Последний год

Драко молча лежал на кровати, запрокинув голову и закрыв глаза. Было уже начало четвертого, все спали, но к нему сон не шел. «Естественно», - подумал юноша, вспомнив нераспечатанную бутылочку со снотворным. Двигаться было лень, поэтому он просто лежал, позволив своим мыслям бродить без надзора. На душе было как-то тоскливо. Он вспомнил занятие, проведенное с Грейнджер. То, как он подтрунивал над ней весь сегодняшний день. Ее срыв в коридоре. Впервые в своей жизни он делал, что хотел. Да еще и это откровение с девочкой из дневника…. Это было ново, необычно. И странно бодрило после всего того притворства, которое его окружало. «Как холодный душ в жару», - подумал Драко. Бодрило ощущение власти над собственной жизнью. Вплоть до этого лета он даже не понимал, что не играет никакой роли в определении собственной судьбы. Это было похоже на чтение книги, о которой тебе когда-то рассказывали: слова незнакомые, но все поступки главных героев давно известны – никакой интриги. Юноша осознал все это еще летом, но только сегодня понял, что у него еще есть шанс что-то изменить. Пусть даже ненадолго. Он встал и спустился вниз в темную гостиную. Сам не зная зачем, Малфой разжег огонь в камине и оперся рукой о каменную лепнину, уставившись в языки пламени. «Надо было лечь спать», - подумал он, не в силах отогнать тревогу и растерянность. - Драко? – тихий заспанный голос оторвал его от раздумий. Он обернулся и увидел щурящуюся от каминного света девушку в коротком шелковом пеньюаре. - Пэнси, иди спать. Не послушавшись, она подошла, обеспокоенно положив руку ему на плечо. - Расскажи мне, что случилось? Я хочу помочь, – тихо сказала она. - Ты не сможешь. Я и сам не знаю, что не так, – ответил юноша, закрывая глаза. Она потянула его за руку и усадила на ближайший к огню диван. - Тогда просто расскажи мне, о чем ты сейчас думаешь. Может, я и не дам совета, но иногда он просто не нужен. Достаточно лишь озвучить свои мысли вслух, – ее взволнованные глаза старались передать то, что слова не смогли. Малфой тяжело вздохнул. - Это все глупо. Я просто устал, – что-то в нем старалось до последнего сопротивляться ее настойчивому голосу. - Драко Поллукс Малфой. Я знаю тебя очень давно. И поверь, я могу различить, когда ты устал и когда с тобой что-то не так, – выпрямившись, сказала она. Юноша посмотрел на нее. «Надо же…. Своих проблем хватает, а она все равно со мной нянчится», - он никогда бы не подумал, что Пэнси так о нем заботится. - Мне надоело соответствовать ожиданиям своей семьи, – просто ответил он. Такие простые слова, и все же слизеринка как-то напряглась, а на ее лице на секунду промелькнуло выражение крайнего ужаса. Всего лишь на секунду, но этого было достаточно. Успокоившись, она слегка сжала его руку, прося продолжать. - Я не знаю, что еще тебе сказать, – пожал плечами Драко. - То есть ты не хочешь служить Лорду? – еле слышно спросила она. Оно и понятно, даже мысль об этом была изменой. - Не знаю. Я просто не хочу превращаться в Люциуса. Мне осточертело все это притворство. Ради чего, Пэнси? Мы так кичимся своим происхождением, но сделало ли оно нас счастливыми? Что принесло тебе твое имя? Девушка молча на него смотрела, а через некоторое время произнесла: - А разве у тебя есть выбор? У нас нет возможности ничего изменить. Драко внимательно на нее посмотрел. - А что, если бы у меня была такая возможность? Хотя бы недолго делать то, что я хочу? – сказал он, прекрасно понимая замешательство в ее глазах. - Тогда я бы сказала, чтобы ты ей воспользовался. Только так, чтобы об этом никто не знал. Я не буду выпрашивать подробности, скажу только одно: помни, что открытое неповиновение означает смерть. Не превращайся в глупца, который думает только романтическими сонетами, возводя себе какие-то непонятные воздушные замки. Замки рушатся – мы остаемся. Не влюбляйся, Драко, а то окажешься погребенным под развалинами. Пэнси замолчала, зачарованно уставившись на языки пламени в обрамлении белоснежного камня. - С чего ты взяла, что я собираюсь влюбляться? – тихо спросил юноша. - Любое неповиновение либо начинается с любви, либо ведет ее за собой, – пожала плечами девушка. – К тому же, если именно сейчас ты решил пойти против течения, то я не могу придумать более убедительного мотива, чем зов сердца. Я лишь хочу сказать… помни о том, кто ты. Если только она не чистокровная слизеринка, шансов, что семья ее одобрит, у тебя нет. «Семья. Долг. Честь», - вспомнил Драко девиз ее дома. Что ж, сейчас она была урожденной Паркинсон как никогда раньше. В его памяти всплыл лозунг Малфоев. «Милосердие всегда победит», - он горько усмехнулся. Их семье уже давным-давно пора было сменить надпись на фамильном гербе.

***

Юноша лениво открыл глаза. Комната была темной несмотря на то, что часы показывали полдень. Он перевернулся на спину и откинул одеяло. Пожалуй, выбор был сделан. Сделан еще вчера, когда Драко, поднявшись в свою комнату, выпил двойную дозу необходимого снотворного. «Замки рушатся – мы остаемся», - вспомнил он слова Пэнси. Что ж, он и не надеялся, что его замок простоит очень долго. Однако, лучше уж умереть под обломками, чем так и не узнать – каково это – жить своей жизнью. Драко пошел в душ, где потоки прохладной воды смыли с него все оставшиеся сомнения. Завтрак он проспал, но обед уже начинался, так что, одевшись, он сразу пошел в Большой Зал. Войдя в просторный холл, он увидел теплые мантии, шарфы в цветах всех четырех факультетов и свернутые плакаты болельщиков. «Первый матч сезона!» - юноша и забыл об игре. Гриффиндор – Когтевран, если он правильно помнил. Малфой занял свое место за столом. Даже у слизеринцев предстоящая игра вызывала ажиотаж. Он еле заметно покачал головой. В этом году квиддич занимал, наверное, последнее место в списке его проблем. В связи с обязанностями по подготовке к балу его заменили в команде, о чем Драко еще ни разу не пожалел. Занятие с Грейнджер было назначено на четыре, так что на матч он не попадет. Как ни странно, это его абсолютно не волновало. «Грейнджер…» - он быстро нашел глазами сидящую за гриффиндорским столом девушку. «Снова она согнулась в три погибели!» - раздраженно подумал он и еле заметно взмахнул палочкой под столом. Она резко выпрямилась, но даже не изменилась в лице – лишь кинула на него убийственный взгляд. Драко ухмыльнулся. Он периодически поглядывал в ее сторону в течение завтрака, но одного напоминания ей оказалось достаточно, чтобы следить за своей осанкой до конца обеда. На пути в гостиную он встретил Кребба и Гойла, которые, судя по теплой одежде, уже шли на поле. - А ты разве не идешь на игру? – удивленно спросил Грегори. - Нет, какой смысл смотреть на то, как Поттер обыгрывает девчонку? – язвительность, немного скуки и капелька раздражения. Давний рецепт сработал безотказно, и юноша быстро избавился от ненужной компании. В гостиной было пусто – все уже ушли на игру. Он лениво уселся в кресло и погрузился в первую книгу, попавшуюся под руку. Надолго отвлечься ему не удалось, потому что мысли постоянно забредали куда-то далеко от излагаемого сюжета. Часы показывали три. Несмотря на то, что было еще рано, Драко, наскоро проверив себя в зеркале, пошел в уже знакомый ему кабинет. Когда она вошла, юноша сидел у окна, глядя на темную поверхность озера. Его радовало, что окна комнаты выходили именно на безмолвное озеро и горы, а не на гудящий от толпы стадион. Драко заметил ее еще прежде, чем услышал робкое приветствие. Темные джинсы, простая синяя туника и серебряный браслет на запястье – он всегда обращал внимание на такие, казалось бы, мелочи. Опять же, сказывалось воспитание. Волосы девушки свободно лежали на плечах, а постоянно выбивающаяся прядь была чинно заправлена за ухо, на котором красовалась простая серебряная сережка в тон браслету. Чтобы подметить все это, юноше потребовалось лишь несколько секунд, после чего он, проведя рукой по растрепавшимся волосам, сказал: - Что, уже не хочется меня убить? – Драко усмехнулся от замешательства на ее лице. - Хочется, конечно! Только если я это сделаю, некому будет учить меня Протоколу, – на ее губах заиграла лукавая улыбка. – Убью, когда ты мне будешь уже не нужен. Юноша рассмеялся. «Только начала изучать Протокол, а уже рассуждает как слизеринка», - шутливо подумал он, не озвучивая свои мысли. Ей вряд ли захочется это услышать, поэтому вслух он сказал лишь: - Здраво. Грейнджер прошлась по кабинету. Он невольно отметил, что ее осанка и походка значительно изменились. Да, пока еще не идеально, но уже лучше, чем то, что было два дня назад. Дамблдор был прав – она действительно способная. - Что сегодня будем делать? – спросила девушка, ведя пальцем по доске. - Для начала будешь учиться управлять своим лицом, – подумав, ответил Драко. Да, пожалуй, после походки – это самая большая ее проблема. Она, как и все гриффиндорцы, абсолютно не умела управлять своими эмоциями. Слизеринец не мог не признать, что она была несравнимо лучше того же Поттера, но все же намного хуже даже самого захудалого первокурсника Слизерина. Грейнджер кинула на него удивленный взгляд. - Проблема в том, что ты, как и большинство представителей своего факультета, – при этом ее лицо едва заметно потемнело, – не умеешь держать себя в руках. Например, сейчас я могу сказать, что моя фраза тебя разозлила. - Для этого не надо обладать третьим оком, – раздраженно сказала она, судорожно стараясь расслабить свое лицо и избавить его от эмоций. Очевидность этих попыток его изрядно позабавила. - А сейчас ты стараешься скрыть, что ты на самом деле чувствуешь, – сказал он, наслаждаясь ее бессилием. Еще несколько тщетных попыток показать свою искушенность в вопросе сокрытия эмоций обернулись прахом, и девушка раздраженно развела руками. - Сдаюсь, – наконец сказала она. Он наколдовал толстый плед и кучу подушек и приглашающим жестом указал на него. Девушка подчинилась и присела. - Итак. Во-первых, тебе нужно поставить барьер между собой и тем, что тебе говорят окружающие. Если ты позволяешь словам сразу же проникать в твою душу, то все эмоции будут тут же отражаться у тебя на лице. Аристократы показывают только то, что хотят показать. Вот к чему тебе нужно будет стремиться. Сначала думай, потом реагируй, – сказал он. Вернее, говорили губы, а глаза завороженно смотрели на блики солнца в ее волосах. Она, как ребенок, обхватила большую бордовую подушку руками и оперлась на нее подбородком. Драко рассмеялся. - Ты чего? – растерянно спросила она. Юноша покачал головой и ничего не ответил. - Когда будет практика? – она деловито задала следующий вопрос, отчаявшись услышать ответ на предыдущий. Драко удивленно вскинул брови. - Ты должна будешь практиковаться в течение недели, я за этим прослежу. Тут у нас не будет нужных условий для тренировки, – ухмыльнулся слизеринец. - Тогда что мы будем делать? – в глазах какой-то непонятный страх. Драко хищно улыбнулся, только усиливая это выражение в карих глазах. - Будем разговаривать, – невинно ответил он. Страх сменился удивлением и волнением – слизеринец читал ее, как открытую книгу. - О чем? – от переживания ее голос стал на два тона выше. Губы светловолосого юноши снова расплылись в усмешке.

***

Уже три часа кряду они говорили. Обо всем: уроки, Хотгвартс, интересы, жизнь вне школы (конечно, в основном ее). Не просто разговор. Практика. - Как вы находите сегодняшний вечер, мисс Грейнджер? – с серьезным выражением лица спросил слизеринец. - Ооо, просто прелестно, мистер Малфой, – ответила она, не в силах скрыть улыбку. Драко закатил глаза. Научить ее правильно говорить оказалось сложнее, чем он ожидал. В основном из-за того, что девушка все воспринимала как шутку, и определенно не хотела серьезно отвечать на его наигранно-учтивые вопросы. - Соберись, Грейнджер! - сказал он, пихая ее в плечо. Она спрятала улыбку и выдала более-менее серьезный ответ. Малфой устало стиснул виски пальцами. - Все, с меня хватит. Ты безнадежна, – бросил он, поднимаясь на ноги, но тут же был сбит огромной бордовой подушкой, покинувшей объятья гриффиндорки. Драко полетел обратно на плед. - Грейнджер! – крикнул он в удивлении, глядя на смеющуюся девушку. - Не настолько и безнадежна, – сквозь смех, выдавила она. – Ты видел это? Прямое попадание! – и снова смех. Малфой несколько мгновений ошарашенно смотрел на нее, не веря собственным глазам. А потом схватил ближайшую к нему подушку и запустил ее в обидчицу. Затем в том же направлении полетела вторая. И третья. Битва закончилась полной капитуляцией гриффиндорской стороны, сопровождаемой визжанием и отчаянными попытками подняться на ноги. Наконец, Гермиона встала. Ее щеки раскраснелись, а в глазах блестели искры веселья. Некоторое время молодые люди сидели молча, стараясь отдышаться. - Что ж, нам пора, – сказал Драко, беря со стола ключи и направляясь обратно к двери. - Малфой! – слегка запыхавшийся голос заставил его развернуться. Девушка стояла посреди комнаты, заламывая руки и заново краснея. Он вопросительно вскинул брови. - Я… по поводу Бала. Если ты все еще не хочешь никого приглашать, то я тоже не собираюсь, – ее глаза внимательно изучали его ботинки. Он улыбнулся. - Отлично. Пойдем? – сказал он, ожидая ответа. Гриффиндорка кивнула, осторожно посмотрев на него, и направилась к двери. Драко повернулся, готовясь выпустить ее наружу. Что-то в ее словах заставило его замешкаться. Что-то было не так. Отпирая дверь, он неожиданно тихо произнес: - Не называй меня Малфоем. Только не здесь.