Лягушка

Эта длинная история, но я расскажу ее с того момента, когда мой напарник предложил мне остановиться на пару часов в дешевом лав-отеле. - Ты же хочешь этого, не так ли? – спросил он, кидая на меня настороженный взгляд. Я потерял дар речи. А он направился в двери сомнительного заведения, и мне не оставалось ничего другого, как только последовать за ним. Мне скоро 30, но я еще ни разу не был с женщиной. Такое сейчас время, не до женских ласк. Работа такая, что забирает все силы - напряженная и ответственная. Да и внешность моя не располагает к женскому вниманию. Ни разу не замечал, что бы женщина смотрела на меня с симпатией. А может просто не хотел замечать?.. Возможно я ищу оправдания, так как есть человек, о котором я непрестанно думаю последнее время. И это, собственно, он – мой напарник. В уединении я часто представляю, как его сильное и гибкое тело прижимается к моему. Немыслимо. Невозможно! И вот… Мы заходим в маленький гостиничный номер. Старый, не проветренный, когда в нем прибирались последний раз? Я пропускаю своего напарника вперед, закрываю за собой дверь и нерешительно останавливаюсь, оглядывая помещение. Не знаю, что делать дальше. Но он знает. Скидывает с себя одежду, и поворачивается ко мне. Я не в первый раз вижу его обнаженным, общий душ на работе, бассейн. Только сейчас он ведет себя совсем по-другому. Во всех его грациозных движениях, и в той позе, в которой он застыл, ожидая меня - явное приглашение. В ярком дневном свете я не вижу на его теле ни одного изъяна, в отличие от меня он совершенно красив. И у меня возникает вопрос - зачем он это делает?.. Я не хочу заставлять его ждать, поэтому торопливо раздеваюсь, и подхожу к нему. Если бы я мог заглянуть ему в глаза, я бы нашел ответ, но он поворачивается ко мне спиной. Я кладу руки ему на плечи. Он ниже меня, однако, выше среднего роста, его плечи достаточно широкие, и мне начинает казаться, что их должны обнимать нежные женские руки. А вовсе не мои огромные лапища, привыкшие только держать громоздкое оружие. У него стройная фигура и узкие бедра, поэтому отбросив сомнения, я убираю его длинные волосы, падающие на спину, и открываю шею. Касаюсь ее губами. Он склоняет голову. Я замечаю блеск его прикрытых ресницами глаз. И снова спрашиваю себя, зачем ему это? Ведь он наверняка, с удовольствием смотрел бы в красивые раскосые глаза женщины. А от моих глаз он прячет свой взгляд. Я продолжаю изучать его тело. Он оборачивается ко мне и легким движением увлекает на футон. Мои вопросы исчезают под напором животных инстинктов. Его ягодицы прижаты к моим бедрам. Я стараюсь сдерживать зверя, рвущегося наружу. Хочу быть нежным. Хочу что бы ему было приятно. Вижу, как его длинные пальцы комкают застиранные серые простыни, а волосы плещутся в такт моим движениям. Я чувствую его напряжение, его возбуждение растет вместе с моим. Он что-то шепчет, но я уже не разбираю слов. Когда он начинает рычать, я вторю ему своим криком, зверь вырывается наружу, и на некоторое время мир погружается в безумный хаос экстаза… Наконец, уставшие и потные, тяжело дыша, мы падаем на мятые простыни. Я зову его по имени, и впервые за все это время, вижу его глаза. - … спасибо... - мой голос звучит низко и хрипло. - … Но объясни, зачем ты сделал это со мной? – я задаю ему вопрос, который снова не дает мне покоя. Я могу любить его, но даже после этой немыслимой близости, по-прежнему не понимаю его поступка. Где-то в глубине глаз моего партнера, вспыхивает и медленно разгорается огонь, его глаза светлеют, все мысли исчезают из моей головы… …. - Забавно! - из угла маленькой комнаты вышел мужчина, облаченный в черное. Неотрывно глядя на два обнаженных тела, мужчина в черном подошел к футону. Услышав его голос, длинноволосый парень тяжело повернул голову в его сторону. - Тебе… понравилось?.. - Незабываемое зрелище… - похвалил его мужчина. - В этот раз ты был действительно великолепен. Сосредоточенный и хрупкий, в огромных ручищах монстра. На секунду мне даже показалось, что ты смущен! Это тронуло меня... А в конце, я решил, что этот огромный монстр растерзает тебя! По истине прекрасно... Браво! Парень поднялся на локте, преданно глядя на мужчину. - Я сделаю так, как хочешь ты! И если ты хочешь… -Нет, нет… Мне ты нужен живой. Но, все же мне не достаточно того, что я видел! Мужчина присел рядом с парнем, протянул руку, затянутую в черную перчатку к его лицу. Парень тут же схватил ее и прижал к своей щеке. - Я люблю тебя! - воскликнул он. Рука мужчины сжалась в кулак. - Врунишка... Как ты можешь любить меня?! – в голосе мужчины зазвучала боль приправленная гневом. – Исковерканный кусок плоти, не годный ни на что! Монстр, не способный чувствовать даже такие простые прикосновения… Пальцы в кожаной перчатке медленно заскользили по белой коже парня, легко касаясь щеки, затем шеи, груди… Дыхание парня изменилось. Мужчина хмыкнул. - Я не могу дать тебе то же, что и он. Я не могу почувствовать тепло твоей кожи… Я могу только смотреть на тебя и сходить с ума от ярости, пытаясь ощутить то, что чувствуешь ты, и те парни, которые спят с тобой! Но мне этого мало! - Я сделаю все, что ты хочешь… Столько раз я доказывал тебе это?! - Ты не понимаешь. Мужчина открыл свое лицо. - Посмотри на меня. Мое лицо обезображено. Один мой глаз слеп. Другой, вдавлен в раздробленное месиво… Мое тело полностью оплавлено огнем. Я монстр, еще более уродливый, чем этот парень, который лежит рядом с тобой. Длинноволосый парень, подскочил с футона, вплотную приблизившись к мужчине. - Для меня это не важно! - Вот как? - Ты прекрасен! - Глаза парня вспыхнули ярким светом, и оставшейся глазу мужчины тоже посветлел. Парень улыбнулся.- Единственная реальность, эта та, что видят наши глаза! Ты мой брат, и я всегда буду любить тебя! Мужчина улыбнулся в ответ, но улыбка не сделала его лицо привлекательнее. - Ты моя единственная надежда. Губы покрытые шрамами почти касались других, красивых губ. - Я хочу чтобы ты сделал это опять. - Произнес мужчина, меняя тему. - С этим чудовищем. Но вместо него, представляй меня. А потом ответь на его глупый вопрос, расскажи ему, почему ты не смотришь в глаза... Я хочу увидеть его гнев и разочарование! Мужчина рассмеялся. Глаза парня потухли, он опустил взгляд. - Конечно, я сделаю все, чтобы порадовать тебя. Мужчина прищурился. - В чем дело, Дору-кун (doll - кукла)? Обычно ты реагируешь по-другому. Неужели это чудище, тронуло твои чувства? Длинноволосый парень задумчиво посмотрел на своего огромного нескладного партнера, пребывающего в мире снов. - Нет. Конечно, нет. … Я хожу по лабиринту, из зарослей роз. Белые бутоны протягивают ко мне свои головки, я чувствую их слабый холодный аромат. Как я сюда попал? Совсем недавно… Я останавливаюсь, вспоминая гостиничный номер. Кусты роз вдруг расплываются, открывая мне, богато украшенный сложной резьбой, маленький чайный домик. Легкая изогнутая крыша, тонкие подпоры - типичный образец японской архитектуры эпохи Хэиан. Похожий на картинку. Легкие седзи распахиваются, и из них выбегает стройный парень в развивающимся белом кимоно. - Брат!!! – Счастливо кричит он. Я с удивлением узнаю в этом парне своего напарника. Меня переполняют чувства. А он растеряно замирает, при виде меня: - Ты? Но… Как ты сюда попал? Хотел бы я сам знать это! Секунду он думает, потом легко кланяется: - Как бы ни было, ты мой гость. Прошу тебя, следуй за мной. Я усмехаюсь про себя. Идти за ним, с момента, как я его увидел в нашем офисе, было моей работой, потом желанием, а сейчас… Мы заходим в домик. Я усаживаюсь на татами, в этом месте трудно не помнить о традициях. Мой напарник начинает чайную церемонию. Мы молчим. Я рассматриваю его, поражаясь этой его безупречности во всем. Белоснежное кимоно, прямая спина. Четкие движения, спокойное сосредоточенное лицо. Я вдруг замечаю, что здесь он гораздо красивей и сдержанней, чем в той жизни, в которой я его помню. Он подает мне зеленый чай в глиняной пиале. Я хорошо знаю эту церемонию. Медленно проворачиваю пиалу, и делаю маленький глоток. - Прекрасный чай. Благодарю. Он беззаботно отмахивается. - Это все из-за брата. Мне пришлось обучиться этой церемонии, потому что он приверженец традиций! - Не знал, что у тебя есть брат. Он отводит глаза и пожимает плечами. - Мы много не знаем о людях, которые окружают нас… « ... даже о тех, с кем, только что разделили постель», думаю я. - … нам просто приходится принимать все так, как есть. Я понимаю, что он не хочет говорить о своем брате. - Где мы? Что это за место? – спрашиваю я. Он встает, подходит к резной деревянной колонне, и долго смотрит на море белых роз, окружающих чайный домик. Легкий ветерок перебирает кончики его волос, шелестит шелком кимоно. Если бы я был художником, я бы нарисовал его сейчас, и назвал бы картину… «гармония». Он снимает с пояса веер и поворачивается ко мне. - Представь, что, вокруг тебя реальность, в которой ты живешь с рождения, день за днем. – Он проводит пальцами по вееру, привлекая к нему мое внимание, затем начинает раскрывать его. – А это другая реальность. Остов веера, это остов новой реальности. Раскрывая пластины одну за другой, я разрезаю обыденность, и начинаю существовать в новом мире. Это моя воля. Я пытаюсь понять сказанное. Он продолжает: - Здесь, - он тыкает пальцем в штифт, скрепляющий пластины, - мой инструмент, соединяющий конструкцию воедино, и позволяющий раздвигать ее. Это мои глаза. Знаешь, когда-то существовала раса людей обладающая такими способностями... - на его губах грустная улыбка, - сейчас остался только я и мой брат. - Куда же делись все остальные? - спрашиваю я. Он качает головой. - Ты ничего не знаешь? Мою голову пронзает острая боль. Кажется, я должен вспомнить и понять что-то важное, но ни как не могу. - Ничего. - Тихо говорит мой напарник. Он раскрывает веер полностью. Показывает мне. Я любуюсь утонченным рисунком. На светлом фоне, среди водяных лилий причудливо изогнулись две белые цапли. Меня вдруг бросает в озноб. - А… этот рисунок на веере, в твоей реальности это что? - спрашиваю я. - Рисунок?.. Это я сам… Мои желания. Мое сердце… Это все то, что находится здесь. - Он указывает рукой на окружающий нас мир. Я напряженно пытаюсь уловить и понять то беспокойное чувство, которое все сильнее охватывает меня. - Я создавал эту реальность для брата. – Говорит мой напарник так тихо, точно признается в этом только самому себе. Но я тоже это слышу. … Я просыпаюсь в гостиничном номере. Потрясенный сном до глубины души. Я один. Мне кажется, что я болен. Как зверь, я начинаю метаться по номеру, собираю вещи, одеваюсь, наконец, схватив свой плащ и шляпу, вырываюсь на улицу. Город уже погружен в вечерний мрак, кое- где горят тусклые фонари. Людей нет. Я стремительным шагом иду по треснутому тротуару, пытаясь привести в порядок чувства и мысли. Сколько часов я бесцельно мерею шагами улицы? Не знаю. Останавливаюсь перед обшарпанной дверью ночного бара. Вывески нет. Но это место знакомо мне. Здесь я как дома. Приглушенный свет, и ни одного посетителя. Я сажусь у барной стойки. - Что будешь заказывать? Я не сразу замечаю его, но так было всегда. Бармен стоит за стойкой передо мной, и натирает белым полотенцем стакан. На нем черная рубашка без рукавов, на голом плече татуировка, браслет на запястье, черные растрепанные волосы. Его улыбка похожа на месяц. Такая же сияющая в полумраке. - Виски с содовой? – предлагает он, не дождавшись моего ответа. - Брось… Ты же знаешь, что мне нельзя пить спиртное. – Ворчу я. Он ставит начищенный стакан передо мной. - Шейк? Смузи? - Просто воды. Он снова ухмыляется. - Выкладывай, что там у тебя! Ты ведь не за водой пришел. Он единственный, кто знает обо мне все. Пока бармен наливает воду, я собираюсь с духом. - Сегодня я был … - Я вдруг вспыхиваю. Так нелепо! Бармен по-кошачьи прищуривает глаза. - Эээй, уж не хочешь ли ты сказать, что у тебя, наконец-то, кто-то появился? О, чёрт!!! Кто она? Или же... это Он?! Я не могу связать двух слов, что-то нечленораздельно мычу. Он начинает хохотать. - Пожалуй, я себе налью, по такому поводу! – он наливает себе виски, и облокачивается на стойку , заглядывая мне в лицо. Его глаза расширяются от любопытства, становятся практически круглыми. - Он… - наконец выдавливаю я. – Мой напарник… - Ааа! –Бармен восхищен.- Тот красавчик, с которым ты заходил как-то раз? - …да. - Ну, дела!!! И как? Я пытаюсь перевести разговор на другую тему, поэтому оглядываю бар. - Что-то народу сегодня маловато… Он давится виски. - Маловато?!? Да как обычно. После того случая, когда ты приложил об стойку башкой одного беднягу, здесь всегда так. - Беднягу. - Ворчу я. - Я спасал твою честь! Бармен смеётся. - Смотри, - он тычет пальцем, - на стойке до сих пор вмятина! Уверен, если присмотреться, в трещинах еще остались осколки его черепа! Мне кажется, или он в совершенном восторге? - Прости… - бормочу я. - Ладно тебе! Ущерб не велик… да и не люблю я, когда народу много… Ты же знаешь. – Его глаза становятся узкими щелями. - Не уходи от темы. Тебя что-то беспокоит? И я выкладываю ему все как есть. Про отель и про сон. Он задумчиво потягивает виски. - Раса со сверхспособностями… и брат… Ох не нравится мне эта история! Слушай, Каэру, - он называет меня старой детской кличкой, - будь осторожен. Чувствую, это начало больших проблем. - Завтра я увижу его и надеюсь, мы поговорим. Бармен пожимает плечами. - Если хочешь, я могу разузнать что-нибудь насчет его брата. - Неко-тян, я твой вечный должник! Он снова улыбается своей неповторимой улыбкой. - Как скажешь… Выходя из бара, я оглядываюсь. За стойкой никого нет. Только пустой стакан и недопитая рюмка виски на столешнице - следы нашего присутствия. С Неко всегда так. Он появляется и исчезает незаметно. Я снова иду по ночному городу, но на душе у меня гораздо легче. Сейчас я верю, что все будет хорошо.