Шаг в пустоту

— То есть книга знала об этом? — Альма нахмурилась. — Но почему не сказала тебе раньше? После всего произошедшего накануне, президент Коин, конечно же, не смогла оставить Молли в покое и расспросила девочку. Винчестер прекрасно понимала, что не может оставить Альму без столь важной информации, поэтому заранее продумала свой рассказ и нашла объяснения всем своим тайнам. Поэтому она лишь в очередной раз пожала плечами: — Я же не спрашивала, и она не думала, что это важно. Альма задумчиво провела пальцем по ободку чашки, стоявшей перед ней, и глухо спросила: — Тебя цепляет то, что вы в каком-то смысле похожи? — она вскинула глубокий взгляд и заметила, как Молли вздрогнула. — Вернее, насколько сильно тебя это цепляет? Молли встретилась с её сияющими глазами и замерла: как же на самом деле хорошо Альма её знает… — Сильно, — без утайки выдохнула Молли, нервно откидываясь на спинку стула. — Он — такое же существо, как я. Вероятно, у него есть ответы на те вопросы, что терзают меня. И… возможно, я могу остановить его, не убивая. Альма тревожно вздохнула: она предполагала, что Молли задумает нечто подобное. Но каковы её шансы на успех?.. — И что ты собираешься делать, Молли? — Я пока не знаю.

***

Побережье встретило её криками чаек и грозным шелестом волн: тёмная вода высокими и ровными шеренгами обрушивалась на берег, разлетаясь во все стороны крупными каплями. Молли медленно огляделась: в этом далёком месте не было ни одного человека, как и в прошлый раз. Зябко укутавшись в рубашку, Винчестер медленно побрела вдоль воды, настороженно прислушиваясь. Сердце её колотилось одновременно от надежды и тревоги. Молли знала, что рискует — и ради чего это делает. Он не заставил ждать — тёмная фигура воплотилась из пустоты в десяти шагах от неё. Парень окинул ведьму взглядом, загадочно прищурился и мягко произнёс: — Ну здравствуй, Молли. Чему обязан твоему визиту? Винчестер внимательно всмотрелась в его лицо: Валериан был серьёзен и, кажется, действительно удивлён. — Я кое-что узнала… и хотела бы с тобой поговорить. — О чём же? — с ухмылкой поинтересовался он. — О нас, — ответила Молли, глядя в его янтарные глаза. Валериан странно улыбнулся. — Я давно ждал этого разговора. Присядем? — тут же позади них появились два красных кресла с тёплыми пледами. Молли внимательно взглянула на мебель. Никаких заклинаний она не увидела, но всё же неуверенно замерла: что, если это окажется ловушкой? Словно прочитав её мысли, Валериан тихо рассмеялся: — Тебе ничего не угрожает, это всего лишь кресла, — и он неспешно занял правое. Молли осторожно приблизилась и присела на край второго. Ничего странного девочка не ощущала, поэтому сняла с подлокотника тёплый плед и накрыла им ноги. Всё происходящее казалось таким… диким. Она сидела с Врагом на берегу океана и собиралась просто поговорить. Разве было это нормальным? — Так что ты хочешь узнать? Винчестер перевела на него взгляд: Валериан говорил мягко, и в его глазах читалось любопытство. В его расслабленной позе и слегка приподнятых уголках губ не было ни капли угрозы или напряжения, и он чем-то даже напоминал Финника во время разговоров о магии. — Как давно ты знал, что я — контрэссент? Парень ухмыльнулся, даже не скрывая своего довольства: — С того момента, как ты попала в мою ловушку в Капитолии. Молли кивнула: она догадывалась. — Тогда почему ты ничего мне не сказал? — Не сказал о том, что мы — одинаковые? — уточнил он, задумчиво поднимая взгляд к небу. — Ну, во-первых, это глупо: не мог же я сразу раскрыть противнику свою сущность? А во-вторых: если бы я сказал тебе всё прямо, разве не стала бы ты яростно это отрицать? — он слегка склонил голову вбок, внимательно её изучая. — Когда ты попала в ловушку, я ощутил, что твоя сила раздроблена, к тому же, ты так отчаянно отстаивала свою «светлую сторону», что я не решил тебе мешать. Ты должна была самостоятельно прийти к единению, принять себя, свою сущность. — Но ты же не мог не видеть, что я уже объединила силы. — Верно. Я давал тебе наводки и ждал, когда ты сама во всём разберёшься. Должен признаться, меня это забавляло, — он пожал плечами, улыбаясь во весь рот. — Тебе было необходимо вникнуть во всё самостоятельно. Иначе ты бы не пришла ко мне сама и мы бы не сидели здесь сейчас. Так ведь? Молли медленно кивнула: да, пожалуй, Валериан был прав — и он неплохо предугадывал эмоции и решения Молли. — Ты ждал этого: ну, вот — я здесь и всё знаю. Что дальше? — спросила Винчестер, ведь у неё самой не было ни одного сносного плана. — Я вновь предложу тебе присоединиться ко мне, — уверенно ответил Валериан. — Мы можем стать отличными компаньонами. — И будем вместе губить миры? — пренебрежительно отозвалась Молли. К её удивлению, Валериан мягко рассмеялся: — Нет, это не обязательно. — Тогда… почему ты это делаешь? — отчаянно прошептала Молли и наклонилась в его сторону, пытаясь рассмотреть в безразличных глазах Врага хоть каплю света. — Почему, Вэл? — необдуманно выдохнула она. От этого глаза Валериана странно сверкнули, и он одарил Молли странным, тяжёлым взглядом. Понимая, что иного случая может не предоставиться, девочка выдохнула: — Ты мстишь Хранителям из-за того, что произошло с твоей возлюбленной? Я знаю про Эстер. — О, ты ничего не знаешь про Эстер! — грубо отрезал он, оскалившись. — Всё, что они тебе рассказали — ложь. — Почему? — искренне недоумевала Молли. — Потому что это Хранители, — пренебрежительно поведал Валериан. — Они никогда не признаются в том, что совершили, и расскажут только ту версию, которая им выгодна. — Тогда расскажи мне свою, — Молли вновь наклонилась в его сторону, всем своим видом показывая заинтересованность. — Что тогда произошло? И почему они виноваты в случившемся? Валериан наградил её долгим задумчивым взглядом, решая, стоит ли раскрывать ей свою историю, и, переведя взгляд вдаль, с горечью произнёс: — В то время, когда я познакомился с Эстер, я уже давно знал Хранителей: я работал на них, я выполнял все их приказы, все указания. Я и с ангелами возился только потому, что об этом твердили Хранители: что я должен быть там, должен быть послушным, должен вливаться в это ангельское логово и узнавать то, что было нужно Хранителем. Я был их послушной игрушкой, «Клинком Правосудия», как они говорили, — от этой фразы у Молли побежали мурашки. — И я, на самом-то деле, не знал иной жизни — не представлял, как может быть иначе. Но это ясно видела Эстер. К тому роковому моменту мы с Эстер были очень близки: я любил её, как никого и никогда, — голос Валериана мрачно понизился. — Она любила меня — и говорила мне о том, что я не должен слепо подчиняться воле Хранителей, что все эти приказы — они не имеют никакого значения, значимо только то, чего хочу я. Она мечтала о моей свободе. Она уговаривала меня сбежать, быть вольными странниками, она убеждала меня в том, что я никому ничего не должен: я не обязан служить Хранителям, а могу сам выбирать свою судьбу… — парень на миг утих, прежде чем смог продолжить: — И за это Хранители её убили. Да, это якобы сделали ангелы, но всё было слишком странно: я абсолютно уверен, что Хранители доложили обо всём, раскрыли нас и подробно изложили: где и когда мы будем. Ангелы не могли найти нас сами, если бы я этого не захотел. Теперь ты понимаешь? — он перевёл тёмные, печальные глаза на замершую от волнения Молли. — Хранители убили её за то, что она хотела для меня свободы. За то, что она вела меня к свободе. К моменту своей гибели Эстер была моим светом, она была для меня всем, — Молли впервые увидела в глазах Валериана тень слёз, — и Хранители убили её, чтобы я оставил свои мысли о свободе и безропотно, слепо подчинялся всем дальнейшим их указаниям. Они убили её. И я никогда не прощу их за это. — Вэл… — как можно мягче прошептала Молли: — Но они же просто не могут вмешиваться в жизни миров, почему ты думаешь, что они специально сделали всё это?.. — Да, они тогда сказали мне нечто подобное, — он нервно захохотал, — что они не могут ничего сделать, не могут спасти, вернуть её мне! Но я-то уже знал, что могут, — его глаза блеснули безумием. — Они могли, когда им было нужно — когда они этого хотели! Они могли спасти её! Могли. Но не хотели, ведь она мешала их планам — «мешала» мне! Именно поэтому я хочу их уничтожить, — парень сжал кулаки, и слёзы, кажется, полноценно выступили на его глазах. — Подумай сама: даже если они не могли предотвратить её убийство, они могли воскресить её, могли отправить меня за ней — но они ничего не сделали. Они оставили меня умирать от боли и наивно полагали, что вскоре я вернусь к верному служению им! — Валериан громко рассмеялся, пытаясь скрыть от Молли сорвавшиеся с ресниц слёзы — но она всё видела. — Они убили её, Молли. Поэтому я делаю то, что должен. — Но… разве уничтожение миров поможет тебе вернуть её? — Винчестер было не под силу справиться со своим приливом эмпатии, поэтому она легко коснулась предплечья Врага. — В чём виновны люди, которых ты убиваешь? Он вскинул на неё взгляд — и Молли могла поклясться, что ничего более болезненного и отчаянного она не видела. — Они сказали тебе, чем опасно уничтожение миров? К чему это приведёт? — К пересмотру Мироздания… — по наитию выдохнула она, ощущая на своём запястье крепкий хват. — Верно, — тоном, которым говорят с несмышлёными детьми, хмыкнул Валериан. — Признаюсь честно — я и сам не до конца понимаю, что оно означает, но мне ясно одно — Хранители, вероятнее всего, утратят весь контроль над происходящим — не зря они чертовски боятся данного исхода. И я хочу сделать всё, чтобы они больше не были властны над нашими мирами, нашими судьбами и нашими душами, понимаешь? — от того, как Враг сжимал её запястье, Молли было больно — и этот огонь безумия в его глазах заставлял девочку ощущать незнакомый, первородный ужас. Заметив её испуг, Валериан мигом отпустил руку Винчестер и слегка отодвинулся от неё: — Тебе сложно это понять, ты не так давно обо всём узнала, полагаю… Но придёт тот день, когда ты поймёшь меня, когда захочешь самостоятельно распоряжаться своей судьбой — и когда испытаешь по их вине ту же боль, что испытал я. И тогда мы с тобой действительно окажемся на одной стороне. Я — не зло в истинной своей форме, Молли. Я — просто существо, которое когда-то хотело быть счастливым и любимым… — его голос дрогнул, и парень поднялся на ноги. — Думаю, на сегодня достаточно откровенностей, — бесцветным голосом вдруг произнёс он — и мигом исчез. Молли ощутила, как падает — и тут же оказалась на земле. Кресла исчезли вместе со своим владельцем. Неосмысленно потерев ушибленный копчик, Молли поднялась и невидящим взглядом уставилась куда-то в сторону горизонта. К её огромному сожалению, причин не верить в рассказ Валериана у неё не было. Домой она вернулась поздно. Услышав звон телепортации, Альма обернулась в сторону двери и мигом вскочила с дивана: девочка едва стояла на ногах. — Молли? — изумлённо пробормотала Коин, приближаясь и подхватывая ослабевшую Винчестер под руку. — Боже… ты пьяна?! Молли вскинула на неё свой взгляд — и иных объяснений не потребовалось. Альма шокированно вздохнула, не понимая, что ей делать в данной ситуации. Молли же тем временем сделала шаг вперёд и прижалась к Коин, опуская свою голову ей на грудь: — Я не знаю, что мне делать, Альма… — тихо прошептала она, и слёзы невольно хлынули на щёки девочки. — Прошу, обними меня и никогда не отпускай, я умоляю тебя, Альма… — с этими словами Молли разрыдалась, всеми силами цепляясь за женщину. Коин окончательно растерялась: всё это выходило за все рамки разумного. Крепко вцепившись в Молли, она помогла девочке добраться до спальни. Присев рядом на кровать, Альма сжала ладони Молли своими и прошептала: — Пожалуйста, расскажи мне обо всём, что происходит… Губы Молли сложились в фальшивую улыбку, а глаза вновь наполнились слезами: — Тебе это не понравится.

***

Следующим утром Молли проснулась в своей постели одна. Приложив ладонь к раскалывающейся голове, она с трудом заставила себя отлипнуть от кровати и спуститься на первый этаж, чтобы умыться и выпить прохладной воды… Но обнаружила там задумчиво сидящую с остывшей чашкой кофе Коин — и выражение её лица не предвещало ничего хорошего. — Прости, — мигом прошептала Молли, благополучно не помнящая, как вообще оказалась дома вчера. — Я заставила тебя переживать, да?.. Альма откинулась на спинку стула и нервно сложила руки на животе: — Почему ты скрывала от меня правду о Хранителях? — расстроенно и жёстко спросила она, отчего у Молли похолодело внутри, ведь она мигом вспомнила свою ночную исповедь. — И почему лгала мне? От чёрствости в её голосе Молли хотелось прекратить своё существование здесь и сейчас — ей хотелось навеки исчезнуть, лишь бы не ощущать эту безысходность в своей груди. — Я… — внутри что-то болезненно кольнуло, и снизу начала подкатывать тьма. — Я не хотела… — прошептала девочка, отчаянно пытаясь нащупать своей рукой хоть что-то, за что можно удержаться, — не хотела взваливать на тебя всю невозможность осознания этого безумия… — дышать становилось всё тяжелее, а опора предательски не находилась — и ноги Молли невольно подкосились. Она осела на пол, как поверженный рыцарь, не сумевший принять вес собственной «брони», и была уже готова провалиться в небытие, как вдруг рядом оказалась Альма — мягко, но крепко обняв Молли, она тихо прошептала: — Эй, ты чего… Молли, всё хорошо… — её пальцы скользили по голове и плечам девочки, успокаивая и возвращая ощущение реальности. — Я очень расстроена тем, что ты скрывала всё это от меня и молчала, но… я понимаю. Я правда понимаю, почему ты так поступила. И поэтому прошу: пожалуйста, никогда больше так не делай, ладно? Молли подняла голову и встретилась с сиянием звёздных глаз — в них блестели слёзы. — Никогда… — повторила за ней Молли, чувствуя, как к горлу подкатывает рокот бури. — Я просто хочу уберечь тебя от всего, понимаешь? Защитить. Спасти. Сохранить, как сокровище, чтобы с тобой ничего не произошло… — Молли… Молли! — прервала её Альма, цепко сжимая предплечья девочки и отчаянно пытаясь поймать её блуждающий в волнении взгляд. — Я знаю. Но, спасая меня, ты не должна губить себя, помнишь? — В жизни невозможно избежать жертв, — губы Молли вздрогнули. — Кто-то должен чем-то жертвовать, Альма. — И я не позволю тебе жертвовать собой, ты поняла? — Коин резко прижала девочку к себе. — Хватит геройствовать, Молли, побереги нас обеих — своими тайнами ты растревожила наши с тобой сердца. Мы справимся со всем только вместе. Забыла? Молли лишь сильнее прижалась к Альме, отчаянно стараясь не думать о том, что Коин может стать новой жертвой Хранителей, если те узнают, что ради неё Молли хотела бы саботировать миссию…