Последний год

Девушка кралась по темным коридорам, всем сердцем надеясь не наткнуться на Филча или миссис Норрис. Его присутствие все еще ощущалось где-то на кончиках пальцев, будто он совсем рядом, просто не прикасается к ней. Полная Дама крепко спала, и Гермиона в который раз пожалела о том, что именно вход в спальни Гриффиндора зависит от настроения капризного портрета. Не зная, что делать, она несколько раз легонько постучала по полотну. Женщина на картине всхрапнула и устроилась поудобнее. - Эй… - как можно более громким шепотом позвала она и снова постучала по полотну. На этот раз глаза Полной Дамы раскрылись, и еще пару секунд ее сонный взгляд фокусировался на Гермионе. Недовольно поправив съехавший набок венок, она мрачно уставилась на стоящую перед ней девушку. - Ну и? – раздраженно спросила она, и ее голос эхом прокатился по коридору. - Тише, пожалуйста! – шепотом взмолилась гриффиндорка. - Carpe diem, – произнесла она пароль, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. - И почему я должна тебя пропустить? Ты хоть знаешь, сколько времени? – так же раздраженно, но уже тише поинтересовалась дама с портрета. - Я сказала пароль. Пожалуйста! – попросила Гермиона. Где-то вдалеке послышались шаги. Сердце девушки забилось так быстро, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. - Как же вы мне надоели! Почему меня не могли повесить у спальни Когтеврана или Пуффендуя? С вами, гриффиндорцами одни проблемы… - начала причитать она. - Прошу вас! Мне очень жаль, пожалуйста! – перебила ее девушка. - … ох уж эта любовь. Я и сама была такой когда-то. Но все равно, это не повод будить меня до рассвета! – продолжала Полная Дама, полностью игнорируя ее мольбы. - Кто здесь?! – послышался скрипучий голос Филча из соседнего коридора. - Впустите меня! – прошипела Гермиона, чувствуя, как к горлу подступает паника. - Входи, входи. Но это был последний раз, запомни, – ворчливо ответила женщина на картине и отошла в сторону, открывая дверной проем. Портрет захлопнулся как раз вовремя, чтобы девушка услышала голос Аргуса Филча, который в этот самый момент вошел в коридор. В душе поднялась злость вперемешку с облегчением. «Вот же…! Я почти попалась, а все из-за того, что кто-то слишком любит поболтать!» - раздраженно подумала она. - Кто здесь был? – спросил скрипучий голос по другую сторону портрета. По телу Гермионы пробежала нервная дрожь. Из-за тонкого холста казалось, будто он стоит прямо перед ней. - Понятия не имею о чем ты, – с легким оттенком презрения ответила Полная Дама. Сердце девушки наполнилось благодарностью. Какой бы легкомысленной и болтливой ни была Полная Дама, она все же ее не выдала. - Я слышал голоса, – настаивал смотритель. - Что ж, в Больнице Святого Мунго есть специальное отделение для тех, кто слышит голоса, – отрезала она. Через несколько секунд послышались тихие ругательства и удаляющиеся шаги Филча. Гермиона усмехнулась. «И все-таки я была к ней несправедлива», - с легким укором совести подумала она. Гостиная была пуста, и девушка, быстро проскочив ее, тихо пробралась в спальню.

***

Менее чем через два часа Гермиона уже была готова к новому дню. Почему-то она чувствовала вину за свое ночное отсутствие, поэтому решила сама зайти за Джинни, а не ждать ее у себя. Заперев комнату на ключ, она спустилась на один пролет и постучала в дверь спальни для девочек, за которой уже слышался гул собирающихся гриффиндорок. Не дожидаясь ответа, она вошла. Парвати, которая в этот момент увлеченно вертелась у большого зеркала, удивленно обернулась: - Ничего себе! Кто к нам пожаловал, – в притворном удивлении произнесла она. – Красный или розовый? – добавила она, по очереди обвивая вокруг шеи шелковые шарфы. - Красный, – уверенно ответила Гермиона. Парвати снова посмотрела в зеркало. - Ну, красный так красный, – пожав плечами, сказала она, бросая на кровать ненужный шарф. Улыбнувшись ей, девушка прошла дальше – туда, где стояла кровать Джинни. Подруга была там. Уже почти собранная, она натягивала второй гольф, совершенно не обращая внимания на новоприбывшую. - Привет, – сказала Гермиона, и тут же спохватилась, почувствовав слегка виноватые нотки в своем голосе. – Ты скоро? – уже веселее добавила она, надеясь, что гриффиндорка ничего не заподозрила. Девушка обернулась. - Да, я уже, – просияв, ответила она, вставая с кровати. Почему-то лучезарная улыбка Джинни показалась Гермионе подозрительной. Без лишних слов они вышли из суетливой комнаты. Спускаясь в гостиную, девушка решила осторожно прощупать почву. - Гарри и Рона ждать будем? – невзначай спросила она. - Нет, они наверняка будут отсыпаться после тренировки. Как у тебя вечер прошел? А то мы так и не увиделись вчера, – прохладно ответила подруга. «Вот черт!» - досадливо пронеслось в голове у гриффиндорки. Вчера, со всеми этими заботами она совершенно забыла, что они договаривались посидеть вместе после тренировки. Приподнятое настроение тут же упало ниже нуля. - Я…. Ох Мерлин! Джинни, прости, я вчера так устала, что моментально заснула. Мне так жаль, правда… - попыталась объясниться она, пользуясь тем, что благодаря узкой лестнице она шла позади, и подруга не могла видеть ее лица. Ей и самой было противно от этого вранья, но что поделать? Не могла же она рассказать правду. Тем более после давешнего разговора с Драко. Так или иначе, в его словах был смысл: если она хочет сохранить все в тайне, то Джинни ничего рассказывать нельзя. Наконец, они вышли в гостиную, которую только-только начали заполнять сонные студенты. Не останавливаясь, Джинни быстрым шагом направилась к выходу. Еле успевая за ней, Гермиона догнала девушку только в коридоре. - Эй, ты чего? – спросила она, хватая подругу за руку. Гриффиндорка развернулась – обвинение в предательстве читалось у нее в глазах, упрямое выражение на лице смешивалось с грустью и обидой. Сердце Гермионы содрогнулось. В этот момент ей казалось, что хуже нее на свете нет никого. - Ничего, Гермиона, ничего, – тихо произнесла девушка. – Просто я знаю, что ты мне врешь, и, если честно, мне более чем неприятно это осознавать. Неужели ты мне не доверяешь? Доверие работает в обе стороны, знаешь ли, и я не понимаю, почему я рассказываю тебе все, в то время как ты впариваешь мне наспех состряпанную ложь. Слова были произнесены спокойно, голос подруги ни разу не сорвался, но в нем чувствовался такой укор, что Гермиона, казалось, слегка сжалась от него. - Послушай, я не люблю врать. Тем более тебе. Но есть вещи, которые я не могу рассказать никому. Никому, понимаешь? – на удивление ровным тоном ответила девушка. - Тебя не было ночью в комнате, да? – уже не так обвинительно спросила гриффиндока, возобновляя шаг. - Нет, не было, – призналась Гермиона. - Ты с кем-то встречалась? – продолжила допрос Джинни. - Да. - И ты не можешь сказать мне с кем? - Нет, не могу, – подтвердила девушка. - Почему? Я знаю этого человека? Это парень, ты с ним встречаешься? – не удержавшись, выпалила подруга, прекратив поддерживать невозмутимый тон. - Ответ на все твои вопросы: нет, – усмехнулась она, решив, что правды на сегодня было достаточно. «Зачем подтверждать ее подозрения? За ними все равно последуют другие, а за этими следующие, до тех пор, пока она не выяснит всю правду», - решила Гермиона. - Ну ладно, как знаешь. Допрашивать тебя я не буду, тем более что выглядишь ты вполне счастливой, – пожала плечами Джинни. Гермиона чмокнула ее в щеку, и так, смеясь, они вошли в Большой Зал.

***

День прошел тяжело, изо всех сил цепляясь за минуты и секунды, ни на мгновение не прекращая мучений Гермионы. Казалось, после разговора с Джинни все должно было пойти на лад, но не тут то было. Каждый раз, когда она видела Драко, он казался ей замученным и обеспокоенным, и это соответственно сказывалось на ней. Хоть он и старался изо всех сил показать ей, что это не так, девушка все равно замечала его тревогу. Смешно, но ее абсолютно не волновала его «ужасная тайна», хотя она действительно должна была быть ужасной. Часть нее говорила, что она обязана все узнать, предупредить друзей, предупредить Дамблдора… но как она могла так поступить? Как она могла предать его? «То есть предать своих друзей для тебя не проблема?» - прозвучал в голове голос, подозрительно напоминающий Рона. Девушка легла на стол и закрыла голову руками. В окно бил дождь, который, несмотря ни на что, не мог заглушить ее мысли. - Вы что делаете?! Лежать на книгах строго запрещено! Еще раз увижу -выставлю за дверь! – раздался над ухом крик мадам Пинс. Пробормотав короткое «извините», Гермиона встала, положила книгу на место и пошла вдоль книжных полок дальше, вглубь библиотеки. Она всегда любила тут находиться – обилие книг и тишина обычно действовали успокаивающе, но в последнее время у нее совершенно не было времени для того, чтобы вот так вот побродить по бесконечным рядам шкафов, набитых пожелтевшими свитками и тяжелыми фолиантами. Она не спеша шла, ведя пальцем по пыльным корешкам, все те же мысли в голове отчаянно не хотели оставлять ее в покое. «Может, он и сам расскажет все Дамблдору», - с надеждой подумала Гермиона, понимая, что только это избавит ее от мук совести. А если нет… если нет, то ей самой придется выбирать сторону. «Нет, - отрезала она в мыслях. – Не выбирать сторону, а принимать решение». Это малодушное исправление едва ли помогло ей почувствовать себя лучше. Как ни посмотри, но для нее все заключалось именно в стороне, которую она выберет, и никакие дипломатичные выражения не могли скрыть эту правду. Промолчать - означало бы поддержать Драко… и предать всех своих друзей. «И помочь Волан-де-Морту и Пожирателям», - прозвучала неожиданная мысль у нее в голове. Девушка содрогнулась. На секунду она почувствовала подступающую к горлу тошноту, подумав об этой стороне монеты. «И о чем тут еще можно думать?! - отчаянно закричал знакомый голос у нее в мыслях. - Нужно сейчас же идти к Дамблдору. Может… может он сможет помочь и Драко», - уже спокойнее решила она. Возможно, у нее получится спасти его…. Но отчего-то девушка продолжала стоять на месте. Наконец, она медленно двинулась к выходу. В раздумьях она зашла достаточно далеко, петляя между книжных шкафов, и теперь, чтобы выйти, ей нужно было пересечь почти всю библиотеку. Все еще думая о своем, Гермиона не спеша продвигалась к выходу. Эта часть библиотеки обычно пустовала – редкие студенты заходили так далеко, именно поэтому она не сразу увидела высокую фигуру, стоящую у одной из полок. - Мисс Грейнджер? – раздался знакомый голос, заставив девушку слегка подпрыгнуть от неожиданности. Перед ней стоял Дамблдор, собственной персоной. Гермиона почувствовала себя неуютно – казалось, будто он тут не случайно, будто директор знал, о чем она только что думала. Собравшись, она на удивление спокойно произнесла: - Профессор, добрый день. Не ожидала увидеть вас здесь, – улыбнулась она, надеясь объяснить свой испуг. - Да-да, – добродушно ответил волшебник, продолжая изучать полку. – Я редко здесь бываю, но так уж получилось, что мне понадобилась одна… а! Вот и она, – сказал он, беря с полки нужную книгу. – Достаточно редкий экземпляр, и не удивительно, семнадцатый век… - продолжал он, изучая фолиант - …Так или иначе, хорошо, что я вас встретил. Как идет подготовка к Балу? Девушка едва заметно покраснела. Весь день слово «бал» заставляло ее смущаться из-за обещания, данного одному юноше в темном коридоре. На секунду в голове промелькнули не совсем подходящие мысли. Отогнав их, она вежливо произнесла: - Все хорошо, профессор, мы готовы к приему гостей, декор зала уже подобран. Осталось лишь получить ответ от музыкантов, и мы будем полностью готовы. - Замечательно. Другого я от вас и не ожидал, – довольно произнес Дамблдор, внимательно изучая гриффиндорку поверх половинок своих очков. – А как проходят занятия с мистером Малфоем? Румянец на щеках девушки стал немного гуще. Их занятия как таковые прекратились еще давно, хотя она еще читала книги, принесенные Драко. - Я уже многому научилась, сэр. Драко… мистер Малфой оказался достаточно хорошим учителем, – ровно произнесла она, мысленно поблагодарив Драко за свою выдержку и невозмутимость. - Воистину он постарался, – произнес директор, не отрывая от нее знающего взгляда. – Что ж, было приятно вас встретить. Удачи с приемом гостей. Мадам Максим написала мне, что она со своими ученицами прибудет уже в конце следующей недели. - Спасибо, профессор, – облегченно выдохнула Гермиона и направилась к выходу. Не успев сделать и десяти шагов, она услышала голос Дамблдора за спиной: - Мисс Грейнджер! Девушка обернулась. - Вы ничего не хотите мне сказать? – спросил он, глядя на нее пронзительными голубыми глазами. «Вот оно. Вот твой шанс. Скажи ему, скажи ему, скажи…» - билось у нее в голове. - Нет, профессор, – ровно произнесла она. Директор лишь кивнул, и гриффиндорка продолжила свой путь. Выйдя из библиотеки, она присела на одну из лавочек в коридоре и тяжело оперлась о каменную стену. Стук сердца тяжело отдавался в груди. «Что ж, вот ты и выбрала свою сторону», - прозвучала одна-единственная мысль у нее в голове.