Да и Гарри выглядит каким-то подавленным. Сидит в кресле напротив них, задумчиво разглядывая пол.       — Что-то случилось? — пытаясь заглянуть мужу в глаза, спросила Нерисса.       — Я выполнил просьбу Лили, — обняв ее еще сильнее, прошептал Сириус.       Дальнейшее объяснение ей не требовалось. Мягко поцеловав его в щеку, она положила голову ему на плечо, обвив руками его шею.       — Ты был там первый раз, после побега? — тихо спросила Нерисса.       — До этого не хватило храбрости дойти до конца, — хрипло ответил Сириус.       — Сириус, ты не объяснишь, зачем тебе яд василиска и кровь тети Петуньи? — очнулся Гарри.       — Будем вытаскивать из тебя часть души Волан-де-Морта, — ответила ему Нерисса.       Несколько минут Гарри тупо смотрел на нее, пытаясь понять смысл ее слов.       — Я крестраж? — вскочив на ноги, воскликнул Гарри.       — Было бы просто великолепно, если бы можно было ответить «нет», — буркнул Сириус.       — То есть, чтобы уничтожить душу Волан-де-Морта во мне, меня надо…       — Напоить смесью из яда василиска, крови твоего ближайшего родственника и родниковой воды, а потом вытащить из тебя то, что останется от осколка души, — закончил Сириус. — Делов-то!       — А я не… умру? — сглотнув, спросил Гарри, опустившись обратно в кресло.       — Я тебя с того света вытащу, если ты только попробуешь умереть! — фыркнул Сириус. — Я, может, когда-то некромантию изучал! — спрятав лицо в волосах жены, пробурчал он.       — Как мне повезло с крестным, — иронично хмыкнул Гарри.       — А чего еще ты хотел от Сириуса Блэка? — усмехнулась Нерисса.

***

      — Рисса, тебе не кажется, что это платье меня полнит? — разглядывая свое отражение, спросила Тонкс.       — Мне кажется, что я тебя сейчас покусаю, — буркнула Нерисса. — Никогда больше не поддамся на твои просьбы и не пойду с тобой в магазин!       — Я же с тобой ходила по магазинам, — заметила Тонкс.       — Я была беременна, но все равно не выбирала платье три часа и не мерила все, что есть в магазине, — возразила Нерисса. — Может, тебе подойдет это платье?       Тонкс повернулась в ее сторону, собираясь сказать, что здесь все платья одинаковые, но слова так и не слетели с ее языка. Нерисса держала в руках платье цвета слоновой кости, длинной, верно, чуть выше колена, и без плеч.       — Я его прикину, — забирая платье у Нериссы, заявила Тонкс и скрылась в примерочной.       — Хоть бы оно ей понравилось, — простонала Нерисса, прикрыв глаза.       — Рисса, оно просто идеально! — выйдя из примерочной, объявила Тонкс. — Не знаю, где ты его здесь откопала, но это именно то, что я искала!       — Слава Мерлину! — облегченно выдохнула Нерисса. — Давай переодевайся, а я пока расплачусь! — поворачиваясь к полненькой продавщице, сказала она. — Спасибо, что разрешили поколдовать! — шепотом поблагодарила она.       — Думаю, такие платья стоит внести в продажу, — улыбнулась продавщица. — Нет, нет, отдаю его вам бесплатно, — покачала головой она. — Считайте, что вы заплатили, поделившись идеей!       — Но мне как-то неудобно, — смущенно пробормотала Нерисса.       — Я денег не возьму! — категорично заявила продавщица.       — Тогда, это за мое платье. Мне очень нравится вот это, темно-синее, — указав на длинное платье с вырезом на спине, сказала Нерисса. «Знать бы еще, зачем оно мне!» — мысленно вздохнула она.       — Конечно, я сейчас вам упакую, — улыбнулась женщина.       Из магазина Тонкс и Нерисса вышли каждая с пакетом.       — Почему ты отказываешься показать свое платье? — недовольно спросила Тонкс.       — Потому что я его спрячу в шкаф и никогда не надену, — буркнула Нерисса. — А ты никому не расскажешь, что я купила себе платье!       — Тогда какой был смысл его покупать? — удивленно подняла брови Тонкс.       — Какой-то смысл был, — дернула плечом Нерисса.       — Мне тебя действительно не понять, — покачала головой Тонкс. — Может, ты наденешь его на мою свадьбу? — более жизнерадостно предложила она.       — Эм… может, я постараюсь найти джинсы, — пробормотала Нерисса.       — Пф… Сириус все твои джинсы выкинул, — фыркнула Тонкс.       — Что он сделал? — резко остановилась Нерисса.       — Да ладно, ты же все равно ходишь в юбках и платьях, — отмахнулась Тонкс.       — Вот возьму и выкину все его кожаные брюки, — проворчала Нерисса.       — Все же я не понимаю, кто у вас в семье главный, — тяжело вздохнула Тонкс.       — У нас равноправие, если это можно так назвать, — усмехнулась Нерисса. — Просто мы оба манипулируем друг другом.       — Ненормальные! Вы оба! — хмыкнула Тонкс.       — Видишь, мы просто идеально подходим друг другу, — ухмыльнулась Нерисса. — Оба не умеем жить спокойно. И у обоих с головой не в порядке!

***

      Сириус минут пять наблюдал за своей женой, которая пыталась что-то отыскать в шкафу, то и дело что-то недовольно фыркая себе под нос. Мужчина медленно подошел к ней, когда она замерла, скрестив руки на груди и недовольно осматривая полки. Обвив руками ее талию и положив подбородок ей на плечо, он тихо спросил:       — Что ищешь, красавица моя?       — Сириус, где мои джинсы и брюки? — как можно строже спросила Нерисса, стараясь не обращать внимания на его руки у нее на талии.       Может, со временем она привыкнет к этому и перестанет таять от его прикосновений, но сейчас просто невозможно не обращать внимания на его близость. Вероятно, привыкнуть к этому она сможет лишь к глубокой старости, если она доживет до нее.       — Я же сказал, что теперь у тебя будут только юбки и платья, — прошептал Сириус ей на ухо, прекрасно зная, как на нее это действует. — Да и в юбке ты выглядишь намного соблазнительнее, — проведя ладонью по ее бедру, шепнул он. — Правда, еще лучше ты выглядишь без одежды, — прикусив мочку ее ушка, прибавил он.       Нерисса уже плохо понимала смысл его слов, в который раз пытаясь понять, отчего ее кожа настолько чувствительна. Если бы Сириус не поддерживал ее, она уже давно сползла бы на пол и вряд ли бы нашла силы подняться.       — Тебе нравится меня мучить, да? — хрипло прошептала Нерисса, мысленно умоляя его прекратить эту пытку ласками и перейти к более интересной и желанной части.       — Мне нравится тебя заводить, — ответил Сириус. — Тебя такую неприступную и властную, так легко подчинить! — медленно, слишком медленно пробираясь пальцами по внутренней стороне ее бедра, прошептал он.       — Разве я властная? — резко развернувшись в его объятиях лицом к нему, спросила Нерисса.       — Иногда, — улыбнулся Сириус, прижав ее своим телом к дверце шкафа. — Это так заводит!       — Лучше скажи, что тебя не заводит, — фыркнула Нерисса.       — Меня не заводят другие… особы женского пола, — просто ответил Сириус, глядя ей в глаза и при этом расстегивая ее рубашку. — А в тебе меня заводит все! Ты мое совершенство! — прошептал он ей в губы.

***

      — Гарри, постой, — остановил гриффиндорца голос Нарциссы, вышедшей из гостиной.       — Что-то случилось? Нужна какая-то помощь? — спустился на несколько ступеней Гарри.       — Нет, нет, все хорошо, — улыбнулась Нарцисса. — Просто хотела попросить тебя отдать Сириусу письмо, а то я сейчас немного занята, — протягивая юноше конверт, сказала она.       Гарри взял конверт, заметив, что на нем только имя получателя. «Лорду Сириусу Блэку» — было написано на конверте.       — Хорошо, я ему передам, — кивнул Гарри.       — Спасибо! — снова улыбнулась Нарцисса и скрылась в гостиной.       Найти Сириуса иногда было проблематично. И Гарри решил первым делом проверить комнату крестного. А в голове у него вертелась мысль о том, что Поттеры тоже довольно древний род, а значит, его отец вполне мог быть Лордом. Ни Сириус, ни Римус, ни кто-либо еще, никогда об этом не упоминали. Вероятно, это просто было само собой разумеющимся, а потому и не требовало огласки.       Гарри постучал в дверь крестного, продолжая задумчиво рассматривать конверт. За дверью послышался какой-то шум. Гриффиндорец мог бы поклясться, что слышал, как Сириус довольно громко спросил: «Где мои штаны?». Гарри вздохнул, моля Мерлина о том, чтобы он не помешал этим двоим, иначе можно пополнить словарный запас весьма красочными выражениями. Удивительно, но Сириус пока ни разу не повторился, ругаясь со всеми, кто ему мешал. Дверь открылась, и на Гарри устремился вопросительный взгляд его крестного, который был довольно лохматым. «Скорее взъерошенный, как пес, которого загладили дети!» — мысленно поправил себя юноша.       — Эм… Сириус, что у тебя с шеей? — растерянно спросил Гарри, скользнув взглядом по торсу мужчины, который, видимо, решил не утруждать себя поисками рубашки.       — Иногда меня тоже беспокоит этот вопрос, — хмыкнул Сириус. — Ты пришел, чтобы обсудить мою шею? — насмешливо спросил он, прислонившись плечом к дверному косяку.       — Нет, Нарцисса просила передать тебе письмо, — ответил Гарри, протягивая крестному упомянутое письмо.       — Лорду! Из меня Лорд, как из гиппогрифа дракон, — фыркнул Сириус, забирая конверт. — Тебя что-то беспокоит? — бросив внимательный взгляд на крестника, спросил он.       — А мой отец был Лордом? — тут же выпалил Гарри, боясь передумать.       — Да, он принял титул Лорда Поттера, когда ему исполнилось семнадцать, — задумчиво ответил Сириус. — Только, он надеялся, что ему еще долго не придется принимать этот титул. И когда его родителей убили, он заявил, что никогда не станет Лордом. Мне пришлось долго вбивать ему в голову, что выбора у него на самом деле нет.       — То есть, я тоже должен буду принять титул, когда стану совершеннолетним? — нахмурился Гарри.       — Да, именно так. Ты ведь единственный представитель этого рода, — кивнул Сириус. — Если хочешь, можешь почитать об обязанностях Лорда и Главы Рода. Шестой стеллаж, третья полка сверху, пятая и шестая книги.       — Спасибо, я почитаю! — кивнул Гарри. — А почему ты не избавишься от… укусов? — все же решил спросить он.       — А может, мне так больше нравится, — пробормотал Сириус.       — Именно поэтому ты носишь рубашки с воротом? — поднял брови Гарри.       — Если я буду выставлять свою шею на всеобщее обозрение, меня засыпят теми же вопросами, что и ты, — буркнул Сириус. — Что-то еще?       — Нет, ничего! Пойду читать, — усмехнулся Гарри. — Хотя, мне интересно, у тебя только шея покусана, или…       — Знаешь, характер Сохатого всегда просыпается в тебе очень не вовремя, — проворчал Сириус, но Гарри заметил, что мужчина все же чем-то доволен. — Иди читай, пока я добрый и никого не… слюнявлю! — фыркнул крестный, закрывая перед ним дверь.       — Странные люди! — хмыкнул Гарри, поворачиваясь в сторону лестницы.       Сириус быстро пробежался взглядом по нескольким строчкам, потом перечитал еще раз, более внимательно, решив, что он понял что-то не так.       — Кто пишет? — заглядывая ему через плечо, поинтересовалась Нерисса.       — Люциус Малфой! — рассеянно ответил Сириус. — Он хочет встретиться!       — Зачем? — удивилась Нерисса, выхватывая у него письмо.       — Быть мне гиппогрифом, если я знаю, — буркнул Сириус. — Что думаешь об этом?       — Не знаю, — протянула Нерисса. — Это может быть ловушка! Уверена, Волан-де-Морт хочет от тебя избавиться. Ты ведь сжег его змею, чуть не убил его самую верную последовательницу, и он может считать, что ты работаешь на Дамблдора и разыскиваешь его крестражи. Поводов тебя поймать у него не мало.       — Будь это ловушкой, он бы не написал, что место встречи выбираю я, — заметил Сириус. — И что если это что-то действительно важное?       — Что например? — выгнула бровь Нерисса. — Сидя в Азкабане, он все обдумал и пришел к выводу, что семью нужно вернуть, а Волан-де-Морта можно и предать? — насмешливо спросила она.       — Да мантикора знает, что там за мысли появились у Малфоя, — фыркнул Сириус. — Но что-то с этим нужно делать!       — Думаю, можно воспользоваться тем же способом, что и при общении с Нарциссой, — задумалась Нерисса.       — Через Кикимера? — уточнил Сириус. — Думаю, в этом есть смысл!       — Почему мы опять собираемся влипнуть в какую-то историю, а не рассказать обо всем Грюму или Дамблдору? — тяжело вздохнула Нерисса.       — Потому что такие, как мы, никогда не поступают правильно, — усмехнулся Сириус, целуя свою жену в висок. — Это судьба или злой рок, но у нас просто одинаковый талант к поиску неприятностей на одно место.       — Это не талант! Это болезнь, которая явно передается по наследству, — буркнула Нерисса.       — Тогда, я боюсь представить, каково будет Стелле! — расхохотался Сириус.

***

      Сириус расхаживал по гостиной, мрачно глядя себе под ноги. Нерисса сидела на диване, закинув ногу на ногу, нервно покачивая носком одной ноги. Оба супруга были напряжены. Каждый сжимал в руке палочку, вслушиваясь в тишину комнаты. И когда в комнате раздался хлопок, оба тут же повернулись в сторону источника звука.       Около двери, ведущей из гостиной в коридор, стоял высокий мужчина. Его длинные светлые волосы были собраны в хвост. Он был бледен, в темно-зеленой мантии. Его лицо не выражало никаких эмоций, серые глаза равнодушно осмотрели комнату. Но Сириус сразу заметил, что равнодушие их гостя наигранно. Всего лишь маска, которую тот удерживает с большим трудом на своем лице.       — Лорд Блэк! — поприветствовал мужчина хозяина дома.       — Лорд Малфой! — насмешливо кивнул Сириус. — Кикимер, принеси нам выпить, — сказал он домовику, который поклонился и исчез. — Прошу, Люциус! — указал рукой на кресло напротив дивана Сириус.       — А вы, должно быть, Леди Нерисса Блэк? — взглянув на девушку, спросил Люциус. — Рад с вами познакомиться! — протянув ей руку, произнес он.       — Рада бы ответить, что это взаимно, мистер Малфой, — поднявшись, начала Нерисса. — Да только врать я, к сожалению, не умею! — протягивая свою руку, закончила она.       Малфой был несколько удивлен такой откровенностью, но умело это скрыл, легко поцеловав руку девушки. Он успел заметить, как сощурился Сириус, и ухмыльнулся уголком рта, усаживаясь в предложенное кресло. Нерисса тоже села обратно на диван, из-под полуопущенных век рассматривая Малфоя. Что-то похожее она испытывала, когда Амбридж пыталась наказать Гарри за интервью, напечатанное в «Придире». Словно она сейчас на охоте и подкрадывается к добыче.       Сириус продолжал стоять, ожидая появления домовика. Его несколько настораживал взгляд Малфоя. Точно такой же взгляд у загнанной в угол крысы, которая знает, что жить ей осталось недолго, но еще пытается выкрутиться. Вероятно, предположение Нериссы совершенно точное, впрочем, как это всегда и бывает.       Когда Кикимер поставил на стол поднос с тремя кружками чая и вазой с печеньем, Сириус наконец опустился на диван рядом со своей женой.       — Чай? — удивленно поднял брови Малфой, взяв одну из кружек.       — Могу предложить тыквенный сок, — хмыкнул Сириус. — В этом доме никто не пьет. Ну, в открытую, — тихо прибавил он.       — Что-то не заметно, чтобы они пытались это скрыть, — фыркнула Нерисса. — Так, чем мы вам обязаны, мистер Малфой? — бросив взгляд на мужчину, спросила она.       — Я бы хотел поговорить со своей женой… — начал Люциус.       — Она уже второй год не твоя жена, — нахмурился Сириус. — И что-то я не заметил, чтобы она горела желанием объясниться с тобой.       — Я имею право поговорить с ней, — холодно заметил Люциус.       — Нарцисса попросила меня о защите. До тех пор, пока Нарцисса Блэк не скажет, что более ни она, ни ее сын не нуждаются в защите, любые встречи и разговоры с ней и Драко ведутся через меня. И только я решаю, имеешь ли ты право разговаривать с ней без ее согласия, — так же холодно произнес Сириус.       — Но ты ведь ее не спрашивал, хочет ли она поговорить со мной, или нет, — поднял брови Люциус.       — Назови мне хоть одну причину, по которой я должен сообщить ей о том, что ты соизволил вспомнить о ее существовании, — откинувшись на спинку дивана, сказал Сириус. — Хоть одну достойную причину, Малфой!       — Если бы она ушла от тебя, ты бы разве не попытался бы ее вернуть? — кивнув на Нериссу, как-то устало спросил Люциус.       — Я бы ее не отпустил! — просто ответил Сириус. — Сделал бы все, чтобы удержать! А что сделал ты?       Минуты три в гостиной царила звенящая тишина. Люциус смотрел поверх плеча Блэка, понимая, что не может дать достойный ответ на этот вопрос. Сириус сверлил Малфоя насмешливым взглядом, зная, что ударил по больному. Большинство в Ордене уверенны, что он не умеет вести подобные игры, определять прорехи в броне человека. Нет, он все это умеет и постоянно этим пользуется, просто делает это с юмором, чтобы было не так обидно. Но не сейчас!       — Знаете, мистер Малфой, у маглов есть такое выражение: что имеем — не храним, потерявши — плачем, — произнесла Нерисса. — Думаю, сейчас вам подойдет такой ответ.       — Что вы имеете в виду, миссис Блэк? — напрягся Люциус.       — То, что вы не знали, насколько были счастливы, когда у вас была жена и ребенок. Вы считали это чем-то вроде само собой разумеющимся, а потому не ценили, — вздохнув, начала объяснять Нерисса. — А когда вы лишились всего этого, то поняли, насколько хороша была ваша жизнь до этого.       — Не спорь с ней, Люциус, — заметив, что мужчина открыл рот, сказал Сириус. — Она все равно останется права!       — Раз вы знаете, что меня сподвигло на встречу с вами. Может, вы знаете, что мне нужно сделать, чтобы вернуть свою семью, миссис Блэк? — глядя девушке в глаза, спросил Люциус.       — Конечно, знаю, — ухмыльнулась Нерисса. — Только у вас, извиняюсь за выражение, кишка тонка, — со смешком прибавила она.       — Я не гриффиндорец, меня обвинениями в трусость не возьмешь, — снисходительно улыбнулся Люциус.       — Я не обвиняла вас в трусости, лишь в неспособности признать свои ошибки и сделать верный выбор, — так же снисходительно улыбнулась Нерисса. — А Нарцисса, как и любая женщина, довольно отходчива. Только нужно правильно извиниться.       — Что же мне перед ней на коленях ползать? — скептически хмыкнул Люциус.       — Ну, вам отчего-то не противно вылизывать пол, по которому ходил ваш Темный Лорд. Так что вам явно не привыкать унижаться, — пожала плечами Нерисса.       — Не думаю, что извинение перед женщиной, которую ты любишь, можно считать унижением, — взглянув на жену, пробормотал Сириус. — А вот коленопреклонение перед каким-то полукровкой вполне.       — Полукровкой? — переспросил Люциус. — Ты хочешь сказать, что…       — Что все вы, чистокровные Лорды, вылизываете мантию мага, у которого отец магл. А его родственники со стороны матери одни из разорившихся аристократов, которые были признанны невменяемыми, даром, что в них течет кровь Слизерина, — закончил за него Сириус. — Так, ты еще будешь называть меня глупцом? Мне-то хватило гордости и сил не присмыкаться перед безродным полукровкой. А вот вам, как я погляжу, не очень.       Казалось, слова Сириуса повергли Малфоя в глубокий шок. Никто из Блэков не нарушал вновь воцарившейся тишины, давая мужчине время на переработку информации.       — Так, что же мне нужно сделать, миссис Блэк? — спустя десять минут молчания, спросил Люциус.       — Все женщины любят героев, особенно если они умеют сильно рисковать, — улыбнулась Нерисса. — Хотите стать героем для Нарциссы?