Чувствуешь взгляд?

      Шериф вздохнул, устало потирая виски. Он очень не любил чего-то не понимать, а в последнее время в Бикон-хиллз творилась какая-то чертовщина. Непонятные смерти, вроде бы от когтей диких зверей, нападения на полицейский участок, преступники, голыми руками выламывающие решетки в надежных камерах и вырывающие металлические двери. Чудо, что Стайлз не подвернулся под руку этому психопату, которого задержали накануне. Стайлз… сын явно что-то знал обо всем происходящем, намного больше, чем говорил отцу. И это тоже волновало шерифа, потому что он не мог защитить Стайлза от неизвестной ему опасности, а тот так и лез в самое пекло. Шериф уже не удивлялся, обнаруживая сына посреди ночи на месте очередного преступления, да еще и раньше патрульных машин. Как бы он не рванул искать чертова индейца… Джон Стилински предпочел бы не встречаться с Ларасаньей без табельного оружия, а еще лучше — пары полицейских машин за спиной. Было в нем что-то… пугающее. Джон потянулся к чашке с кофе, которая помогала еще хоть как-то бороться со сном, но ту внезапно выдернули из-под руки:       — Кофе — наркотик, папа. Вредно его так много пить.       — Это вкусный, горячий и бодрящий наркотик, — не согласился шериф, пытаясь вернуть чашку.       — А ещё он убивает твоё сердце, — не согласился Стайлз, не отдавая чашку.       — Кхм, сэр! — подал голос Джон. — У нас вообще-то преступник сбежал, сэр!       — Я в курсе, Джон, — шериф потер ладонями лицо. — Как раз пытаюсь предположить, куда он мог двинуться.       — Пап, а может тебе лучше поспать? — Стайлз попытался ненавязчиво увести бумаги со стола старшего Стилински. — Потом, на свежую голову, оно думается лучше…       — Стайлз, — шериф сурово глянул на сына. — Даже не пытайся влезть в это дело. Майкл в больнице со сложными переломами, и просто чудо, что этот псих не приложил еще и тебя. Я очень не хочу навещать тебя в больнице, и еще меньше — на кладбище. Ты меня понял?       — Но, пап…       — Ты что-то знаешь о Ларасанье? — пронзительно глянул Джон.       — Нет, — тут же стушевался Стайлз. — Ничего такого, чего не знаешь ты. «Он вообще-то оборотень, и чокнутый альфа, и я совсем не хочу, чтобы следующим в стену влетел мой отец». — Я просто волнуюсь за тебя.       — Сынок, это же моя работа. Да, она опасна, но всё же необходима. Я буду осторожен, обещаю, — шериф твёрдо посмотрел на сына. — А теперь иди домой и постарайся ни во что по пути не вляпаться.       — Хорошо, но…       — Стайлз, пожалуйста.       — Ладно. Но ты не будешь пить кофе!       — Не буду, иди уже. И не нарвись на него снова! — крикнул шериф уже вслед сыну.       Тот только махнул рукой, на ходу доставая телефон.       — Алло, Питер?..              

* * *

      Питер вышел из своего логова, на ходу набирая SMS Дереку, чтобы тот выгнал со станции всех своих щенков, так как нужно срочно поговорить. Благо, за этим дело не встанет, его племянничек если что и умеет делать, так это гонять волчат туда-сюда, из пустого в порожнее.       Аржент, страстно поцелованный на прощание, остался в логове вызванивать своих и координировать оцепление. Не то чтобы он там специально засел, просто Хейл убежал первым. За безопасность своего жилища он не переживал: ничего особо компрометирующего или ценного там не было, а возможные ловушки охотников его не пугали. Во-первых, Крис вряд стал бы их ставить.       Во-вторых, Питер Хейл больше не появится в этих стенах.       — Что?.. — растеряно спросил Дерек, разглядывая его. — Что?..       Все эти дни Питер весьма удачно прятался от своего альфы, не попадаясь ему ни на глаза, ни на нюх. А теперь Дерек считывал всё, что произошло с ним за это время… Только племянник был чересчур неопытным, а дядюшка — хитрым.       — Ты убил альфу? — как-то даже жалобно спросил Дерек.       — Да. Одного — лично, двух других — с помощью охотников, — спокойно сообщил Питер.       — И?..       — Нет, я не принял наследие альфы. Просто в процессе в крови извозился. Сам чувствую, как от меня несёт, но поделать ничего не получилось. Придётся ждать, пока оно само выветрится.       Хотя нельзя сказать, что Питер особо старался. Мёртвый альфа прекрасно скрыл все следы общения с Крисом. Младшему Хейлу вообще не стоит знать об этом. Во всяком случае, до тех пор, пока возможно засунуть палки в колёса плану ведуна.       — Ты заключил союз с охотниками за моей спиной? — медленно, словно не до конца осознавая собственные слова, произнёс Дерек.       — Да, — жёстко сказал Питер. — Я получил послание от стаи альф и не сообщил тебе. Договорился с охотниками и Стайлзом и уничтожил внешний круг. И ты знаешь, почему я так сделал.       Дерек тоже знал, как получаются стаи альф. И что ему нельзя встречаться с их вожаком ни под каким предлогом. Но это не причина, чтобы даже не поставить в известность.       — Ты мне не доверяешь, — сделал вывод младший.       — Увы, мой дорогой племянник. Не доверяю. И не буду доверять, пока ты действуешь согласно своим мифическим представлениям о крутом альфе, а не по реальной необходимости.              Мало кто из обращённых и, тем более, людей был в состоянии оценить, сколько значило для Дерека быть альфой. Сначала он потерял всю свою семью, осталась одна Лора да невменяемый дядя. Шок по человеческим меркам, первые вопросы, за какие грехи ему такое дерьмо ниспослано. Потом убили Лору, его альфу. Шок, конечно, больше по волчьим меркам, но у него ещё оставалась надежда, что тот, другой альфа, возьмёт его в свою стаю… А потом выяснилось, что этот альфа — спятивший маньяк, которого не убьёт только ленивый. Настоящая трагедия для оборотня, понимающего, что он остался один и в скором времени превратится в омегу, слабое и презираемое стаями существо. Конец света в одной, отдельно взятой жизни.       Но вот он сам становится альфой. Да! Это как второй шанс, как символ того, что беды уже наконец закончились и, за что бы не взъярилось на него Мироздание, он уже прощён. Бета без стаи превращается в Омегу. Альфа собирает новую.       Чем, собственно, Дерек и занялся.              Питер бы предпочёл обрабатывать племянника более тонко, постепенно указывая на недостатки, выдавливая каждый из них по очереди, начиная с малого. Но у ведуна оставалось слишком мало времени на «медикаментозное» лечение горькими микстурами из тонких подколок, приходилось применять «хирургию» из острых, обидных фраз.       — Раз так всё прекрасно, почему ты пришёл?       — Я, конечно, радею за стаю и её восстановление, — фыркнул Питер. — Но не до такой степени, чтобы надрывать пуп в одиночку. Всё, опасность для тебя минула, пора бы и поработать.       — Минула? Что ты имеешь в виду?       — Даже если у Ларасаньи остались свободные альфы, которых он собирал для второго круга, они ещё незамкнуты на него. Так что ему будет не до подчинения новых, этих бы проконтролировать, — сообщил Питер.       — Ларасанья — это вожак стаи альф? — полуутверждающе спросил Дерек. — Почему ты уверен, что он атакует именно сейчас, а не уйдет в другие места, чтобы снова замкнуть на себя первый круг?       — Во-первых, не факт, что у него есть нужное количество альф. Во-вторых, он в бешенстве и хочет отомстить. Мы развели их, как младенцев, причем почти без усилий со своей стороны. А ещё его арестовал шериф задрипанного городка. Слишком большой удар по гордости этого пижона. Он жаждет отомстить, доказать, что это всё не более чем случайность. Он будет атаковать, как только подтянет силы.       — Что, сказывается собственный опыт в роли сумасшедшего? — хмуро зыркнул исподлобья Дерек. Он вовсе не был таким непрошибаемым, каким считали его волчата. В конце концов, он ненамного их старше! И сейчас в альфе боролись два чувства: желание тряхнуть обнаглевшего бету за холку, приводя к подчинению; и понимание, что в одиночку со стаей альф ему не справиться. А дипломат из Питера всё же намного лучше, чем из самого Дерека. Но и просто проглотить подобное неуважение со стороны беты он не мог.       — Нет, большой опыт обращения с молодыми да скорыми, — перевёл стрелки Питер.       — Эти молодые и скорые уже однажды тебя переиграли, — прищурился Дерек.       — Уверен? Ведь я всё ещё жив.       — Зато ты стал намного слабее. Раньше тебе бы не понадобилось мое участие, — младший Хейл блеснул алыми глазами.       — Не ярись, не дорос ты ещё на меня глазами сверкать, — отмахнулся Питер. — И, если ты не заметил, я уже справился с тремя альфами без твоей помощи.       Дерек прикусил язык, вспомнив, что уже восемь раз зарекался не вступать в словесные перепалки с дядей. Если убить или просто сильно ударить его было ещё возможно, то на этом поле он проигрывал по всем очкам и ничего, кроме скрошенных в пыль клыков, не заработал бы.       — Ладно, — неохотно произнёс он. — Как дела насчёт твоего, хм… Наследия?       — Я в процессе, — кивнул Питер. — Уже почти-почти завербовал подходящую кандидатуру. Так как ты сменил тему, делаю вывод, что фаза меряния клыками уже пройдена, можем поговорить серьёзно. Надо защитить потомков ведьм. Лидия, Стайлз и Эллисон.       — Только эти трое? На весь город? — не поверил альфа.       — Да, есть и другие, но они слабы. А вообще, не удивляйся, рождённые с даром сами притягивают к себе всё мистическое.       — А Крис Аржент?       Питер немного помолчал, затем произнёс:       — Будет приманкой.              

* * *

      Стая в полном составе и пяток Аржентов собрались около обгоревшего дома Хейлов.       — Мир определённо сходит с ума, — заметил Стайлз, жуя чипсы. — Надеюсь, разборок в стиле «клыки против пистолетов» не будет? Если да, то подождите чуток, я схожу, спрячусь.       — Успокойся, это мирные переговоры, — мягко заметил Питер. — Мы здесь все собрались против общего врага и не будем устраивать заварушек, пока он не будет повержен.       — А я тогда здесь зачем? — резонно спросила Лидия. Её выдернули прямо во время шопинга, что не придавало девушке хорошего настроения.       — А ты, Стайлз и Эллисон попадаете в группу риска, — ответил Питер. Его альфа молчал, мстительно решив спихнуть переговоры на такого инициативного бету. Мол, сам заварил, сам пусть и расхлёбывает. Ребёнок. — Вас стая альф будет искать, чтобы использовать в ритуале. Со смертельным исходом с вашей стороны. Всё ещё хотите уйти?       — А почему мы должны сидеть именно здесь? — Стайлз, как обычно, тараторил со скоростью новенького автомата. — Нет, я, конечно, не против пообщаться с Лидией, но если уж вы решили устроить мне свидание с девушкой моей мечты в благодарность за все мои старания, то обстановка неподходящая, да и Эллисон тут явно лишняя. И потом, разве альфы ещё не вычислили это место? Я не сторонник экстрима на свиданиях…       — Заткнись, — рыкнул Дерек, всё же не удержав гордого молчания. — Иначе я решу все наши проблемы, просто выдав тебя альфам. Ты их до смерти заболтаешь.       — Чувак, у тебя отвратительное чувство юмора… Все, молчу-молчу, — поднял ладони Стайлз, невольно пятясь назад. — Эй, Питер, ну скажи ты ему!       — Да, Дерек, — вступился оный. — Ситуация и так сложна, не стоит сейчас ещё наваливать на себя необходимость прятать труп. Потом ведь придётся как-то избегать внимания шерифа, да и с охотниками отношения испортятся… Ты этого хочешь?       — Точно! — воспрянул духом Стилински. — У моего отца есть ружье, а Эллисон ради такого поделится аконитом! Эллисон, ты ведь поделишься?       Аржент молча отвесила парню подзатыльник. Бледная, с закушенными губами она, пожалуй, восприняла эту ситуацию тяжелее всех. А Дерек только прорычал что-то невнятное и отвернулся. Его забили общими усилиями главных заноз Бикон-Хиллза.       — В опасности все потомки людей, которые раньше занимались магией. А именно — вы трое, — продолжал Питер.       — А как же наши родители?.. — спросила Лидия. Генетику не забывает даже в такой ситуации.       — У тебя ведь мама не рыжая, только бабушка? — то ли спросил, то ли утвердил старший Хейл. — Такой дар передаётся только через поколение. Стайлзу он перешёл по женской линии, а Крис… — тут он замолчал, а потом твёрдо посмотрел на охотника. — А его я хочу попросить быть приманкой.       Крис спокойно, с некоторым весельем выдержал этот взгляд, безмолвно спрашивая оборотня: «Ты знал?» — «Знал», — молча ответил Питер. Аржент едва заметно покачал головой. Не укоряюще, но так, словно не до конца мог поверить. Потом едва заметно усмехнулся. «Ты ведь поэтому начал меня учить?» Хейл дёрнул плечами. «Увы. Так у тебя шансов на выживание больше», — тихий диалог продолжила едва уловимая, но донельзя хитрая усмешка оборотня: — «Я всё ещё надеюсь, что ты почешешь меня за ушком».       — Что, меняемся ролями? — хмыкнул Аржент. — Хоть предупредил, и на том спасибо…       Скотт молча уронил челюсть. Айзек переводил широко распахнутые глаза с охотника на Питера. Джексон чуть выгнул бровь, удивляясь скорее бурной реакции остальных, так как был не в курсе некоторых тонкостей, связанных с Питером Хейлом и охотниками. Дерек мрачно сверлил дядю взглядом исподлобья — он, один из немногих, заметил эти переглядывания. И восприятие альфы было достаточно острым, чтобы, наконец, понять, какая неправильность присутствовала в запахе Питера. Эллисон удивленно посмотрела на отца, на ничуть не удивленных охотников…       — Папа? Я чего-то опять не знаю?       — Ничего особенного, Эллисон, — глянул на дочь охотник. — Просто в прошлый раз приманкой выступал Питер.       — Питер? — подал голос Стайлз. — Кажется, я тоже что-то пропустил…       Стилински был удивлен настолько, что даже не частил словами — просто никак не мог понять, что все это значит. Когда это глава охотников стал звать зомби-дядюшку по имени?       — О, ничего особенного, — улыбнулся старший Хейл, кожей буквально впитывая удивление. — Мы всего лишь немножко убили трёх альф. Двоих — в компании охотников, а третьего пришлось догонять отдельно. Вот и познакомились в процессе. Не назову это дружбой, но отношения явно улучшились.       — Нет, — резко произнёс альфа, качая головой, но неотрывно глядя на дядю. — Нет-нет-нет! Ты этого не сделаешь!       — Не сделает чего? — тут же встал в стойку Стайлз, почуявший что-то интересное и запретное.       — Трёх альф? — Эллисон в ужасе распахнула глаза. Скотт немедленно обхватил девушку за плечи, успокаивая. — Значит, вчера?..       — Всё в порядке, — улыбнулся один из охотников. — С оборотнями, оказывается, можно неплохо сработаться.       — Уже сделал, смирись, — бросил Питер.       Аржент понимающе хмыкнул, не зная, что Хейлы говорят совсем не о его постели. Дерек метнул на охотника пронзительный взгляд — если от дяди он мог ожидать чего-то подобного, то спокойствие охотника его удивило. Что-то тут не складывалось. Не мог же Питер всего за пару дней так промыть Арженту мозги?       Всё-таки, как же плохо мы порой знаем собственных родственников…       — Итак, какой план, командир? — спросил тот же охотник у Криса.       — Этот вопрос я адресую нашим мохнатым друзьям… Итак?       — Всё просто. Лидию, Эллисон и Стайлза нужно отвезти в безопасное место… В ветеринарную клинику, например. Сомнительно, что Дитон будет во всём этом участвовать, но спрятать ребят он не откажется, — начал излагать Питер. Обычно он все свои хитроумные, долгоиграющие планы выполнял сам, так что рассказывать их он не привык. Звучали они гораздо проще, нежели в сознании, не так завораживающе и сильно. — Потом Крис отправляется в какое-нибудь место, которое удобно защищать, например, в свой собственный дом, и там мы будем ждать нападения.       — Только не в мой дом, он мне ещё дорог как память, — не согласился охотник.       — Жизнь дороже, — качнул головой Питер. — Логично будет, если ты окажешься именно там — любое другое место будет слишком очевидно попахивать засадой, чтобы Ларасанья мог передумать атаковать в лоб. Да и потом, оборотни в доме охотников…       — Тебе явно доставляет удовольствие впечатывать его мордой в грязь, — хмыкнул Крис. — Эта ваша ветеринарная клиника — точно надежное место?       — Точно, — подал голос Скотт. — Питер так и не смог туда зайти, когда был альфой.       — Скотт… — Эллисон неосознанным жестом переплела пальцы с оборотнем. — Я ведь могу помочь…       — Нет! — нахмурился Крис. — Ни в коем случае!       — Если уж на то пошло, я тоже могу помочь, и толку от меня будет даже больше, — пробурчал под нос Стайлз.       — Вот и проявляй свои таланты там, где они больше всего нужны, — сверкнул глазами Питер. — Если ты ещё не понял, выделить вам охрану мы просто не сможем, каждый боец на счету. И в случае, если все пойдет не так, надежда будет только на тебя, потому что логику действий Дитона я до сих пор понять не могу.       — Это ты так ненавязчиво окрестил всех остальных балбесами? — спросил доселе молчавший Джексон. Что и говорить, на оскорбления у него всегда был особый нюх.       — Каждый понимает в меру своей испорченности, — отбрехался Питер. — Или у вас есть предложения получше? Нет? Тогда пошли выполнять мой план. Думать по пути не возбраняется, так что, если что, звоните и выкладываете свои гениальные идеи. А пока всех прошу озаботиться собственным выживанием.       — Так точно, мамочка, — съязвил Джексон, который терпеть не мог тех, кто мог его хоть в чем-то переплюнуть.       — О, ну, хоть кто-то оценил мои заботы о сохранности ваших задниц, — ничуть не обиделся Питер.       — Паяц, — закатил глаза Крис. — Тебя подвезти, или вы своим ходом?       Дерек страдальчески скривился. И вот его Питер счел подходящей кандидатурой? Это явно месть за коктейль Молотова и разорванное горло, вполне в духе любимого дядюшки. У него и до пожара было несколько специфическое чувство юмора.       — Пожалуй, на этот раз прокачусь с тобой, — улыбнулся старший Хейл, мысленно уговаривая себя не двигать бровями вверх-вниз. Крис только с улыбкой открыл заднюю дверь внедорожника, садясь внутрь. Питер определенно умел держать окружающих в тонусе. Поэтому пусть лучше за рулем будет Джон — меньше шансов врезаться куда-нибудь после очередного откровения оборотня.       — Ты неподражаем, — сообщил охотник севшему следом Хейлу.       — А что я такого сделал? Всего-то заставил работать вместе собственного альфу и охотников, подумаешь, какое дело… — отмахнулся Питер, а потом, когда они отъехали на достаточное расстояние, добавил: — А теперь, поговорим серьёзно. Машина ведь со звукоизоляцией?       — И бронированная. Если этого недостаточно, то мотор заглушит остальное, — Аржент слегка напрягся. Что такого важного Хейл хотел обсудить втайне от остальной стаи?       — Чтобы быть удачной приманкой, недостаточно просто крови, — медленно проговорил Хейл. — Не удивлюсь, если они будут плутать в своих поисках несколько дней. Мы такого им позволить не можем, надо убить их быстрее, чтобы не успели опомниться.       — Предлагаешь устроить какой-нибудь ритуал с моим участием? — нахмурился Крис. — Или… С его участием? — охотник метнул взгляд на немедленно появившегося рядом тотема. Волк клыкасто улыбался, вывалив язык из пасти, но при этом как-то сразу было понятно, что он готов к смертельному броску, и расслабленность — лишь видимость.       — Близко, но не совсем, — согласился Питер. — Зверюгу спрячь, лучше бы вожак её не унюхал. А вот ритуал… Если его можно так назвать, понадобится. Ты должен будешь как можно более сильно фонить в магическом плане. Как талантливый новичок, только что сумевший сделать своё первое заклинание, тратя слишком много энергии на иллюминацию и спецэффекты. Собственно, это и будут спецэффекты.       — И как этого добиться? — чуть наклонил голову Аржент. — И не обзаведусь ли я после этого еще одним, хм, удобным домашним питомцем?       — Побочные эффекты: голод и повышение либидо, ничего смертельного, а добиться… Будешь устраивать иллюминацию. В буквальном смысле. Обставим тебя свечками, мысленно зачерпнёшь пламя и окружишь себя им, замыкая в сферу, или, если не получится, просто окружая себя искрами. Лучше на расстоянии от физической оболочки, потому что пламя хоть и воображаемое, но жжётся.       — Звучит бредово… А самое бредовое, что я действительно собираюсь это делать. Свечки хоть обычные взять можно, или придется ароматические покупать? Хотя покупать так и так придется, у меня просто нет такого количества свечей, — Крис съехал вниз по сиденью, искренне радуясь, что он не за рулем. Питер умел выбивать из колеи.       — Одной хватит, — усмехнулся Хейл, сжимая его предплечье. — Можно вообще обойтись без них, но, боюсь, тебе не хватит опыта и, главное, уверенности сделать это. С живым огнём проще.       — Тебе виднее, ты здесь ведун, — охотник запрокинул голову. — Интересно, вокруг всех колдунов творится такая чертовщина, или это Хейлы уникальны?       — В смысле, чертовщина? — немного даже растерялся Питер. — Вроде всё нормально…       Охотник выразительно глянул из-под полуприкрытых век:       — Ну, если это в твоем понимании нормально… Тогда я боюсь даже представить, что ты считаешь форс-мажором.       — Не знаю, я с ним ещё не встречался, — честно признался Питер. — Понимаю, тебя вся это ситуация, особенно магия, напрягает, но… Обещаю, к ближайшему рассвету всё закончится.       — Ты так уверен в этом, — Крис окончательно прикрыл глаза. — Надеюсь, ты прав. Достало всё это по самое не могу. И дело даже не в магии.       — А в чём? — немного подумав, Питер приобнял его, утыкаясь подбородком в макушку. Машина немного вильнула, но Джон справился с удивлением.       — Я уже говорил, что мы не роботы, — охотник не пытался высвободиться из рук Хейла. — И мне тоже надо хоть иногда остановиться и выдохнуть. А у меня ощущение, что с момента переезда в этот чертов город, вокруг моей семьи все туже затягивается петля. Кейт… Виктория… Джерард… Я не хочу, чтобы следующей в этом списке оказалась Эллисон. Или Джон. Или еще кто-то из тех, кто мне дорог. Мне осточертело постоянно кого-то терять.       Машина вильнула ещё немного, а в салоне разлился острый запах удивления. Если Джон мог понять, что после смерти жены Крис настолько сошёл с ума, что нашёл утешение у оборотня, — тем более, что Питер кажется неплохим парнем, — то подобная откровенность была и вовсе невероятна. Но Джон молчал и будет молчать. За это его и ценили.       — А я всё время забываю, какие вы, люди, хрупкие, — Хейл улыбнулся. — Со стороны так не кажется… Да, обычно ведь вы действуете по иной схеме. Приезжаете в город, в котором есть подозрение на оборотней, ищете их, если находите, проверяете на нарушение кодекса, если всё чисто — уезжаете, если нет — убиваете всех. И уезжаете. Точечная, быстрая акция. А тут вам пришлось подзадержаться, да ещё и с потерями, да в постоянном напряжении… Понимаю. Если я скажу, что у тебя будет передышка, поверишь?       — Скажем так, я буду на это надеяться, — Крис выпрямился. Момент слабости прошел, Аржент снова стал уверенным в себе лидером. Ему и его людям ещё сегодня сражаться. Нельзя, чтобы они видели неуверенность или слабость предводителя. Ведь глава клана — это не только боец или стратег, это, прежде всего, символ, своего рода знамя, за которым идут остальные охотники. А символ не может уставать или сомневаться.       — Так какие детали своего плана ты предпочел удержать при себе?       — Только то, что тебе придётся колдовать, — спокойно ответил Хейл, отстраняясь и возвращаясь к своей привычной манере поведения. — Стая не знает, что я ведун, и не хочу, чтоб узнала. Тем более, что обучение тебя паре трюков они могут расценить как предательство. Очередное. Дети же.       — Очередное? — приподнял брови Крис. — Впрочем, это не мое дело. Значит, трюк со свечой, оборотни в засаде и много-много пуль с аконитом. Думаешь, этого окажется достаточно?       Питер помедлил.       — Да. Заклятие подчинения плохо влияет на самосознание альф, они не такие опасные, как те, что с собственной стаей. Но будут потери и с нашей стороны.       — Ты ведь видишь будущее, да, ведун?       — Только иногда.       — Жаль, — Крис не стал уточнять, что именно. — Джон, прибавь газу. Чем быстрее мы разберёмся с этим, тем лучше. Не хватало, чтобы они начали охотиться на людей. В последнее время в этом городке и так слишком много трупов.              

* * *

      — Запереть царевну в башне наверху! — торжественно объявил Питер, когда они вошли в дом. — Если там есть решётки на окнах. Нет? Как нет? Как вы выживаете, охотники? Или это специально, чтобы Скотт мог приходить?       — Наверху комната Эллисон. Ты же не думаешь, что я посажу в тюрьму собственную дочь? А Скотта уже поздно отваживать, редкостно упрямая скотина, даже для оборотня… Особенно учитывая, что перекрой я подходы к дому, они начнут встречаться где-нибудь ещё, и хорошо, если это будет не место сборища стаи.       — Полностью с тобой согласен, пусть лучше у вас, — моментально согласился Питер. — Натыкаться постоянно на этих двоих по всем углам — совершенно не мотивирующее занятие. Так куда? Можно, конечно, в подвал. Полагаю, он у вас прекрасно защищён, но это может показаться подозрительным, что тебе там делать? Кстати, там никакой… Специфической защиты нет?       — Решетки. Наручники. Высокое напряжение, — хладнокровно перечислил Крис. — Но нет, рябиновых порогов мы там не делали и аконит по стенам не развешивали. Чем тебе арсенал не нравится? Стены крепкие, оружие под рукой и как раз самое подходящее место для проведения досуга.       — А если у меня профессиональная аллергия на подобные железяки? Шучу. Места там много?       — Достаточно, — кивнул Крис. — Не спортзал, но развернуться можно.       — Оборотни прибыли, — коротко сообщил один из охотников. Кажется, его звали Майкл.       — Что-то подзадержались… Пока я осматриваю арсенал и инструктирую Криса, вы не могли бы распределиться по стратегическим точкам, не передравшись? Мой племянник, понимаете, очень чувствительный, из-за чего постоянно огрызается. Не обижайте его, ладно?       «Чувствительный племянник» мрачно сверкнул алыми глазами, явно испытывая огромное желание приложить родственника о ближайшую стену, желательно головой. Но промолчал, так как понимал, от чего зомби-дядюшку так лихорадит, что он аж забывает о чувстве меры.       — Майкл, вооружи людей. Джон, если горячие головы все же поругаются, ты знаешь, где огнетушитель, — кивнул Крис.       Питер, кивком одобрив подобную тактику, пошёл вслед за Аржентом в арсенал. Там толпилась куча народа, разбирая оружие, пришлось немного подождать. За это время сообразительный Джон притащил блок белых хозяйственных свечей и спички.       — Ну, что ж, начнём, — потёр руки Хейл. — Что делать, ты знаешь. А я прослежу, чтобы получилось и получилось неопасно.       Крис зажег несколько свечей, приклеив воском прямо к полу. Сам застыл рядом, прикрыв глаза и сосредоточившись, честно пробуя представить, как пламя с тонких фитильков вытягивается, размазываясь по окружающему пространству тонкими лентами, переплетается, сливается, смыкается, образуя купол… Охотник даже слегка взмок от напряжения.       — Чувствую себя идиотом, — признался он пару минут спустя.       — Что, мне лучше было бы Стайлза в качестве приманки использовать? — хихикнул Питер. — Не бойся, всё действует. Если так уж нужны доказательства, попробуй коснуться этого пламени.       — Но ты же говорил, что оно жжётся.       — Оно жжёт, да не обжигает. Попробуй, только немного, а то сосредоточиться будет ещё сложнее.       Что Хейл имел в виду, Крис понял, только представив, что от купола отсоединяется жгут и касается его. Это место вспыхнуло, словно рядом пронеслось что-то очень горячее, но это было ещё не всё… По телу растеклась быстрая, мимолётная волна жара, останавливаясь где-то в области таза.       — Ты сволочь, знаешь? — не открывая глаз, сообщил Крис. Правда, спокойный тон не слишком вязался со смыслом слов: охотник всеми силами удерживал концентрацию. — Иногда я понимаю Дерека, который смотрит так, словно мечтает свернуть тебе шею собственными руками. С такой-то тягой к провокациям. Долго мне ещё костер изображать?       — Ты чувствовал себя глупо, потому что не знал, стараешься ты зря или нет, — спокойно произнёс Питер. — Я всего лишь показал способ доказать тебе, что да, правда. И предупредил, чтоб ты не особо увлекался. Где тут провокация? Я же не виноват, что пламя отвечает и за сексуальную энергию. И да, можешь расслабиться. Костёр ты уже зажёг, гореть он дальше сам должен… Заметил, что свечки стали сильно короче? И вон та, которую ты обделил вниманием, гораздо длиннее… — Хейл задумался. Таким образом получалось, что вместо прикосновения к огню, он мог просто показать количество воска. Промах, однако. — И вообще, провокация — это когда вот так…       Он встал перед Крисом, поднял вверх указательный палец, как заправский фокусник. Затем просто ткнул этим пальцем под ямочкой между ключицами. Охотник приподнял брови, мол, в чём прикол, а Питер только улыбнулся. Через десять секунд Аржент почувствовал волну дрожи, что пошла от грудной клетки по всему телу. Сила, ярость, мощь… Страсть. Тело, словно пустой сосуд, наполнялось этими ощущениями. Хотелось бежать, играть, творить, действовать.       — Ведуны оборотней, в отличие от обычных, — как ни в чём не бывало начал Питер, — не обладают способностью управлять стихийной энергией. Зато мы лучше манипулируем жизненной, что отвечает за лечение, забирание боли, наложение проклятий и благословений.       — И чем из этого ты меня осчастливил? — Крис машинально облизнул пересохшие губы.       — Всего лишь маленькой стимуляцией. Это абсолютно безвредно, хоть и здорово повышает тонус, — оборотень довольно улыбался, разглядывая взметнувшийся почти на два метра пламенный кокон. Такой маяк сложно не заметить.       — Тебе не кажется, что несколько неразумно устраивать такие демонстрации сейчас? — Аржент очень медленно поднял веки, словно боялся расплескать огонь резким движением.       — Расслабься. Магия никуда от тебя не убежит, — шепнул Питер, подходя ближе, сталкиваясь почти нос с носу к ним. — Это чувства. Это эмоции. Это воображение. Это свобода. Отпусти себя на волю.       Поцелуй вышел странным. Крис больше находился там, в тонком мире, и плохо контролировал движения своего тела, но ощущения приходили в полном объёме и даже больше. Как-то совершенно непонятно почему, ему подумалось, что Питеру больно. Очень, очень больно. Всегда было, но сейчас — острее всего.       Пламя взвилось особенно высоко и опало. На полу остались лишь несколько лужиц расплавленного воска. Крис отпрянул в сторону, глядя на оборотня широко распахнутыми глазами:       — Что это за хрень сейчас была? Какого… Ты нарываешься, если тебе больно?       — Все нормально. Это всего лишь плата за воскрешение. Магия не любит давать что-то просто так, всегда что-то нужно отдать… Равноценный обмен, — Питер говорил мягко, успокаивающе, но Крис видел. Видел, как бьется эта боль, пронзая оборотня черно-багровыми пиками, оплетая щупальцами.       — Ты из-за этого так плохо регенерируешь?       — Я вообще удивлён, что регенерирую, — признался Хейл. — Контакт с волком хуже с каждым днём, только в катакомбах мне удалось его частично восстановить. Впрочем, это скоро закончится, не волнуйся.       — Мне-то чего волноваться? — Крис отвел глаза. Такая сила воли вызывала невольное уважение и восхищение. — Кстати, как отключить это «видение»? Не слишком приятно видеть… Мать твою! — Аржент застыл, уставившись в стену.       — Что там? А… — догадался Питер. — Это ауры. Можешь настраивать виденье так, как тебе заблагорассудится. Просто мысленно проговариваешь, что такое-то вижу таким-то, а это — не вижу. И всё. И да, кажется, у нас гости… Постарайся посидеть здесь, пока все альфы не будут втянуты в бой.       — Это альфы? — словно не слыша его, произнёс Крис.       — Да. А огромное нечто — их вожак.       — Вокруг него… Ветер и пламя. Ты же говорил, что оборотни не могут пользоваться стихийной энергией…       — Не могут. Видимо, этот щит он поставил до своего обращения, а теперь не может снять.       — В смысле?       — В смысле, он был колдуном из тех, что скачивают по интернету книги Кастаньеды. Бестолковый, бессистемный. Что-то сделал, что-то — нет, а метку, отгоняющую оборотней, поставить не мог. Как и не обратиться за помощью тотема. Вот его и обратили… Только он пошёл дальше, убил альфу, занял его место, решил создать свою супер-стаю… Но за всё надо платить.       — И он платит кровью?       — Кровью, жизнями, силой своих подчиненных. Обычные оборотни в стае становятся быстрее, сильнее, выносливее. Со временем они начинают чувствовать друг друга на расстоянии, могут предупредить об опасности… Ничего этого его стая не получит. Альфы сильнее от природы, но здесь они не усиливают друг друга… Вернее, усиливают не друг друга, а лишь вожака. Но он сам не осознаёт, что плату за власть берут только с него. Это все довольно сложно, да и не нужно тебе сейчас, — Питер резко выдохнул, словно от неожиданного спазма. Впрочем, почему словно?       Крис отошел к стенду с оружием, подхватил любимый арбалет.       — Почему было важно спрятать меня за линией их атаки?       — Потому что провести ритуал — секундное дело, в общем-то. Захватить хрупкого человека, встать в определённом порядке, хоп-хоп и готово. Тут не то что люди, даже оборотни опомниться не успеют. И всё, вожак снова в полном комплекте и может подчинять… Не только альф, но и любых других существ. Просто он лично предпочитает тратиться только на самых сильных, — Питер улыбнулся, не говоря, что это отнюдь не самая важная причина. И даже не та, что он назвал после: — А, может быть, я просто эгоистично прячу тебя для себя? Чтоб моего любимого чесателя за ушком не поцарапали.       — Эгоист, — чуть изогнул губы Крис в намёке на улыбку. — Но ты же не станешь перегораживать мне выход собой?       Короткий серьезный взгляд. Снова понимание без слов: «Там мои люди, и я не оставлю их сражаться в одиночку. Даже если бы это было более разумно». Питер понимающе кивнул: «Там моя стая, так что можешь не объяснять».       — Постарайся все же не попасть на когти к Ларасанье. Это было бы очень некстати.       — Постарайся не угодить на зуб какому-нибудь альфе, — в тон ему ответил Крис. — Я все еще хочу увидеть выражение лица Дерека, когда буду чесать тебя за ушком.       Питер улыбнулся. Почему-то эта улыбка казалась вымученной, ненастоящей. Крис списал это на боль, но был не совсем прав, определяя источник. А тем временем снаружи раздались первые выстрелы. Аржент рванул к ним, с арбалетом наперевес, но Хейл его перехватил:       — Подожди, пока ранят хотя бы одного альфу. Пожалуйста.       Крис сжал зубы, ничего не говоря, но всё же остановился. Стена была не помехой для того, чтобы видеть происходящее. Вот покраснели, разрослись фигуры оборотней, наливаясь яростью — трансформация пройдена. Вот загорелись азартом и страхом фигуры охотников. Вот кого-то из них пересекло чёрной полосой раны. Аржент попытался пойти к ним, но его удержал, обнимая за плечи, Питер. Оборотень шепнул ему на ухо:       — Пожалуйста, подожди. Хотя бы совсем немного… Его просто отшвырнули с дороги, ничего смертельного. Пожалуйста…       Охотник ожёг Хейла злым взглядом, но остался на месте. Он не знал сейчас, рад ли новоприобретенному зрению. С одной стороны, находиться в неизвестности сейчас было бы невыносимо. С другой, видеть сражение, вздрагивать от каждого удара алых фигур альф, который может оказаться последним. Крис закусил губу, из последних сил стоя рядом с дверью. Схлестываться сейчас с Питером было не с руки. Тем более, в чем-то оборотень был прав. Аржент не заметил, в какой момент перестал делить в своем восприятии охотников и стаю Хейла — все силуэты союзников обрели ровный оранжевый окрас, разрывающийся черным кляксами на месте ран. Альфы полыхали грязно-багровым, словно недоброкачественная опухоль. И они были сильны, очень сильны, сейчас это было особенно заметно. Равно как и их связь с вожаком — темные ленты, обвивающие шеи альф и сходящиеся к самой яркой фигуре.       Ларасанья. Центр опухоли.       Грохот выстрелов стал чаще, добавились короткие бумы от стрел со взрывающимися наконечниками. Одного из нападавших удалось зажать в угол совместными усилиями, багровая фигура медленно покрылась сеточкой черных трещин и стала медленно гаснуть.       — Пошли, — Крис решительно отодвинул оборотня от двери.              То, что творилось в доме, нельзя было назвать боем. Это была бойня. Альфы превосходили почти всех своих противников в силе и скорости, сначала просто играя с ними. Но после смерти своего они обозлились и стали нападать всерьез. Крис мимолетно подумал, что, видимо, Питер видел намного больше него — не зря же он так не хотел выпускать охотника из арсенала. А потом все мысли исчезли, оставив лишь отработанные до полного автоматизма движения — вскинуть арбалет, поймать мишень, нажать спуск. Вставить стрелу, вскинуть арбалет. Уловить краем глаза багровый всполох, отскочить в сторону. Перед лицом мелькает оскалившийся Дерек, сбивая атакующего альфу в сторону от человека. Отбросить арбалет — слишком высока скорость противника, нельзя тратить драгоценные секунды на перезарядку. Выпустить всю обойму в чужака, почти свернувшего шею Уитмору. Последнюю пулю — прямо над оскаленной пастью. Увидеть, как отлетает к стене Джон, сжать зубы, разряжая второй пистолет. Ощутить, как какая-то сила отрывает ноги от пола, увидеть резко приближающуюся стену. В последний миг извернуться, ударяясь плечом вместо головы. Привычным усилием воли отсечь боль, игнорируя повисшую плетью правую руку. Выхватить кинжал левой. Кажется, Крис даже успел ударить им куда-то в плечо атаковавшего его оборотня. Один удар сердца. Охотник успел разглядеть каждую каплю крови на лице оскалившегося Ларасаньи. А потом боль нахлынула огромной приливной волной. Это очень больно, чувствовать, как чужие когти сжимают в кулаке твои внутренности…       Крис упал, беспомощно глядя налево, не имея сил, чтобы даже пошевелить рукой. Это всё, конец. Охотник достаточно знал анатомию, чтобы понять, что жить ему осталось не больше десяти секунд. Зрение расплывалось, но Аржент старался бороться до конца, хотя бы сосредоточиться, хотя бы проконтролировать… Рядом с ним лежало тело. Половинка. Знакомые тёмные локоны спеклись от крови. Почему-то не возникало никаких сомнений, что это всего лишь дохлая тушка, бывшее вместилище Питера Хейла, а не он сам. Почему?.. Почему Крис не почувствовал, что с ним что-то не в порядке?       Аржент буквально чувствовал, как по его телу распространяется яд оборотней. Это походило на ту вибрацию, что передавал ему Питер, там, в арсенале… Но жизнь из него вытекала быстрее. Было очевидно, что он умрёт раньше обращения. Чёрт, ах, если бы эта рана хоть на пару сантиметров меньше.       Тихонько заскулил рядом тотем, сочувственно вылизывая его лицо. Нематериальный волк неопытного колдуна мало что мог сделать в этой ситуации, но даже так он пытался что-то сделать, что-то… Подсказать.       — Иди сюда, мой хороший, — то ли подумал, то ли сказал Крис.       Зверь с готовностью нырнул в тело носителя. Того мгновенно выгнуло дугой и замотало от судорог. Взрывная трансформация: человек отодвигается на задворки сознания, вперёд выходит волк. Он ломает кости и мышцы, переделывая тело под себя. Он зарастил повреждения так же легко, как удалил бы слой в фотошопе. Он полон ярости и желания защищать свою стаю. Крис чувствовал, что он где-то далеко от всего происходящего, соединённый с реальностью только толстой цепью, на которой он болтается, как воздушный змей. Охотник потянул её на себя, рывком возвращаясь в тело, занимая то же место, что и зверь. Палец к пальцу, сердце к сердцу. Плотно, сильно, почти едино…       Когда уже убитый охотник внезапно выгнулся с хриплым рыком, свидетелей рядом не оказалось. Но это тихое рычание обладало такой долей инфразвука, что пробилось даже сквозь застилавшую глаза оборотней ярость, заставив их рефлекторно дернуться. Но никто не понял, откуда оно шло. А возникший посреди маленькой комнатушки огромный зверь, только отдаленно напоминающий волка, несколько секунд постоял на месте, чуть покачиваясь. И сорвался с места, почти размазываясь от скорости.       Аржент оглянулся, мимолётно удивляясь, какой маленькой стала комната. В ней никого не было, кроме трупов, но прямо за стеной был Ларасанья. Которого просто до безумия хотелось разорвать на куски.       Крис не видел причины противиться этому.       Чужак, не ведун даже, а недоразумение сплошное, совершенно не ожидал, что из зачищенного помещения на него может кто-то напасть, поэтому спокойно стоял спиной к двери. В человеческом облике. Он развлекался, смеялся, упивался своей властью. Крис почувствовал, как горло сдавила ярость. Он не стал бессмысленно рычать, просто представил, как эта разрушительная мощь течёт по нему, скапливаясь в когтях и клыках.       Вкус живой крови под языком казался Крису лучшим, что он когда-либо пробовал. Когти разрывали грудную клетку, не столь даже пытаясь добраться до сердца, сколько… Разрушая нити, связывающие его с альфами. Ларасанья рыкнул, отшвыривая его от себя, как тряпочку, но было уже поздно.       Один из замороченных очухался.       Темноволосый крепкий мужчина остановился на полудвижении, чуть-чуть не достав когтями до горла одного из охотников. Недоуменно огляделся, словно не понимая, где он. Увидел Ларасанью. И с хриплым ненавидящим рыком вцепился в горло не ожидавшему такого от секунду назад покорного оборотня индейцу.       Ларасанья был не только колдуном. Он был альфой, и далеко не самым слабым. Но сорвавшийся с поводка оборотень терзал его так яростно, что, казалось, не остановится, даже если разорвать его на куски.       Индеец завыл от боли, пытаясь хотя бы убежать или натравить на предателя кого-нибудь из подчинённых, но его быстро и охотно угостили аконитом, сбивая концентрацию. Ещё один оборотень, девушка, очнулась от чар, но не кинулась на Ларасанью, а просто выпрыгнула в окно.       Крис увидел лежащий рядом пистолет. Хотел коснуться его, но с огромными когтями стрелять было проблематично. Он мысленно сделал шаг вперёд, отстраняя зверя на задний план. Тело рывком начало трансформироваться обратно, захрустели кости, сжимая монстра до размеров человека. Аржент поднял оружие, прицелился и выстрелил точно в сердце одному из альф. При скоростном режиме стрелять было гораздо удобнее.       Настала внезапная тишина.       — Пап? — осторожно спросила Эллисон.       — Какого чёрта ты здесь забыла? — нахмурился Крис. — Тебе же было сказано прятаться в ветеринарной клинике…       — Папа! — крикнула она и бросилась к нему на шею.       Старшему Арженту ничего не оставалось, кроме как обнять дочь.              

* * *

      Через несколько часов основная часть оборотней разбежалась по своим домам, альфы были с должными предосторожностями похоронены, а молодежь должным образом отругана за потуги к геройству. Потери среди охотников были велики, но поскольку Аржент не собирался убивать покусанных оборотнями соратников, не катастрофичны. Ситуацию с нападением альф еще предстояло долго разруливать — выстрелы, взрывы и рычание сложно не заметить, особенно в таком объеме. А плачевное состояние дома не позволит списать все на слишком громкую аудиосистему. Но конкретно сейчас Крис чувствовал себя опустошенным. Не усталым, не измотанным, а именно опустошенным. Казалось, что надо куда-то бежать, решать какие-то неотложные вопросы. Но все дела первой важности кончились, а Крис не мог сейчас отдыхать. В его новой природе были и минусы — измотаться, чтобы валиться с ног, оборотню было намного сложнее.       А еще почему-то не верилось в смерть Питера. Не кого-то из своих охотников, тех, с кем не раз сражался плечом к плечу, а этого ехидного оборотня. Словно тело, увиденное на полу, было всего лишь нелепой куклой. Даже оборотни не живут после таких ран. Но Крис не мог поверить в смерть ведуна.       Охотник провел рукой по лицу, словно стирая липкую паутину. Он просто не представлял, что делать дальше. Судьба омеги охотника не прельщала, а сил альфы он почему-то не получил, несмотря на убитого альфу уже после обращения. Выходит, теперь придется войти в стаю Дерека Хейла? В кошмаре бы не приснилось… Причем, самому Хейлу тоже. Да еще и мистические силы, толчок к пробуждению которых дал Питер… Необходимо научиться хоть как-то с ними управляться, чтобы не вляпаться в какую-нибудь потустороннюю хрень по незнанию. Но где можно найти нужную информацию? Не в интернете же. Хотя…       «Из тех колдунов, что скачивают с интернета книги Кастаньеды. Бестолковый, бессистемный…» Но с чего-то же надо начинать. Тем более что уснуть сегодня охотнику точно не удастся.       Крис щелкнул кнопкой, запуская компьютер. Развернул окно браузера. В уголке экрана замигало сообщение о новом письме. Время отправления — за несколько часов до финальной битвы с альфами. Странно. Кто бы мог написать ему в такое время?       Прочитать.       Спустя минуту он откинулся на спинку стула:       — Чертов ведун. Ты знал. Знал, что все закончится именно так.       Но на лице охотника медленно проступала улыбка, неуверенная, почти незаметная. Искренняя.              «Здравствуй, Крис.       Извини, что так тебя подставил. Но, серьёзно, на кого мне было оставлять стаю? Не на Стайлза же. Хоть кто-то в стае должен быть взрослым и благоразумным. Чаще всего это именно ведун. Да, это ты. Ты теперь ведун.       Извини. Я просто не мог иначе. Ведун не может умереть, не передав своего дара, оставив стаю в опасности. По сути, я умер ещё во время пожара, но, сам понимаешь, спокойно пеплом рассыпаться я не смог.       Все необходимые тебе материалы — в приложении. Теория, практика, заклинания, ритуалы… Изучай и развлекайся. Только стаю не загуби. Пожалуйста, очень прошу. Не загуби её. Они же ещё совсем дети. Все, даже Дерек. Из них может получиться что угодно, даже самые образцово-показательные оборотни Америки. Или клыкастая полиция. Как захочешь ты.       Только не загуби.       Да, и ЭТО было необязательным. Просто очень-очень хотелось. Даже оборотни не роботы, даже нам необходимо тепло. И я его нашёл. И ничуточки не жалею.       А знаешь, в чём ещё отличие ведуна от обычного оборотня? У нас есть свой, отдельный тотем. Который не в теле, который не волк. Мне жаль, что я больше не смогу сказать тебе ни слова, но это — лучший вариант.       Прикрой глаза.       Ты ведь чувствуешь взгляд?..»