Winning ticket

POV Emily После стольких ночей, проведённых вдали от дома, проснуться наутро в своей маленькой и уютной кроватке было крайне приятно. Не спорю, что за прошедшую неделю я привыкла проводить отведённое для сна время в объятиях Стайлса, но все же, мягким подушкам и свежестиранному белью с излюбленным запахом лаванды удалось сделать эту разницу менее заметной. Зарывшись в свое пушистое одеяло и зажав его между коленями, я уткнулась лицом в холодную наволочку соседней подушки и пыталась как можно больше потянуть своё пробуждение, надеясь вновь провалиться в не менее сладкий сон. Но этому не суждено было случится, так как все мои попытки заснуть вскоре были оборваны появлением в дверях мамы. А её появления, как известно, всегда сопровождаются громкими шагами и уже из коридора выкрикиваемыми побуждениями к подъёму. — Уже не спишь? — заглянув в спальню и увидев то, как нервно подёргивались мои веки, она улыбнулась и присела на диван. — И тебе доброе утро, мама, — приподнявшись на кровати и облокотившись о изголовье, я поправила скомкавшуюся по бокам простынь. — Теперь ты можешь рассказать мне об Окленде? Вчерашние отмазки вроде усталости и загруженности не сработают, так что тебе придётся говорить со мной, — она хитро улыбнулась и подалась немного вперёд, расположив руки на коленях. — Окленд? Он был хорош, да. Солнце, тёплый воздух, разве что ветер сильный, но это не так уж и плохо — наоборот, освежает, — не зная, о чем ей следует говорить в принципе, я обособила для неё все самое, на мой взгляд, интересное. — Музеи — с ними все намного хуже, ничего полезного, к сожалению, но зато общение с американцами пошло мне на пользу, и теперь я могу изобразить южный акцент. Хочешь продемонстрирую? — я начала активно двигать губами и языком, дабы изобразить что-то похожее на то, что мне доводилось слышать в течение прошедшей недели. — Эмили. Не доводи маму до греха. Какой ветер? Какой акцент? Ты же прекрасно знаешь, о чем именно я тебя спрашиваю, — она растянулась в улыбке, которая была ох как ни к стати сейчас. — Что у вас с Гарри? У вас серьёзные отношения? — Да, — это был неожиданный вопрос, честно. Он взбодрил меня, что теперь мысли о возможном продолжении сна и вовсе покинули мою голову, заставив мозг выкручиваться из ситуации. Не то что бы я не могла разговаривать с ней о таких вещах, просто это было немного трудно по двум причинам: первая — у меня не было парня прежде и наши разговоры никогда не заходили дальше школьных друзей, вторая — я не могу спокойно разговаривать с ней о Гарри, зная о том, чего не знает она, хотя, уверена, что догадывается. Она считает моего парня порядочным и приличным юношей, и, это, конечно, так, правда пока дело не доходит до постели. — Мы встречаемся. Нам хорошо вдвоём, и мы не торопим события, — я скинула с себя одеяло и, свесив ноги с кровати, невольно забылась и начала болтать ими из стороны в сторону, всматриваясь в пол. — Он смотрит на тебя так, что, глядя на него, я начинаю краснеть. И ты будешь говорить своей маме про «события», которые вы якобы не торопите, — она поднялась с дивана и подошла к кровати, согнав меня с неё. — Будучи в твоём возрасте, я уже встречалась с твоим отцом довольно продолжительное время, но я никогда не замечала за ним подобных взглядов. Вот он уж точно не торопил события. Это уже со временем между нами появились такие слова, как страсть и прочее — после твоего рождения — даже наш первый поцелуй был моей инициативной. Поэтому я и хочу услышать от тебя то, в чем, как думаю, не ошиблась. Вновь поведав свою маленькую историю молодости, мама ухватилась за края одеяла и принялась заправлять постель. В чем же она, интересно, не ошиблась? И что она хочет услышать? Дурная привычка говорить загадками, особенно когда мой мозг всячески отказывается воспринимать какую-либо информацию на этот счёт. — А что именно ты имеешь ввиду? Наш первый поцелуй был вполне ожидаем. У нас все хорошо с взаимопониманием. — Я о другом. Просто, ваши притворные чмоки в щечку… Не в обиду тебе и Гарри, но мне не верится, что ваши отношения обходятся лишь подобными проявлениями любви, — она приостановилась, отвлекшись на взбивание подушек. Пока она говорила все это время, я ковырялась в своём комоде и доставала чистое белье, подбирая нормальные вещи без дырок и потертостей, чтобы было не стыдно снять футболку у врача. — Я же тоже не глупая, да и не настолько далеко ушла от вашего поколения, чтобы позволить себе ошибиться. Я ни в коем случае не против чего-то большего, чем поцелуй. Это прекрасно, что вы доверяет друг другу и позволяете своей любви вылиться во что-то высокое, — стоит ли говорить, что в этот момент я ненароком прищемила себе палец выдвижными ящиком, поняв наконец то, к чему она вела все ту демагогию? Негромко вскрикнув, я сразу приложила палец к холодной металлической ручке, дабы немного унять боль, а после вернулась к разговору, дабы ненароком не позволить маме копнуть слишком глубоко: — Мам, давай не, — не дав договорить, она подняла указательный палец вверх и подошла ко мне, всучив в руки некогда валяющуюся на полу одежду. — Эмили, я просто хочу, чтобы ты поняла одну вещь — Гарри уже вполне взрослый, можно сказать, мужчина, и ребёнок для него не будет в тягость. Но ты — девушка, и тебе необходимо получить образование. Я не спорю — семья, дети — это все прекрасно, но со временем. Не сразу. Ты все успеешь, тебе всего девятнадцать. Не подводи черту своей молодости необдуманными порывами. Вам не составит труда воспользоваться презервативами, но этот маленький шажок убережёт вас обоих, и тебя в первую очередь, от скороспешных и необратимых последствий. Внимая произнесенному ей, я и вправду немного призадумалась, но, наверное, не о том, о чем следовало. В моей голове быстро сменялись картинки нашего с Гарри будущего. Уютный дом, семейный очаг, двое резвящихся на пушистом ковре детей — это было настолько реалистично, что сердце начало невольно обливаться кровью от того, что все это — лишь плод воображения. А на деле до всего этого мало того, что далеко, так это может и вовсе не произойти. По крайней мере не с нами… Что, если это просто влюбленность и через пару лет Гарри скажет мне о том, что все случившееся между нами — мимолетное увлечение? Ведь этот исход вполне реалистичен… Он популярный и пользующийся вниманием мужчина, уж точно не обделённый женским вниманием, и я не всегда смогу быть той, какой являюсь сейчас. Может все то, что привлекает во мне его на данный момент потом будет наоборот отталкивать? Мы не можем ни в чем быть уверены на сто процентов, и все нынешние разговоры и предупреждения с маминой стороны могут быть и вовсе ни к чему. Гарри не нужны дети от такой пигалицы, которая сама ещё ребёнок. — Я поняла тебя, мам. Можешь не переживать по этому поводу — он всегда предохраняется, — прижав вещи к груди, я подошла к двери, убедительно пытаясь сохранять прежний настрой. — Я ушла в душ. Если тебе будет не трудно, заводи мне чай с собой, а то через час надо быть у миссис Пат. Приняв душ в компании разночинных голосов радиоведущих, я быстро подсушила волосы полотенцем и, перевязав их резинкой, спрятала под шапку, так как возиться с феном не хотелось вовсе. Когда мой внешний вид был пригоден для появления на людях, я в темпе расправилась с нужными справками, распихав их по карманам куртки, и, подхватив приготовленный мамой чай, выдвинулась из дома. Жаловаться на промозглую лондонскую погоду уже не было смысла, потому что это все равно не разгонит на небе туч и не заставит солнце стать ярче. Вышагивая по брусчатке и обходя лужи, я медленно семенила по улице, норовя как можно быстрее покинуть свой переулок и выйти на людный проспект. Пока я шла, сзади меня еле двигалась какая-то машина, которая, кажется, не собиралась набирать скорость, а хуже того было то, что она следовала за мной. Мысленно уже готовясь к мнимому бою, я шла ещё резче, боясь оглянуться назад, и к моему счастью сзади послышался рев сцепления — машина набрала скорость и немного опередила меня. Эти отпарированные стекла я ни с чем не спутаю. Гарри. Его ауди все это время двигалось за мной следом, заставляя сердце уйти в пятки. Остановившись напротив меня, он вышел из автомобиля и открыл соседнюю дверь на переднее сиденье: — Я тебя ждал, — он взял меня за руку. — Как насчёт совместной прогулки вместо одиночного скитания по сырым улицам? — Я с удовольствием, но давай немного позже. У меня небольшие дела, — натянуто улыбнувшись и проследовав за ним к машине, я остановилась, немного замявшись перед тем, как усесться внутрь. Все-таки, не хотелось бы ему объяснять все как есть без надобности. — Да брось, дела и вместе решить можно. Ныряй внутрь. Сегодня он на редкость немногословен и упрям. Не знаю как, но теперь я сидела в его машине и следила в окно за удаляющимся пейзажем. Теперь с наступлением зимы я была как никогда рада тому, что его машина оснащена климат-контролем, и наша езда сопровождалась тёплым воздухом в салоне. Пока Гарри ехал по центральной улице, я попросила его свернуть на одном из поворотов и, к удивлению, он не стал даже интересоваться, что к чему. Всю дорогу он молчал, только изредка уточняя дальнейшее движение, да и, честно, мне тоже не особо хотелось говорить. После переосмыслений в своей спальне, мне и вовсе не хотелось сегодня бы пересекаться с Гарри — я несомненно люблю его, но мне нужно побыть немного одной. Неплохо бы подумать и в действительности снять розовые очки и определиться с моей нынешней жизнью и тем, что в ней происходит. Когда мы подъехали к месту, Гарри не стал даже интересоваться, почему нашим пунктом стала поликлиника, а просто отвернулся к окну. Его безразличие одновременно и радовало и пугало. Не свойственная ему холодность очень ярко читалась в каждом невыраженном, но продуманном на шаг вперёд движении. Так же не прощаясь с ним, я надавила на ручку двери, но она не подалась. Проделав ещё раз то же самое, я только потом заметила, что она заблокирована, и маленькие замочки были защелкнуты. — Открой пожалуйста, мне пора идти. — Ты даже не предупредила меня, хотя и знала, что я помнил про твой сегодняшний приём. Отличное доверие и проявление чувств, не так ли? — он обернулся ко мне, не убирая ладоней с руля. — Гарри, я же тебе говорила, что не хочу тебя тревожить по пустякам, -застегнув куртку и поправив шапку, я снова взялась за ручку, — не стоит из-за этого переживать. — Что с твоим настроением? На тебе лица нет. Думаешь, я не вижу? Что-то случилось дома? — он смягчился в голосе, но легче от этого не становилось. — Ничего, Гарри, правда. Выпусти меня — у меня скоро прием. — Ссора с мамой? — никак не угомонившись, он продолжал дознавать все в своей манере, тем самым временем у меня внутри все поднималось и опускалось от нахлынувших за сегодняшний недолгий день мыслей и переживаний. — Эмили, хватит молчать и делать из меня дурака, — он поднял на меня взгляд, который вмиг сделался испуганным, — ты плачешь? Вся злость с его лица испарилась, а тёплые ладони сразу ощутились на моих щеках. Он подался вперёд и всматривался в мои глаза, которые с каждой секундой становились все более и более влажными. — Эмили, зайка, не молчи. Расскажи мне, что произошло, — он заботливо утёр большим пальцем соскользнувшую на щеку слезу, — ну же, я слушаю. — Пообещай, что не оставишь меня, — задержав в себе подступившийся всхлип, я уткнулась в его плечо, — если ты не хочешь чего-то большего, то, пожалуйста, не мучай, чтобы потом не было больнее. — Боже, что ты несёшь, Эмили, -прежде крепко прижимая меня к себе, он взялся за мои плечи и немного подался назад, — никогда не думал, что скажу это, но ты настоящая дурочка, если так думаешь. Ты же знаешь, как я дорожу тобой. Зачем говоришь такие вещи? — его руки вновь легли на моё лицо, правда глаза уже не горели так ярко. — Мне придётся лишиться рассудка и сердца, чтобы сделать с тобой подобное. Я же люблю тебя, идиотка. Гарри медленно припал к моим губам, не дав сказать ничего в ответ, и заставил тепло внутри тела разлиться по венам от ощущаемой поцелуем нежности. — Идём, опаздывать нехорошо, — он отпрянул от моего лица и нажал на одну из кнопок на панели, — и не говори ничего. Я иду с тобой. Не желая противиться его желанию, и без того чувствуя себя крайне глупо, я просто шла вместе с ним, боясь, что его заметят. Но он, к счастью, нацепил на себя головной убор, и теперь черты его лица не так сильно бросались в глаза прохожим. Когда мы подошли к кабинету, я раздосадовано вскинула руками, увидев, что сегодня у неё по расписанию выходной. И когда я уже начала сетовать на то, что работники приемной не умеют внимательно читать списки, дверь передо мной открылась, и в проеме появилась миссис Пат. На ней не было халата, а кабинет пустовал без привычного освещения: — Не стой на пороге, Эмили, проходи, — она жестом пригласила меня в кабинет, странно оглядев Гарри, — на сегодня приема нет, молодой человек. Подойдёте послезавтра. — Я вместе с мисс Браун. Позвольте пройти вместе с ней, — Гарри все так же не отпускал моей ладони, двинувшись следом. Миссис Пат посмотрела на меня и, удостоверившись, что в том, что я не против, чтобы он зашёл с нами, пропустила Гарри в кабинет, следом закрыв дверь. Она указала мне на стул возле её рабочего места, а сама в это время начла копаться в бумагах, спустя недолгое время вызволив на свет небольшую синюю папку. Сегодня она была хмурой и не особо жизнерадостной, как обычно, и я её понимаю — не всем хочется идти на работу, когда по расписанию у тебя выходной. — Значит так, Эмили, — она присела за свой стол и вынула из папки несколько листов, — с момента моего последнего звонка я получила из лаборатории последние результаты. Я не знаю, что поспособствовало такой долгой ремиссии, но она явно была не спроста. У тебя сильно упал гемоглобин, да и по крови в целом все крайне неутешительно. Ты, случаем, не наблюдала за собой странных изменений в режиме сна, упадка аппетита, головокружений? Я ни в коем случае тебя не пугаю, но, Эм, ты же должна была заметить хоть какие-то перемены. Я тебе не раз говорила, что в случае чего — сразу писать и звонить. Если бы это все обнаружилось раньше, то лечение было бы проще. В разы, — она тыкнула пальцем на таблицу, — здесь — норма, а вот здесь — твои показатели. Сравни дома результаты и убедись в том, что твоё тело живёт отдельной жизнью от тебя, раз вы не можете согласовать свои действия, — она все говорила и говорила, а я тем временем следила за тем, как начинали трястись мои руки. — Мы обговорим с Дженнис все нюансы, и в ближайшие дни я подготовлю документы на стационар. Я не доверяю тебе твое собственное здоровье. Теперь будешь денно и нощно под моим наблюдением. Сидя на стуле, опустив голову вниз, я затылком чувствовала взгляд Гарри и то, как с каждым словом доктора его пальцы вжимались сильнее и сильнее в моё плечо…