One day

      Спорим, вы никогда не думали, что день вашего рождения становится днем чей-то смерти. И это внешнее обстоятельство не зависит ни от вас, ни от дня недели, ни от времени года.       И сегодня день рождения был у Гены. Но все эти подарки — совсем не то, что ему хотелось получить в действительности; все эти поздравления — совсем не то, что ему хотелось услышать по настоящему. Сегодня он никакой не Rickey F, а просто Гена, парень двадцати с небольшим лет отроду. Гена, которому нужен был его Чебурашка. Такой бородатый и родной Чебурашка. Да только его не принесут в большой красной коробке с огромным бантом; он, скорее, сам придет и поздравит, неловко, неумело, вроде: «Ну бля, братан, с днем рождения». Они выпьют — кто — чай, кто — виски — может, посмотрят хороший фильм или сходят вечером в клуб, или нагонят народ, друзей и знакомых, прямо Гене на квартиру. Альфа, может, даже останется ночевать, заняв диван. Да вот только на этом все кончится. А Гена-то хотел большего.       Так оно, в общем-то, и получилось. Часов в десять утра в дверь позвонили, и Гена, стоя в одних трусах, футболке и тапочках с полуоткрытыми глазами, увидел на пороге Никиту: -Так и будем стоять, или все-таки впустишь меня, именинник?       Гена, чуть улыбнувшись, отошел в сторону, и Альфа прошел, вновь повернулся к виновнику торжества, теребя в руках небольшой пакет: -Короче, я не знал что тебе подарить, у тебя же и так есть я, - Никита широко улыбнулся, отводя глаза.( Как же ты прав) — И ничего лучше не придумал, как подарить тебе твой любимый одеколон.       Гене вручили пакет, он заглянул внутрь. Да, любимый (но не такой любимый, как ты). Эта мысль резанула по сердцу, но он выдавил из себя сонную улыбку: -Спасибо. Чай будешь? -Только если не заставишь им облиться, - все с той же улыбкой ответил Никита, почесывая бороду. Он всегда так делал, когда чувствовал облегчение. И Гена это знал. Казалось, подобные вещи он знал даже лучше самого Никиты.       Чай немного привел парня в чувства, и он наконец-таки отошел ото сна. -Ну что, какие планы?- спросил Алфавит, стоя за кухонной стойкой, пока Гена заботливо возился с бутербродами. К слову, это одно из немногих блюд, которые у него получались хорошо. Тут Никита, безусловно, был успешней своего друга (как и во многом). Но Гена старался: у него даже вышло аккуратно нарезать колбасу, сыр и хлеб, наложить их друг на друга — даже в правильном порядке — и засунуть в микроволновку. -Да, собственно, никаких. Отмечать все равно думаю в выходные. - Тогда, может, в бар наведаемся? - перед Никитой ставят еще пышущие жаром бутерброды, и он берет один. Рядом садится Гена со своей кружкой, откуда торчит чайный пакетик. Он никогда не вынимает его. Никита знал это. Казалось, подобные вещи он знал даже лучше самого Гены.       Немного отпив из кружки, именинник ответил: -Да давай, почему нет.       Трапеза кончилась, и парень, нехотя встав со стула, зашагал в ванную, потом — в спальню, чтоб собраться, оставив Никиту на кухне после фразы: «Ща все будет». А парень почему-то на пару секунд засмотрелся на покачивающие бедра своего друга, но мигом отогнал подобные мысли в сторону — это ведь не имело никакого смысла — и достал телефон, чтобы проверить соцсети.       Как он и предполагал, первая же запись на стене Гены пестрила комментариями «С Днем Рождения» и всякими пожеланиями. Он почему-то улыбнулся и открыл твиттер, читая свою ленту и ожидая друга, который тем временем нашел одну из немногих «чудом уцелевших» чистых и немятых футболок и, надев её, вернулся на кухню. -Какой же ты, Генка, самовлюбленный, - ухмыльнулся Никита, смотря на красный прямоугольник, заключающий надпись Rickey F. - А кто тут первый начал? - парировал Фарафонов, хотя улыбки сдержать не смог. - Один, один, - заключил Альфа и, убрав телефон и встав со стула, направился к Гене, стоявшему в дверях: -Пошли?- подойдя, спросил он. -Пошли, - с доброй улыбкой ответил именинник.