Winning ticket

POV Louis Захлопнув входную дверь и провернув ключ в замочной скважине, я скинул куртку обратно на пол и, не расшнуровывая запачкавшиеся в земле кеды, избавился от них и зашагал обратно в гостиную. Развалившаяся на диване с телефоном в руке Ханна неспешно перемещала указательный пальчик по экрану, при этом немного посмеиваясь. Такое хоть и нечасто удаётся увидеть, но она действительно милая, когда улыбается. Без излишней грубости и притворства эта девушка кажется сущим ангелом в белом халатике и спадающей на одно плечо косой. Но ангел она лишь пока не откроет рот. Точнее, пока кто-то не накосячит или не выведет её из себя. Стоит кому-то нечаянно наступить ей на новые туфли или попасться под горячую руку, то этому человеку останется только посочувствовать. В следующую же секунду на беднягу обрушится поток самых непристойных и жутких словечек в мастерском исполнении Ханны, от которого у меня иногда вянут уши. Даже Стайлс признал, что она однозначно превзошла его в этом, хотя до её появления в нашей жизни именно кудрявый был безоговорочным лидером в умении посылать всех и вся самыми изощрёнными способами. — Уже наговорились? — поднявшись выше и облокотившись об спинку дивана, она потуже завязала ослабившийся узел пояса и, отложив мобильник, похлопала по месту рядом с собой. — Ага, обсуждали с какой начинкой пончики вкуснее. Остановились на вишневом джеме, — присев на мягкую седушку, я потянулся к краю её халатика и нарочито оттянул его в сторону. — По мне так пустые пончики вкуснее всего, — равнодушно следя за моей ладонью, она тихо усмехалась и, готов поспорить, выжидала нужного момента. — Ты, кстати, не хочешь перекусить? — Не очень подходящий момент для этого, — продолжая двигаться вдоль её бёдра, поднимаясь все выше и выше, я уж точно не хотел сейчас отвлекаться на что-то постороннее. — А мне кажется очень даже. Идём, — как я и догадывался, она, быстро подорвалась с дивана и шмыгнула на кухню, по пути залившись звонким смехом. В недоумении проводив взглядом Ханну и её ноги, я решил не отступать, а просто отложить начатое, поэтому спустя минуту зашагал за ней следом. Находясь наполовину в холодильнике, она внимательно высматривала его содержимое, при этом не замечая того, что по моей воле сзади ее халат задрался почти до спины — аккуратно заправив его низ за поясок, теперь я наслаждался потрясающим видом. Наконец-таки определившись, она вытащила из холодильника небольшой лоток и, отставив его на стол, вернулась к полкам: — Клубничное или малиновое? — Что? — Варенье. Ты какое любишь? — повернувшись ко мне, она выжидающе посмотрела на меня и, понятное дело, увидела мою идиотскую улыбку. Догадавшись, куда было устремлено моё внимание прежде, она скорчилась в злой усмешке. — Будет малиновое. Клубнички, смотрю, тебе и так хватило. Кстати говоря, она и не торопилась подправить задравшийся халат — вместо этого, она громко орудовала тарелками и хлопала дверцами шкафчиков и микроволновки. Ожидая, пока еда разогреется, Ханна стояла лицом ко мне вальяжно облокотившись об столешницу и, как ни странно, ничего не говоря, едва улыбалась, наверняка, вновь замышляя очередной коварный план. Услышав заветное пищание, она, напоследок хитро улыбнувшись, вернулась к своей затее с едой. Как я понял, на ужин предполагались сырники — оно и понятно, пока мамы нет, Ханна втихаря уплетает её кулинарные шедевры, не заботясь о фигуре. После того, как девушка выложила порции на причудливые тарелки с различными рожицами, она взялась за банку с вареньем и, как и положено, я предложил в этом дне свою помощь. Но я сильно ошибался, когда рассчитывал на то, что девушки хрупкие создания — быстрее и ловчее чем я, она открутила крышку и, услышав заветный хлопок, откинула её в сторону и, загребая большой ложкой густую ароматную жидкость, победно улыбалась, размазывая её по сырникам. После того, как Ханна поставила тарелки на стол, она вновь запустила ложку в банку и, выловив маленькую малинку, положила её в рот: — Хочешь? — указав на банку, она аппетитно облизнула ложку с остатками сладкого варенья. Машинально кивнув, я поднялся со стула и подошёл ближе к девушке. Взяв другую ложечку, она вновь обмакнула её в ёмкость и, поманив пальчиком ближе к себе, угостила приторным лакомством, которое приятно отдалось на языке. В очередной раз наполнив ложку и переборщив с количеством варенья, по не осторожности Ханна капнула на себя. Опустив голову и выискивая, куда приземлилась злополучная капелька, она развязала халат и только сейчас я увидел, что под ним не было майки или футболки. Не отягощённое косточками и обилием ткани белье как нельзя лучше подчеркивало все то, что оно прикрывало. Уставившись на её тело, я нашёл маленькую розоватую капельку, которая опускалась ниже и ниже. Заметив мой внимательный взгляд, девушка, хихикнув, успела указательным пальчиком подхватить её до того, как она оказалась на её груди. Поднеся палец ко рту, она медленно собрала сладкую жидкость, сексуально проведя языком по пухлым губам. Теперь, когда вместе с последней каплей варенья испарилось моё терпение, я подался вперёд и начал жадно целовать девушку, ощущая ещё большую сладость её губ со вкусом малины. Наслаждаясь тёплым дыханием и негромкими вздохами, я переместил ладони на её плечи и скинул халат, который уже долгое время напрашивался на это. Прижавшись к ней сильнее, я смог ощутить то, каким горячим было её тело, не смотря на отсутствие одежды. Мягкое кружево приятно терлось об мою кожу, а шелковые лямки ещё сильнее впились в её изящные плечи, оставляя красные следы. Развернув Ханну спиной к столешнице, я рывком поднял её и усадил на стол, от чего она освободила одну руку и опёрлась ею для равновесия, по неосторожности задев всю ту же несчастную банку, которая в следующий момент опрокинулась, искупав пальцы девушки в тягучей жидкости. Чтобы не испачкать кухню ещё больше, она потянулась к крану, включить воду, но перехватив её руку, я, оставив порозовевшие губы, вновь приложился к малиновому варенью… POV Emily -…мам, если я попаду в студию искусств Оклэнда, то это будет просто потрясающе. Когда Гарри мне сказал, я даже всплакнула от радости. Ты представляешь, какие перспективы мне откроются, если я возьму хотя бы пару уроков у самых просвещённых ценителей моды? Я не могу упустить такой шанс, тем более Гарри всегда будет рядом и тебе не придётся волноваться за меня. — А школа? — Сама посуди, что важнее — пара уроков математики и биологии или мини-экскурс по дальнейшей профессии? — стараясь быть по максимуму убедительной, я не забывала жестикулировать, чтобы она поняла, какое впечатление на меня произвела новость о поездке. — Ну-у? Отпустишь? — Даже если бы я тебя отпустила, то ещё не факт, что согласится твой отец. Все-таки, он ещё даже не знает, с кем ты полетишь, — присев напротив, она подперла рукой голову, многозначительно выдохнув, глядя на меня. — Я не могу быть уверена, что с тобой ничего не случится в не известной тебе стране. — Я же не одна еду. Сама посуди: группа, их охрана, Ханна, в конце концов. Я буду в надёжных руках. Тебе даже не стоит беспокоиться, тем более раньше я не давала тебе поводов волноваться. Разве нет? — подавшись вперёд, я взяла её за руку, тем самым ещё больше уверяя в сказанном. — Хоть раз дай мне почувствовать свои 19. Дай мне шанс. Пожалуйста. Молча глядя на меня, мама пару раз моргнула и уклончиво отвела взгляд, переведя его на потолок. То, как она прикусывала верхнюю губу, говорило о том, что она мечется между двух огней: надеюсь, что больше она склоняется к положительному ответу. — Вот теперь все, что ты говорила, пытайся донести до папы. Последнее слово за ним, — поднявшись, она выглянула в проем и окликнула Гарри, завидев его в коридоре. Не менее взволнованный и с идиотской улыбкой, он широкими шагами добрался до кухни и остановился в паре метров от мамы, ожидая, что она скажет дальше. — Гарри, а вы уверены, что это не повлечёт за собой никаких последствий, и моя дочь не станет обузой вашему коллективу? — оставив нравоучения, мама перешла к очередному пункту своего кодекса. — По-вашему, я похож на идиота? Эмили только скрасит нашу поездку своим присутствием с её подругой. Они будут всегда рядом, собственно, как и мы — все вместе. Не стоит беспокоиться об этом, — как всегда сохраняя спокойный тон и не забывая про средневековые устои джентельмена, он статно расположился рядом со мной, положив одну ладонь на моё плечо. Несильно вжимаясь длинными пальцами, он давал понять, что все хорошо, и будет только лучше. — Так вы отпускаете Эмили? — Я — да, но я и не единственный родитель. Дело осталось за мужской частью. Кстати говоря, вам, думаю, следует познакомиться с папой Эм. Потому что, тот факт, что я знаю о вас, а он — нет, рано или поздно подорвёт наше хорошее общение. Вы сильно торопитесь? — Если вы намекаете на то, что мне стоит подождать мистера Брауна, то я совершенно не против. Тем более, семья прежде всего, верно? — мило улыбнувшись, он переместил ладонь на мою спину и задиристо, пока внимание мамы было занято выкипающей жижей из кастрюли, начал теребить застёжку лифчика, нарываясь на несильный пинок. Ковыряясь со своим «блюдом», она не замечала того, какая немая битва разворачивалась за её спиной. Его шаловливые пальцы ловко изворачивались поверх футболки, норовя сделать что-то нехорошее. И сделали. В самый неподходящий момент моя грудь оказалась в «свободном полёте», и все из-за этого засранца. Теперь он самодовольно улыбался, победно убрав руку с моего тела и запрятав её за спину, тихо посмеиваясь в кулак и наблюдая за тем, как я держу убегающие лямки. Чтобы хоть как-то привести его в чувства, я двинула локтем в самое сокровенное место, чего он естественно не ожидал. Как раз в эту секунду мама отложила свою поварешку и развернулась к нам. Надо было видеть её лицо, когда перед ней стоял в три погибели согнувшийся Стайлс и я, придерживающая чашки бюстгальтера, не успев из-за кудрявого застегнуть все обратно. — С вами все порядке? — она подошла к Гарри и заботливо положила руку на его поясницу, от чего тот сначала вздрогнул, но потом, сжав губы в тонкую линию, выпрямился, искоса глянув на меня самым убийственным взглядом. — Проблемы с животом, да? — Да, немного, — так же аккуратно убрав её руку и дав понять, что все дело в резких коликах, он не понятно зачем извинился и сказал, что готов подождать моего отца, только прежде предупредил, что должен уладить пару вопросов до шести. Приглашенный мамой на семейный ужин, он обещался вернуться к нужному времени. После того, как Гарри отправился за одеждой, он указательным пальцем поманил меня к себе и, шепнув на ухо пару фраз, принялся обуваться. К слову, он просто напросто позвал меня поехать с ним. Предупредив маму, которая в свете последних событий находилась в некой прострации, я следом за парнем вышла из дома, прихватив с собой пару-тройку сэндвичей со стола. Все-таки, романтика романтикой, но голодный желудок даёт о себе знать неприятным урчанием. — Тебе не сойдёт это с рук, юная леди, — стоило мне забраться в машину, как меня смерил его грозный и, отчасти, незнакомый голос. — Ты сейчас же понесёшь наказание за свои вольные выходки. Резво вдавив педали в пол, от чего я невольно вжалось в сидение, не успев даже пристегнуться, перед глазами за секунду промелькнуло пара домов, но, как ни странно, не доехав даже до конца улицы, он остановился на обочине и поставил авто на ручник. Немного не ожидая от него подобного, я, честно говоря, даже и не предполагала, что будет дальше. Он зол? Рассержен? Или несмешно шутит? Может я действительно переборщила?.. Нажав на одну из многочисленных кнопок на своей панели, он распорядился всеми дверьми в авто, замки которых, как я поняла, защелкнулись. Без единого намёка на улыбку его сердитое лицо приблизилось к моему и, к удивлению, он ухмыльнулся. Переросшая в нескрываемую улыбку усмешка окончательно ввела меня в ступор. А ведь я и вправду не знаю, о чем стоит думать сейчас. — Бессовестная трусиха, — парень подался еще ближе, — обожаю тебя, — несильно дотронувшись до моих губ своим большим пальцем, он расплылся в мягкой улыбке и сменил притворный холодный взгляд на привычный. Тёплая зелень в его глазах сейчас завораживала. Ничего не говоря более и не давая сказать и слова мне, Гарри поцеловал меня, расположив свою большую ладонь на моей горячей щеке. Наслаждаясь плавными движениями его языка, я нежилась в ласках, вдыхая приятный запах его одеколона.