Qwerty

***

Весь воскресный день Чону пришлось провести с Айри, таскаясь по многочисленным магазинам. Это был адский марафон по трём этажам, который в конце добил милый и маленький "Love and love" - шоурум для влюблённых парочек. Магазин специализировался на парных украшениях, которые в последнее время возымели огромную популярность. Дело в том, что если вы чувствуете себя половинкой единого целого, вам трудно дышать без друг друга и мысль о разлуке становится просто невыносимой (Господи, чувствую запах рекламы топшопа), то парные сердца или сердце в сердце, или какие-нибудь прочие фигурки единого целого, будут напоминать о друг друге даже когда вы далеко. Почему так слащаво? Женщины на то и женщины, что какими бы ни были, в душе закостенелые романтики. Ну а если Айри это нужно, Чонгук не против, хотя чисто на его вгляд, всего этого романтизма намного больше в житейских ситуациях, чем в паре безделушек. Спустя полчаса на среднем пальце шатена красовалось серебряное, шириной в полсантиметра кольцо с вырезанным внутри сердцем, когда у очаровательной спутницы - тонкое колечко с тем самым сердечком. Pov Чонгук.       — Милый, может заскочим к Тине в магазинчик? Не могу же я не похвастаться нашим первым серьёзным шагом к семейной жизни? — каблучки упёрлись в асфальт, а ноготки впились в мою руку. Серьёзным шагом к семейной жизни? Эти побрякушки? В такие душещипательные женские моменты и от этого, прущего наружу сентиментализма, я искренне удивляюсь нашей паре. Гораздо больше меня беспокоило бы отсутствие хоть каких бы то ни было отношений моей "будущей супруги" с моими родителями. Сегодня наша годовщина, но вместо действительно серьёзных шагов, мы занимаемся всякой фигней.       — Дорогая, мы в твоей шаурме проторчали несметное количество времени, я бы хотел поехать домой. Если брать действительность, то энергии во мне хоть сродне океану. Хватило бы ещё минимум на 2 таких же похода, но сейчас, опустошённый своими ожиданиями, я просто хочу домой.       — Хорошо, домой так домой, — Айри прижалась грудью к моей руке, подталкивая к выходу. Загрузив все пакеты в багажник, сажусь в начисто вымытую ауди, отмечая, что хотя бы чем-то на сегодня себе угодил. Зайдя домой, распределив всё по своим местам и оставив на Айри приготовление ужина, скрываюсь в ванной. Стоя под напором воды облокачиваюсь на кафельную плитку, прикрыв глаза. Не проходит и секунды , как перед глазами всплывает образ задыхающегося от моей руки Чимина. Эмоции бьют по десятибалльной шкале, заставляя калашматить ладонью стенку. Несколько лет назад. — Чонгук, это смешно, — простираясь сквозь ветки, причитал парень. — Мы уже битый час шагаем, тонем в этой грязи лишь для чего? —Звук хлопающего ботинка, плотно увязшего в размокшей и холодной почве, заставил остановится и глубоко вздохнуть. — Ну вот! Чимин надув свои пухлые губы, стал торопливо разуваться, попутно снимая носки.       — У меня есть кроссы, переоденешь? — казалось эта ситуация нисколько не трогала парня, ослеплённого желанием дойти до намеченной цели. Чонгук знал, что райский водопад, на который в детстве водила его бабушка, находится там, в дебрях, и дойти до него оставалось совсем немного, но когда тебе в спину кидают неверящие реплики, ты поневоле начинаешь и сам заминаться.       — Нет, я так пойду, — босые ноги ступили на глину, а их владелец вместо того, чтобы дальше причитать, слегка улыбнулся. — Так вот почему я таким злым был, — повернувшись к приятелю, Чимин рассмеялся. — Ботинки мешали. А сейчас всё как будто на свои места встало. Я уже, если честно и забыл это чувство природы под ногами. Если бы сейчас здесь была бабуля Чона, она бы верещала как нетактично ведёт себя этот молодой юноша. Босыми ногами - не культурно! Пусть даже и в такой глуши, пусть даже ботинки в критическом состоянии. Положение превыше всего. Если сейчас взять и разуть Чона, он бы так и трех шагов не прошёл. Для Чимина же это было привычкой. В детстве, он часто повторял: "Я человек - я дитя природы. Мы с дедом обувь не признаем. Так ты не дышишь!" Над чем Чонгук постоянно смеялся, и объяснял, как обувь важна для людей, ведь на дворе 21 век. Его родители тратили тысячи долларов на хорошую, "дышащую обувь" , в которой было настолько комфортно, что Чонгук иногда и вовсе не любил её снимать. Как-то раз, на день рождения Чимина, семья Чонов подарила ему новую модель NIKE, тех кроссовок, которые на то время, крутили по телеку, и рекламировали чуть ли ни на каждом стенде, на что тот естественно радости не проявил, но родителям улыбнулся и вежливо поблагодарил. Но спустя некоторое время, Чонгук начал замечать, как к двум парам обуви прибавляются ещё одни, а потом и ещё одни. Но вопрос о его радикальных переменах Чон решил опустить, решив, что Чим сам понял важность этого атрибута в жизни современного человека.       — Ты в астрал выпал?— перед глазами Гука пощёлкали миниатюрными пальчиками и снова надули губы. — О, вот вот!! — орать сильнее не было сил, горло будто перехватило спазмом, и Чонгук, схватив Пака за руку быстрым шагом потащил внутрь. До его ушей отчётливо доносился звук воды. Буквально через минуту, открылся тот вид из детства, который Чон запечатлил в памяти. Те же два дерева, про которые бабуля рассказывала легенду, камни, лишь больше покрывшиеся мхом, и та же кристально чистая вода. Первым делом Чон победно перевёл взгляд на своего друга, чтобы вставить пару ехидных реплик, как его рот застыл в безмолвном состоянии. Глаза Чимина блестели, и блестели в буквальном смысле. На секунду Чонгуку показалось, что тот заплачет, но Чимин лишь смотрел на водопад. А когда до Гуковского сознания дошло, что он все ещё держит его за руку, это было таким... правильным, таким обычным. Пак в этот момент впервые увидел, насколько его друг красив. Их черты были полностью противоположны. На тот момент к Чону уже липли девушки, но если бы они увидели сейчас то, что видит Гук. Но незаметно даже для самого обладателя мыслей, в голове проскользнуло "Не хочу, чтобы они видели. "       — Прости, — Чимин повернул голову к Чону и крепче сжал его ладонь. — Это красиво, это очень красиво! — он запрокинул голову назад , поднеся тыльную сторону свободной руки к носу. — Ох, я готов заплакать! Солнце светило так ярко, что в некоторых местах можно было видеть радугу.       — Я решил, — Чон решительно развернул в себе Пака и поднял на уровень глаз сцеплённые руки обоих. — Мы дадим клятву, что никогда не оставим друг друга в беде, никогда не будем драться против друг друга, никогда не причиним боль и страдания обоим, и... и что-то в этом духе. Решительности в тот момент позавидовал бы если не каждый спортсмен, то каждый человек, собирающийся воплотить в реальность давно задуманные идеи. Чимин с минуту хлопал глазами, и потом громко рассмеялся.       — Ты меня сегодня в могилу сведёшь. Что за детские обещания? Ты что, мультиков пересмотрел? Не бывает такого!       — А у нас будет! — не унимался Чонгук. — Я докажу тебе, что такое бывает! Мы будем идеальными друзьями!       — Что за бред ты несёшь, больной, больной ты, — Чимин, немного успокоившись, посмотрел всерьёз. — Если так, то как только ты нарушишь наш "договор" мы перестанем быть друзьями.       — Это жестоко! Я..       — Тогда не давай пустых клятв, если не в силах их исполнить! Чонгук совсем забыл, как трепетно Чимин относится к словам, как он акцентирует внимание, на тех вещах, которые другие бы просто напросто выкинули из головы. Гуку хотелось чтобы их дружба никогда не кончалась. Он даже придумал им особое прозвище - Чонмины. И они будут Чонминами!       — Я согласен! — Чонгук с былой решительностью сжал Паковскую ладонь. — Отныне клянусь, что никогда не подниму руку на своего лучшего друга, буду защищать, буду дружить до гроба, ничего и никогда не буду скрывать и вообще, буду рядом всегда! Чимин тепло улыбнулся и произнес:       — Я тоже клянусь во всем вышеперечисленном, — он медленно отпустил Чонову ладонь. — Всё или ничего, да?       — Блять! Блять! Блять! — сейчас, намыливая голову шампунем, мне казалось, что мысленная плёнка в моей тупоголовой бошке окончательно заела, остановившись на одном единственном слове, которое сейчас абсолютно полностью описывало моё состояние. Да, расскажи я кому, из-за чего парюсь, они бы сказали как минимум, что я идиот, а как максимум, что эти обещания были юношеским максимализмом, ну и что , что пообещал? Чимин наверняка сам не помнит, да и ещё сам считает это ересью. Это же Чимин! Вот именно, блять, это Чимин. Я знаю, что он помнит. Я знаю, что эта клятва до сих пор существует между нами, и стопудовая не ересь! Ну..существовала по крайней мере... Айщ... Закончив водные процедуры, выхожу на кухню, как лёгкие заполняет вкусный аромат еды.       — Я стучалась к тебе, но ты по-моему даже не слышал, — девушка подошла и крепко обняла меня. — Всё в порядке?       — Да, дорогая, — мимолетно целуя в макушку, отстраняюсь и усаживаюсь за стол, отмечая про себя, что действительно ничего не слышал.       — Ты какой-то странный, — протиснувшись между мной и столом, Айри присаживается на мои колени, нарочно поерзав и прижавшись бедром к паху. — Может я могу чем-то помочь? — смотря в глаза , медленно обводит языком свои розовые губки. — А потом ты мне всё расскажешь? Чувствую, как член медленно наливается, и требует к себе внимания. Подхватив под бёдра свою девушку, уношу её в ванну. Не хочу, чтобы это место теперь ассоциировалось у меня с плохими воспоминаниями, а значит нужно заполнить его, и не только его, чем-то очень хорошим и большим. Только вот потом Чонгук ни о чём не расскажет.