Семеро на одного

Первой мыслью, пришедшей в голову Хаксу, когда он проснулся, было странное ощущение тепла. Его постель всегда приятно нагревалась от тела за ночь хорошего сна, но обычно не становилась такой горячей. Потом он открыл глаза, заметил Кайло и все вспомнил. Правильно, он вызвался быть огромной подушкой для Рыцарей Рен. Вздохнув, он услышал, как вокруг него в темноте тихо сопят семь разных тел. Хакс откинулся обратно, стараясь не разбудить сгрудившихся возле него рыцарей. Ноги его обвились вокруг одного из них. Все верно, там засыпал Гаюс. Сигурд плотно прижался щекой к его руке и лежал на ней, Элео наполовину закатился на него сверху, Мако и Хатор обнялись во сне, Гаюс устроился у него на животе. Хакс еще раз вздохнул и задался вопросом, как он дошел до жизни такой. Ах да. Рыцари захватили его корабль, были мелкие повреждения, было мыло, была сборка орудия, лежание на столе, разрушенный тренировочный зал, неудавшееся похищение его с мостика, коллективный разум, рафтары, состояние, близкое к безумию, торжественный пронос по кораблю, вальс, ванна — и там мыла куда больше, чем он когда-либо раньше видел одновременно, снятие масок, групповые объятия, сон… и он оказался здесь. Все обрело смысл, когда он принудил себя сложить вместе кусочки пазла странной формы. Очевидно, он проснулся раньше, чем пришло время подъема. Он опустился обратно, и голова его естественным образом легла на грудь Кайло. Хакс никогда раньше не спал с другим человеком, не говоря уж о семи, и был удивлен, что ему удалось так легко уснуть и что он не просыпался много раз посреди ночи. Ему было хорошо. Звук биения чужого сердца странно успокаивал. Он прикрыл глаза. Можно подождать еще немного. Сейчас, наверное, слишком рано для того, чтобы вставать. С учетом огромного количества бутылочек в освежителе, рыцари тратят на утренние процедуры много времени и проснуться должны пораньше. Впервые за много лет Хакс не направился на работу сразу после пробуждения, а вернулся ко сну.

***

Он проснулся снова, теперь уже без замешательства, но удивился, обнаружив, что на него смотрит Кайло, а в волосах запуталась чья-то большая рука. Кайло сразу же прекратил движение и убрал руку, как только увидел, что Хакс открыл глаза, и прошептал: — Вы проснулись наконец. Хакс увидел, что остальные шестеро еще спят, и прошептал в ответ: — Да, полагаю так. Сколько времени? — Не знаю, — шепотом сказал Кайло. — Хотите своего надзирателя? — Моего кого? — Ваш датапад, — разъяснил Кайло. Хакс возвел взгляд к потолку: — Да, хочу, и не называйте его так больше. Кайло закрыл глаза, и меньше чем через минуту Хакс увидел свой датапад висящим в воздухе прямо у него перед носом. Он взял его свободной рукой и включил. Увидев плашку со временем, он окаменел: — Уже почти восемь часов?! Вокруг послышались недовольные стоны, и Кайло шикнул на него. Хакс хотел вскочить на ноги, но его сковывали рыцари, обвившиеся вокруг тела и лежащие поверх него. — Мне нужно быть на мостике меньше чем через пять минут! Кайло прижал его голову к своей груди: — Спите дальше, Хакс. — Что?! — прошипел Хакс. — Нет, вы стащите их с меня, и я… — Это часть вашей работы, помните? Сопровождать нас к месту паломничества и обратно. Вы лично за нами присматриваете. Отправьте своим людям сообщение, что заняты с нами, — сказал Кайло. — Вы не понимаете, я должен идти работать. Я генерал, я единственный, кто может поддерживать порядок, — в голос Хакса помимо его воли прорвалась тревога. — Все будет хорошо. Вы всегда говорите, что ваш экипаж безупречно вышколен, так пусть делают свое дело. Одно позднее утро не приведет к падению Первого Ордена, — прошептал Кайло. — А теперь спите. — А что, если что-нибудь случится? — не отступал Хакс. — Если что-нибудь случится, мы вас отпустим, и вы сможете об этом позаботиться. Просто… останьтесь с нами еще немного? Им нравится, что вы здесь, — тихо сказал Кайло. — Я останусь, — сказал Хакс, снова опускаясь рядом с ним. — Но мне нужно ответить на сообщения и отдать кое-какие распоряжения. Вы не против? — Нет… приступайте, — вздохнул Кайло, прислоняясь головой к его голове.

***

Кайло наблюдал, как Хакс печатает на датападе. Он всегда работал очень быстро, Кайло едва успевал следить за открывающимися и закрывающимися окнами, а пальцы Хакса только мелькали над клавиатурой. Кайло вспомнил мысли Хакса во время сражения. Тот был напуган, дезориентирован, отчаянно боролся за то, чтобы понять, где он, и удержаться там, но его мысли текли так же ясно в быстром темпе, хотя и стали несколько обрывочны. Хакс все так же безупречно четко отдавал команды, и образы тренировок и построений ярко вспыхивали в его разуме, но все происходило очень быстро на очень большом количестве уровней. Кайло знал, что Хакс хорошо справляется с многозадачностью, но не был готов к тому, что он справляется настолько хорошо. Если бы Хакс был чувствителен к Силе, его способность концентрироваться на нескольких вещах сразу и подавленная ярость сделали бы его крайне грозным противником. Но и сейчас он был грозным противником, пусть и добивался этого по-своему. Вероятно, Хакс был единственным не-чувствительным к Силе, кого он опасался бы встретить в рядах врагов. У него всегда был план, всегда была заготовлена ловушка, всегда крылся какой-то сюрприз в рукаве. Кайло даже не подозревал, что Хакс хранил у себя в датападе булавку с сывороткой правды. — А где та игла, которой вы укололи Э'Чона? — тихо спросил Кайло. Хакс прервался, чтобы вытащить из специального гнезда небольшую иголку. Кайло в изумлении посмотрел на нее. Он всегда думал, что это отверстие — часть дизайна, микрофон или охлаждающее устройство. Хакс спрятал иглу обратно и достал другую: — А это — Смертельная Белладонна. Еще одна: — Мышечный релаксант. Еще одна: — Экстракт абруса, мой любимый. И еще одна: — Полное выведение из строя, моя собственная смесь. Еще не придумал подходящее название. Определенно не хотелось бы встретиться с Хаксом в битве по разные стороны… — Почему в датападе? — спросил Кайло. — Он всегда при мне. Если меня захватят в плен во время сражения, от меня потребуют отдать приказ сдаваться. Я сделаю вид, что отдаю приказ со своего пада, а потом накачаю их белладонной и буду наблюдать, как они очень, очень медленно умирают, — хладнокровно ответил Хакс. — Вы в некотором роде безумны. — В Академии Арканиса не выжить, не будучи немного безумным, — согласился Хакс. Кайло продолжил смотреть, как тот работает на маленьком устройстве, и тихонько вздохнул. Три слова. «Вы мне нравитесь». Ведь их должно быть так легко сказать. Как хотел бы он обладать той уверенностью, которая была у его братьев. Перед Э'Чоном никогда бы не встала такая проблема. Мако не колеблясь ни секунды рассыпался бы в цветистых признаниях в любви. Хатор всегда был очень прямолинеен с теми, кого хотел видеть рядом с собой. Элео всегда недвусмысленно выражал свои предпочтения и не молчал, когда встречал того, кто ему нравился. Сигурд был очень самоуверенным и даже напористым. А он сам был похож скорее на Гаюса. У них обоих была проблема с уверенностью в себе, но маленький рыцарь справлялся с ней так, что его трудности было нелегко заметить. «Доброе утро, пташки-неразлучники. Ты ему уже сказал?» Гаюс привстал, еще сонный, с полузакрытыми глазами и невероятно спутанными волосами. Он прикрыл рот рукой и зевнул, издав гортанью высокий и не очень громкий звук. «Еще нет… я работаю над этим». «Ну ладно». Гаюс сполз с ног Хакса, утянув с собой одеяло. Он вскарабкался на вершину горы подушек, к которой прислонились Кайло и Э'Чон, и потянулся, как большая кошка. Движение разбудило Э'Чона, тот открыл глаза и посмотрел вверх. «Доброе утро, маленький брат!» «Доброе утро, большой брат. Чувствую, ты спал хорошо». Гаюс пропустил через пальцы длинные блестящие волосы Э'Чона, а огромный рыцарь протянул руку и похлопал его по щеке. «В самом деле. Из генерала вышел самый подходящий сосед по постели!» «Ух, Э'Чон… ты так строишь фразы…» Кайло скривился и погладил волосы Хакса. Тот, кажется, этого совершенно не заметил, поскольку был поглощен работой. «Что он делает? Он так быстро переключает экраны». «Работает, я так думаю. Он мне никогда про это не рассказывал». «А ты спрашивал?» «Я немного боюсь спрашивать. Вдруг он начнет говорить и уже не остановится». «Правильное решение! Это время, которое можно потратить на подготовку к битве!» Гаюс побарабанил пальцами по макушке Хакса. Тот глянул наверх, выключил датапад и протянул Гаюсу руку: — Да? «Доброе утро». — Да, конечно, доброе утро. Надеюсь, я не разбудил вас тогда, раньше, — прошептал Хакс. Кайло подумал, что его шепот звучит очень мило. «Немножко разбудили, но мы заснули обратно, так что не волнуйтесь». Элео проснулся со слабым стоном, огляделся вокруг и недовольно закряхтел. «Ты не скажешь ему "Доброе утро"?» «Сначала душ и каф. Каф… каф… душ… ненавижу утро». Элео поднялся на ноги и заковылял по направлению к освежителю. В это время проснулся Сигурд и посмотрел на Хакса. «А, хорошо, наш сосуд оставался с нами на протяжении ночи. Я думал, он убежит». «Нет, он тут». — Вы хорошо исполнили свою функцию, генерал, — сказал Сигурд, поглаживая Хакса по голове, словно он был комнатной собачкой. — Через наше согласие укрепились наши связи. А ваша тьма — самая изысканная из всех. Хакс так высоко вскинул брови, что они почти пропали с его лица. «Вот это прозвучало жутко». «И правда жутко». «Вообще-то очень жутко!» «… душ… как я ненавижу утро…» «Это правда». «Ты все равно это очень жутко говоришь!» — Я пойду и побеседую с моим братом. В этот час его ненависть восхитительно плодородна, — сказал Сигурд, в последний раз с удовлетворением погладив Хакса по волосам. — Но он же в освежителе, — тихо сказал Хакс. — Да, именно туда обычно ходят по утрам, — ответил Сигурд. «Он раньше никогда не пользовался общим душем?» «Пользовался, наверное, но в последнее время вряд ли». «…горячая вода… не могу проснуться… ненавижу утро… ненавижу всех… ненавижу всех… ненавижу всех…» «Хорошо, хорошо. Я чувствую твой гнев. Позволь ненависти струиться через тебя. А теперь двигайся, ты занимаешь место». Кайло ощутил теплую воду, щекочущую тела его братьев. Это было приятно. Как бы ему ни нравилось быть подушкой для Хакса, горячий душ был очень желанным. Хатор открыл глаза, посмотрел на Мако и коснулся губами его щеки. — Ты проснулся, дорогой? — спросил он негромко. «Увы мне, я не могу проснуться без поцелуя истинной любви…» Хатор вздохнул и поцеловал его в губы. Элео слегка приглушил свою связь с разумами остальных с возгласом отвращения «Даже зубы не почистил!» — Касание твоих губ вдохнуло в меня душу. Гляди, теперь я должен встать, — произнес Мако, поднимаясь. Он посмотрел на Хакса: — Как счастлив я пробудиться ото сна среди столь миловидных компаньонов. Хакс вспыхнул и отвернулся. «Хватит дразнить его, пойдем, поможешь мне умыться». «Ничто не принесет мне большего удовольствия». «Вы двое хоть когда-нибудь делаете перерыв?» «Презренный обыватель». «Какой чопорный». «О, что за превосходная ненависть, и прямо с самого утра». «Я тоже хочу пойти помыться. Э'Чон, вымоешь мне волосы? Ты лучше всех это умеешь». «Конечно, маленький брат!» «Э'Чон, скажи, что ты заплел косу перед сном. Иначе мне придется опять все распутывать». «Нет, не заплел! А ты, похоже, спал в своей боевой раскраске!» «Я… Нет! Поверить не могу, что я сделал это! У меня опять будут прыщи!» «Ну же, тише, тише, ничто не может исказить твою красоту». «Ха…» «Элео, заткнись!» — Я сейчас пойду в душ, — тихо сказал Кайло. — Вы все семеро туда помещаетесь? — спросил Хакс. — Да. Когда есть связь разумов, двигаться рядом друг с другом становится проще, — ответил Кайло. Хакс отодвинулся от него и растянулся на подушках. Сейчас было подходящее время. Они остались одни, другие ушли мыться. Он мог сказать это и потом оставить Хакса поразмыслить над его словами. Но только если он оставит Хакса наедине с раздумьями, тот может сбежать. Кайло представил, как говорит это. Краткое, но прямое и четкое заявление. В его воображении Хакс поворачивался и фыркал с презрением: «Как вы глупы, Рен. Я остался здесь только для того, чтобы проследить, как бы вы семеро чего не натворили. Вы отвратительны. Я едва могу вас выносить». «…не думаю, что он так скажет». «Но он может…» «Найди смелость и объяви его своим!» «Ты хотел сказать "Объяви, что любишь его"». «Это то же самое!» «Совсем нет». — Эй, Ха… я хотел сказать, генерал, — сказал Кайло, глядя на Хакса. — Вы… вам нравится…«О крифф, я не могу!» — …мыться в душе? С… другими людьми? Хакс закатил глаза: — Думаю, для одной ночи с меня достаточно групповой интимной близости, благодарю. А вы идите, идите. Мне следовало догадаться, что вы все моетесь вместе. И мне правда пора перестать так удивляться. «Идем, помоешься с нами, милый. Мы поможем тебе зализать раны». «Да… уже иду».

***

Кайло вышел из освежителя навстречу запахам нескольких разных сортов кафа. Он заметил Хакса в кухонном углу комнаты, рядом с ним на столе стояли четыре дымящиеся емкости, а он наблюдал, как содержимое пятой начинает кипеть. По-видимому, он взял на себя труд приготовить каждому каф с учетом личных вкусов. В ту же секунду, как Элео посредством Кайло увидел каф и ощутил его запах, он чуть ли не влетел на кухню и призвал котелок с кафом Силой, разыскав свой любимый сорт. Вдохнув его аромат, он налил себе чашку, быстро отхлебнул, и Кайло почувствовал огненный вкус. Элео выжил из ума как раз настолько, чтобы наслаждаться этим. Лохматый и слегка обросший рыцарь повернулся к Хаксу: — Не могу поверить, что я еще сомневался насчет вас. Мне почти что хочется попросить вас выйти за меня. — Почему нет? — отозвался Хакс. Кайло запаниковал, но сразу же почувствовал, что им движет одно лишь любопытство. Генерал продолжил: — В вашем ордене запрещены браки? — А? Да нет, просто… — Элео запнулся, ощутив волнение Кайло. — Думаю, для вас найдется кто получше. Я же простой технарь-невежа, который тащится от задниц. Ну, так мне говорят. Вы можете подыскать себе кого-нибудь более подходящего. — Из вас выходит достаточно хорошая компания, — заметил Хакс, снимая с нагревателя последнюю емкость с кафом и переставляя ее на стол. Рядом он поставил коробку, из которой достал пакетик. Кайло чуть не засмеялся. Хаксу было ужасно необходимо упорядочивать и организовывать все вокруг. Генерал налил себе чашку того же напитка, что и Элео: — И я вижу, вы способны оценить действительно бодрящий каф. — Да, это очень помогает после того, как не спал ночь напролет, — отозвался Элео и оглянулся на Кайло. — А он немного не в себе по утрам. Вам бы принести ему чашку кафа, чтобы помочь проснуться. — Вы не подойдете сами за ней? — окликнул Кайло Хакс. «Я пытаюсь для тебя все организовать, не смей даже шевелиться». «Что происходит?» «Элео пытается заставить генерала сделать Кайло чашку кафа». «Это так мило… для чокнутого технаря». «Ага, ну конечно, а худозадый нарциссист будет меня поучать, сам стоя в сторонке». Хатор и Элео продолжали беззлобно переругиваться, а Кайло смотрел на Хакса. — Какой сорт ваш? Кайло молча указал на тот, что был в середине. Хакс налил каф в чашку и спросил: — Сливки? Подсластитель? — И то и другое, — тихо ответил Кайло. Он глядел, как Хакс готовит ему каф и идет к нему с чашкой. Хакс по-прежнему был в халате, накинутом на плечи, и тот зрительно делал его меньше и волочился по полу при ходьбе. Хакс предлагал ему чашку кафа. Это было так мило и прекрасно. Хакс протянул чашку: — Так вам он нужен, или мне выливать? — Нужен, — ответил Кайло, забирая ее. Он взял чашку двумя руками, ожидая, пока содержимое немного остынет, а во рту у него уже отдавалась горечь любимого напитка Элео. Он приглушил это ощущение. Кайло знал, что если и есть что-то, насчет чего они всемером никогда не придут к согласию, так это каф. Хакс посмотрел Кайло за спину и кивнул в ту сторону: — Они всегда так делают? Кайло не нужно было оборачиваться, чтобы почувствовать, как остальные пятеро поспешно скрываются из виду и десять глаз демонстративно отворачиваются от разыгрывающейся сцены, делая вид, что изучают что-то в освежителе. — Иногда, — сказал он. — Послушайте, генерал, мне нужно… я хочу кое-что вам сказать. Хакс пожал плечами: — Хорошо. — Это очень важно, мне нужно, чтобы вы выслушали серьезно, ладно? — сказал Кайло. — Я слушаю, — отозвался Хакс, скрещивая руки на груди. — Я… вы мне… очень… — промямлил Кайло. Хакс чуть нахмурился: — Знаете, вам нужно сказать это немного громче. Я не умею читать мысли, как все те, кем вы себя окружили. — Но… вы ведь почувствовали это… после сражения? — спросил Кайло. Он замер, вспомнив, что обсуждали Хатор и Сигурд. — О… может быть, вы не поняли, что это было. — А, то солнечное чувство. — Да, оно, — сказал Кайло. — Я… вот что вы заставляете меня чувствовать. Я хочу сказать, иногда вы отвратно себя ведете, но все равно из-за вас я чувствую вот это. Но вы не знаете, что это, так? Это солнечное чувство. Вы… не знаете, как оно называется… Хакс сделал небольшой шаг назад: — Я делаю вас счастливым? — Что-то в этом роде… — тихо сказал Кайло, сжимая чашку в руках. — И… если бы я мог заставить вас чувствовать то же самое, это сделало бы меня очень счастливым. Я знаю, что у меня не очень хорошо такое получается, а у вас все не очень хорошо с эмоциями и их восприятием, но я хочу попробовать. — У вас забавная манера выражать это, — пробормотал Хакс. — Это значит… нет? Хакс окинул его оценивающим взглядом. Кайло снова почти что видел, как вращаются у него в голове шестеренки, и знал, что Хакс сейчас, должно быть, обдумывает, просчитывает и взвешивает все варианты. Эмоциональный профиль Хакса всегда был немного странным, особенно с учетом того, что он умел сдерживать себя, и от этого его было трудно считывать. — Вам стоит прикладывать больше усилий к тому, чтобы не ломать мой корабль, — сказал Хакс наконец. — Значит да, — протянул Кайло недоверчиво. Хакс бросил взгляд в сторону освежителя. — Как там говорил Гаюс… я слышу ваши чувства и я принимаю их. — Я… это же… это прекрасно, — сказал Кайло, расплываясь в идиотской улыбке. — Хорошо. А сейчас извините, мой каф остывает, — и Хакс отвернулся от него. Кайло дернулся, чтобы обнять его, и чуть не забыл про кружку в руках. Проклятье. Нужно куда-то ее поставить. Хатор выхватил ее у него своими изящными пальцами. «Иди и обними его. Мы все знаем, ты этого хочешь». Кайло не нужно было повторять дважды. В несколько быстрых размашистых шагов он пересек комнату и чуть не обрушил Хакса на пол. Прижавшись лицом к рыжим волосам, он крепко обнял его за тонкую талию и удерживал до тех пор, пока Хакс не надавил рукой на его плечо, пытаясь отстраниться. Кайло отпустил его, и Хакс повернулся к нему, заправляя выбившиеся пряди волос за уши: — Я все еще не привык к такому. — Все в порядке, я вам помогу, — сказал Кайло и слегка улыбнулся: — Мой маленький удар с воздуха. Хакс несильно толкнул Кайло в грудь и пошел за своим кафом.