Провидица

Александра сидела на полу в платье с длинными рукавами зелёно-синего цвета. Она вышивала тот самый фиолетовый платок своего супруга. Девушка хотела вышить свои инициалы на нём. Рядом сидел Субару с книжкой в руках. Он вслух читал детскую книжечку. - Милый сыночек, ты так хорошо читаешь. Неужели за то время, что меня не было, ты так хорошо научился складывать слова в предложения? – девушка посадила мальчика себе на колени. - Со мнёй стярьший братик много занимался, – прокартавил вампирчик. - Твой старший братик? – переспросила ясновидящая. - Редхзи, – ответил мальчик. Девушка даже не сразу поняла, что именно за имя он имеет в виду. - Во~от как. Я рада, что твой старший братик, Рейджи, о тебе заботится. Другие ведь тоже с тобой играли, правда? – девушка была счастлива от того, что дети дружны между собой, что они помогают друг другу. - Дя! – весело ответил вампирчик, – Ряйто научил меня считать до десяти. Хочешь, я покажу тебе? Тогда ты меня похвалишь? - Конечно, – девушка громко рассмеялась. В это время в особняке Сакамаки: В одну из спален вошёл Аято. Это комната принадлежала второму по старшинству ребёнку семьи. Вместе с красноволосым мальчиком вошли и остальные братья. - Рейджи, чем ты занимаешься? – спросил старший из тройняшек, глядя на своего старшего брата, лежащего на кровати и листающего какую-то длинную развёрнуую книгу с картинками. - Мама недавно подарила мне книгу гравюр французских мастеров. Я всё ни как не мог найти время, чтобы прочитать её, а тут нашёл. Вот листаю, – ответил вампир в очках, с интересом разглядывающий красивые репродукции картин на страницах. Ему явно нравилось, о чём говорили его светящиеся глаза. - Жаль, что мама не согласилась приехать с отцом обратно, – с грустью в голосе и с опущенной головой произнёс Райто. На голове мальчика почему-то была надета шляпка сделанная из соломы. - Видимо, она сильно обиделась на него, – таким же понурым голосом добавил Канато. - Если честно, как по мне, то отец сам виноват. Он первый обидел маму, – высказал своё мнение Рейджи и повернулся к остальным братьям. - Я согласен с Рейджи. Папа поступил плохо, – воскликнул Канато. - Мама слишком добрая и честная. Она не могла изменить отцу. Он не понял её чистых намерений и обвинил её в измене, даже сослал, – начал говорить Шу. - Но он так поступил только потому, что безумно любит маму! – противопоставил Райто, – Он просто не мог смириться с тем, что она будет принадлежать другому. К тому же, когда он осознал свою ошибку, то сразу же поехал за ней, чтобы вернуть. - А я знал, что она не простит отца, – произнёс Рейджи, – Мама слишком благородна, чтобы стерпеть подобное отношение к себе. Я на её стороне. Она поступила правильно. Проступок отца слишком велик. Он не должен был сомневаться в мамочке, а обвинять её в чём-либо, на мой взгляд, вообще сравнимо преступлению, – подобных уверенных слов от мальчика никто не ожидал, однако все были полностью согласны с его словами. Они считали, что сомневаться в столь добром человеке, коей они считали Александру, самый, что не на есть грех. - Мамочка оставила нас? – с навернувшимися слёзками на глазах начал жаловаться Канато, – Я не хочу жить в особняке без неё! – он начал истерить. Рейджи встал со своей кровати и, подойдя к брату, обнял его, – Не говори так, Канато. Наша мама ни в коем случае не оставила нас. Не смей даже думать о подобном. Уверен, она скучает по нам так же сильно, как и мы по ней. - Рейджи прав, мы все скучаем по ней, – добавил Аято и погладил однояйцевого брата по голове, – Пока она не вернётся, мы должны держаться вместе. - Согласен, – уверенно сказал Шу, – Она не должна о нас волноваться. - Жаль, что мы тоже не смогли поехать вместе с Субару к маме, – всё ещё плаксиво произнёс мальчик с фиолетовыми короткими волосами, – Я не хотел расставаться ещё и с братиком. - Он сейчас с мамочкой, поэтому о нём можно не волноваться, а нас не отпустили, потому что нам запретили эти, – сказал Рейджи и все присутствующие тут же опустили головы. Они сразу же поняли о ком именно идёт речь и что под словом “эти” мальчик имел виду Корделию и Беатриче – их родных матерей. Именно они запретили им поехать вместе с Субару в другой особняк к Александре, но не из-за того, что волнуются о том, что с ними может что-то произойти в дороге, а из вредности.

***

Карл приехал обратно в семейный особняк через четыре дня. Нагиса была одной из первых, кто решила встретить его в надежде на то, что вместе с ним приехала и Александра, и она очень сильно расстроилась, когда поняла, что её мечты не оправдались. - Сестра, прошу, не гневайся, но Александра не согласилась вернуться обратно в особняк, – Карл сидел в гостиной напротив Нагисы. Он оправдывался? Ему отчего-то было стыдно сейчас это делать. Сейчас была уже практически ночь. В комнате горел лишь камин. Того приехал только сегодня, однако уже успел настроить против себя своих детей, которые, разобидевшись на него за то, что он не привёз Александру обратно к ним, заперлись в своих комнатах, устроив ему полномасштабный бойкот. - Как ты мог не уговорить её? – Нагиса налетела на своего брата и начала шуточно бить его кулаками по груди, – Чёрствый сухарь! - Она очень зла на меня. Ей нужно время, чтобы её гнев остыл. Я подожду, – смиренно сказал Карл и усадил разозлённую зеленоволосую девушку на кресло рядом с собой. - Возможно ты прав и вам сейчас действительно лучше побыть порознь. У Александры будет время всё обдумать и простить тебя, – Нагиса потихоньку начала успокаиваться, – Хотя ты и не заслуживаешь никакого прощения. - Нагиса, прошу, мне хватает и того, что я увидел в северном особняке, чтобы заставить меня ненавидеть себя, – Карл невольно вспомнил всё то, что успел увидеть, находясь в замке, где сейчас живёт Александра. Мало того, что он никак не мог себя простить за то, что оскорбил чувства своей любимой жены, при этом выгнав из семейного поместья, так ещё и его сильно тяготила мысль о том, что он не защитил её и даже каким-то образом допустил, что над его принцессой чуть было не надругался тот священник. “Как я мог совершить такую оплошность? В ванной, когда она была обнажена, я не мог не заметить два маленьких белых шрама на её метке возле груди. Видимо, она настолько меня презирает, что даже поранила саму себя. Мне больно даже от мысли об этом.” - Со временем всё придёт в норму, – начала утешать своего брата Нагиса, видя страдающее лицо Карла. Он явно раскаивался в когда-то содеянном. У него были столь печальные глаза, что ей даже показалось, что они похожи на глаза самоубийцы, – Александра гордая женщина, но добрая и мудрая. Она не может держать обиду на кого-то слишком долго. Она настолько чистый человек, что может позволить совершать проступки другим. К тому же, она любит тебя. Такая любовь не проходит за один день. Тебе нужно только немного подождать, и она вернётся. Обязательно вернётся, – такое ощущение, что она саму себя успокаивает. - Жаль, что у меня нет такой же уверенности в этом, как у тебя, Нагиса. Александра права. Я моральный урод, предавший её доверие. Как?! Вот скажи мне, как я мог даже допустить мысль о том, что моя девочка, моя красавица обманывает меня, изменяет мне? – чем больше он анализировал произошедшее, тем всё яснее он понимал насколько сильно он её обидел. От отчаянья он закрыл руками своё лицо. - Но насколько я поняла, ты сделал это не нарочно. Ты ведь не хотел её обидеть. - Да, это так, – подтвердил король и посмотрел на девушку, – На меня просто помутнение какое-то упало. Пелена ревности застелила мне глаза. Головой я понимал, что она не способна на предательство, но мне вдруг стало безумно больно даже от мысли о том, что она с кем-то другим - не со мной. Что этот кто-то касался её, целовал и даже смог овладеть ею, – он неприятно сморщился, представив нечто подобное в своих мыслях. К нему даже тошнота подступила. - Однако, ты ведь простил её, не так ли? – с улыбкой на лице сказала Нагиса, – Прежде, чем ты узнал правду об Александре, ты уже знал, как поступишь. - Да. От тебя ничего не скроется, Нагиса, – с усмешкой заметил король, – Когда я узнал о том, что она якобы носит чужого ребёнка, то ко мне пришла ярость, после боль, много боли. Это была настоящая агония. Я думал, что задохнусь от неё. Однако, после, слегка подумав, я захотел… - Не смотря ни на что, оставить ребёнка себе? - Именно. “Пусть я не буду его кровным отцом, но зато в нём будет течь её кровь. Он – часть неё. Именно поэтому я хочу оставить ребёнка, воспитать его среди остальных детей вместе с Александрой. Ведь отец это не тот, кто его сделал, а тот, кто воспитал, не так ли? И плевать, что она выносит чужого ребёнка, я всё равно люблю её” – вот, как я думал, а после приехала ты, и я узнал о том, что она вовсе не изменяла мне, и ребёнка то в принципе никакого и нет. - Я знаю, брат. Я прочитала твои мысли, когда только приехала, – ответила вампирша, что вызвало сильный шок у Того. Он – первородный вампир, причём король. Его сила намного больше, чем у Нагисы. Сама она могла прочесть мысли лишь у тех, кто ниже её по возможностям. Прежде, она не могла даже залезть к нему внутрь, не то, что что-то там прочесть. Увидев его замешательство, она пояснила, – Ты был так вымотан этим событием, что видимо сильно ослаб. Это позволило мне заглянуть к тебе в голову, хоть и не надолго. Наверное это из-за пережитого стресса. Да и кровью ты небось все те две недели не питался. - С теми событиями, что происходили вокруг меня, мне как-то было не до еды, – был ей ответ. - Самое главное это то, что даже будучи уверенным в её измене, ты имел подобные мысли в голове. - Мне от этого не легче. Я был уверен в том, что она изменила мне, а предателем на самом деле оказался я. Александра наверное думает, что я самый закоренелый подлец на всём белом свете. - Глупости ты говоришь, - Нагиса могли лишь хихикнуть, слыша его сравнения и заумные речи. Ей было понятно одно: он расстроен и сильно сожалеет о содеянном, причём настолько, что выдумывает Бог знает что. - Нет, ты не понимаешь. Моя девочка больше всего в отношениях ценит доверие. Я знаю это, ведь я такой же, – блондин с улыбкой вспомнил тот момент, когда Александра впервые призналась ему в любви, – Знаешь, Нагиса, когда она посмотрела мне в глаза, то я хотел в тот момент провалиться сквозь землю. Я не мог ни о чём больше думать, кроме как о её разбитом сердечке. Вампирша подошла к своему брату и, положив свою ладонь ему на плечо, утешительно произнесла, – Уверена, всё наладится. Александра обязательно вернётся к тебе, ведь она так сильно любит тебя. Ей просто нужно немного времени. Она остынет, всё обдумает, а после вы обязательно обо всём поговорите. Я абсолютно уверена в том, что вы помиритесь и ваша любовь с ней станет только ещё крепче. Ты совершил ошибку. Ты же её и исправишь, – их глаза встретились, – Слушай своё сердце, брат, и не верь больше клевете. POV Александра: С тех пор, как Карл уехал, не так много времени прошло, всего-то три дня, но, тем не менее, мне уже не по себе. Я безумно скучаю по нему. Постоянно спрашиваю себя: Как он там? Чем занимается? Скучает ли он по мне? Я старалась убедить саму себя в том, что я всё делаю правильно, и что он заслужил подобного отношения к себе с её стороны. Однако, не смотря на все убеждения, я продолжаю постоянно думать о нём. Наша с ним любовь для меня, будто наваждение. Я не могу избавиться от неё. Мне хорошо от одной лишь мысли, что он думает обо мне, что он меня любит. Поначалу я сильно злилась на него, кричала, что никогда не прощу, а, увидев его только раз, сердце затрепетало, всё стало вдруг таким неважным и пустым. Лишь он один и его любовь ко мне была нужна мне. Выгнав меня из своего особняка, мне показалось, что он одновременно выгнал меня и из своего сердца тоже. Этого я не смогла вынести. В тот момент мне показалось, что мир рухнул. Мне наплевать на его богатства, на свой титул и всё остальное. Для меня главное, чтобы он был рядом со мной. Большего я не требую. Лишь подумав о том, что его мысли перестали быть обо мне, что Карл меня разлюбил - мне хотелось удавиться. Я так на него разозлилась из-за его недоверия ко мне, что на пике своей ярости и отчаянья я даже испортила мой знак у себя на груди. Я сделала это от обиды. Он слишком сильно обидел меня. Возможно вам покажется моё поведение сущим ребячеством или детским упрямством, но я просто не могла простить его. Однако, я всё равно продолжала о нём вспоминать и по сей день. По ночам я смотрю на луну. Она напоминает мне о той самой легенде, которую я ему рассказала когда-то. Луна – это наш с ним знак. Он напоминает нам друг о друге так же, как и наши обручальные кольца с жемчужинами. Я знаю, что всё это всего лишь глупый романтический бред, но лично для меня луна отображает сам символ нашей с ним любви и брака. Хех, какой символизм! В такие моменты я прикладываю к своей груди тот самый фиолетовый платок, принадлежащий Карлу, и продолжаю думать о нём, о нас. END POV Александра. У Карла дела тоже шли не очень хорошо. Без Александры ему было неуютно. Он даже ночью практически перестал спать. Однако, и забросить работу он тоже не мог. Король считал, что, если ещё и в этом деле оплошает, тогда ему точно попадёт от Александры, когда та вернётся. Карл прекрасно помнил, что его любимая жена не любит, когда он ведёт себя безответственно. К тому же, работа помогала ему хоть немного отвлечься от постоянных трепещущих мыслях о ней. Того сейчас сидел в своём кабинете, разбирал горы бумаг, что накопились в то время, пока он по кабакам шастал, да с Корделией ночи напролёт непонятно чем занимался. Он что-то кропотливо чиркал карандашом, при этом заглядывая, то в один документ, при этом что-то сверяя, после в другой. Кажется, он что-то считал при помощи деревянных счёт. Он выглядел весьма занятым. “Тук-тук-тук-тук-тук-тук.” - в дверь так отчаянно долго и сильно стучали, будто барабанную дробь кто-то отбивал. Это сильно злило Карла. Ну, если не отвечают, значит не хотят видеть, зачем же так настойчиво долбить в дверь? - Войдите! – он всё-таки сдался, хоть его голос и казался весьма злым. В кабинет вошёл один из стражников. Он выглядел очень запыхавшимся, словно бежал несколько километров не останавливаясь, – Чего тебе?! Ты разве не видишь, что я занят? – Карл был явно не доволен тем, что его беспокоят. - Простите, Ваше Величество, но это очень срочно. Я получил распоряжение от Мамидзи-сана доставить для вас весьма важное письмо. Он просил передать его вам прямо в руки, – доложил молодой парнишка, одновременно стараясь отдышаться. - Неужели, это письмо от моей жены? – Того даже духом воспрял, услышав слова служивого. Вся его злость сошла на нет. Он потянулся рукой за долгожданным посланием в надежде на то, что внутри будут выведены чернилами слова написанные столь знакомым красивым почерком его возлюбленной. - Нет. К королеве это письмо не имеет никакого отношения, – вежливо произнёс стражник, при этом наглядно видя, как быстро изменилось лицо его короля с радостного на глубоко печальное или даже можно сказать обречённое. - И, это по-твоему важно? – грубым голосом спросил блондин, - Ладно, давай сюда, - потеряв абсолютно какой-либо интерес к этому письму, вяло развернув свёрток, Карл начал читать то, что прислал ему Мамидзи. Поначалу ему показалось, что там не будет написано ничего интересного, однако его мнение с каждой прочтённой фразой быстро начало меняться. Письмо было длинным, но лишь несколько предложений вперились в его голову, будто бомба с часовым механизмом: “Смею вам доложить, что вы заразились оспой не случайно.” “Всё было заранее подстроено.” “Боюсь, что предатель находится в вашем доме.” “Этот заговор, направленный на ваше свержение, был организован…” “…Беатриче.” “У меня есть доказательства, которые нельзя опровергнуть.” “…трое свидетелей, чьи показания я прикрепил к этому письму…” “Докладываю вам, дабы вы смогли свершить правосудие.” Карл читал письмо и не мог поверить в написанное. Он был так ошарашен этим, что даже за сердце схватился. - Ваше Величество? Вам что, плохо? – стражник так испугался, что начал быстро метаться по комнате, – Может быть воды? Нет-нет, лучше врача позвать! - Ничего не нужно! – Карл резким голосом прервал истерику своего сородича, – Оставь меня одного, – парень тут же вышел, а сам Того, медленно поднявшись из-за стола, хотел подойти к рядом стоящей тумбе, но в итоге не смог сделать и шагу. Он буквально замер посреди кабинета. Его хватил удар. Сердце болезненно сжалось. Он вновь рухнул обратно на кресло, потому как не смог больше держаться на ногах. - Это моё наказание…, - прошептал сквозь болезненно сжатые зубы вампир, - …за то, что отвернулся от неё. <<Своё расставание каждый из них переживал по-разному. Александра проводила ночи в постоянной тоске и воспоминаниях о муже, а сам Карл считал, что все беды, что свалились на него в последнее время – это его наказание за то, что он сомневался в искренних чувствах любимой женщины. Единственное, что давало ему утешение, так это мысль о том, что, пережив любую боль сейчас, то после он найдёт искупление, и его возлюбленная простит его. Однако, это не значит, что Карл совершенно забыл о предательстве двух своих первых жён. Ему не было больно от этого. Карл даже не был особо удивлён, скорее он наоборот ждал очередного подвоха с их стороны. Прям не женщины, а змеи какие-то.>>