Побег

Ручка ножа впивалась в костяшки до боли. Санс с лютой ненавистью следил за каждым движением, вздохом Андайн, ожидая мгновения, чтобы напасть. Рыба же смиренно прижала к себе копье, контролируя нависшую тень над предателем и человеком. Она догадывалась, что Папирус чего-то недоговаривает, а в баре посетители сделали вид безразличных и скромных наблюдателей. Возможно, рыба по-прежнему бродила по Сноудину и Водопаду, если бы не маленькие пауки-сплетники, которые все ей рассказали.  — Ведешь человеческого урода ко мне, значит? Санс невинно пожал плечами, одним глазом посмотрев на Фриск. Ребенок с диким ужасом наблюдала за копьями, нависшими над ее головой. У скелета зародился план.  — Угу. А ты думала, что я пытаюсь довести человека до барьера? Глупая, конечно же нет… Ты же переехала в дом белоснежного пушистика, да? Монстр ехидно подмигнул и щелкнул пальцами, как бы намекая. — Не смей называть нашего великого короля таким мерзким прозвищем! Андайн помрачнела в лице. Она завелась от ярости, вспомнив последнюю встречу с Сансом, где ей не позволили добить предателя. Но нападать первой рыба не решилась, ведь со скелетом произошли большие изменения, и Андайн казалось, что скелет преобразился в ее безумное отражение в зеркале. Что ожидать от этого психа? Она нервно выдохнула и посмотрела на Фриск. Маленькая и безобидная девочка обняла себя за плечи и склонила голову к земле в надежде, что эти двое не устроят очередную бойню. Как же она ошибалась. Санс облизнулся от мысли, что долгожданный час мести настал. Скелет обнажил взору Андайн нож, который он прятал за широкой спиной. Рыба сразу же поняла намек.  — Хочешь умереть, предатель, раньше времени? Что ж, о-хо-хо, я совсем не против сделать еще одну дырку в твоей башке! На последних словах копья, что парили в воздухе, стремительно опустились на землю. Санс успел отскочить в сторону и побежать на Андайн, а Фриск сжалась в комочек и закрыла глаза, с ужасом ожидая мгновения, когда ее проткнет острое лезвие… Но ей впервые за долгое время повезло. Девочка подняла голову и увидела, как скелет воткнул нож в бок рыбы. Зашипевшая от адской боли Андайн схватила Санса за капюшон и подняла вверх, сравняв их рост. Но последний не растерялся и пнул со всей силы в рану, протолкнув лезвие максимально глубоко в плоть. Потекла густая и дурно пахнущая кровь.  — Воу! От тебя воняет, как от свалки! Андайн швырнула скелета в сторону и схватилась за ручку ножа, пытаясь вытащить его из тела. Пока рыба корчилась от боли, Санс посмотрел в сторону девочки. Фриск куда-то убежала, оставив топор лежать на земле. Монстр довольно улыбнулся и пошел за ним, злорадно наблюдая за противником.  — Ты растеряла все силы, тупая сучка? Ощутив силу оружия у себя в руках, Санс медленно, смакуя долгожданный момент, подходил к Андайн. Та, наконец, вынула лезвие и яростно отбросила в сторону. Единственный не скрытый повязкой глаз следил за каждым шагом скелета. Улыбка расползлась по лицу, обнажив ряд длинных и тонких клыков. Изо рта вытекало что-то густое и мерзкое. Андайн сплюнула и еще шире раскрыла пасть.  — Эх- хе — хе… Нет. Просто я еще не сражалась в полную силу, тошнотворный мешок. Копье завибрировало в потных руках. Вокруг рыбы образовалось три длинных и изящных копья, от которых разило жаром. Санс сжал топор и озадаченно оценил силу противницы. Лезвия с лютым визгом полетели в скелета, но он успел отбить два копья. Последнее же вошло в область живота, пробив дыру в грязной футболке, пригвоздив растерянного Санса к земле. Андайн попыталась подойти к нему и взять за шкирку, но скелет изогнулся с усилием воли и ударил резко топором рыбу по пальцам, отрубив их. Плоть посыпалась на землю, сопровожденная невыносимым криком агонии. Андайн отпрыгнула назад и сжала рану. В воздухе запахло гнилью и пеплом. — Решительность слишком быстро разлагает меня, черт! Андайн ухмыльнулась сквозь слезы и вновь повторила умение. На этот раз лезвия успешно воткнулись в туловище Санса, загнав его в ловушку. Хищные взгляды обоих монстров пересеклись.

…

Фриск мчалась по дороге, стараясь не оборачиваться назад. Она чуть не умерла пару минут назад, хотя Санс видел, что копья летели на нее, и он мог спасти девочку! Он же говорил, что не собирается защищать тебя, глупая! Но от этих слов легче не стало. Фриск так не хватало ласки и доброты, нежных объятий и нежной руки, что успокоит и согреет, а от монстров исходила лишь необъяснимая злоба и жестокость, желание сделать больно. Ребенок обнял себя за плечи и всхлипнул носом. Выступили горячие слезы, но Фриск ловко смахнула их ладонью и с трудом улыбнулась сама себе.  — Я не должна унывать. Иначе застряну тут навсегда. Силуэт огромной лаборатории становился четче на фоне красного неба с фиолетовыми облаками. Хотя впервые Фриск задумалась о том, что небес не существует в Подземелье, и все дело в магии. Снег в Сноудине же как-то шел. Девочка обернулась и прислушалась. Звуки боя не прекращались; Санс и Андайн решились биться до последнего, до праха. Ребенок ощутил укол в душе. Она не могла оставить скелета, ведь он сам предупреждал, что так просто лабораторию и ядро в одиночку не пройти. А еще проснулась совесть. Прямо сейчас девочка позволяет Сансу убить другого монстра. Уже во второй раз.  — Ведь паучиха мертва из-за меня… Фриск растеряно покрутила головой. Ей не хотелось больше видеть смерти других существ, но она боялась гнева Санса. Маленькая рука легла на душу. Если она остановит мстительного скелета, то он вырвет сердце прямо из груди, что убить глупую девочку. Монстр уже столько раз причинил Фриск неописуемую боль, отчего последняя страдала. А еще. Андайн правила Подземельем, и существа видели в ней единственную искру надежды. Если Санс убьет ее, то в ловушке окажутся все, кто живет в этом мире. — Я должна его переубедить.

…

Копье Андайн стремительно опускалось точно в цель. Санс не мог вырваться, так как магия удерживала его на одном месте, не позволяя сдвинуться ни на миллиметр в сторону. Он попытался что-нибудь придумать, пока рыба не добила его, ведь целилась она в его душу. Впервые за долгое время Санс ощутил безысходность положения, в котором сейчас оказался. Хотя идея была, но если монстр сейчас использует свою силу, то в дальнейшем биться с рыбой придется врукопашную. — У меня нет выбора. Глаз вспыхнул красным пламенем, и неожиданно появившаяся кость сбила направление копья. Лезвие воткнулось в землю. Андайн была удивлена, но не сбита с толку. Она поправила корону и заинтересовано оценила скелета. — Так значит, ты все еще способен на магию? Скелет промолчал, нахмурив лицо и с ненавистью посмотрев на Андайн. Рыба пронзительно рассмеялась.  — Молчание — знак согласия? Щелчок. Копья вновь нависли в воздухе. Санс с опаской взглянул на них и ухмыльнулся. Пока Андайн смеялась, скелет с усилием воли заставил свое бренное тело сдвинуться вниз, чтобы достать топор, что лежал на земле. Все случилось в секунду. Свободной рукой Санс замахнулся, и оружие влетело в мягкую плоть рыбы. Она почувствовала, как ее внутренние органы смешались с горячей и липкой кровью. Выпучив глаза, Андайн схватила ручку топора и выдернула со всей силой из живота. Струя брызнула из тела, сопровождаясь диким визгом. Атака с воздуха растворилась, но ловушка не исчезла. Рыба же рухнула на землю, держась за израненный живот. Это то, что ждал ее противник.  — К черту! Пока Андайн была растеряна и обескуражена от шока, Санс образовал кости в воздухе. От рыбы они не спасут, но копья могут обезвредить. Скелет позволил своей магии направиться на него самого, чтобы появился шанс выбраться. Раздался пронзительный взрыв, который разрушил ловушку, однако сам Санс пострадал от столь сильной атаки. Лежа в облаке пыли, монстр тяжело откашливался и пытался прийти в себя, но в глазах все плыло. Скелет не услышал тяжелые шаги Андайн, а черный зловещий силуэт заметил слишком поздно. Схватив за капюшон свободной рукой, рыба откинула оглушенного врага в сторону гигантских глыб. Санс ударился черепом и, словно тяжелая кукла, рухнул лицом на землю. Андайн подошла к нему, перевернула на спину и слабо улыбнулась. — Чудесный день сегодня, да, вонючий мешок? Ее повязка спала. Санс с отвращением увидел черную дыру вместо здорового глаза, из которой лилась густая кровь, и выпало что-то тошнотворно белое. Последнее упало рядом и зашевелилось. Зрелище было не из приятных. Андайн образовала новое копье и тонким лезвием провела невидимую линию от шеи скелета до конца грязной футболки.  — Давай взглянем на твою душу, дружок. Она обнажила ребра скелета, узрев красное бьющееся сердце. Душа светилась тускло, но уверенно, завораживая Андайн.  — Какое прекрасное зрелище! Жаль в прошлый раз я не додумалась воткнуть копье в твою грудь! Тяжелый сапог рыбы лег на ребра. Раздался треск костей. Санс занервничал и руками вцепился в ногу Андайн, в попытках оттащить ее. Кровь из раны лилась на одежду скелета. Запах лавы смешался с вонью, от которой несло рыбой. Дыра на лице плавилась, увеличиваясь в размере, но обескураженная насилием Андайн видела только то, как ее сапог ломал ребра монстра, ожидая сладкой секунды, когда они вопьются в его душу, разорвав ее. Надоедливый предатель должен умереть, как собака. Санс же начал сдавать позиции, разочаровавшись в том, что не увидит, как его топор мести разрубит врага, а также попрощавшись с младшим братом. — Перестань, прошу. Тихий девичий голосок послышался за спиной. Андайн резко развернула голову. Ее взору предстал маленький ребенок, который сжал руки на груди и с надеждой смотрел в лицо грозной королеве. Это была Фриск. Рыба озадаченно посмотрела на врага, поймав грозный взгляд скелета. — Человек, не слишком ли ты дерзок, чтобы перечить мне? Копье Андайн испарилось с рук, что заметил Санс. Оно появилось сзади девочки, не издав не единого шума, и нацелилось в ее спину. Скелет довольно улыбнулся, придумав новый план. — Просто перестань. Убив друг друга, вы лишь создадите новые проблемы и… — Заткнись! Лицо рыбы исказилось от ярости, но улыбка не сошла с лица. Только сейчас Фриск заметила ужасающий вид королевы и содрогнулась от страха. Она не могла пошевелиться, и Андайн это хорошо заметила. — Давай я и с тобой поиграю, глупое ничтожество. — Что? В плечо ребенка вонзилось лезвие. Зашипев от знакомой боли, Фриск упала на землю и заныла. Ее рука тронула копье. Пальцы измазались в крови. Андайн искренне рассмеялась и с удовольствием засмотрелась на жалкую девочку. — Ты пыталась пощадить меня? Мило. Это и была ее ошибка. Санс собрал в себе последние силы и скинул ногу рыбы с груди. Растерявшаяся Андайн не успела сообразить, когда же скелет схватил неподалеку лежащий топор и вновь вонзил его во врага. На этот раз в лицо. Королева, ослепленная кровью и болью, рухнула на землю. Санс довольно поплелся к ней. — Не надо ее убивать! Фриск слезно смотрела на то, как тень монстра нависла над пораженной соперницей. Это был тот самый шанс, чтобы расквитаться с Андайн за все мучения. Санс тронул рукой дыру в черепе, сощурив глаза от ярости. — Наконец-то. Однако скелет хотел большего. Монстр пошел в сторону девочки, которая увидев его взгляд испуганно сжалась. Рука легла на копье и, не жалея человека, выдернула его из тела. Фриск взывала, почувствовав, как кровь потекла по спине. Санс медленно пошел обратно к Андайн, уверенно неся оружие, принадлежащее королеве. Рыба слышала, как лезвие прорезало воздух прямо над ее головой. — Ты хочешь меня убить? Скелет промолчал. — Ах-ха-ха, и кто же тогда будет править Подземельем, Санс? Ториэль, которая сошла с ума в Руинах? Ты, одержимый убийствами и собственным голодом? Лишь народ надежды окончательно? — У нас ее нет больше, Андайн. Мы живем в ловушке, смирись с этим. — Нет. Я не хочу с этим «мириться»… — Тогда я тебя заставлю. Копье вошло в грудь Андайн, пронзив зеленую душу. Пока рыба медленно умирала, Санс вынул из ее лица топор и застыл. Буря эмоций захлестывала его изнутри. Он мечтал об этом дне всю свою жалкую жизнь. Андайн приоткрыла с трудом единственный глаз и увидела, как скелет с яростью замахнулся. Кажется, ей пришло время с героическим усилием принять собственную кончину, а с ней потерять шанс на счастливое будущее для Подземелья. Хотя про лестницу она соврала. Лезвие топора вонзилось снова в лицо, затем снова и снова. Когда-то знакомые черты лица превращались в кровавый фарш. Голову Санса вскружил запах крови и, уже забив на сомнения, он рубил еще живое тело с обезумевшим смехом. Андайн забилась в предсмертной агонии, ощущая, как ее тело плавится и рубится. Она попыталась вытащить копье из своей груди, но скелет наступил ей на руку, придавив к земле. Санс, словно заведенный, резал Андайн. Топор рубил грудь, руки, ноги, живот, обнажая ее органы. Земля смешалась с кровью и гнилью, превратившись в грязь. Удар за ударом приближал королеву-неудачницу к концу, но смерть все не наступала. Рыба уже не могла терпеть издевательств, которые приносил ею же сломленный Санс. В какой-то момент она даже пожалела о том, что сделала дыру в черепе монстра. Андайн ощутила комок слез в горле, но не позволила себе показать их. Хотя, если быть честным, умирать ей было очень страшно. — Прости. Но скелет ее не услышал. Оставив от тела Андайн месиво, Санс сел на колени. Ладонь легла на копье и резко вынула его из плоти. На конце лезвия торчала уже затухшая душа монстра, и скелет взял ее в свою окровавленную ладонь. Она больше не светилась и не билась — Андайн наконец-то умерла. Однако Санс не ощутил того, чего ему всегда не хватало. На смену безумной ярости пришла тихая ненависть….Никакого умиротворения. Фриск вяло поднялась с земли, держась одной рукой за рану. Она не могла смотреть на расчленённое тело монстра, что мирно покоилось на дороге. Санс ж застыл на одном месте, смотря на свое детище и недоумевая. Заметив девочку, он ощутил новый прилив жестокости. — Это ты во всем виновата. Фриск растерянно оглянулась, но кроме нее и маньяка больше никого не было. Когда она вновь посмотрела на Санса, то ощутила, как скелет навис над ней. Его глаз горел красным пламенем, а рука по-прежнему сжимала душу Андайн. — Но…я… — Не смей оправдываться. Если бы ты не решила «пойти домой», то я бы не убил ее. Я бы сидел в своем Сноудине и мирно валил глупых людишек, вроде тебя. А сейчас на моих руках кровь монстра. Я никогда в жизни не убивал монстров. А ты меня заставила это сделать. Фриск не понимала его. Она не была виновата в этом. Она даже не знала Андайн до этой минуты. Испуганная девочка пошла назад, но к ее несчастью она уткнулась в скалу. Выхода нет. Только озлобленный Санс.