I'll be there for you

— Сынок, вставай, — ласково говорила мама, толкая меня в плечо. — Джуни-и-и. Вставать не хотелось. Ее голос только усыплял меня. — Оппа, — заорала на всю комнату Иён так, что я аж подскочил. Я вылупился на нее, а она мило улыбнулась и сказала: — Вставай. Я нехотя перебирал ногами в сторону ванны. Умывшись холодной водой, я почувствовал прилив бодрости, а вспомнив вчерашний день, и вовсе заулыбался, как отсталый идиот. На кухне меня уже ждал завтрак. Он был вкусным, но все же чего-то не хватало. Наверное, кофе Джина, аромат которого обычно заполнял всю квартиру. До школы я добирался с хорошим настроением и качающей музыкой. В наушниках звучат строки о том, что хочется танцевать, как на дне рожденье, и, черт возьми, действительно хочется. Дверь автобуса открывается и вижу на остановке ворчащего Юнги с тремя пакетами и портфелем в руках. — Тебе помочь? — спрашиваю я, подходя ближе. — Нет, я сам. — Не тяжело? — Я за свою жизнь столько пакетов перетаскал, что тебя ими можно насмерть закидать, щенок. — Ты чего такой злой с утра пораньше? — удивился я. — Потому что я все выходные сидел дома. Дома, блять, Намджун. Сечешь вообще? — объяснял парень, яростно размахивая пакетами. — Полегче, а то ты меня убьешь ими, — я уклонялся от пакетов как мог. — Кстати, а что в них? — Скоро будет выставка. И вот мне сказали притащить флажки, краски, кисточки, блять, и все такое. Как будто бы мне делать больше нехуй, да? А все из-за того, что тупая курица Чен не пришла. Типа простыла. Ага, блять, простыла. Видел я ее вчера. Шла, курва, со столбами лицом целовалась. Накидалась в кашу, в то время как я этим дерьмом занимался — флажки, сука, вырезал. Мин зло ворчал до самого звонка. Начался урок физики, который вымотал всех, поэтому к перемене Юнги попустило и он сказал, что ему нужен отдых, а это значит выпить и потанцевать. — И что ты предлагаешь? — я покосился на Мина, который сидел в тени на крыше. — Караоке. Только свои. — Ты, я, Хоуп и Тэ? — Ну, да. Можно еще ваших пассий позвать. — А ты кого звать будешь? — Никого. В пизду этих баб. — Ну, как знаешь, — кивнул я. На следующей перемене к нам подошла Черин и сказала, что ей поручили помочь с выставкой. Только вот кому помочь не сказали. И, когда ей сказали с кем ей придется проводить все вечера в школе, на ее лице было что-то неописуемое: страх, смущение, злость, и еще черт знает что. Юнги же было плевать. Видимо ему реально было херово из-за того, что ему пришлось отказаться от привычного стиля жизни себе во благо. — Слышь, Хосок, — я сел рядом с парнем, который что-то читал. — Что? — не отрываясь от книги, спросил он. — Можешь свою сестру сегодня с нами позвать? — Зачем? — Ну, чтобы Мин не был одиноким волком. Хоуп на меня покосился и, цокнув, дал согласие. После уроков мы еще раз все обговорили и отправились по домам. По дороге к остановке я зашел в кафе, где работает Джин. Открыв дверь, я заприметил его у стойки. Сев за стойку, я окликнул парня. — Привет, — улыбнулся Джин. — Занятия уже закончились? — Ага, — я приподнял уголки губ. — Есть будешь? — Не, не хочется. А вот кофе я бы выпил. — Сейчас сделаю, — Джин как бы невзначай провел своими пальцами по моей руке и отвернулся от меня, чтобы сварить кофе. Когда кофе был готов, Джин поставил его передо мной: — Держи, — он легко улыбнулся и, поставив локти на стойку, подпер руками свою голову. Я пил, а он смотрел: — Чего так смотришь? — засмеялся я. — Соскучился, — ответил парень, вытирая салфеткой мой рот. — Ты меня смущаешь, — я отвел от него взгляд, а Джин засмеялся. — Слушай… — М? — Джин вопросительно вскинул брови. — Я сегодня с парнями иду в караоке. Пойдешь с нами? — С удовольствием, — кивнул парень. — Тогда я вечером зайду за тобой. Ты же в семь заканчиваешь? — Угу, — снова кивнул Джин. — Намджуни? — Да? — Останешься сегодня у меня? — Хорошо, — я осушил чашку и, поставив ее на блюдце, оплатил счет. — Тогда до вечера? — До вечера, — я послал ему воздушный поцелуй и, улыбаясь, вышел из кафе. Дома я предупредил маму, что дома я оставаться на ночь не буду, а после чего пошел к себе в комнату делать домашнюю работу. За тетрадками и учебниками я просидел до шести вечера, пока не позвонил Юнги: — Встречаемся в восемь на месте. Ладно? — Окей. Все придут? — Не все. Девушка Хосока не придет. У нее вечерние курсы. — Ясно. Тогда до встречи. — Ага, давай. Сложив все нужные вещи в портфель и форму в пакет, я направился к шкафу. Надев на себя черные джинсы и клетчатую зеленую рубашку вместе с джинсовой курткой, и схватив пакет с портфель, я потопал в коридор. Быстро приведя волосы в порядок и крикнув всем пару слов на прощание, я обул пару черных кед и вышел из квартиры. На улице было душно, зато в автобусе прохладно. Прохладный ветер, исходящий из окон, заполнял салон автобуса. В наушниках «The Weeknd», а на лице спокойствие и в мыслях «как бы не уснуть». Вскоре я оказываюсь у дверей, которые ведут в квартиру Джина. Стук в дверь и через пару секунд он мне открывает, пропуская внутрь. В квартире все так же витает знакомый аромат, но правда сегодня преобладает цветочный, что исходит из гостиной. Сегодня в его доме пахнет сиренью и свежемолотым кофе. Джин попросил еще пару минут и посеменил в ванную, забрав у меня портфель и форму, которые он положил на диван в гостиной. Буквально через пять минут он вышел. На нем были черные джинсы и свободная нежно-розовая футболка. Он обул ботинки и схватил с вешалки серую кофту. Мы вышли на улицу и Джин сразу же поежился: — Как-то холодно. — Да не так уж и холодно, — парировал я. — Не-а, холодно, — мотал головой парень. Я напялил на него свою джинсовку, несмотря на препирания Джина, и повел его за руку в сторону остановки. Сев на нужный автобус, мы разглядывали вечерний город, освещаемый неизменным тусклым светом старых фонарей. — Почему мы поехали не на метро? — Не знаю, — я пожал плечами. — На автобусе как-то привычнее. — Не любишь метро? — Не то чтобы. Просто в автобусах интереснее. — Почему? — удивился парень. — Ну, взять хотя бы вид из окна. В автобусе из окон ты можешь наблюдать красоты города, а в метро только каменные стены тоннелей. За разговорами мы и не заметили, как прибыли на место. У входа никого не было, поэтому я набрал Юнги. Мин сказал, чтобы я шел в пятую комнату. Зайдя в помещение, мы поздоровались с хозяйкой и пошли в комнату к друзьям. Ви и Гук были уже подшофе и пели что-то из репертуара Big Bang. Вроде как «If you». — Когда они накидаться успели? — спросил я, падая рядом с Черин и таща за собой Джина, который сел рядом со мной. — Хосок им подливал все время, а они и не замечали, — ответила Черин, которая тоже была слегка захмелевшая. — Ты тоже пила? Тебя же предки убьют! — Во первых, да, я пила. А все потому что мне придется помогать вот этому вот, — она указала пальцем на Юнги, который даже бровью не повел. — А, во вторых, не поругают меня, ибо предки уехали к бабушке на пару дней. После того как Ви с Гуком допели, я познакомил всех с Джином. Весь вечер мы пели, пили и веселились. У Юнги наконец то поднялось настроение и он даже согласился спеть. Наши уши чуть ли не заложило, когда он брал высоки ноты, закрывая при этом свои уши. Но заложенные уши это не так страшно, главное, что Юнги рад. К концу вечера, Черин уснула на плече Юнги. Хосок же был ужрат. Причем конкретно: — Слышь, Юнги? — еле поворачивая язык, говорил Хосок. — Что? — Юнги на него недовольно косился. — Же тем, — манерно произнес парень. — И че это, блять, значит? — удивленно спросил Мин. — Это значит — пошел ты в пизду, Мин Юнги, — засмеялся Хоуп. — Долбоеб, — ответил Мин, недовольно причмокивая. Тэ и Гук мило держались за ручки и над чем-то хихикали, шепча что-то друг другу на ухо, а я лежал на коленях раскрасневшегося Джина, который медленно перебирал своими пальцами мои волосы. Джин был довольно-таки пьян и я уже понимал, что мне, возможно, придется его нести. Когда мы вышли из караоке, Юнги вызвал такси и сказал, что позаботится о Хоупе и Черин. Гук и Ви сказали, что пойдут пешком, потому что им нужно что-то важное обсудить. Я все еще не был уверен, что происходит между этими двумя, но увидев, как они на друг друга смотрят, я понял, что незачем переживать. Мы же с Джином, так же как и Мин, вызвали такси, потому что идти пешком было напряжно. Джин был пьян и я был пьян. Правда, я был не так пьян, как Джин. Нас разделяла целая рюмка. Когда машина подъехала к дому Джина, мы со смехом вывалились из нее. Я на долю секунды забыл, что остаюсь ночевать у Джина и сказал: — Мне пора, — и действительно собирался идти. — Знаешь что?! Если ты сейчас уедешь, то я схвачу тебя за задницу и никогда больше не отпущу! — крикнул Джин. — И вообще, ты же у меня ночуешь, дурак, — заливисто засмеялся Джин. Под хохот мы добрались до квартиры Джина. Джин пошел на кухню, потому что хотел есть, а я поплелся в душ. Когда я вышел, мы поменялись местами: Джин пошел в душ, а я — на кухню. После чашки кофе, который не допил Джин, я знатно протрезвел. Да и Джин после душа выглядел очень бодрым. В спальне Джин упал на кровать в позу звездочки и сказал, что не сдвинется с места. Поэтому мне пришлось сесть на него сверху и начать щекотать. Парень смеялся, впрочем, как и я, извиваясь подо мной. Все это закончилось тем, что Джин оказался сидящим на моих бедрах и целующим меня в шею. Он вылизывал мою шею, ключицы и голую грудь, потому что я не надел футболку. Его пальцы блуждали по моему телу, а мои крепко цеплялись за его волосы. Я тихо стонал, пока Джин пошло причмокивал, спускаясь поцелуями все ниже и ниже. Мой разум был затуманен и совершенно пуст. Мне было так хорошо, что я даже не заметил, как мой член оказался у него во рту. «Кажется, я все еще чертовски пьян» Опьяненный алкоголем и, неизвестно откуда взявшимся, сильным желанием, я лежал на кровати, цепляясь пальцами за простыни оранжевого цвета. Я приподнял голову и увидел, как он раскатывает кондом по моему стволу. — Джин, ты точно этого хочешь? — спросил я, сглатывая скопившуюся слюну. — Да, — его губы оказались возле моего уха. — Сделай это. Он говорил это так пошло, что от одного этого голоса уже можно было кончить. Я подмял его под себя и увидел стоящий на тумбочке лубрикант. Вылив немного себе на пальцы, я прошелся ими по его промежности, легонько надавливая на сжатое колечко мышц. Я обводил его кончиком пальца по контору, а затем вставил один палец внутрь. Джин стонал, а я все добавлял пальцы. Когда он сам стал насаживать на них, я вытащил пальцы и приставил к его анусу свой член. Я неторопливо входил в него, давая привыкнуть. Войдя в него полностью, я начал медленно двигаться, но Джин просил меня своим томным голосом: — Быстрее, Намджуни. Пожалуйста, быстрее. Его ноги сцеплены у меня за спиной, а мои руки у него под коленями. Я вдалбливал его в матрас, пока Джин стонал и просил: — Еще, Намджуни-и-и, еще! Быстрее! — он стонал во весь голос и у меня от этого рвало башню. Я трахал его и сжимал его под коленками так сильно, что звуки шлепков иногда заглушали наши стоны и выкрики «да, да, да». Его ногти впивались в мои плечи, оставляя красные следы и кровоподтеки, а его приоткрытые глаза то и дело, что закатывались. Мы стонали в унисон, пока я надрачивал ему своей рукой, смазанной лубрикантом. Он трахал мою руку, пока я трал его. Вскоре мы оба кончили, с протяжным стоном. Я упал рядом с ним и, стянув резинку, вытер руку о простынь. Джин, тяжело дыша, устроился у меня на груди: — Я люблю тебя, Джуни, — прошептал парень, целуя меня в ключицу. — И я тебя, Джин, — я обнимаю его и мы засыпаем.

***

Через неделю, после того как мои родители уехали и мы перевезли все вещи Джина в мою квартиру, мы начали совместное проживание. Наши домашние будни мне очень нравились. Они, конечно, иногда казались очень однообразными, но они были такими клевыми, что однообразие уходило на самый последний план. По будням я ходил в школу, а Джин ходил на работу или же сидел на парах. По вечерам мы сидели за домашкой — я писал в тетрадках, а Джин зачастую что-то чертил или рисовал. А вот после пар, когда Джин приходил домой, он обычно что-то готовил, а я пытался не мешаться под ногами, иногда только появляясь на кухне, чтобы украсть вкусняшку. А все потому, что если я был на кухне, то это могло иметь два пути развития событий с одним исходом: первый — я что-то разобью или испорчу, и в итоге мы останемся без еды, второй — я невзначай буду целовать парня и касаться его, и в итоге мы окажемся в постели и без ужина. Через неделю нашего проживания в нашей квартире стало по другому пахнуть. Джин теперь покупал порошок с запахом лаванды и все так же продолжал варить изумительный кофе. Смесь этих ароматов витала в квартире вперемешку со свежим осенним воздухом и запахом гниющих листьев, который нравился нам обоим. По выходным мы обычно гуляли с друзьями и смотрели фильмы, ходили на выставки и в парки, и еще в многие другие места. А также часто звонили родителям по скайпу. Так что, в общем и целом, мы были счастливы, не считая нескольких мелких сор и кошмаров Джина во время грозы. Ему иногда снился Чимин, и в такие дни он просыпался с истошным криком, а после чего плакал у меня на плече. Почему-то в те моменты мне было страшно. ТэТэ и Гук перестали друг друга стесняться и их неловкость исчезла. Хотя, это случилось аж в ноябре, но главное, что это случилось и теперь они счастливы. Хосок к концу сентября познакомил нас со своей девушкой. Оказалось, что эта девушка была соседкой Джина в то время, когда он жил с тетей в старом доме. Тогда я понял, что выражение «мир тесен» действительно правдивое. Его девушка, Су Мин, учится в школе для девочек и хочет поступить на врача. Она с ним познакомилась в книжном, когда Хосок покупал мангу для своей сестры. Так как Су любит читать то же, что и Черин, они разговорились и договорились встретится еще раз. Как-то так и завязались их отношения. А что касается Юнги… Ну, Юнги все же действительно нравится Черин, но он до последнего это отрицал. Из-за этого Черин так же отказывалась об этом говорить. Но однажды, когда мы гуляли, мы, как обычно, начали их по дружески подкалывать. Юнги сказал, что не за что бы не стал встречаться с такой засранкой, как Черин, а Черин сказала, что Юнги — дубоголовый придурок, и убежала со слезами на глазах. — Чего стоишь, долбаеб? — спросил Тэ. — Иди за ней! И Юнги пошел. После того дня они начали встречаться. По началу им было очень неловко и непривычно, прям как Тэ и Гуку, но потом, ближе к зиме, все наладилось. Как-то так и заканчивается эта история. История, где каждый приобрел что-то новое и потерял что-то старое, но все это оказалось только к лучшему. История о любви, которую можно встретить в совершенно неожиданном месте. История о том, как запросто можно влюбиться в аромат цитрусовых и кофе по утрам. История со счастливым концом.