Неравнодушие

— Не зря я никогда не верил, что ты мёртв, брат, — слышит Гавриил, и кровь стынет в жилах его миниатюрного сосуда. Комнату заполняет многомерное сияние — Михаил — и бежать становится поздно. — Так ты, могучий архангел, теперь проводишь своё время? — Я мог бы убить тебя за предательство, но я этого не сделаю. — Если тебе так нравится якшаться с людьми, то я сделаю тебя одним из них. — Пожалуйста, брат, — за мгновение до острой боли в шее тщетно умоляет Гавриил. Давление света становится непереносимым. * Гавриил приходит в себя человеком: без тысячи глаз и тысячи солнц под мягкой плёнкой кожи, без быстрых крыльев и способности перекраивать мир под себя. Он крупно дрожит и в бессильной ярости кричит во всю глотку, как будто это что-то может изменить, как будто хоть кто-то там, наверху, действительно готов его услышать. Михаил решил его унизить. Преподать урок: заставить прожить человеческую жизнь и быть обязанным вернуться на небеса, в конце-концов оказаться запертым в собственных воспоминаниях, как последний дурак. Михаил не уничтожил его лишь потому, что не знал, как к этому отнесётся их Отец. Гавриилу хватает нескольких дней, чтобы решиться и сделать: найти подходящего вампира и потерять свежеобретённую человечность навсегда. (Столетия спустя он смотрит на сосуд Михаила, и его дёсна зудят.)