Небо в облаках

      Наконец-то закончился долгий и изматывающий перелет. Громкий, наигранно-радостный голос из динамиков самолета объявил, что они сейчас находятся в самом крупном аэропорту Санкт-Петербурга.       Первым делом, конечно, Хибари, как любой нормальный человек (Мукуро бы посмеялся с такой характеристики), включил телефон, проверив его на новые сообщения.       Как и ожидалось, Алауди написал, причем явно в соавторстве со своим парнем — только тот называл его этим дурацким прозвищем, так что догадаться было легко. Кея бы обязательно обратил внимание этих двоих на то, как они походят на давно женатую парочку, но возможнось напомнить про это и пронаблюдать крайне забавную реакцию меркла перед тем фактом, что еще немного и Облако наконец-то встретит человека, с которым, пожалуй, единственным, ему действительно хочется быть искренним, хочется улыбаться ему, а не выпускать колючки навстречу дружелюбно протянутой руке — «Оранжевому Небу», Саваде Тсунаеши. Он даже поморщился, настолько ванильно-влюбленно, «флаффно» звучали его мысли.       Ответив на несколько несвязное сообщение от Неба коротким «Я уже в Питере», Облако уже собирался вызвать такси, как телефон разразился похоронным маршем. Раздраженно прошептав что-то вроде: «Очень смешно, Ал», ответил на звонок. — Г-где ты сейчас? — раздался голос, знакомый Хибари по многочасовым звонкам в скайпе, пусть и искаженный помехами. — И тебе здравствуй, — намного спокойнее, чем его собеседник, ответил черноволосый, — Я все еще в аэропорту. — Ой, прости, я забыл поздороваться, — неловко извинился младший парень. — А можно чуть точнее? Я просто тоже здесь и жду тебя уже довольно давно. — Около больших часов в зале ожидания, — объяснил Кея. — Хорошо! Жди меня там, я уже иду, — голос парня немного дрогнул. — Главное, ничему не удивляйся… — спешно пробормотал в трубку он и отключился, оставив Хибари стоять с приподнятыми в удивлении бровями и телефоном у уха.       Не успел Облако полноценно оправиться от ступора, как голос Тсуны, уже не искаженный техникой, окликнул его. — Х-хибари-сан! [слуш, так они не только имена, но и суффиксы именные в Японии позаимствовали?][мой Тсуна — прокачанный отаку]— сказал тот, хоть они и договорились обращаться друг к другу по имени. Но все мысли вылетели и головы старшего парня, когда он заметил недалеко от себя знакомое лицо, обрамленное… Голубыми волосами?! — Что ты сделал со своими волосами? — не смог справиться со своими эмоциями Хибари. В ответ Савада залился краской, что в сочетании с новой прической выглядело весьма забавно. — Эм… Сначала я признался, потом ссора была, но все нормально, мама встала на мою сторону! — успокоил парня Еши. — И я пошел гулять, увидел ее, подумал «почему бы и нет?», а потом уже ничего не изменить… Тебе не нравится? — расстроенно спросил Небо, после крайне быстрого и нечеткого пересказа последних событий. — Нет. Тебе идет даже. Просто непривычно сильно, — со спокойным лицом, которое простые прохожие наверняка назвали «каменным», но искренне отозвался черноволосый. — Фухх, — невольно отозвался Тсуна. — Если честно, — смущенная улыбка, — это все адреналин и стечение обстоятельств. — Я не удивлен, — ответил Кея, вспоминая сотни историй, в которые умудрялся влипнуть Савада. — Так куда мы сейчас направимся? Я все-таки впервые в этом городе. Только вещи мои оставим. — Конечно! — на лице русоволосого расцвела светлая улыбка. — Тогда сейчас на метро, потом в отель и гулять до самой темноты! Для начала зайдем в одну кафешку…       Савада продолжал болтать и от вечерних звонков по скайпу это отличалось только тем, что когда Небо случайно ляпал какую-нибудь глупость, он прерывался и неловко краснел, глядя на их сплетенные руки — страховка на случай очередного падения Тсунаеши.       Хибари шел и ощущал волшебное чувство уюта и умиротворения, что Небо вызывал своим присутствием и ощущал, как глубоко в душе зарождается желание укрыть этого удивительного парня от всех бед и любой жестокости так же, как облака защищают небо, ведь они — «Небо в облаках», явление, на которое так редко обращают внимание, но такое прекрасное… — Мне надо идти домой, Хибари-сан, — расстроенно говорит парень, стоя на пороге небольшого, но очень красивого отеля в центре Санкт-Петербурга перед Кеей, а после этого извиняется непонятно за что и робко прижимается к губам старшего парня буквально на пару секунд, изумленно ощущая ответное движение губ. — Пока, Зверек, — ухмыляется Облако, разглядывая зависшего Тсунаеши перед собой, и это определенно новая, совершенно прекрасная глава их истории.

***

      Два года спустя, лето, отель на пляже Черного моря       Парень с хохолком лениво морщится под яркими лучами летнего крымского солнца, легонько целует своего возлюбленного и выбирается из его уютных объятий, вставая прямо посреди просторной, залитой светом комнаты с видом на море. Весь его вид говорит о том, что замышляется какая-то шалость и если бы спящий Алауди мог это заметить, наверняка бы пресек все коварные планы на корню, но…       У Мукуро была полная свобода действий, и он собирался использовать ее на полную. Что в конкретно этом (и в ряде других, но опустим подробности) случае означало «пойти дразнить Кею». Рокудо на цыпочках, с улыбкой, больше подходящей шестилетнему ребенку, а не взрослому и ответственному уже третьекурснику, подкрался к кровати, на которой ужасно мило спали двое. Тот, что помельче, с русыми волосами, мирно посапывал, свободно раскинувшись чуть правее центра двухспального монстра, а около него, на боку лицом к парню лежал другой, темноволосый и более физически развитый, собственнически положив руки на соседа по кровати. И всем ясно, что эти двое — Хибари и Тсунаеши, более знаменитые в интернете как «Небо в облаках» в честь их общего профиля на фикбуке, истории о котором вышли далеко за пределы своих фэндомов и даже русскоговорящей части фикрайтеров.       Из рта Мукуро вырвался писк на грани ультразвука, улыбка расширилась до пугающих размеров, а в руке секундой позже появилось главное современное оружие — телефон. Пару тычков в сенсорный экран, поиск идеального ракурса (а Ал говорил, что тот курс фотографии был совершенно бесполезен!) и причина инфарктов фанатов через пол часа попадет в сеть.       Но от мыслей Великого Ананаса отвлекло какое-то копопошение. Обладатель страннейшего хохолка повернулся в ту сторону и увидел сонного Хибари, аккуратно садящегося на кровати так, чтобы не будить любимого. Пару секунд Мукуро еще тормозил, а потом сорвался с места, спасая свою задницу (и остальное тело, конечно, но попа — приоритет) под аккомпанемент матов Облака и удивленный голос только что проснувшегося Тсунаеши. — Никогда не надоест! — удовлетворенно пробормотал Рокудо уже в безопасности и наблюдая за тем, как активно реагируют девочки-яойщицы на утреннюю фотографию 1827 и изредко потирая ноющую челюсть. «Это не страшно — главное, что все счастливы» — подумал тогда он, уже планируя, как незаметнее сфотографировать обручальные кольца Неба и Облака, с выбором которых он помогал за пару недель до этого. Может, удастся и предложение снять?..