Тот кто достоин второго шанса

      Открыв глаза, взгляд их ничего не выражал. Смотрел он лишь на красивый потолок, на котором красовались ледяные затейливые узоры. Видеть их день за днём было уже невыносимо. Находиться здесь было уже невыносимо. Чувства будто тебя душат или поглощает едкий дым не покидали не на миг. Хотелось убежать. Оказаться в другом месте или проснуться от плохого, плохого сна.       Сегодня наверняка будет очередной день, который не будет нести в себе ничего радостного. И лучика надежды не случиться сегодня. Лишь опять будут моральные страдания и унижения. Такими темпами наверно можно стать мазохистом, а может даже садистом, сделав тот или иной выбор. И какой выбор ты бы не сделал, каждый будет для благой цели…разница лишь для кого будет эта благая цель. Будет она суровая, но своя, или же накрученная. Будто промывка мозгов с определёнными рычагами давления. При использовании которых возникают мысли, согласиться на всё, лишь бы это прекратилось. Но это не прекратится, даже после согласия. Дальше наверное только хуже… А может быть нет? Может если согласиться на всё, то потом не будет морального давления и никаких угроз… как они и говорили? Не знаю. Не знаю. Не знаю… на задворках сознания все равно есть понимания того, что какой бы путь ты не выбрал – страдать будешь все равно.       Необычная девушка с распущенными, в меру вьющимися серебристыми волосами, поднялась с постели, приняв сидячее положение. В прозрачных серо-голубых глазах не отражалось ничего кроме большой усталости с намёками отчаяния и безысходности. Встав и умывшись, она подошла к окну. Взгляд её блуждал по ледяному, некогда родному городу, где люди жили своей мирной жизнью со своими заботами, смеясь и живя в спокойствии. Посмотрев в небо, она хотела сейчас ощутить себя птицей. Улететь далеко отсюда. Покинуть золотую клетку, некогда бывшей самым родным и дорогим местом на земле.       Скоро за ней опять придут. Посадят в пустую комнату и будут разговаривать, опять об одном и том же. Вели разговор люди, приближенные к вождю или состоящие в совете. Она не знала точно. Но догадывалась только в том, что разговаривали с ней скорей всего подчиненные этих господ.       Разрешали ей выходить из покоев и ходить по дворцу. Сопровождали её всегда близнецы. Они ходили с ней всегда, куда бы она не пошла, лишь изредка ее сопровождал кто-то другой, и то в основном потому что близнецам поручалось какое-то задание. Одним из условий того, что ей разрешалось гулять по дворцу, было то, что ей запрещалось заговаривать с кем-либо, кроме тех, кто ведет так сказать диалог и близнецами – детьми вождя. Потому она обменивалась с людьми только зрительным контактом, и то весьма редко. В первые дни пребывания здесь, она видела, как охранники, слуги и обычные подчиненные с интересом и восхищением в глазах, разглядывают её. Но никто из них не приближался к ней без необходимости. Это было просто любование издалека. Но позже, они перестали смотреть в её сторону вообще, а то и во все избегали её. Только потом она поняла почему это происходит…       Слуги, которые ухаживали за ней и обслуживали её, тоже ходили как рыбы, воды в рот набравшие. На вопросы Юи они лишь молчали. И так было с самого первого дня её пробуждения в мире людей. Ни разу никто с ней так и не заговорил. И вот опять, слуги принесли ей завтрак, опять притворяясь глухонемыми. Ей так не хватало общения, что она начинала обдумывать слова вождя, которые вторили те, с кем она разговаривала. Порой ей казалось, что она начинает сходить с ума, ловя себя на том, что разговаривала сама с собой.       Смотря на принесённую еду, она заставила себя немного поесть. Аппетита не было, как и вчера, и позавчера, и до этого… Ела она мало, что сказывалось на внешнем виде. Выглядела она уставшей и будто худей. Но привлекательность девушки оставалась неизменной. Отсутствие аппетита связано увы не с диетой, а с тем, что из-за её острого языка и её же глупости пострадали невинные люди.       – … мало того, что Вы вновь и вновь приводите меня сюда, повторяя один и тот же разговор, на который я уже отрицательно ясно и понятно ответила вашему вождю, так Вы ещё смеете угрожать мне? Если вы причините мне или ничего незнающим людям вред, то захлебнётесь в озере мертвых, содрогаясь в вечных муках, – со всей злостью вспылила девушка, сидя за столом какой-то тусклой, даже можно сказать мрачной пустой комнаты, где ничего толком-то и не было кроме стола с двумя стульями, да ведром воды. Ей жутко надоели все эти пустые разговоры, которые повторялись снова и снова. «Эти люди вообще знают, что такое совесть? Вот уж что такое наглость они явно изучили на отлично». В комнате помимо них двоих находились ещё двое человек – это был охранник и мужчина лет двадцати пяти-тридцати, напоминавший библиотекаря в очках.       – Вас уже предупреждали же, что Вам можно выходить из покоев только, если Вы не будете заговаривать с другими. Но Вы не придали особого значения словам о том, что будете наказаны. И Вы, несмотря на это всё равно начали говорить с парнишей-помощником, который работает на кухне. Хоть Вы просто и сделали комплимент его стараниям, это считается за разговор.       Мужчина кивнул сзади стоящему охраннику, и тот вышел. Вернувшись через пару минут, он привёл испуганного, ничего не понимающего паренька-помощника, держа тому руки за спиной.       Юи хотела не понимать зачем они привели его. Глаза её расширились от медленно подступающей паники.       – Ч-что… За-зачем Вы привели его сюда? – еле слышным голосом проговорила девушка, не отрывая глаза от испуганного мальчика.       Мужчина, встав со стула, повернулся к пареньку: – Вы хотели, чтобы кто-то захлебнулся в воде, содрогаясь в страданиях? – он поднял руки и с помощью магии воды выудил воду из ведра, которое стояло в углу небольшой комнаты. – Это Вам наказание, за то, что Вы не первый раз ослушались.       Маг обхватил водяной петлёй шею парнишки, делая круглый вакуум из воды вокруг его головы, который не давал и шанса вдохнуть кислород. Парень начал брыкаться от нехватки воздуха и паники, но охранник держал его крепко. Юи всё это время сидела как вкопанная, будто её парализовало. Она пребывала в шоке, никак не веря, что это происходит на самом деле здесь и сейчас. На глаза навернулись слезы, а ужас происходящего нахлынул на неё с головой, заставляя думать, что надо немедленно остановить весь этот немой кошмар. Не в силах больше терпеть, она закричала, сквозь слезы, подбегая к магу.       – Что Вы делаете?! Остановитесь немедленно! Пожалуйста не надо. Пожалуйста… Пожалуйста… Он же умрёт. Он же ещё совсем ребёнок… – говорила она умоляющим голосом, хватая мужчину за руку, чтобы помешать ему. Но он отмахнулся от неё, ударив девушку в плечо, отчего она упала на пол, прежде стукнувшись спиной об стол. Смотря то на него, то на человека в очках, который был в замешательстве, она продолжала говорить дрожащим голосом, попеременно всхлипывая:       – Не надо… Он же не виноват… Я-я буду слушаться… Пожалуйста... Я больше ни с кем не заговорю, обещаю, обещаю… Только остановитесь. Он же ребёнок.       Она, рыдая, произносила эти слова, понимая, что того безопасного, родного места больше нет. Что тот мир, спокойствие и доброжелательность канули в прошлое. Что её дом уже не её. Сейчас она поняла насколько в серьёзной ситуации находится на самом деле. На сколько все эти раннее сказанные угрозы были серьёзны и реальны. Насколько от неё зависит, что эти люди готовы даже на такое.       Мужчина, всё ещё удерживая воду вокруг головы мальчика, который уже терял сознание, смотрел на Юи, не перестающую плакать как ребёнок. Её уже поднял и посадил на стул другой мужчина, который оставался безучастным всё это время. Маг опустил свои руки, и вакуум из воды разлился прямо на мальчика. Тот начал жадно глотать воздух, задыхаясь. Не веря, что эта пытка закончилась и он всё ещё жив, кашлял, давясь воздухом и водой, которая успела проникнуть в него.       – Убери его отсюда, – сказал маг охраннику с некой брезгливостью.       – Зачем же так жестоко? Недовольно спросил мужчина в очках, заслонив собой девушку.       – Жестоко? – поднял одну бровь маг, – Да, возможно ты прав. Но. Она нарушила условие, потому пришлось ей продемонстрировать последствия в лице наказания.       – Надеюсь теперь Вы поняли, Дух Луны какие последствия Вас могут ждать, – он посмотрел в её глаза, в которых читался ужас. – Всё через чур серьёзно, чтобы быть обходительными. – обратился он уже к мужчине, напротив. На это у нас нет времени. Положение, в котором мы находимся вынуждает нас идти на такие меры. Если ты слишком мягкотел, уходи сразу. Ведь ты знал на что шёл, Кан. Что ж, завтра продолжим, а пока думаю Вам следует отдохнуть, – обратился он снова к Юи.       Кан вывел её из пустой комнаты, оберегающе придерживая за плечи.       – Ох, и ещё кое-что, – девушка замерла на месте. – Прошу прощения за мой нечаянно сделанный удар. Я не со зла.       Кан повёл девушку дальше, чувствуя, как она дрожит. Пройдя коридор, он передал её близнецам, которые ждали её в другом коридоре, соединявшимся с предыдущим. Разделяла их только дверь. Вообще помещение находилось под дворцом. Юи не знала этих коридоров и комнат. Видимо, они перестроили некоторые участки дворца. Да и были сделаны они не из льда. Обложены кирпичом и металлом. А некоторые двери, которые она иногда замечала вдалеке, были из массивного железа.       Близнецы тогда проводили её до покоев. Юи не смотрела на них, да и вообще не смотрела по сторонам, только в пол. Обхватив себя руками, она была как в тумане. Она была поглощена своими мыслями, невольно вспоминая то, что произошло недавно. Это вообще выбивало почву у неё из-под ног.       – …жа. Г-жа Юи, с Вами всё в порядке? – услышала она обеспокоенный мужской голос с левой стороны от себя.       Повернув голову на зовущего, она увидела, что это был Десна. Юи смотрела на него будто стеклянным взглядом, в котором была растерянность.       – Я зову Вас уже в третий раз. С Вами всё в порядке? Что-то случилось? – не унимался он, обеспокоенно положив руку на её плечо.       У Юи в ответ только слёзы на глаза и навернулись. После чего она скрылась за дверью своих покоев.       В последующие разговоры она вела себя тише воды, ниже травы. Не смотрела в глаза тому магу, который вызывал у неё страх. Она не отвечала на его вопросы, никак не реагировала на него вообще. Лишь отчуждённо смотрела в сторону, иногда поглядывая на человека по имени Кан. Тогда она будто замкнулась в себе. Но игнорировать долго мага ей не пришлось. Его заменил другой смотритель, потому что у того, как она предполагала, появились другие дела. Нового смотрителя звали Ширан. Был он моложе чем предыдущий, примерно одного возраста с Каном. Он ей определённо не нравился. Он заставлял её ёжиться, в основном от взгляда, которым смотрел на неё беспрестанно. Разговоры вёл те же, что и предыдущий: «…Как? Как Вы, моя дорогая, относитесь к своему родному народу? К своему родному городу? Я знаю, Вы очень любите их. Но почему же тогда Вы томите с ответом? Неужели Вам стало на него плевать, прекрасная Луна? Один только Ваш лик готов придать нам столько отваги, сколько не сможет придать ни один полководец, – говорил он, разглядывая её с ног до головы. – Вы можете дать народу гарантию того, что войны не тронут это место, как и тогда, когда Вы смогли защитить свой родной город. Только представьте, если другие нации узнают о приходе духов, которые явились дабы защитить святые земли, они не посмеют напасть, и захотят только мира». Конечно Юи догадывалась об истинном значении её пребывания здесь. Но это значение терялось за красивыми словами этого мужчины, который не переставал рассматривать её. Она сразу пресекла все попытки её вербовки ещё при вожде. И повторяла это и Ширану, только уже более дерзко и с большей злобой в словах. Тогда он выставлял Кана и охранника за дверь и оставался с ней наедине, моментально меняясь, позволяя себе уже больше. Это больше заключалось в том, что он начинал её припугивать, говоря, что случится в первую очередь с ней, а потом и с её служанками, при таких угрозах он всегда ходил вокруг неё и начинал приставать, на что получал пощёчину. Иногда он злился, когда она отвергала его и словесно, и действиями. Тогда позволял себе и рукоприкладствовать. В такие моменты Юи вспоминала Сокку, который всегда был обходителен с ней и добр. Она всем сердцем желала, чтобы он оказался здесь и защитил её от всего плохого, что здесь происходит, защитил её от этого мужчины, который напоминал ей парня, с которым она была обручена. Но был похож он только внешне. Если тот не обращал на нее внимания, тогда как этот буквально не отводит от неё глаз, будто собираясь съесть. И всё это повторялось день за днём, лишь с разницей в том, что Ширан, рассказывал всё красочней и красочней, что случиться в случае отказа. От таких ярко описанных слов, она замирала с широко раскрытыми от ужаса глазами. Представляя всё это, по её спине бежал холодок. Под его взглядом, она не сомневалась в том, что он исполнит всё что говорил ей, и скроет ото всех правду, которую никто не узнает. Тогда она начинала задумываться о том, чтобы согласиться на всё, что они хотят от неё. Ей больше не хотелось терпеть его взгляды, домогательства и рассказы о том, кто и как пострадает. Может это связано также с тем, что она устала, а может это связано с тем, что она толком ни с кем не разговаривала кроме него и его доводы, которые он приводил, украшенные красивыми словами, иногда не казались ей такими уж фальшивыми. Может ей хотелось так думать, чтобы всё это наконец закончилось. Она не знала. Он хорошо промывал ей мозги, давя на тот или иной рычаг давления. В конце концов не выдержав, она вспылила и сказала ему, что диалога у них не состоится, что слушать его она не будет. Он может и не стараться. Пусть лучше будет предыдущий, но не он. Он, тогда ударив её, рассмеялся. Схватил её за подбородок и сказал: «Дорогая г-жа, хоть ты и необычайно красива, но также необычайно ужасна. Ладно я. Мне ты отказываешь, но как ты можешь отказывать своему народу в помощи, который любит и помнит тебя». Поняв, что это всё бесполезно, она, выходя из комнаты, кинулась к человеку по имени Кан, которого каждый раз оставлял за дверью Ширан. Она попросила его умоляющими словами, чтобы он не оставлял её наедине с этим смотрителем. Тот смотрел на неё немного шокировано, явно не ожидая подобных действий. Но просьбу не проигнорировал, слабо кивнув в согласии. После этого в комнате присутствовал и Кан. Знала бы она каких трудов и изворотливости ему это стоило. Во всяком случае, с Каном ей было не так страшно и неприятно находиться в обществе Ширана. Девушка была благодарна этому “библиотекарю” ещё и за то, что он относился к ней более человечно чем другие кто непременно всегда находился в этой комнате, хоть каждый раз, когда её заставляли плакать от слов или грубой силы, он ничего и не предпринимал, лишь оказывая во взгляде будто грустное уважение.       И вот, сегодня опять будет как вчера, и позавчера, и до этого. Она приложила ладонь к правой руке, которую до боли в костях сжал Ширан вчера. Он всегда применял грубую силу, когда она начинала ему дерзить. Делал это скрытно, не оставляя следов на видных местах.       В дверь постучались, прерывая её мысли, она открылась. Юи уже заранее рефлекторно напряглась, но увидев Кана в дверях облегченно выдохнула.       – Доброе утро… – сказал он без радости, которая обычно сопровождает подобные слова. – Сегодня отведу Вас я. Близнецы заняты и придут позже.       Она, ничего не говоря, выйдя из комнаты, последовала за ним.       – Прошу Вас… Согласитесь хотя бы ради собственной безопасности. Хотя бы ради себя. – походя к назначенному месту, вдруг негромко проговорил он, идя чуть впереди неё. – Вы таете на глазах… У этих людей нет понятия уважения и почитания к духам. Они лишь признают силу и вождя. Для них Вы просто обычная красивая девушка, которая должна сделать то, что сказано. Пожалуйста, подумайте над моими словами. Я искренне желаю Вам благополучия и сожалею, о том, что происходит то, что происходит.       Она молчала, слушая его тихую, взволнованную речь. Лишь смотря на его профиль, в котором отражалось сожаление.       Они остановились перед дверью в коридор, который вёл в комнату и другие помещения с железными дверьми. Делая шаги вперед, она заметила, что провожатый стоит на месте, не следуя за ней, только опустив голову и смотря в пол.       – Простите… Я не смогу быть сегодня с Вами здесь… Вождь поручил мне задание, которое необходимо выполнить немедленно.       Глаза девушки расширились от услышанных слов, а в рассудке началась паника.       – Ч-что? Нет. Нет. Нет. Нет. Пожалуйста, останьтесь. Вы не можете оставить меня с ним. – она вцепилась в его руку. Хоть он не препятствовал Ширану в своих действиях, но все же несколько умалял шансы того, что тот применит к ней грубую силу или домогательства.       Кан с сожалением посмотрел в её прозрачно-голубые глаза и сказал:       – Юи, отпустите меня, Вам нельзя разговаривать со мной…       Девушка моментально отпустила его руку и отошла назад. В её памяти всё ещё были свежи воспоминания о том, что произошло с теми, когда она ослушалась. Пострадал не только тот мальчик, но и другие слуги, которых она спрашивала что-либо, когда она не воспринимала всерьёз поставленные условия, относившись к последствиям безответственно. Что с ними стало, рассказал ей маг-смотритель, на следующий день после наказания паренька. Он рассказал ей, во всех подробностях и красках как наказали служанок, используя это в качестве рычага давления. Только получили они гораздо больше страданий чем мальчик. Тогда она поняла причину, почему все слуги старались избегать её. Осознав весь вред, причиненный невинным людям, она не переставала плакать, говоря будто им: «Простите. Простите, я не хотела, чтобы вы пострадали. Не желала, чтобы вас осквернили… Вы… Зачем же так жестоко?» – проговорила она тогда смотрителю.       Она ещё раз неуверенно посмотрела на Кана, который одними губами сказал «простите». После чего вошла в коридор. Кан проводив её до комнаты, перед дверью к которой стояли охранники, ушел. Охранники, проверив её на наличие оружия, впустили в пустую комнату, которую девушка ненавидела и боялась всей душой. Раньше эта проверка на опасные предметы вызывало у неё недоумение и смех, мол они что же меня опасаются? Но теперь понимала их опасения. Они вообще убирали всё, что могло считаться опасным в её покоях, будто боясь, что ей удастся кого-либо ранить или ранить себя.       Минуту спустя вошёл и Ширан с охранником, который остался за дверью. Сев напротив неё, он начал говорить опять то же, что и раньше. Продолжая говорить, он уже ходил вокруг неё. Немного спустя, он начал к ней невзначай прикасаться. Она отошла от него, но преградой встала стена. Он попытался её поцеловать, но она дала ему звонкую пощёчину, сказав ему, чтобы он убрал свои грязные руки. Он уже замахнулся на неё, чтобы сделать удар, отчего она рефлекторно прикрыла голову руками и зажмурилась. Но он в ответ только рассмеялся, сказав, что ему нравится её дерзость и стойкий характер. Сегодня он был в хорошем настроении, может потому и был благосклонен к ней. Закончив с ней разговаривать, она вышла. Встретили её близнецы. Они отвели её в комнату, чтобы она одела свою верхнюю одежду. Когда девушка спросила для чего, они ответили:       – Сегодня Вы можете прогуляться по городу, а мы будем Вас сопровождать, – сказала Эска, ловя подозрительный взгляд.       – Я что же, могу пойти в любое место какое захочу?       Она не верила.       – Да. Думаю, Вам бы хотелось вновь побывать в старых местах города, которые не перестраивались с момента правления Вашего отца.       Прояснил Десна, улыбаясь.       Юи всё ещё смотрела на них недоверчиво, но одев шубу и спрятав волосы в капюшон по настоянию Эски, дабы цвет волос не привлекал внимания, и вправду отправилась с ними на самую обычную прогулку. Это было до того странно, что она до сих пор не верила и искала срытый смысл, будто здесь должно что-то произойти или должны кого-то наказать из-за неё. Но ничего такого не происходило, что удивляло её еще больше, заставляя думать, что она страдает паранойей. Близнецы гуляли с ней, показывая достопримечательности города, рассказывая историю того или иного места. Юи удивлялась как изменился и разросся город. Тех улочек и некоторых зданий, которые она помнила не было. Вместо них возвышались другие строения или раскидывались небольшие площади, красовавшиеся своей величественной ледяной резьбой. Дальше они отвели её и в места, где оставались старые постройки или аллеи, которых не тронули перемены. Их осталось достаточно, чтобы вспомнить прошлую жизнь. Юи радовалась как ребёнок, когда они приходили в давно знакомую ей постройку, или же в место, где остались старые фонтанчики. «Не может быть! Я знаю это место! Я играла здесь, когда была маленькой», – с восторгом как у детей радовалась девушка. От такой реакции близнецы были мягко говоря удивлены. Десна же не переставал радоваться тому, что радуется девушка. Хоть и старался это не показывать. Он впервые видел вообще у девушки такое состояние, что несомненно делало его счастливее. Обычно он не видел такой вихрь эмоций и не думал, что они могут так хорошо скрываться за её повседневным поведением. Он конечно понимал, что этому есть причины и факторы, но только мог догадываться какие именно.       Юи видела, как играют беззаботные дети, вспоминая саму себя в их возрасте. Видела влюблённых плывущих в небольших ладьях, или гуляющих по аллеям и мостам, как и она сама, когда-то проводившая время так же с Соккой. Наблюдала пожилых и куда-то спешащих взрослых. Все они жили мирно и счастливо, без намёка на жестокость. Смотря на них Юи, сама радовалась тому, что люди живут в спокойствии. Так забывшись, она на радостях сказала, что хочет пойти к Священному оазису. На что Эска твёрдо и сухо сказала «нет», при столкновении с которым радость девушки разбилась в дребезги. Юи сразу же опомнилась, чувства и ностальгия, окунувшие её в свой омут с головой, перекрывая весь испытанный стресс, моментально пропали, уступая место холодной и жестокой реальности. Здесь она и поняла смысл прогулки по городу. И ей стало так больно на душе, что на глаза стали вновь наворачиваться слёзы.       По ходу прогулки, они забрели на рынок, где покупали всякие безделушки и товары, привезенные из других земель. Десна забрёл в лавку, где продавали чехлы для оружия и всего с этим связанного, тогда как Эска повела Юи к лавке с украшениями.       У Юи уже не было прежнего энтузиазма, потому она лишь смотрела на Эску, которая примеряла одно украшение за другим, критично осматривая их на себе. Когда Юи это наскучило, она решила тоже попробовать что-нибудь примерить, правда без особого желания. Без интереса рассматривая всякие ожерелья с подвесками и цепочки, которые были подвешены на уровне глаз, сквозь одну из них она заметила знакомое лицо вдалеке. Сначала она его не узнала, но потом, всё больше вглядываясь в его лицо среди гущи народа, всё-таки узнала в нём того нарушителя из мира духов. Он разговаривал с продавцом. Что-то спрашивал у него, а тот объясняя, показывал куда-то в сторону. Было заметно, что “нарушитель” не местный хоть и был одет в одежду племени Воды. Отличали его бледная кожа и черные глаза, которые не встретишь в Северном племени Воды. Но на рынке этого было не сильно заметно, так как торговали здесь люди и с других земель, которые имели определенные особенности своей нации. Юи подумала о близнецах. Знали ли они его? Она предположила, что должны были знать, ведь его по ошибке приняли за другого. Сейчас он, наверное, жил мирной жизнью, заполненной смехом и радостью, помимо повседневных забот. Она была рада тому, что хоть один человек не страдает из-за неё. Что хоть его она смогла спасти от участи, которую сама проживала сейчас. От этих мыслей у неё появилась еле заметная улыбка.       Продолжая его рассматривать сквозь цепочку, она видела, как он, купив кожаный материал, погрузил на загруженную товарами большую собаку и скрылся за поворотом.       – Он тебе так понравился, что ты разглядываешь его уже пару минут?       Вдруг спросила Эска, появившаяся из неоткуда. От её врасплох заданного вопроса, Юи растерялась, не зная, что сказать на то, что её уличили в слежке за парнем, которого они наверняка знают.       – Я-я… Не-нет, что ты… Ты не так поняла… – начала оправдываться девушка, думая, как бы это не повлекло проблем на парня.       – Почему ты отрицаешь? Ведь ты рассматривала его и так, и эдак, – показала Эска на кулон, висевший на серебряной цепочке.       Юи, осознав, что чуть не сделала фатальную ошибку закивала как болванчик, говоря:       – Прости, да ты права. я его рассматривала, но не думала, что куплю ведь мне… мне не разрешается говорить с другими.       На её оправдания, Эска ничего не выражающим лицом взяла цепочку с кулоном и пошла к продавцу, кидая его в кучу украшений, которые выбрала для покупки. Оплатив все что купила, к ним присоединился и Десна, тоже с полными сумками. так они и отправились во дворец.       – Если тебе что-нибудь понадобится, скажи мне. В пределах дозволенного конечного.       Эска с безразличным взглядом, протянула Юи серебряный кулон на серебряной цепочке, на котором изображался символ Инь и Ян.       – Красивый кулон, он тебе точно подойдёт, – с улыбкой сказал, проходивший вперед Десна.       – Спасибо.       Ответила девушка, сжимая кулон в варежках, попутно открывая для себя новую сторону этой странной девушки, и ощущая некую благодарность этим двоим.