Грейнджер - идеальный вариант!

— Здравствуйте… ик… какие люди, — На пороге её дома стоял человек с взлохмаченной рыжей шевелюрой, а из его рта доносился запах, характерный для огневиски. — Отвечай на вопрос! Грязный предатель! — Гермиона была взбешена одним его присутствием и уже готова была отлевитировать его подальше. — Тихо-тихо… ик… не грязнее, чем твоя кровь!  — Да как ты смеешь?! Петрификус… — Нет! Не надо! — Рон запаниковал. — Прости меня. Я… ик… извиниться хотел, что вышло так. Я выбрал… ик… Вейн, потому что она чистокровная… ик… этот чёртов покровитель возложил продолжение рода на младшего сына… ик… а мне плевать! Хочу на тебе жижиться… то есть, ой… жениться. — Тут Рон не удержал равновесие и упал к ногам Гермионы. Оттолкнувшись от пола, он посмотрел на девушку сверху вниз и протянул руку. Из неё появился полупрозрачный, светящийся, как тысячи звёзд, величественный… — Хомячок? — Гермиона была в недоумении. — Стоп. У Уизли тоже есть покровитель? — Мда… Он у всех систокровных магов есть… ха… систокровных, — Рон неуклюже хрюкнул носом в противном смешке. — И у Вас — хомяк? — Да-с. Зверёк сидел на конце всё ещё протянутой руки и смотрел на гриффиндорку свысока, будто он не пушистая крыска, а гордый лев. — Давай руку. Сделаем этот доро… дого… довогор сердечек… хихи. Гермиону уже почти тошнило от запаха, и она попыталась сделать шаг назад, но Уизли резко встал и схватил её за руку. — Эй! Ты что делаешь? — Девушка попыталась вырваться, но Рон был слишком силён для неё. — Не… ик… не дёргайся. Это быстро… ик… наверное. Хомячок побежал по руке хозяина и перешёл на руку Гермионы. Добежать до грудной области, он положил лапку на место, под которым билось сердце и возмущённо на него глянул, а потом и на хозяина. — Что? Что-то не так? — Гриффиндорец будто протрезвел. Зверёк вместо ответа встал на четыре лапы и потопал на месте, а потом двинулся обратно к владельцу, гордо задрав голову. — Что? Почему он не согласился идти к тебе? Во время договора они не принадлежат себе, они полностью во власти хозяина. Я могу выбрать любую, но почему нельзя Гермиону? — Остаток пьяного Рона куда-то улетучился, и взамен пришёл старый-добрый ничего не понимающий. — Потому что она занята, кретин! Пораскинь мозгами, если имеются. «Как? Как он появился так бесшумно?», — думала Гермиона. — Малфой? Как ты сюда проник? Гермиона! Спрячься. Этот хорёк что-то задумал! — Ей незачем прятаться от будущего мужа. Я не причиню ей зла. Правда, милая? — Драко подошёл к ней сзади и приобнял, освобождая её руку из захвата Уизли, который до сих пор зачем-то держался за неё. — Мужа? Да ты рехнулся! Она бы никогда добровольно не согласилась. Ты — никто. Недопожиратель. Мерзкий, ужасный, противный… — Поосторожнее с выражениями в сторону моего жениха! — Гермиона сама не ожидала, что скажет это. Скорее всего, в ней заговорила актриса, которая захотела подыграть Драко, ведь главный зритель уже в зале. — Жениха? Герми, ты же не серьёзно сейчас? — Более чем серьёзно, Уизел! Она — моя! Просто смириться с тем, что потерял, — Малфой совсем не добро ухмыльнулся. Рон багровел от ярости. Его распирало на глазах. — Эх, правильно маглы говорят. Ценить начинаешь только тогда, когда это уже ушло. Ты даже не запомнил, что она не любит это дурацкое прозвище «Герми». Моя бы воля, я бы каждую букву её имени вознёс к небесам. Да, моя сладкая, — Тут Драко притянул её к себе ещё ближе и поцеловал. «Мерлин! Что он творит? Ох, какие мягкие губы… так, Грейнджер! Не вздумай отвечать. О, нет! Поздно. Хотя это же всего лишь игра, а мы с ним — актёры». Гриффиндорка отвечала на поцелуй так, будто его губы — самое восхитительное суфле, что она ела, и попыталась втянуть их в себя как можно глубже, но по настойчивости Драко явно её превосходил. Она уже почти забыла о Роне и этом… хомячке, как вдруг их поцелуй прервался, а Малфой оказался прижатым к полу массивным телом младшего Уизли. — Ты её околдовал! Наложил Империус! Опоил зельем или ещё чего похуже! Она бы в здравом уме никогда не согласилась бы ни то, что на секс, даже на поцелуй с тобой! А тут ты говоришь о женитьбе?! Да Гермиона никогда бы не пошла на такое! — Почти каждое предложение сопровождалось звучным ударом по лицу блондина.   Тут девушка наконец вспомнила, что у неё есть палочка, и она Левикорпусом оттащила Рона от Драко. — Успокойся! Ты! Изменник! Я никогда тебе не прощу ни измены, ни того, что ты с ним сделал! Убирайся! — и она выкинула его за дверь. — Изменник?! А ты на себя посмотри! Не говори, что ты с ним за три дня спелась! — и рыжеволосый мужчина пьяной походкой побрёл вглубь улицы. Гермиона стояла, широко открыв рот, и глядела ему вслед. А ведь правда: она не подумала, как объяснять Рону такое быстрое решение. Единственным более или менее логичным выводом будет то, что она была с Драко во время их отношений и при этом обвиняла Рона. Он этого не поймёт. Не сможет. Тут из-за спины послышался глухой стук. Будто что-то упало. Девушка обернулась. На полу лёжа на животе был Малфой, по точёным скулам стекала кровь, а изо рта вытекала красная жижа, волосы спутались, и глаза потускнели. До девушки медленно сквозь пелену шока начало доходить, что случилось в её доме и что избитый человек терпит боль на полу. Она подбежала к Драко и присела на корточки рядом с ним: — Давай помогу. Нужно перейти на диван. — Грейнджер, то, что произошло, не значит, что со мной нужно сюсюкаться, как с маленьким. Это всего лишь голова. Это пройдёт. Не смертельно. Ненавижу, когда меня жалеют! — выплюнул парень и, превозмогая жуткое головокружение, поднялся на ноги и присел на софу в коридоре. «Удивительно! Даже при возможном сотрясении мозга он находит в себе силы язвить и говорить таким… таким… малфоевским, да, малфоевским тоном», — возмущалась девушка про себя. Парень достал палочку и начал что-то рвано шептать на древнегреческом, судя по хитросплетениям звуков. Направив её конец на висок, он закрыл заклинание словом "фините", после чего виска юноши коснулся слабый голубой свет, и кровь постепенно отходила обратно. — Как? Как ты это сделал? — Тёмная магия. Сложное заклинание. У меня уже почти нет сил. Нужно скорее в Мэнор. Драко встал и рухнул обратно, потому что ноги уже не могли его держать. Гермиона подумывала над тем, чтобы спросить у него насчёт Рона, его слов и… поцелуя Малфоя, но она понимала, что у парня нет сейчас сил на лишние разговоры и ей просто нужно доставить его в Мэнор. — Хорошо, я помогу тебе. Обопрись о мои плечи. — (Парень повиновался). — Лучше? — (Драко слабо кивнул). — Пойдём. Когда они дошли до пункта назначения, девушка осторожно ввела слизеринца в камин и перенесла их в кабинет Малфоя. — Можешь провести до комнаты? — Конечно! — девушка повела его к выходу. Медленным шагом они миновали коридор за коридором, и с каждым движением скорость снижалась. Малфою явно был необходим сон, срочно! Когда они дошли до комнаты, Гермиона положила парня на кровать и укрыла пледом.  — Спокойной ночи, — сказала гриффиндорка и пошла к двери. — Стой, — Слабый приказ всё же заставил повиноваться, и девушка повернулась к кровати лицом. — Ты будешь спать со мной. Вдруг к тебе опять придёт кошмар. Я хоть попытаюсь это предотвратить. Парень смачно зевнул: — Если хочешь, можешь выстроить между нами платину из подушек и перин, но знай: ты меня мало возбуждаешь, а тот поцелуй — часть спектакля. Возражения не принимаются. Твоё свадебное платье будет подчёркивать фигуру, а не шрамы, полученные от моей покровительницы. — Иди ты, Мал… — Гермиона! Прошу. Ляг на кровать. — Нет! И прежде чем он успел сказать что-то ещё, она выбежала за дверь его комнаты.

***

«Ох! Наконец-то дома! Одна!», — думала Гермиона. Усталость медленно подкашивала её ноги, и девушка побрела в спальню. Рухнув на кровать, Гермиона положила палочку на стол и закрыла глаза, но что-то назойливо мешало ей уснуть. Ах, да! Мысли! «Тот поцелуй, он был таким необычным. Как я додумалась ответить? А если бы Малфой не пострадал, то как бы он отреагировал на мой ответ после ухода Рона? Скорее всего, усмехнулся и съязвил. Ничего нового. А зачем он просил остаться у него и… лечь с ним в кровать? Он думает, это убережёт от снов? Да они вообще мне больше снится не должны. Уже ведь есть напоминание, будь оно неладно», — пыталась успокоить себя девушка, смотря в потолок. Мысли в голове становились всё тише и тише от сильной усталости. Гермиона уснула.

***

Быстро. Слишком быстро. Она явно от чего-то бежала. За ней что-то гналось. Кругом лес из сосен, и раскидистые ветки мешали передвигаться со всей скоростью. Тяжёлое дыхание вырывалось из её уст, а ноги ныли так сильно, что ещё пару метров — и девушка упадёт. Впереди каменная стена, возникшая из ниоткуда, и она уж точно её остановит. Остаётся пару метров, но девушка оглядывается и падает, споткнувшись. Из-за близкого расстояния до стены она ударилась головой о близ лежащий камень. Скорее всего она потеряла сознание. Кто-то к ней подбежал. Вдруг показались две руки прямо перед наблюдающим со стороны, они потянулись к её шее и сомкнулись, обвивая её. Девушка открыла глаза и посмотрела на него с ужасом: — Нет, прошу тебя! Ты же знаешь меня. Мучитель повернул голову вправо, перед ним возникло большое зеркало, и там он узнал себя, а руки продолжали душить Грейнджер.

***

Драко открыл глаза. Его дыхание было сбивчивым, а глаза застыли в немом ужасе: — Грейнджер! Парень спрыгнул с постели. За окном уже светало. Со всех ног Малфой побежал к камину в кабинете. Преодолев несколько коридоров, он всё-таки добрался до камина. — Квартира Гермионы Грейнджер, — сказал он и кинул летучий порох. Очутившись в гостиной, парень подумал о том, что Грейнджер молодец, потому что не закрыла камин. Он вбежал по лестнице и помчался к спальне Гермионы. Она лежала на кровати, а её руки лежали на шее сильно сжимаясь. — Нет, прошу тебя! Ты же знаешь меня. — Грейнджер! — Драко подошёл к ней и, сев на кровать, попытался отнять её руки от шеи. — Грейнджер, проснись! Это сон! Сон! Гермиона резко открыла глаза и закричала, увидев парня перед собой. — Тихо-тихо! Не кричи! Это был сон. Ты проснулась! — Правда? — Голос Грейнджер был хриплым, как будто её и вправду душили. — Да. — Тогда какого чёрта меня хотят убить в каждом сне и на этот раз это был ты?! — Она сорвалась на крик, но сквозь хрип это выглядело забавно. — Я не знаю. Мне тоже снился этот сон, ясно? Поэтому я и пришёл! Я говорил тебе остаться со мной, но ты же у нас мисс Самостоятельность. Ну ничего, ещё пару таких ночей — и ты поймёшь, что в ночи с Малфоем нет ничего плохого, а можно отыскать и что-то хорошее. — Отстань! Гнусный слизняк. — Нет. У меня есть теория, что если две части змеи будут максимально близко друг к другу, то тебя перестанут мучить кошмары. Возможно, они решат, что их воссоединение случится совсем скоро. — И? Ты предлагаешь спать с тобой? — Голос Гермионы становился похожим на обычный. — Ну, не в приятном для меня значении, но, да, предлагаю. — Будешь приходить ко мне каждую ночь и ложиться рядом? — Зачем? Ты просто переедешь ко мне. — Что? — Грейнджер, мы не можем пожениться, живя в разных домах. Нужно создать хотя бы иллюзию того, что мы любим друг друга. — Мерлин! Ладно, я подумаю, но, честно, это не самая радужная перспектива для меня. — Поверь, для меня тоже, — сказал Драко искренне. — Хорошо, который час? — спросила девушка. — Половина шестого утра. — Ну, думаю, мне не уснуть. Скоро всё равно вставать на работу, так что я пойду в ванную, а тебе советую отправится в Мэнор и привести себя в порядок. — Обойдусь без твоих советов, — сказал парень и вышел из комнаты. Утро Гермионы прошло в самом обычном русле, как и весь рабочий день.

***

Вот и наступил вечер. Девушка собирала вещи и намеревалась покинуть кабинет, но до того, как она открыла дверь, в неё постучали. Гермиона потянула ручку на себя и впустила на порог Гарри, который ранее стоял на пороге. — Гермиона, надо поговорить. — Конечно, Гарри, проходи. Парень прошёл к столу и сел в кресло напротив окна, а девушка присела на своё рабочее место. — Что случилось? — спросила Грейнджер. — Мне Рон рассказал о вчерашней ночи и, честно, мне кажется, он сошёл с ума. Понимаешь, когда он заявился вчера на порог моего дома, его слова были очень странными. Рон говорил про то, что какой-то договор невозможен и Малфой последняя скотина, а ещё он твердил про измену. Постоянно. Потом он отключился и ничего больше не сказал. Гермиона понимала, что Гарри нельзя рассказать про фиктивный брак, потому что тогда её выгода из этого полностью пропадёт, ведь то, что знает Гарри Рону узнать, как раз плюнуть. — Понимаешь, Рон пришёл вчера ко мне очень пьяный и хотел заключить со мной договор «Скрепления сердец» или что-то вроде того. Такой обычай популярен у чистокровных волшебников. Перед свадьбой покровитель того или иного рода соединяет два сердца, чтобы брак был магически закреплён. Как правило, в роли покровителя выступает животное. Этот покровитель направляет наследника рода по "правильной" дороге, чтобы он мог продолжить род чистой крови. На Рона эту ответственность возложили как на младшего сына, и теперь он обязан женится на чистокровной волшебнице. Вчера он хотел предложить мне выйти за него, но ты понимаешь, что после того, что он сделал, я бы никогда не согласилась. — Хорошо, а что насчёт Малфоя. Причём здесь он? — Ну, Малфой уже заключил договор со мной. Гарри молча смотрел на Гермиону, ожидая продолжения, но, судя по тому, как она отводила глаза и прикусывала губу, ей явно было нечего сказать. — Ты и Малфой? Свадебный договор? Как? Гермиона? Как? — С каждым заданным вопросом глаза Поттера становились шире, а шрам стягивался из-за поднятых бровей. — Само вышло. Знаешь, так бывает. Люди встречаются, влюбляются. И с Роном так же произошло, — («Грейнджер, боже, что ты несём?»). — У нас в отношениях разлад случился давно, возможно, ты не заметил. Ну, теперь всё прояснилось, и, да, Малфой мой жених. «Он не поверит. Он не поверит», — колыхалось у Гермионы в голове. — Я не верю. «Эх, говорила же!» — Этот хорёк что-то сделал с тобой. Подчинил тебя? — Нет, ты что? Я правда люблю его! — «Мерлин! Надо было слушаться маму, когда та предлагала курсы актёрского мастерства». — Гермиона, это невозможно. Просто вспомни все года в школе. Вспомни войну. Малфой никогда не изменится. Он всё желает ради выгоды. Такая у них натура. Не могут они по-другому! Ты сама подумай… — Гр… Дорогая, ты идёшь? Я тебя заждался, — с непонятно как сделанной улыбкой на лице в дверном проёме стоял Драко Малфой. «Поттер здесь. Видимо, время очередного представления». — Да, я иду. Мы тут с Гарри засиделись. Вдруг Мальчик, Который Выжил встал из кресла и быстрым шагом подошёл к Малфою. — Что ты с ней сделал? — Поттер? Тебя в детстве не роняли? Иначе почему ты не можешь аргументировать свою речь сразу же после вопроса, хотя по правилам нужно до. — Меня сейчас твои плоские шутки никак не колышут. Отвечай. Что ты сделал с Гермионой? Да она бы скорее со скалы прыгнула, чем вышла за тебя. — Гарри! Тебе не приходила в голову мысль о доверии? — Девушка подошла к двум парням, испепеляющим друг друга взглядами. — Я его выбрала. Он — моё всё. А смириться с этим или нет — дело твоё. Я приму любое решение, хотя последний вариант и будет для меня неприятен. Гриффиндорка подошла к Малфою и, взяв его за руку, сплела их пальцы. — Как… Это всё, что мог вымолвить Поттер, прежде чем выбежать за дверь. — Отличная игра, Грейнджер. Десять баллов Гриффиндору! — съязвил Драко, закрывая дверь. — Не смешно! Мы разговаривали, а тут ты. Зачем ты вообще ко мне заявился и… как тебя впустила моя секретарша? — Ну, мужские чары у меня всегда исправны, и я готов их применить в самых разных ситуациях. А пришёл я потому, что у нас намечается поход к организатору свадьбы. — Что? А посоветоваться никак? — А толку? Ты упёртая, как баран. Я просто назначил встречу, и она будет не сегодня. У нас вечером другие планы. — У нас? Планы? — Грейнджер, привыкай, теперь в твоей жизни появится много "нашего". — Что за планы? — Ну, нам нужно, чтобы газеты узнали о предстоящей свадьбе, а для этого необходима публика и, как не прискорбно, Скитер. Сегодня я сделаю тебе предложение в ресторане близ набережной Магического Лондона. По моим источникам, вездесущий жучок там будет. — Тогда все узнают? — Да, сразу же на следующий день, а после мы начнём подготовку к шикарнейшей свадьбе всех времён. — Хорошо. Я… я приду. — Что значит "я"? Мы, Грейнджер, мы. Сейчас в Малфой-мэнор, переоденемся — и сразу в ресторан. Я сделаю это публично. Тебе понравится. Ты должна выглядеть на колдографиях красивой и счастливой. Ты уж постарайся. — Конечно! — едко скопировала Гермиона манеру его разговора. — Не паясничай! Пойдём, — Драко направился к камину, и Гермиона мирно побрела за ним, думая о том, в какую ужасную неприятность она вляпалась.