Последний год

Вода за окном была темной и почти хрустальной – значит наверху шел снег. Драко невидящим взглядом уставился на проплывающие мимо него тени – его мысли витали где-то далеко. Он уже который час сидел за столом, надеясь понять, как выполнить данное ему поручение. Затягивать с этим было нельзя. Юноше совсем не хотелось лишний раз связываться с Беллатриссой или кем-то еще. Вот только проблема была в том, что такие планы едва ли придумывались между сном и завтраком. Он совершенно не знал, с чего начать. К тому же, как слизеринец ни старался, Гермиона то и дело пробиралась в его голову. С их последнего разговора прошло уже около недели, а ее слова все еще эхом отдавались в его голове. «Забудь об этом!» - раздраженно сказал себе Драко, снова сосредотачиваясь на стоящей перед ним задаче. Убить Альбуса Дамблдора. Паника и отчаяние подкатили к горлу, грозясь его задушить, юноше показалось, что его сейчас вырвет. Он встал и прислонился головой к холодному стеклу. Тошнота понемногу начала проходить. После нескольких минут у окна он снова сел за стол. «Так, давай рассуждать логически», - как можно спокойнее сказал он себе. Можно было бы использовать яд. Но как? Вся еда приходит прямо с кухни, тем более, Дамблдор всегда ест с учителями. Значит, прошлось бы отравить все блюда за их столом. Яд не подходит. Заклинание? Тут шансов даже меньше, чем с ядом. Если Волан-де-Морт не смог одолеть старика, то куда уж ему? Разве что… но нет, это было бы невозможно. Хотя…. Можно было бы вызвать подкрепление, провести их через потайной ход из Хогсмида. «В деревне тут же поднимут тревогу, не глупи. Один человек может незаметно проскользнуть через тайный ход, но не десять», - раздраженно отбросил эту идею юноша. Голова раскалывалась, казалось, он снова слышит совет Гермионы: «Ты должен пойти к Дамблдору» Слизеринец тяжело вздохнул. До кабинета директора он так и не дошел, несмотря на данное им обещание. «Ты ничего ей не должен. Больше нет», - отрезал он, поднимаясь с места. Часы показывали только начало восьмого – до отбоя еще далеко, так что юноша, не раздумывая, вышел из комнаты – там было слишком тесно. Вечер выдался холодным, так что он просто решил прогуляться по замку – лишь бы не сидеть на одном месте. Выбирая самые безлюдные дороги, он бесцельно брел по коридорам, впервые за долгое время, дав свободу своим мыслям. С того разговора после Рун, они с Гермионой больше не разговаривали, и он всеми силами старался ее избегать, хотя это было не так уж и сложно – сдвоенных уроков у них теперь почти не было, да и сама она не искала встречи с ним. За трапезами в Большом Зале он все еще иногда чувствовал на себе ее взгляд, но едва ли хоть раз его вернул. Нужно было оставаться собранным, к тому же, какой смысл тянуть? Если между ними больше ничего нет, то лучше пусть все закончится быстро. «Неплохо было бы спрятать куда-нибудь дневник», - подумал юноша. Черная обложка тетради мозолила глаза, и, даже когда он убрал дневник в стол, где-то в глубине слизеринец все равно думал о нем и, следовательно, о Гермионе. Одна мысль вела за собой другую, и в результате он оказывался скованным отчаянием и сожалением. «Нужно найти какое-нибудь место вне комнаты, где его никто не найдет», - решил слизеринец. Дупло старой ивы было бы неплохим местом, но оно не защищало от влаги и ветра, так что этот тайник не подходил. «Нет, тут нужно что-то…» - занятый своими мыслями, Драко не сразу заметил какое-то движение справа от него. Удивленно обернувшись, он никого не увидел. Только голую стену и дверь. Коридор же был абсолютно пуст. Дверь…. Юноша готов был поклясться, что когда он только свернул в этот коридор, эта стена была абсолютно пустой. Сбитый с толку, слизеринец медленно приблизился и аккуратно приоткрыл дверь. За ней оказалась огромных размеров комната, заполненная всякой всячиной. В углу виднелись старые доспехи, мебель, покрывала, книги – казалось, все, о чем только можно было подумать, находилось в этой комнате. Любопытство пересилило осторожность, и юноша вошел в комнату. Он зажег пару светильников и стал с интересом рассматривать чудно́е помещение. Странно, он и не знал, что на восьмом этаже есть такая комната. Восьмой этаж…. В мозгу Драко что-то щелкнуло. «Восьмой этаж, появляющаяся из ниоткуда дверь, к тому же, он думал о том, где спрятать дневник, и вот – идеальное хранилище для ненужных вещей», - слизеринец перечислил все кусочки пазла. Да, сомнений не оставалось – он попал в Выручай-комнату. Юноша вспомнил, как на пятом курсе Поттер со своей компанией устроили тут кружок по Защите от Темных Искусств. Драко усмехнулся, вспомнив их глупость и наивность. Говорили, тогда комната приобрела вид классной комнаты, позволив им заниматься. Сам он этого не видел, поэтому, еще несколько недель после того, как Поттера поймали, пытался войти в Выручай-комнату и воочию убедиться в ее силе. Но заветная дверь так и не появилась, и через некоторое время, он забросил это занятие, а потом и вовсе забыл о ее существовании. И вот, он наконец-то стоял в самом таинственном месте Школы. Слизеринец улыбнулся, оглядывая горы старых вещей. Ему предстояло настоящее путешествие.

***

Сложно было сказать, сколько прошло времени, прежде чем юноша наконец-то о нем задумался. Осмотр Выручай-комнаты по-настоящему отвлек его от мыслей, занимавших его голову в последнее время. Это занятие напомнило слизеринцу о его летних открытиях в собственном доме, только тут, в Хогвартсе, не было того жуткого ощущения, будто кто-то за тобой следит. К тому же, разнообразие покинутых вещей не шло ни в какое сравнение с его находками из поместья. Драко отобрал даже несколько любопытных книг по Защите от Темных Искусств, Заклинаниям и Зельеварению. Чего он только ни находил: древние мантии, обильно обшитые рюшами, шкатулки, выцветшие фотографии, сломанные метлы, дневники, бутылки из-под разнообразных спиртных напитков, которыми наверняка можно было бы заполнить несколько полноценных баров, и многое другое, не говоря о мебели и устаревшем школьном имуществе. На одном из столов стояла голова манекена, на которую кто-то нахлобучил рыжий парик и диадему. Драко даже видел почти сгоревшую кровать, похожую на те, что стояли в спальнях слизеринцев – балдахин сильно пострадал от огня и настолько посерел от пыли, что уже нельзя было различить его цвета. Юноша почему-то сомневался, что кровать была перенесена сюда с разрешения преподавателей, хотя представить, каким образом ее тайно перемещали по школе, было сложно. Отдельное его внимание привлек один из шкафов, стоящий будто в стороне от общей свалки. «У меня явно какая-то одержимость шкафами», - усмехнулся сам про себя слизеринец, осматривая странный гардероб. Он был довольно необычной формы: основание – простой прямоугольник, но дверцы сильно выступали вперед, соединяясь под острым углом, что создавало впечатление, будто шкаф треугольный. Дверцы были сделаны из какого-то темного дерева, которое будто специально поглощало свет, стараясь оставаться как можно более незаметным. Тем не менее, на двух внушительных металлических полосках, обивающих дверцы, красовались выкованные узоры. Очень искусная работа. Внутри ничего не было. «Странно, ни вешалок, ни петель, ни спрятанных в него вещей», - подумал Драко. Все остальные шкафы были набиты всякой всячиной, но этот…. «У Горбина в магазине стоит точно такой же», - вспомнил юноша и, закрыв дверцы, пошел дальше. Медленно идя по лабиринту из оставленных вещей, он вспомнил, как впервые пришел в «Горбин и Бэркес». Это было еще перед его первым годом в Хогвартсе – отец наконец-то согласился взять его с собой «по делам». Тогда он был почти впечатлен всеми темными артефактами, продававшимися в лавке. «Почти», потому что в магазине едва ли нашлось бы то, чего он не видел в поместье Малфоев. Юноша рассмеялся, вспомнив, как сказал об этом владельцу. Даже тогда он знал, что задел старика, но его это не волновало. Горбин едва ли был самым невинным созданием на земле. Тогда лавочник хитро улыбнулся его высокомерию, сказав, что сможет его удивить. Пока Люциус занимался своими делами, Горбин отвел Драко в подсобное помещение. «Исчезательный шкаф, пожалуй, одна из самых ценных вещей в моем магазине – таких больше не делают, этому экземпляру уже очень много лет», - пришли на ум слова старика. Сначала Драко и правда удивился, но, узнав, что шкаф лишь один, да еще и сломан, рассмеялся, сказав, что в таком состоянии он едва ли стоит больше чем тот, что стоит в его комнате. Что сказать, высокомерность прививалась ему с рождения. Эта история пробудила какое-то смутное сомнение – будто звоночек где-то в глубине его сознания. Исчезательный шкаф…. Слизеринец остановился, как вкопанный. На ум пришла другая история, рассказанная ему бывшим капитаном слизеринской команды по квиддитчу. Она произошла с Грэхемом, когда Драко был еще на пятом курсе. Монтегю не было несколько дней, и никто его не видел. Когда же он вернулся, то рассказывал, что после того, как Уизли запихнули его в какой-то шкаф, он оказался где-то между школой и магазином Горбина, и мог слышать обрывки разговоров с обеих сторон. Он сказал, что трансгрессировал оттуда, но тогда его не восприняли всерьез – Монтегю никогда не был особо умным, поэтому никто не поверил, что он смог удачно трансгрессировать до прохождения испытаний. К тому же, вся история казалась слишком неправдоподобной – даже его закадычный друг, Тедди Нотт, ему не поверил. Все решили, что он кутил в Хогсмиде, а потом просто решил пропустить экзамены, пользуясь готовностью своих родителей верить каждому его слову. Драко тоже не особо верилось, что это правда, но его смутило то, насколько правдоподобно Монтегю притворялся. Для человека с интеллектом золотой рыбки это было слишком искусно. Но тогда его не волновали выдумки Грэхема, и юноша благополучно забыл эту историю. А теперь… все складывалось в достаточно четкую картину. Драко резко сорвался с места и побежал, опрокидывая кипы книг, которые, как сталагмиты, возвышались у него на пути. Меньше чем через три секунды он уже стоял перед старым шкафом. Несмотря на то, что прошло больше шести лет, он был готов поклясться, что шкаф выглядит точно так же, как тот, что он видел в магазине. «Вот оно. Вот моя лазейка в Хогвартс», - почти безумно подумал юноша. Он спасен! У него есть план! Да, пусть шкаф и сломан, но это несравнимо больше, чем то, на что он мог надеяться еще этим утром. Не в силах сдержать своей радости, он громко рассмеялся. Резкий звук эхом прокатился по комнате. Так же смеялась Беллатрисса.

***

Когда Драко вышел из Выручай-комнаты, было уже почти десять часов, так что он поспешил вернуться обратно в гостиную. Книги, которые он захватил с собой, были довольно тяжелыми, и ему то и дело приходилось перехватывать их поудобней. Тем не менее, настроение было на высоте. Теперь он хотя бы знал, что делать. Починить Исчезательный шкаф вполне реально. Однако, как только юноша вошел в гостиную, хорошее настроение моментально сменилось настороженностью. Что-то было не так. Во-первых, комната была почти пуста: ни бесцельно слоняющихся первогодок, ни учеников, делающих домашнее задание. Лишь плотная группа примерно из пяти человек, молча собравшаяся у диванчика рядом с камином. Один из собравшихся обернулся на звук открывающейся двери и, увидев Драко, быстрым шагом направился к нему. - Где ты был? – приглушенным голосом спросил Тедди. Его лицо выражало необычную для него серьезность, почти траур, делая его очень похожим на отца, Нотта-старшего. - В библиотеке, – не задумываясь, соврал Драко, указывая на книги. – А что случилось? В глазах Тедди отразилась боль и тоска. Глаза юноши блестели, будто от слез, но в полутьме комнаты нельзя было сказать наверняка. Он глубоко вдохнул и неопределенно махнул рукой в сторону группы, в которой Драко теперь разглядел Крэбба, Гойла, Заббини, и еще двух девушек, сидящих на диване. - Брайони, – просто ответил Нотт, сорвавшись на последней ноте. Драко слишком хорошо знал, что это означает, чтобы не понять происходившего, но часть его сознания все еще отказывалась в это верить. Он, не медля, подошел к собравшимся, положив книги на ближайший столик. Теперь, стоя совсем рядом с ними, он видел, что скорбь и плохо сдерживаемая злость в разной степени отражались на лицах всех присутствующих. На диванчике в объятиях Астории Гринграсс сидела рыдающая Пенси. Происходящее стало казаться ему нереальным. Как будто издалека Драко услышал собственный голос – холодный и спокойный, – голос человека, не осознавшего утраты: - Как? Заббини отреагировал первым. - Неповиновение, – просто ответил он. – Говорят, ее пытали… От этих слов всхлипы Пенси стали еще громче. - …она пропала два дня назад. Сегодня ее тело подбросили в дом родителей, – закончил Блез, всеми силами стараясь как-нибудь уменьшить чудовищность сказанного. Брайони Лэнгдон…. Драко не мог поверить, что она мертва. Брайони была кузиной Пенси по материнской линии. Она с самого детства была их лучшим другом, пока ее родители не переехали во Францию, надеясь спасти дочь от власти и влияния Волан-де-Морта. Она поступила в Шармбаттон, но, тем не менее, каждый год исправно приезжала навестить своих друзей в Британии. Перед глазами юноши встал образ светловолосой красивой девушки с ослепительной улыбкой на лице. Никакие наказания и поучения не могли стереть ее с лица Брайони. Она всегда была заводилой, тем, кто вносил жизнь и радость в их компанию. Упрямая и волевая – качества, которые она явно унаследовала от своего отца-француза – девушка всегда могла вызвать улыбку. Даже у Драко. Думать о том, что ее пытали, о том, что с ней сделали…. Слизеринец почувствовал, как к горлу подступают слезы. Молча взяв свои книги, он поднялся в комнату и, безразлично кинув их на пол, подошел к тайнику за камином. Там, в самом дальнем углу самодельного бара, стояла большая и пыльная бутылка самого лучшего огненного виски, которое могли позволить деньги. «Черная бутылка», как их называли. Он услышал о таких от Эйвери еще на четвертом курсе и купил одну, решив, что это покажет его самодостаточность. Черные бутылки хранились как раз для таких случаев. В общем, это был обычный огненный виски, разве что высшего качества и запечатанный черным воском. Взяв бутыль, он нашел шесть стаканов – Астория была не в счет, он вообще не знал, как она там оказалась - и спустился вниз. Слизеринцы встретили его молчаливым одобрением. - Астория, думаю, тебе пора, – безапелляционно произнес Драко, расставляя бокалы на столике перед диваном. Девушка кивнула и, не сказав ни слова, поднялась в спальню. Блез тут же занял ее место, прижимая к себе Пенси, которая, казалось, могла сломаться без опоры. Драко ловко открыл бутылку и щедро плеснул виски для каждого из друзей. - За Брайони, – поднимая свой стакан, произнес он. Остальные молча повторили его жест. Огненный виски обжег внутренности, но совсем не так как тот, который Драко пил в Кабаньей голове. Этот напиток заслуживал памяти Брайони. Случившееся понемногу стало укладываться в его голове. Несправедливость произошедшего оказалась намного более тяжелым ударом, чем можно было бы ожидать. Из них всех Бри больше остальных заслуживала счастливой и долгой жизни, но ушла из нее первой. Слизеринец оглянулся по сторонам. По щекам Тедди катились скупые слезы – он всегда любил Брайони, но, насколько знал Драко, так ей и не признался, хотя она тоже была к нему неравнодушна. Все кроме Нотта знали об этом. Юноша вздрогнул – в голове на секунду мелькнул образ Гермионы. Тряхнув головой, он налил следующую порцию виски. Так они выпили всю бутылку. В тишине, молча предаваясь воспоминаниям об общем друге, которого они потеряли. Пенси понемногу успокоилась. Все начали расходиться. Первым ушел Тедди – скорбеть в одиночестве, чтобы завтра утром сделать вид, что ничего не произошло. Только Пенси могла носить траур, остальные же должны были держать его глубоко спрятанным в своем сердце. После него ушли Кребб с Гойлом, оставив троицу в пустой гостиной. - Расскажи, что случилось, – сказал Драко, обращаясь к заплаканной девушке, сидящей рядом с ним. Он хотел знать подробности. Почему? За что Брайони должна была расплатиться своей жизнью? Юноша знал, что, несмотря на их дружбу, Пенси не стала бы рассказывать об этом при всех, но теперь с ней остались люди, которым она могла доверять больше всего. Блез ободряюще сжал ее руку – ему тоже хотелось услышать ответы. После некоторой паузы, девушка все-таки начала свой рассказ: - Я получила письмо от мамы. Она сказала, что сестра написала ей из Франции. Обвиняла ее… обвиняла ее в смерти Бри. Говорила, что это все из-за нашего окружения, из-за… планов Темного Лорда. Мама сразу же сожгла письмо и написала ей ответ, но тетя не отреагировала. Думаю, она вообще не ответит. Потом мне пришло письмо от подруги Бри из Шармбаттона – Валери. Она написала, что в последнее время Бри ходила как в воду опущенная. Скрытничала, встречалась с кем-то. Валери думает, что этот кто-то был Пожирателем. Или из окружения Пожирателей, потому что через неделю после этого Бри призналась, что ей дали поручение. Не уточняла от кого, но, думаю, это и так ясно. Брайони сказала, что откажется. Сказала… сказала, что она никогда не поддерживала… его и не собирается ничего для него делать. Потом она уехала на недельный уикенд домой. Через два дня после этого она пропала из спальни родительского дома. А еще через два дня ее тело было обнаружено в постели. Она… была вся в синяках, израненная… а… на ее… на ее руке… на ее руке была вырезана Черная Метка…. Я не могу поверить, что она мертва…. Речь Пенси то и дело прерывалась всхлипами, а в конце девушка совсем сорвалась, снова разразившись громкими рыданиями и спрятав лицо в объятиях Заббини. Юноши с нескрываемым ужасом посмотрели друг на друга. Послание было очевидным, вот только для Драко оно значило куда больше, чем для Блеза. Некоторое время они сидели молча, размышляя каждый о своем. Затем Драко встал и, поцеловав плачущую Пенси в макушку, собрал все стаканы и бутылку и поднялся в спальню. Блезу и Пенси надо было побыть в одиночестве. Едва ли он мог сейчас чем-то помочь. Лежа в кровати без сна, юноша снова и снова прокручивал в голове случившееся. В его голове зарождался план. Он отомстит за Брайони. Он позаботится о том, чтобы ее смерть не была напрасной.

***

В четыре утра следующего дня он уже стоял перед дверью, охраняемой двумя язвительными горгульями. - Лимонный шербет, – властно произнес он и распахнул дверь, игнорируя возмущенные возгласы каменных статуй. Почти бегом поднявшись по винтовой лестнице, он очутился в просторном кабинете. Несмотря на раннее время, Альбус Дамблдор сидел за своим столом в полном облачении. «Интересно, он хоть когда-нибудь спит?» - пронесся у него в голове совершенно ненужный вопрос. - Драко? Чем могу помочь? – вежливо спросил директор, не обращая внимания на бесцеремонное поведение слизеринца. Юноша выдохнул. - Мне нужно вас убить, – спокойно произнес он, глядя старику прямо в глаза.