Последний год

Гермиона медленно шла по лесу. Она любила такие прогулки – сухие ветки трещали под ногами, солнце золотило кроны многовековых сосен, в воздухе пахло смолой и чем-то сладким… почти как карамелью. - Ты часто тут гуляешь? – раздался голос позади нее. Девушка не обернулась. Драко шел за ней, и его присутствие ощущалось даже в полной тишине. Она улыбнулась его словам. - Нет. Раньше я часто была тут с родителями, но теперь… - мечтательно ответила она, подставляя лицо редким лучам солнца. - Я не понимаю, почему тебе здесь нравится. Тут очень мрачно, – раздался его голос за спиной. Гермиона в удивлении приостановилась. Лес впереди нее был сказочным: солнце, запахи, зелень хвои – что угодно, но не мрак. Она медленно развернулась: - О чем ты…? – начала было она, но слова застряли у нее в горле. Позади никого не было. Более того, лес…. Он был совсем другим. Солнце будто бы исчезло, деревья черными истуканами возвышались вокруг, обступая ее со всех сторон. У корней то тут, то там, виднелась плотная паутина. Как все могло настолько измениться? - Драко…? – неуверенно позвала она. - Прости… - тихо произнес он у нее над ухом. Она резко развернулась на звук, но там никого оказалось. Вдруг где-то вдалеке раздался крик. Не раздумывая, девушка побежала на голос. Свитер цеплялся за ветки кустарника, вытягивающие из него тонкие ниточки, стягивающие тонкую ткань. Гермиона не обращала на это никакого внимания. Лес позади нее, казалось, сжимался в точку, пытаясь ее догнать. Наконец, деревья расступились, и перед ней, словно из-под земли, вырос дом. Снаружи он был похож на увеличенную версию Визжащей хижины. Крик повторился. Не медля, она вошла внутрь. Дверь за ней захлопнулась, и гриффиндорка осталась одна, окруженная звуками старого дома. К горлу подступила паника. Ей захотелось сбежать, уйти из этого места, но выхода не было – она пошла вперед. Первый этаж был пуст – пыль на столах, кресла и диваны прогнили до самого основания, окна грязные настолько, что уже не пропускали свет. Скрепя сердце, она поднялась на второй этаж. В конце коридора виднелась закрытая дверь. Не обращая внимания на другие комнаты, она быстрым шагом направилась к ней, чувствуя, как шевелится что-то за спиной. Паника пульсировала в венах, сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Она готова была расплакаться. Повернув ручку, девушка одним резким движением распахнула дверь. В воздухе висела пыль, плавая в тусклых лучах света. Она подняла голову и увидела фигуру, стоящую у окна. На глазах выступили слезы облегчения. - Драко, – всхлипнула она и направилась к нему. Юноша обернулся. На его губах играла улыбка, он распростер руки, как будто приглашая ее в свои объятия. Она ускорила шаг и зарылась лицом в его грудь. Он обнял ее, и девушка впервые почувствовала себя в безопасности. - Прости. Не стоило тебе оборачиваться. Это моя вина, – тихо сказал он, гладя ее по волосам. Гермиона ничего не ответила – это было не важно. Сейчас все было хорошо. - Но я все исправлю, – продолжал Драко. – Все будет хорошо, не волнуйся. Я обо всем позабочусь. Его слова насторожили девушку, и она попыталась заглянуть ему в лицо, но не смогла. Юноша резко развернул ее спиной к окну и с силой толкнул. Не ожидающая такого Гермиона не удержалась и не успела ни за что ухватиться. Выпадая из окна, она услышала звон разбивающегося стекла, но не почувствовала боли или удара. Падая вниз, она увидела Драко, стоящего у пролома. В его глазах было… спокойствие. Вдруг из темноты за ним появились две костлявые руки и затащили его вовнутрь. Девушка услышала свой крик. Она хотела чем-то помочь ему, дотянуться, но земля тянула ее к себе. Казалось, она падала целую вечность. Гермиона вскочила, жадно хватая ртом воздух. Простыни были смяты, подушка валялась на полу. Голова кружилась от резкого подъема. На лбу выступил холодный пот. Немного успокоившись, девушка свесила ноги с кровати и нашарила палочку на прикроватном столике. Один взмах, и в комнате зажглись все лампы – за окном еще не рассвело, а находиться в темноте она не могла. Она закрыла глаза, и перед ней снова стали мелькать образы из сна. Не в силах больше этого терпеть, девушка поднялась и пошла в ванную. Встав под горячий душ, она постаралась успокоиться и прогнать из головы навязчивые мысли. Вода обжигала кожу, но после холодного оцепенения сна это было приятно. Пару минут она просто невидящим взглядом смотрела на то, как вода утекает в слив. Затем, согревшись и немного придя в себя, она вымыла голову и заставила себя выйти из душа. Завернувшись в халат, девушка вернулась в комнату. После горячей воды воздух в спальне показался ледяным, поэтому она тут же развела огонь в камине и уселась рядом. Ей было намного лучше, но волнение все еще оставалось. «Не будь глупой, - раздраженно подумала она. – Это был просто сон. Еще не хватало, чтобы ты в это верила. В самом деле, не превращайся в Трелони!». Но ни злость, ни раздражение не помогли ей избавиться от этого чувства. Несмотря на то, что Гермиона всегда старалась быть рациональной, сейчас логика не могла побороть интуицию. Наконец, злясь на себя, она достала из сумки дневник и перо. Раскрыв его на чистой странице, девушка снова задумалась. «И что ты собралась ему писать?» - спросил язвительный голос у нее в голове. Она нерешительно занесла перо над бумагой, но снова отступила. Заговорил здравый смысл: «Все равно сейчас он наверняка спит, поэтому ответить сможет только перед завтраком. Так зачем писать, если мы все равно увидимся в Большом Зале?». Наконец, после десяти минут внутренней борьбы, она раздраженно отложила дневник и отправилась сушить волосы. Ее чувство к нему было еще слишком молодо, чтобы обращать внимание на такие вещи.

***

В половину восьмого в ее дверь постучали. - Гермиона? Ты встала? – раздался бодрый голос Джинни из коридора. Девушка отложила книгу и открыла подруге дверь. Естественно, она уже встала. Снова заснуть она так и не смогла, поэтому уже в четыре утра она была полностью одета. - Привет, – улыбнулась она, пропуская ее в комнату. - Нет-нет, я заходить не буду. Если ты готова, пойдем в Большой Зал, – ответила Джинни. - Хорошо, – пожала плечами Гермиона, беря сумку и закрывая дверь, - Гарри и Рон уже встали? – добавила она, надеясь, что ждать их не придется - ей хотелось поскорее увидеть Драко и убедиться, что с ним все хорошо. - Нет, они как обычно спят до последнего. Надоело их ждать, – беззаботно ответила девушка, ссыпаясь по лестнице. Гермиона вздохнула с облегчением. - Что с тобой? Ты хорошо себя чувствуешь? – спросила Джинни, когда они уже выходили из гостиной. - Да ничего…. Почти всю ночь не спала, кошмары снились, – пожаловалась она. И сама удивилась тому, насколько приятно было говорить правду. В последнее время она делала это реже, чем когда-либо, поэтому даже такая мелочь оказалась на удивление успокаивающей. - Понимаю, – сочувственно ответила подруга. – Я сама в последнее время редко сплю без кошмаров. Слишком неспокойное время сейчас на мой вкус, – горько усмехнулась она. Гермиона почувствовала укол совести. Она даже не знала об этом, а еще подруга называется…. Чувство вины подстегивало ее всю дорогу до Большого Зала, поэтому к концу пути она знала все, что только можно было знать о проблемах Джинни. Это хоть немного успокоило ее совесть. Да и заставило отвлечься от волнения насчет Драко. Наконец они зашли в зал, где уже успел распространиться аппетитный запах свежевыпеченного хлеба, бекона и пирогов с патокой. Гермиона замешкалась, делая вид, что ищет что-то в сумке, а Джинни поспешила занять свободные места для Гарри и Рона. Воспользовавшись этим, девушка мельком взглянула за стол Слизерина. Его еще не было. Немного улегшееся волнение всколыхнулось с новой силой. Заставив себя успокоиться, она нацепила на лицо улыбку и присоединилась к подруге. Вскоре подошли заспанные мальчишки, а Драко так и не появился. С каждой минутой, приближавшей окончание завтрака, она все больше не могла найти себе места. В конце концов, у нее уже не было сил участвовать в общем разговоре, так что она уставилась в учебник по Трансфигурации, делая вид, что повторяет формулы заклинаний. - Как себя чувствуешь? – тихо спросила Джинни, когда ребята отвлеклись. – Ты какая-то бледная. Гермиона виновато улыбнулась и захлопнула книгу – сидеть дальше не было смысла, он явно не собирался приходить на завтрак. - Все хорошо, просто спать хочется. Пойдем, а то опоздаем, – ответила она, поднимаясь со скамьи. - Я еще не доел! – простонал Рон, с тоской глядя на остатки яичницы перед ним. - До звонка двадцать минут, – развела руками Гермиона. – Нам еще до теплиц дойти надо. Юноша вздохнул и отодвинул тарелку. Гарри со смехом похлопал друга по плечу и последовал его примеру, захватив напоследок кусок пирога с патокой. На улице было холодно, утренняя влага битым хрусталем застыла на ветвях и земле – зима уже чувствовалась в воздухе. Девушка плотнее закуталась в мантию от пронизывающего ветра. Выходя из замка, они обсуждали предстоящий матч по квиддитчу, что означало минимальное участие Гермионы в разговоре. И, если честно, сейчас ей это было совсем ни к чему, потому что оставленные без внимания, ее мысли то и дело возвращались к Драко и тому странному сну. Скоро они распрощались с Джинни, которая шла на Уход за Магическими Существами, и девушка потеряла своего последнего собеседника. Наконец друзья вошли в теплицы, где, как и всегда, царило тепло и приятная влага. Почти все студенты были уже на местах, поэтому троица без лишних разговоров заняла место за своими столами. Воспользовавшись моментом, гриффиндорка решила написать Драко, спросить, почему его не было на завтраке. Гермиона уже сто раз успела пожалеть о том, что не сделала этого еще ночью. Она не глядя залезла в сумку в поисках дневника, но обычный кармашек, где она его хранила, был пуст. В непонимании, девушка заглянула в сумку. «Может, я его не туда положила?» - едва успела подумать она, как перед глазами всплыла картина: вот она сидит у камина, перо занесено над пожелтевшей страницей, в раздумьях – «написать или нет?», затем она откладывает дневник в сторону и идет сушить волосы. «Он так и остался лежать у камина», - с ужасом осознала она. Ничего сделать было уже нельзя. Добежать до спальни и обратно она бы не успела – придется ждать конца Травологии, чтобы сбегать за дневником. «Ну как можно было столько собираться и забыть единственную вещь, которая тебе действительно сейчас нужна?!» - в отчаянии подумала она. К счастью, скоро ее терзания прервала мадам Спраут. «По окончании урока, первым делом вернусь за дневником», - успокоила она себя, доставая садовые принадлежности. Возвращаясь в замок, Гермиона едва не подпрыгивала от нетерпения. Старательно пытаясь не бежать, она как могла, подстегивала Гарри и Рона, которым явно не хотелось торопиться на Заклинания. - Да куда ты так бежишь? – наконец не выдержал Гарри. - Никуда, холодно просто, – отмахнулась девушка. Целая вечность понадобилась на то, чтобы достичь дверей замка. Наконец они вошли в людный холл и стряхнули с мантий мелкую порошу, которая в тепле тут же превратилась в прозрачные бусинки воды. Гермиона сразу же развернулась к лестнице, готовясь пробираться сквозь толпу учеников, как вдруг откуда-то справа она услышала свое имя. - Гермиона! Герми… Гермиона! Девушка развернулась на звук и увидела краснеющего Эрни Макмиллана, проталкивающегося к ней через толпу первокурсников. Поняв, что она его заметила, Эрни расплылся в улыбке. Гермиона искренне понадеялась, что разочарование и раздражение, которые она испытала, не отразились на ее лице. - Аа… Эрни. Привет, – с натянутой улыбкой сказала она. Пуффендуец просиял еще больше, приняв ее улыбку за чистую монету. «О, Мерлин! Как же можно быть таким простодушным!» - раздраженно подумала она. Общение с Драко, который всегда видел ее насквозь, явно разбаловало ее в этом плане. Ее выводила даже не общепринятая учтивость, а то, что никто, казалось, не замечал ее вынужденности. Глупо было злиться на него за это, но сейчас у нее были дела поважнее, так что Эрни не заслужил оправдания в ее глазах. - Гермиона… – глупо улыбаясь, повторил он. «Ну же…!» - нетерпеливо простонала она внутри. - … как дела? «Серьезно?!». - Неплохо, спасибо что спросил, – с вежливой улыбкой ответила она. - Я вот что хотел… - запинаясь, продолжил юноша, – Макгонагалл собирает старост на этой перемене. Я как раз шел туда… ты со мной? Девушка глубоко вздохнула. - Эрни, я… у меня еще были дела. Я… - путанно постаралась объясниться она. - Я понимаю, правда. Но Макгонагалл сказала, это важно, и ты, как Хозяйка Бала, должна присутствовать обязательно, – виновато сказал он. Гермиона чуть не взвыла от отчаяния. «Ну почему именно сейчас?! - хотела закричать она. - Почему я постоянно что-то кому-то должна?!». Но она была Гермионой Грейнджер. Она не могла позволить себе такой роскоши. Поэтому она просто коротко кивнула и послушно пошла за Макмилланом. Гарри и Рона рядом уже не было.

***

Было уже семь часов, когда она наконец-то смогла вернуться в свою комнату. Злая, уставшая и раздражённая, она с порога кинула сумку в угол и, преодолев порыв броситься на кровать, подбежала к камину и наконец-то взяла дневник. Вестей от Драко не было, поэтому она взяла перо и быстро нацарапала: «Что с тобой? Ты где? Я переживаю, тебя сегодня весь день не было. У тебя все в порядке?» Отложив перо, она положила тетрадь на стол так, чтобы видеть ее из любой части комнаты. Затем, чтобы снять раздражение, накопившееся за весь день, Гермиона, не раздумывая, взяла утреннюю книгу, и резко открыв ее, постаралась погрузиться в чтение. Сегодняшний день действительно стал для нее испытанием. Сначала этот сон, потом постоянное беспокойство о Драко, невозможность связаться с ним. Все как будто сговорились мешать ей! Эрни со своим собранием, которое заняло всю перемену, потом «срочные» поручения от Макгонагалл – еще две перемены, и так далее до этого самого времени. Драко так и не появился на собрании, не было его и на обеде, и на ужине. К концу дня волнение Гермионы стало уже невыносимым. Глаза девушки то и дело переводились с книги на дневник, связывая ее внутренности в тугой комок каждый раз, когда она видела черную кожу. Не выдержав, она пошла в ванную. Склонившись над белоснежной раковиной с витиеватыми кранами, она пару раз умылась холодной водой, надеясь, что это прогонит панику. К сожалению, вода едва ли могла ей сейчас помочь. Когда она вышла из ванной, взгляд девушки первым делом упал на дневник, обложка которого была такой же безжизненно-черной, как и полчаса назад. Наконец Гермиона отложила все дела и стала беспокойно ходить по комнате. Теперь ее волнение стало «официальным». Нужно было что-то делать. Вдруг с ним что-то случилось? Неожиданно решение пришло само собой. Она натянула свитер поверх простой хлопковой майки и вышла из комнаты. Гарри, Рон и Джинни были на тренировке, так что не было нужды опасаться их вопросов. Она быстро спустилась по лестнице и уверенно пересекла гостиную. Если бы кто-то и попытался остановить ее сейчас, он бы всерьез подверг свою жизнь опасности. К счастью, все были заняты своими делами, и никто не заметил белую как полотно девушку, с упрямым выражением в глазах выбегающую из комнаты. Идя по знакомым коридорам, она становилась все более и более уверенной в своей правоте. «Конечно же, он там, как я сразу до этого не додумалась?» - в отчаянии твердила она себе. Теперь Гермиона даже не сомневалась, что случилось что-то плохое. На данный момент ее волновали только две вещи: все ли в порядке с Драко, и как именно она сможет ему помочь. Девушка толкнула тяжелую дверь и вошла в тускло освещенный кабинет. Первое, что бросилось ей в глаза – юноша, сидящий на полу, неподвижно уставившийся в непроглядную темноту за окном. Итак, одна ее проблема была решена – он был жив, и это было самым главным. Теперь оставался лишь вопрос помощи, но и это оказалось решаемым. Сама не зная откуда, она внезапно ясно поняла, что ей нужно делать. Девушка почувствовала спокойствие и уверенность – так же она чувствовала себя, когда писала экзамены. Сначала было жуткое волнение, но когда перо касалось бумаги, оставалась только сосредоточенность и решительность. Вот и сейчас: стоило ей его увидеть, как все сомнения тут же отступили. Гермиона тихо прикрыла дверь и, не говоря ни слова, подошла к нему. Она опустилась на пол чуть позади него и прижалась к спине юноши, обхватив руками его плечи. Некоторое время они просто сидели молча. Может быть, прошло пятнадцать минут, может полчаса, может целая вечность – это было не важно. - Как ты? – тихо спросила она. Юноша неопределенно тряхнул головой. Гермиона крепче прижалась к нему, чувствуя его боль. - Поговори со мной, – мягко настаивала она. – Тебе станет легче, поверь. Расскажи, что тебя беспокоит. Казалось, что-то в нем пробудилось. Он придвинулся поближе и, наконец, повернулся к ней лицом. Девушка поняла, что сейчас он пошевелился впервые с тех пор, как она вошла. Что-то сжалось в ней, когда она увидела его лицо: пепельно-бледное, с надломленным и безысходным выражением в глазах. Даже его губы были молочно-белыми. Он выглядел так, как будто кто-то высосал из него все краски. В уголках глаз Гермионы появились слезы. Она потянулась к нему и коснулась своими губами его губ в тщетной попытке забрать хотя бы часть той боли, что была у него внутри. Драко прижался к ней, как утопающий к спасительному кругу. - Ты можешь мне доверять, – прошептала она, на секунду прерывая поцелуй. - Я знаю, – ответил он, снова прильнув к ее губам.

***

Они сидели там же, у окна, укутанные одним одеялом – его голова у нее на коленях, ее руки нежно перебирают пряди его волос, скользят по чуть покрасневшим губам и синим мешкам под глазами. - Что с тобой? – снова спросила она, на этот раз ожидая ответа. И не ошиблась. После короткого молчания, он произнес: - Мне плохо. «Ну, можно начать хотя бы с очевидного», - обеспокоенно подумала она. - Что-то случилось дома? – аккуратно поинтересовалась девушка. Отчего-то он усмехнулся, услышав этот вопрос. - Да уж, случилось, – с легкой ноткой язвительности отозвался слизеринец. - Расскажи мне. Если не все, то хотя бы то, что тебя беспокоит… - тихо взмолилась она. Может, подействовали отчаяние и боль в ее голосе. Может, ему просто нужно было с кем-то поговорить, так или иначе, после пятиминутной паузы, он заговорил: - Я.... Я должен кое-что сделать. Но я не могу. Не хочу. Я… - его голос прерывался, как прерывается голос рыдающего человека, но глаза Драко были совершенно сухими, и лежал он спокойно, как мраморная статуя. - Ты не должен. Драко, ты не должен делать то, чего не хочешь, – прошептала девушка. - Нет, ты не понимаешь. Дело как раз в том, что я должен…. На этот раз выбора у меня нет, – сказал он. Гермиона сжала его ладонь в своей. Ей показалось, что температура в комнате упала на несколько градусов, заставив кожу покрыться мурашками. - Я хочу тебе помочь. Скажи мне, что я могу сделать, – произнесла гриффиндорка, глотая комок в горле. - Ты не можешь, – нежно улыбнулся он, проведя пальцами по ее щеке. – Никто не может. На секунду ей показалось, что надежды нет. Надежда…. Это слово вызвало в ней волну воспоминаний. На короткий миг пред глазами появилось давно знакомое лицо. Она знала ответ. - Ты должен пойти к Дамблдору, – уверенно заявила она. Драко рассмеялся: - Гермиона, милая, как ты себе это представляешь, скажи? Я же не Золотой Мальчик, я не совсем тот человек, которого можно найти в списке друзей Альбуса Дамблдора. С чего ему мне помогать? - Ты не прав! – мягко воскликнула она. – Он может тебе помочь. И он поможет, я уверена. Послушай, Альбус Дамблдор – самый могущественный волшебник из ныне живущих. Ты же и сам это знаешь. Даже Тот-Кого-Нельзя-Называть его боится. - Называй его по имени, – усмехнулся юноша. – А что до помощи, то поверь, если я обращусь хоть к кому-то, пострадают люди. Много людей. Он узнает об этом. Он всегда узнаёт. Сердце Гермионы упало. «Значит, это сам Волан-де-Морт отдал ему приказ…» - в ужасе поняла она. - Дамблдор сможет что-то придумать. Тебе не обязательно делать все самому, поверь, ты сейчас в лучшем положении, чем мог бы быть: ты находишься в Хогвартсе, под защитой. Ты можешь обратиться за помощью к самому могущественному волшебнику, – взмолилась она, глядя ему прямо в глаза. – И у тебя есть я, – добавила девушка с едва кокетливой улыбкой, наклоняясь к нему для поцелуя. - С этим не поспоришь, – слабо усмехнулся Драко, целуя ее в ответ. - Обещай мне, что хотя бы подумаешь над этим. Ты уже сделал шаг навстречу свободе, тебе просто нужна помощь. Не теряй его. Прошу, обещай, что ты подумаешь, – прошептала Гермиона. Он долго смотрел ей в глаза, обдумывая, взвешивая свое решение. В конце концов, он тихо ответил: - Обещаю. В этот момент она знала, что сумела достучаться до него. Сегодня он впустил ее дальше, чем, наверное, кого бы то ни было.