Небо в облаках

      После того, как все наконец-то решилось, Тсуна поспешил поделиться радостью с Гокудерой. Тот, как, впрочем, и предполагалось, счастья друга не особо разделил, упрямо доказывая в ответ на все аргументы БОЖЕСТВЕННОСТЬ писательского мастерства Неба и ненадобность какой-либо помощи, утверждал, что Хибари просто хочет привлечь читателей к своим работам.       В итоге, когда Небо все-таки убедил Хаято в правильности своего поступка, они плавно перешли к более привычным и повседневным темам вроде новых постеров ко второму сезону, ожидавшемуся весной, и второй половинке Пепельного Ветра, который упрямо продолжать ездить к своему парню хотя бы раз в неделю при том, что живут они в разных городах и добирается он на автобусе около семи часов, да ещё при этом пропуская важные тренировки перед самыми соревнованиями!       Уж сколько ссор было по этому поводу, но Ямамото упрямо продолжает приезжать, на все возмущения Гокудеры заявляя, что не сможет больше прожить без очередной порции персонального наркотика, при этом проникновенно заглядывая в глаза. Из-за чего, конечно, Хаято всегда таял как мороженое на солнце и все прощал, послушно раскрывая губы под напором рта возлюбленного.       Эта лёгкая переписка натолкунула Саваду на отличный обоснуй следующего ключевого события в фике и, воодушевленный соглашением с Облаком, он решил не откладывать все на завтра, а начать сейчас, и неожиданно к часам так трем ночи где-то с треть главы уже было готово. Окрыленный любопытством с его любимой погодой в придачу (солнце, солнце, солнце!), Тсуна закончил главу в рекордные сроки — всего четыре дня на достаточно объёмную и важную часть. Попросив Гокудеру просмотреть ее на наличие особенно заметных ляпов, перечитав все раз пять минимум, он с каким-то детским предвкушением написал Хибари о готовности главы к его оценке и критике, после этого решив расслабиться за марафоном «Шерлока» и обсуждением фанфикшена с Ханой.

***

Когда пришло сообщение с просьбой о проверке, Хибари удивился — он ожидал его позже, хотя бы через недели две, а тут хоп! и новая часть фика. Тем более, это не вписывалось и в привычные сроки выкладки Тсунаеши, которые легче легкого рассчитать при взгляде на оглавления работ, размерами больше драббла — перерыв между ними почти всегда две-три недели. Решив позже узнать о причинах нарушения режима, он все-таки прочитал главу, оценив моменты, написанные явно после его предыдущих замечаний.       Перечитав ещё пару раз, теперь гораздо тщательнее, он наконец начал разбор всех не понравившихся моментов и сам не обращая на это внимание, в ходе критики задал пару вопросов, тесно связанных с жизнью автора. Это, конечно, нарушало установленные самим Хибари правила, но влекомый подругой всех творческих людей — Музой, он совсем не обратил на это внимание. Да и какая разница? Это просто любопытство, ничего более.       Дальше, под влиянием все той же Музы, он наконец-то закончил драббл, пылящийся уже некоторое время в черновиках, почти полностью переписав начало и сильно поменяв конец на более милый и позитивный. В каком-то дурацком порыве Кея посвятил новую работу именно Оранжевому Небу, сам себе удивившись, но, подумав, все-таки решил оставить как есть, для себя объяснив это ответной услугой, загнав куда подальше голосок, шепчущий о необъяснимой симпатии Облака к соавтору.       Отправив сообщение о новой работе своему бете, Кусакабе, с которым они работали почти с самого начала творчества, он заварил крепкий чай без сахара, наслаждаясь уютной тишиной напополам с одиночеством и любимым плеером — Алауди с Мукуро уехали на все выходные вдвоём, наслаждаться теплыми сентябрьскими днями около моря, оставив Хибари отдыхать от них.       Мысли текли медленно и неторопливо, вращаясь около ОТП Кеи, которых было пусть и немного, но самых близких и родных; о ЕГЭ, к которому нужно готовиться, а значит от участия в Фандомной Битве лучше отказаться; о выборе университета из целых четырёх возможных; о семье и о совсем банальных вещах вроде списка покупок на завтра и смысле играющей песни. В конце концов, мирное течение раздумий убаюкало его и все так же спокойно, уже в полусне он мирно перешёл в гостиную и там уснул, не подозревая, что позже его действия приведут к интернет-влюбленнности, переезду и готовке. Но судьба решит именно так.

***

      Где-то в середине следующего дня (как проснулся, так сразу и кинулся обновлять контакт, но по общим меркам это было уже время обеда) Тсуна смотрел на длиннющее сообщение, накатаннное вчера поздним вечером Облаком, широко раскрытыми от ужаса глазами: «сколько же я наделал ошибок?!» Но, как выяснилось, все было намного лучше, чем показалось на первый взгляд. Да, косяки были, но таких кардинальных, как представлялось, всего штуки четыре.       Достаточно сильно позабавило его замечание про очки, которые как бы есть, но персонаж, о котором идёт повествование, почти не вспоминает про них. Все еще улыбаясь, Еши объяснил, что сам носит очки и точно знает — после длительного ношения к ним настолько привыкаешь, что практически не обращаешь внимания. Так же Хибари заметил, что одной из ГГ Небо уделяет чуть больше внимания, чем другой. И если обычно это не так важно, то в конкретно этой сцене мотивы героини непонятны, даже сам Тсуна с изумлением понял это, перечитывая главу.       Отредактировав все указанные моменты, ответив на все вопросы Облака и встав грудью на защиту кофе, о нелюбви к которому вскользь упомянул Хибари, он закончил легкую и приятную переписку. Наконец, его часть работы была закончена и оставалось лишь пройти суровую редакцию Гокудеры.       Сделав все, что должен, Небо с удивлением почувствовал сигналы, сообщающие о недостатке еды в организме — он настолько увлёкся фанфиком, что забыл поесть! «Мда, скоро я и в туалет сходить забывать буду…» — проворчал шутливо Тсуна, но вспомнив все прошлые события, понял, что это не так уж и далеко от правды и грустно потопал в сторону кухни. Что ж, вместо этого Савада получит любовь как в каком-то флаффном фанфике и крайне много странных совпадений, и реальность, если честно, будет его полностью устраивать.