Последний год

Они разминулись на обычном месте, где их дороги расходились, отправляя его в холодное подземелье, а ее на самую высокую башню Школы. «Да ты у нас в поэты записался?» - произнес язвительный голос в голове у Драко, когда он неслышно проскользнул в гостиную, а оттуда – в свою комнату. Закрыв за собой дверь, юноша наконец-то расслабился, позволив себе заново вспомнить сегодняшний вечер. Ее руки на его спине, ее поцелуи, ее ревность, которая так забавляла и трогала его. Драко запустил руку в волосы и оперся на дверь. На губах играла невольная улыбка. Он ведь даже был готов признаться ей в любви! Такого еще вообще никогда не было. Ни с кем. И он уже почти сказал это, но мысль о небольшой колбе с голубоватым туманом у него на полке неприятным звоночком отдалась где-то на окраине сознания. Драко знал, что скажи он эти слова, она ответила бы взаимностью. Это было видно в ее глазах. Но вынуждать ее признавать свои чувства, храня такие секреты, ему не хотелось. Это казалось не честным. Сначала надо разобраться с делами. Включив свет, он увидел небольшой клочок пергамента на столе. «Дела не заставляют себя ждать», - мрачно подумал юноша. Подойдя к столу, он взял его в руки. Судя по почерку, писал Люциус. Слизеринец тяжело вздохнул и подошел к шкафчику. Сквозь приоткрытые дверцы тускло мерцали воспоминания, которые он предпочел забыть. Тяжелой рукой он взял колбу и, взмахнув палочкой, вернул их в свою голову. Виски прострелила острая боль. Юноша поморщился. Через несколько секунд воспоминания улеглись, и он снова обрел способность здраво мыслить. Вернувшись к столу, он одним уверенным движением вскрыл конверт. Внутри оказалось всего две строчки. «Завтра в 9 за Кабаньей головой. Приходи один и удостоверься, что за тобой нет хвоста» По спине пробежал холодок. Если отец назначает встречу, то дело плохо. В голове поднялся рой мыслей, как листья, разлетающиеся от ветра, они бились о черепную коробку, порождая полнейший хаос. Драко попробовал успокоиться, но ничего не помогало. Бросив письмо на стол, он быстрым шагом направился в ванную и, включив холодную воду, умылся, вымывая шум из головы. В конце концов, паника немного улеглась и здравомыслие вернулось. «Так, паниковать сейчас нет смысла. Завтра узнаю суть дела, тогда можно будет о чем-то думать», - прозвучал расчетливый голос в его мыслях.

***

Утро выдалось мрачным и тусклым. С неба то и дело срывался снег, а давно увядшая трава покрылась тонким слоем изморози. Драко проснулся с тяжелым сердцем, не в силах отогнать ужасное оцепенение от ожидания предстоящей встречи. Несмотря на то, как замечательно прошло время с Гермионой, письмо отца смогло перечеркнуть все хорошее, что с ним случилось. «Как это символично, - мрачно подумал юноша. – Люциус, как и всегда, смог оставить последнее слово за собой». Время шло, и, стараясь не обращать внимания на слипающиеся глаза, он встал с кровати и начал собираться. Наскоро закинув в сумку нужные тетради и учебники, он направился к шкафу. Распахнутые дверцы обнажили стопки аккуратно сложенной одежды – это было, пожалуй, единственное место в его комнате, где всегда царил идеальный порядок. В остальном, комната была довольно чистой, но незастеленная кровать все портила. Драко никогда не видел смысла в том, чтобы приводить ее в порядок. Выбрав белую рубашку, черный пуловер и такие же штаны, он наспех оделся, даже не удосужившись заправить выбившиеся края рубашки. Захватив сумку, юноша вышел из комнаты. Большой Зал был уже полон, хотя до начала занятий оставалось еще достаточно времени. Бросив осторожный взгляд на гриффиндорский стол, он заметил, что Гермиона уже пришла. И, судя по почти съеденным блинчикам перед ней, уже давно. Юноша усмехнулся – обычно так рано она не приходила, очевидно, что его сегодняшняя задержка явно ее разочаровала. Драко нашел свободное место и даже успел обменяться несколькими взглядами с Гермионой, прежде чем к нему подсела Пенси. - Милое начало дня. Ты сегодня задержался, – угрюмо сказала она, присаживаясь рядом и накладывая себе вафли. - Не мог заснуть, – не обращая на нее особого внимания, ответил он. – Вестей из дома не было? – мимолетом спросил он. Пенси слегка напряглась. - Нет. А что, мне следует их ждать? – равнодушно поинтересовалась девушка. - Надеюсь, нет, – ответил Драко, добавляя в чай сливки. Слизеринка отложила вилку и нож и развернулась к нему с очевидной тревогой в глазах. - Драко. Что-то случилось? Это из-за этого ты в последнее время так странно себя ведешь? Дома что-то не так, правда ведь? – тихо спросила она. Юноша мысленно усмехнулся. «Дома» всегда означало «среди Пожирателей». Это было частью молчаливого соглашения всех людей, вовлеченных в дела Темного Лорда. Домашние дела не обсуждались, никому и в голову не пришло бы взаправду интересоваться этим – дурной тон. Зато так можно было обсуждать дела у всех на виду. «Прием» означал собрание, «чаепитие» - налет на какой-нибудь дом, «день рождения» - визит Волан-де-Морта. Драко всегда было противно использовать такие безобидные слова с этой целью. Это оставляло на них явный налет грязи и омрачало те редкие случаи, когда они использовались по назначению. Одним уверенным движением поставив чашку на стол, он, не глядя на Пенси, произнес: - Если тебе надо будет что-то знать, я расскажу. - Не будь таким высокомерным, – холодно ответила она, продолжая трапезу. – Я хочу и могу тебе помочь. - Сама знаешь, что это не так, – ровным тоном сказал юноша. - Ты же понимаешь, что тебе не обязательно справляться со всем самому? – спросила она, щедро посыпая вафли черникой. - Если мне будет нужна помощь, я тебе скажу. Девушка коротко кивнула, и остаток завтрака прошел в молчании. Выходя, Драко пропустил Пенси вперед и украдкой взглянул на стол Гриффиндора. Казалось, она ждала этого, потому что их глаза тут же встретились. Одна ее улыбка сделала то, чего не удалось добиться всем увещеваниям Пенси – у него появилась надежда.

***

Темнота уже давно спустилась на землю, когда Драко, захватив теплую мантию, вышел из комнаты. Весь день и почти весь вечер его не покидало постоянно нарастающее волнение. Он с трудом удержался, чтобы не выйти еще полчаса назад, но это было бы безрассудно – куда больше шансов, что его кто-нибудь заметит, если он будет болтаться у Кабаньей Головы дольше положенного. Поэтому пришлось терпеть до последнего. Все попытки чем-то себя занять с треском провалились. Гермиона должна была быть с друзьями, поэтому не могла с ним поговорить. Хотя, это, пожалуй, и к лучшему – его голова была забита совсем другим. Она бы заметила, а рассказывать ей он пока не собирался. Да и не о чем. Все станет ясно после этой встречи. Юноша быстро шел по пустым коридорам, то и дело срезая дорогу через потайные ходы. Он выбрал путь, который большую часть времени шел по подземельям, поэтому опасаться миссис Норрис или Филча не стоило. Они предпочитали патрулировать ту часть замка, которая была ближе к спальням Гриффиндора. «По понятным причинам», - усмехнулся про себя слизеринец. Наконец-то, он дошел до потайного люка. Открыв крышку, он подпрыгнул и подтянулся на руках, покидая пределы замка. Ход вывел его к теплицам, и Драко быстро направился к Хогсмиду. Были потайные ходы, которые вывели бы его куда ближе к деревне, но пользоваться ими было бы безрассудно. Более того, ему хотелось пройтись. Холодный ночной воздух приятно освежал, а непроглядная темнота помогала оставаться незамеченным. Продираясь сквозь колючие ветки кустарника, ему то и дело приходилось отцеплять мантию от их цепких пальцев. Ноги оскальзывались на влажной почве. Конечно, легче и быстрее было бы идти по дороге, но так было меньше шансов быть замеченным. Огни деревушки тусклым мерцанием светились где-то вдали. Изо рта вывалился клуб пара. «Только бы это все побыстрее закончилось», - билась навязчивая мысль у него в голове. Дорога до таверны заняла не так уж много времени, но юноша уже успел замерзнуть. Идя по закоулкам Хогсмида, он то и дело нервно оглядывался, но кроме теней его никто не преследовал. Наконец, протиснувшись сквозь узкий проулок, он дошел до обшарпанной стены Кабаньей Головы. Там никого не было. Драко достал из кармана серебряные часы на цепочке. Откинув тяжелую крышку, он поднес их ближе к глазам. Тусклый свет стрелок показывал ровно девять. - Где же… - сквозь зубы прошептал он, так и не закончив фразу. - Драко? Ты пунктуален. Впрочем, как и всегда. Люциус передает привет, – произнес хриплый, слегка безумный голос у него за спиной. Юноша едва заметно поморщился. Он слишком хорошо его знал. - Тетя. Не ожидал вас здесь увидеть, – вежливо произнес он, поворачиваясь к ней. Беллатриса Лестрейндж стояла в тени у самой стены. Фигура плотно укутана в черную мантию, лицо скрыто под капюшоном. - А кого ожидал? Папочку? В любом случае, мне тут долго задерживаться нельзя, – сказала она, выступая вперед. Свет луны упал на ее лицо. Обычно искривленное в дьявольской усмешке, сейчас оно было абсолютно серьезным. Только в глазах виднелись отголоски обычного безумия. Внутри у Драко все сжалось, но он постарался ничем этого не выдать. Беллатриса всегда вызывала в нем ужас. Он привык иметь дело с убийцами, жестокими, беспринципными людьми – большинство Пожирателей были именно такими. Но Беллатриса… она была поистине безумна. Ее гнев был непредсказуем, почти как гнев самого Волан-де-Морта. В один миг она могла смеяться, а в другой – отнять жизнь у маленького ребенка, даже не прерывая завтрака. Неудивительно, что она считалась самой верной соратницей Темного Лорда. И поэтому то, что именно ее выбрали для того, чтобы передать поручение, значило, что дела очень плохи. Люциус никогда бы ей этого не поручил – он ненавидел семью Нарциссы. Значит, приказ исходил от самого Волан-де-Морта. События с каждой секундой приобретали все более и более серьезный оборот. - Я слушаю, – проглотив раздражение от ее насмешливого тона, сказал он. - У Темного Лорда есть для тебя особое поручение. Ты был избран, Драко, это шанс, который выпадает не многим. Ты должен все сделать. Любой ценой, понял? Выполнишь то, что я скажу, и твоя семья станет неприкосновенной, – вполголоса протараторила она. – Ты будешь стоять ближе всех к нему. Ее слова тяжелым грузом упали на плечи. Ничего хорошего ждать не стоило. - И что я должен сделать? – спросил юноша, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Казалось, он уже знал ответ, хотя и не мог его сформулировать. Волшебница схватила его за запястье и вплотную подошла к нему. Драко автоматически отшатнулся, но она удержала его, впившись ногтями в руку. Ее дыхание обожгло его ухо, когда она прошептала: - Ты должен убить Альбуса Дамблдора.