Магия чистой крови

      Понедельник для Виктора начинался, как всегда тяжело. Он решил исполнить наставления Тео и притащил к ним в комнату пару слезиринок с шестого курса и несколько бутылок огневиски, на что Теодор лишь недовольно фыркнул и пошел спать. «Интересно, он вообще с девушками общается? Вроде была одна или несколько, как же ее звали... Н... Р...» — Да пошел ты, Малфой! Хорек! — громкий женский голос вывел юношу из размышлений. Он уже подходил к классу, где начинался их первый на этой неделе урок. В коридоре толпились когтевранцы и слизеринцы. — Чтобы ты еще направил на меня свою палочку! — Я сделаю это, прямо сейчас, если не заткнешься! И не только это я перфект школы, если вы забыли! — рявкнул в сторону когтевранки Драко.       Пройдя сквозь толпу, Виктор нашел Теодора: — Что тут у нас? — Да вот решили нам ЗОТИ припомнить, паника у них, — спокойно ответил Нотт. — Паника, блять! — заорал на него стоявший вблизи когревранец, достав палочку, он направил ее Ноту в лицо. Юноши, не мешкая, сделали то же самое. — Это плохая идея. Опусти ее и отойди, — спокойно сказал Виктор. — Чтобы ты как в прошлый понедельник пытал меня?! — взвизгнул когтевранец. — Ну, значит, ты уже знаешь, что будет, если ты ее не опустишь, — слизеринец улыбнулся, он видел краем глаза, как одногруппники начали вставать на его сторону. Древко в руке противника дрогнуло.       «Все как на уроке прям – слизеринцы с одной стороны, когтевранцы с другой. Утренняя разминка...» Когтевранцы, все как по команде достали палочки и направили их на слизеринцев. Со стороны противников оружие было, наготове, только у шестерых: Нотта, Малфоя, Мракса, Забини, Креба и Гойла. Все остальные решили побыть зрителями. — Драко, милый, не надо, — взмолилась Паркинсон. — Заткнись и отойди, если вы не опустите палочки, я сниму с каждого по двадцать баллов! – прошипел Малфой, но когтевранцов это не остановило.       Виктор и Драко переглянулись, кивнув друг другу головами, этого жеста было достаточно: «Протего Максима!», реакция других слизеринцев не заставила ждать. Когтевранцы, не ожидавшие столь резкой атаки, не успели вставить защиту, их мгновенно откинуло к стене. — Экспеллиармус! — в один голос сказали слизеринцы, и палочки когтевранцев взмыли в воздух, разлетаясь в разные стороны.       Одной из первых поднялась Майя, на ходу хватая свою палочку, которая так и висела в воздухе. Она подлетела к парням. — Да как вы смеете! — раздраженно говорила она, синие глаза зло блестели, волосы распустились из тугого хвоста и свободно спадали на плечи, мантия была расстегнута, открывая вид на форменный галстук, шелковую полупрозрачную рубашку, черную обтягивающею юбку длиной чуть ниже колена. Майя подлетела к Виктору, направляя палочку ему в грудь, с презрением смотря в его глаза. «Ты, кусок напыщенного говна, поднявшегося за счет Темного Лорда, не стоишь ничего! Не видеть тебя и не общаться с тобой было бы наградой для меня. Без своего рода ты никто, и душонка у тебя такая же прогнившая, как и все твое «чистейшее семейство». — Виктор, ну чтоб тебя... блин, почему на меня не нападают такие куколки?! — стоявший рядом Малфой смачно присвистнул, жадно рассматривая фигуру девушки. — Я снимаю двадцать баллов с каждого когтевранца седьмого курса, не переживая куколка к тебе это не относиться, — Майя не опуская палочки, с презрением посмотрела на Малфоя.       Виктор в один шаг приблизился к девушке. Оружие когтевранки уперлась в грудь парню, от чего девушка была вынуждена согнуть руку в локте, позволяя тем самым приблизиться к ней. Давно она не стояла к нему так близко вот так, смотря глаза в глаза. «А он стал выше, сколько, наверное, дюймов пять, шесть... мерзкий...» — Чего ты добиваешься? Предательница. Хочешь отведать Круцио? Ты же не испытала это на прошлом занятии, — вглядываясь в ее глаза, зло прошипел Виктор, он видел, как ее зрачки на секунду расширились. — Брысь отсюда!       «Решила поиграть со мной, блядь, ну давай...» Но девушка не шелохнулась. Виктор поднял палочку, направляя ее в горло Майе, ухмыляясь, сказал: «Я вижу тебя насквозь. Все твои мысли... А может, Империо?» «А потом посмотрим, на что хватит моей фантазии...» — Виктор, ну что ты, видишь, все уже расходятся. Давай, разойдитесь вы уже, с э~э... мисс... Фоули? — Теодор положил руку на плечо Виктора, пытаясь оторвать его от разглядывания девушки. Майя же сделала пару шагов назад, все еще держа палочку наготове, продолжая с ненавистью смотреть на юношу, на что Виктор лишь хищно улыбнулся, переведя взгляд на фигуру девушки.       «Мм, какая интересная рубашка... а размер второй или третий? Талия, бедра, ноги... интересно, как ты смотришься без всего этого? Отменно... наверное... блять... блять... отвратительно, это же Фоули, и кто ж знал, что она вырастет в такую... предательницу.» — Виктор, а ты нас не познакомишь? — надменно, но вежливо спросил Драко. — С предательницей крови? Ты серьезно? — приподняв бровь, просил юноша. — А, да, как я мог забыть, ты же любишь «экзотику»... полукровки... предатели, — Виктор выплюнул последнее слово, его передернуло. — М~м, значит мы чистокровные, — задумчиво протянул блондин. — А я забыл, что ты у нас, по чистокровным, — он строил недовольную гримасу. — Да ну тебя.       Двери класса открылись, приглашая студентов внутрь класса. Руны прошли как всегда ужасно скучно, Виктора не спрашивали, и сидел он на удивление тихо, думая о прошлых выходных и планах на сегодня. Субботу он спал. Воскресенье провел в Выручай-комнате, думая о дементорах и Азкабане, что жутко злило, не думать об это не получалось. Комната любезно предоставляла ему манекены и другие предметы для выпускания пара. Сегодня он решил после занятий пойти в библиотеку. — Чего ты такой тихий? — с недоверием посмотрев на Виктора, спросил Тео на обеде, от души накладывая себе картошки и бифштекс. – Ты что задумал? — Ради Мерлина, Тео. Я могу подумать спокойно? — раздраженно ответил слизеринец. Теодор так же сделал недовольное, полное подозрений лицо и отвернулся к своей тарелке.       «Может, стоит ему рассказать? Он может что-нибудь знать. Или подождать и оставить это на крайний случай? Крайний случай... определенно.» Виктор встал из-за стола, на ходу допивая сок. — Эй, ты куда собрался? — возмущенно заорал Тео. — Вечером... — бросил в след юноша.       Он вылетел из большого зала, по дороге расталкивая третьекурсников. Те недовольно оборачивались, но, увидев, кто прошел мимо, быстро опускали головы и шли дальше. Дойдя дошкольной библиотеки, он осмотрел помещение в поисках всевидящего библиотекаря. Увидев старушку за своим массивным столом, изготовленным, наверное, пару веков назад, он тихо скользнул за угол, скрывшись от нее в коридорах библиотеки. Пройдя несколько гигантских стеллажей, до упора заставленных книгами и аккуратно свернутых свитков с педантичной расстановкой по алфавиту и принадлежности к предмету, Виктор приблизился к двери с табличкой «Вход только с разрешения директора». Недолго думая, парень неслышно проник внутрь, остановился и осмотрел помещение. «Закрытая секция... осмотримся...»       Потайные коридоры секции с невообразимым количеством старых кожаных книг, намертво закрепленных зачарованными цепями. На первом курсе рассказы об этом месте и его тайны старших студентов по факультету заставляли дрожать от ужаса. О каких только темных и кровавых делах тут ни писалось... Юноша внимательно читал корешок каждой книги, ища нужные: магические существа, темные магические сущности, защита от магических существ, ритуалы защиты от сущностей магического мира и т.д. Набрав книг двадцать, тридцать и, изрядно помучившись с цепями на некоторых из них, он сел в самый темный, дальний от входа угол, спрятавшись за книгами, приступил к их изучению.       До урока оставалось еще десять минут, и он уже успел пролистать два достаточно объемных издания. Лучший совет из них можно было вынести – если встретите вампира, бейте его огнем, если оборотня – Авадой, если дементора – Патронус или бегите. Глубоко вздохнув, Виктор тихо позвал: «Тэни». — Что желает господин? — домашний эльф появился с тихим хлопком, это был персональный слуга Виктора, истощенное тело замотанное грязным полотенцем, домовик согнулся наклоняя голову к полу касаясь огромными ушами каменной поверхности. — Отправь все эти книги в мою комнату и спрячь в чемодан под кроватью, и еще, принеси мне все книги из поместья на ту же тему. Иди, — спокойно ответил Виктор. — Как прикажете, хозяин, — домовик поднял на господина глаза-блюдца, полные ужаса, щелкнул длинными пальцами и исчез вместе с книгами, оставляя пустой стол и юношу, склонившегося над ним.       Урок начался ровно по расписанию. Преподаватель ворвался в кабинет, с громким стуком распахнув дверь, и сурово наказал всех, кто вошел в класс после него. Немногочисленные картины на стенах вздрогнули и попрятались, предчувствуя «тяжелый» урок. Наказания не избежали даже «святые» слизеринцы: Петир стал одним из первых испытуемых наравне с когтевранцем.       «Ну, уж сопротивляться Империо меня учили. Тут я смогу за себя постоять», — Майя поправила рукава рубашки и спокойно уселась за парту. Этот урок показался ей не столь опасным, как все предыдущие ЗОТИ, но многие ее сокурсники напряглись.       Студенты обоих факультетов не отличались оригинальностью. Попеременно находясь под действием заклятия, они ели свои галстуки, признавались в своих тайнах, целовали туфли своего «хозяина». Кто-то даже вскочил на подоконник одного из высоких классных окон и обматывался черными бархатными шторами, провозглашая всех его рабами, а себя министром магии. Преподаватель, мистер Амикус Кэрроу, неприятного вида мужчина с горбатым носом, сутулыми плечами и тяжелым взглядом, никак не ограничивал вольности студентов, поэтому с каждым разом «задания» становились изощреннее. Особенно на этом поприще разыгралась фантазия именно у слизеринцев. Как ни странно, на уроке даже когтевранцы спокойно практиковали это запрещенное заклятие, видимо, натерпевшись издевательств. Майя даже боялась представить, как проходят эти занятия у Пуффендуя с Гриффиндором. Их просто невозможно представить, направив в стороны друг друга палочки с криками «Империо!». На этом уроке хотя бы присутствовал эффект мести, что сглаживало совесть ее сокурсников. Так как класс был достаточных размеров, а парты были слегка отодвинуты вглубь, работали по три пары. Амикус Керроу был в роли куратора и прерывал тренировку лишь тогда, когда время истекало, либо подчиняющий ученик в своих заданиях совсем преступал границы приличий. Майя лишь успела стать одной из нападавших и заставила одного из слизеринцев смачно ударить свою сокурсницу по пятой точке. Ей это показалось забавным. Да и вообще, это слишком серьезное заклинание, чтобы относиться к нему столь халатно: сколько пожирателей «отмазались» от Акабана, оправдываясь тем, что находились под Империо.       Виктор опоздал на ЗОТИ. Тихо зайдя в кабинет без стука, он направился к первой парте. Сев за нее, он просто принялся наблюдать за всеми выходками, что происходили в классе. — Мистер Мракс, вы все-таки, пришли! А я уже думал позвать за вами. Мы проходим Империо, — на удивление вежливо сказал Амикус, жестом указывая палочкой на творившийся в классе хаос. — Ваша очередь, Мистер Малфой. Кого вы выберите? — настойчиво добавил он, обращаясь уже к Драко.       «Как интересно, у нас есть право выбора...» — Виктор ухмыльнулся, Драко стоял к нему спиной и вальяжно поворачивал головой в поисках жертвы. — Ты! Мисс Фоули, — сказал он уверенно. Виктор видел, как девушка поднялась из-за стола и вышла в зал, встав напротив Малфоя, прожигая того взглядом полным презрения. «Что ж, хвалебный приспешник, посмотрим, на что способен твой Империо. Ты же знаешь, что подчинить это заклятие можно только сильной волей, но и подавить так же. Кто же из нас сильнее?». Виктор ухмыльнулся, увидев надменный взгляд Майи, и незаметно направил палочку в ее сторону. В его голове зародилась хитрая идея. Драко, все еще стоявший к нему спиной, ничего не увидел, как и остальные. «Что же ты будешь делать? Предательница...» — Империо! — направив палочку на девушку, уверенно произнес Малфой.       Майя была напряжена. Она пыталась морально подготовить себя к сильной атаке, сверля Драко напряженным взглядом. «Чтоб ты, хорек, провалился... Ублюдок, мать твою!» — думала она, стоя напротив него в ожидании. Вот он направляет палочку, произносит заклятье и... ничего. Она уже когда-то находилась под Империусом, когда ее в детстве обучали противодействию. Мать настояла на этих уроках с частным учителем, хотя отец верил в светлое будущее и не видел смысла в занятиях. «Как бы я хотела, чтобы он оказался прав...» В голове на всю жизнь въелись воспоминания, когда твое тело тебя не слушается, а ум затуманен, как будто ты спишь. Чувствуешь себя марионеткой в чужих руках, и одновременно в тебе существует два ощущения: неприятное, от того, что как будто за каждый твой нерв дергают невидимые нити и радостное, что, наконец, тебе не надо ни о чем думать – тот, кто выше тебя, все решит сам. А тут ничего! Она с недоверием посмотрела на Малфоя. — Распусти волосы! Тебе жарко! — настойчиво произнес голос Малфоя, но ее тело полностью ее слушалось.       «Что происходит? Он не может быть настолько, слаб», — подумала девушка, она медлила. — Быстро, я сказал! Распускай волосы! — более громко все тот же голос Малфоя, но уже звучавший в ее голове. Майя посмотрела в его глаза – в них блестел злой, похотливый огонек, ей стало мерзко.       «Что ж, подыграю тебе, потешу твое ущемленное самолюбие, наследник дома Малфоев, ха. Видимо, развлекался со шлюшками вместо занятий. Посмотрим, что ты еще придумаешь...» Девушка медленно сняла резинку и демонстративно взмахнула русыми волосами, которые мягкими волнами спали на плечи. Драко удовлетворенно улыбнулся. — Раздевайся! Медленно... — приказал голос Малфоя в голове. «А озвучить не осмелился? А? Герой недоделанный!» — Майя хотела заорать на него, поражаясь такой наглости, но лишь приоткрыла рот, как немая рыба. — «Я не могу говорить! Кто это сделал?» — она начала незаметно осматривать ближайших к ней учеников. Палочки у всех были опущены, и они с нескрываемым любопытством смотрели на них с Драко. Но тут она заметила Виктора, сидящего на первой парте прямо за спиной Малфоя, и все встало на свои места. Парень неспешно крутил тонкое древко палочки в руках. Хищно улыбаясь, высокомерно вскинув подбородок, он смотрел девушке прямо в глаза. «Ах ты! Ты! Р~р, тебе это с рук не сойдет, Мракс.» Негодование Майи превысило все границы. Она понимала, что против его заклятий она вряд ли что-то сможет сделать – уж слишком разные были их силы. И это не могло ее не бесить! Еще в детстве он был сильнее ее во многих заклинаниях и с возрастом ничего не изменилось. А даже ухудшилось: с каждым годом его искусство владения волшебством все росло. — Раздевайся, — она услышала приказ, произнесенный мужским голосом.       Не прерывая зрительного контакта с Виктором, Майя стала медленно расстегивать каждую пуговицу на мантии. Сняв ее, она откинула темную ткань в сторону и сощурилась, пытаясь прочесть эмоции Виктора. Фигура Малфоя же смешалась с толпой, так как не с ним сейчас у Майи был «смертельный» бой. В силе она слишком уступала Мраксу, так что ее попытки вырваться из-под Империо этого парня стремились к нулю. Виктор откинулся назад, явно наслаждаясь представлением, его интерес все возрастал. Щеки девушки непроизвольно заалели, когда ей приказали расстегивать пуговицы рубашки, обнажая белое кружевное белье и плоский подтянутый живот. — Хватит. Опусти руки. Дыши ровно. Сделай шаг назад, — уверенный спокойный мужской голос приказал ей. Ее тело повторило все именно так, как этого и хотел Виктор. Он использовал не полное подчинение, контролируя лишь ее тело, не затрагивая ее мыслительных процессов, о чем она сейчас очень жалела. «Ты ж, чтоб тебя! Раздел меня перед всеми! Ну, ничего, я не покажу, что мне стыдно, ты не увидишь этого, и не надейся, Виктор!» — Майя слышала похотливый свист, но не могла ни чего сказать или сделать. «Виктор. Блин. Что б тебя! Хренов Мракс», — она все же опустила глаза, было жутко слышать его голос в голове, понимая, что с каждой минутой его подчинение будто растекается по всему телу, подчиняя каждую связку нервов. Кажется, еще несколько минут, и ты сделаешь все, что он скажет. — Мистер Малфой, довольно! — прикрикнул Амикус.       Драко, до этого жадно пожирая взглядом грудь девушки, недовольно повернулся к профессору. Виктор понял намек и моментально снял заклятие. Тело Майи пробрала дрожь – слишком уж сильным было ее напряжения от, к сожалению, безуспешных попыток выстроить стену защиты против Империуса Мраксов. — Следующим будет Гойл! — приказал Керроу.       Одна из когтевранок подняла с пола мантию Майи, накинула ее на плечи девушки и отвела в толпу сокурсников. Постепенно, начиная с кончиков пальцев рук, ощущения контроля тела начали возвращаться к Майе, и она смогла привести свой внешний вид в порядок. Но с мыслями все было намного сложнее. Какими только словами она не обозвала Виктора, пытаясь дрожащими пальцами застегнуть каждую пуговицу. «Если бы мог сейчас прочитать мои мысли! Надо же, достопочтенный Мракс сжалился надо мной и применил недостаточный Империус! И что же теперь? Я должна на коленях ползать и целовать его ноги! Засранец! Сочтемся еще, обещаю!»       До конца урока находящиеся под Империо студенты прыгали, пели, катались по полу, пытались взлететь и т.д. Все это время Виктор так и сидел, наблюдая за происходящим, а Майя предпочла стоять у стены в конце класса, размышляя чтобы, сделала с этим «слизняком», если бы ей выпала возможность применить Империо. Как бы сейчас был бы на нее зол ее отец, узнав о том, что она собиралась сделать с человеком, применив непростительное заклятие. «Эх, папа, если бы мир был таким, каким ты хочешь его видеть...»       Как только прозвенел звонок, в толпе сокурсников она незаметно выскользнула из класса. Но не тут-то было, уже в коридоре кто-то схватил ее за руку и потащил за ближайшую статую. Ожидая, что это будет Малфой, она попыталась выкрутить руку и увернуться, но юноша был явно сильнее ее. Он впечатал девушки в стену, скрытую от глаз за силуэтом изваяния, от чего она растерялась и, уже доставая палочку, посмотрела вверх. «Виктор!» — Отпусти меня! Ты, мерзкий, похотливый... не смей так нагло хватать меня, — зашипела девушка, стараясь не привлечь внимания. Лишняя шумиха здесь была совершенно ни к чему после всего, что произошло в классе. — Тшш, что не нравится? Ты ведь мне кое-что должна, — спокойно ответил парень, прижимая девушку к стене. — Я? Тебе?!Да никогда! Зря стараешься, — прыснула в ответ Майя, пытаясь выскользнуть. Виктор обнял девушку за талию, приподнимая ее лицо за подбородок, вглядываясь в ее полные ненависти глаза, утопая в них. Майя ощутила его теплое дыхание на своем лице. Смотря в его карие глаза, она замерла на мгновенье. Вздохнула, казалось, что легкие наполняюсь его запахом, на удивление, таким теплым, обволакивающим, жгучим. Запах кофе и ветивера. Нужно же было ей это отметить, да и в такой неподходящий момент. «Майя, что это с тобой?!» Ей стало так спокойно, лишь на мгновение она прикрыла глаза, выдыхая. — Ты мне должна. И ты заплатишь, — он прошептал это ей на ухо, чуть коснувшись губами мочки. Ее пробрало, мурашки пробежали по ее спине, казалось, все волосы на затылке встали дыбом. Но быстро выйдя из оцепенения, она резко увернулась. Он не удерживал ее, и Майя побежала по коридору, удаляясь от злосчастного кабинета и слизеринца. — Стой. Повернись, — снова его голос в ее голове, и Майя вынуждена повернуться и посмотреть на него. Внутри все сжалось от беспомощности, все произошло слишком быстро, ее тело еще не успело восстановиться после прошлой сильной атаки. Виктор неспешно приближался к ней, как кот: вальяжно, зная, что его жертва смирно ждет. — Скажи «Я согласна. Я должна. Я обещаю отдать долг.» — Я согласна. Я должна. Я обещаю отдать долг, — Майя говорит, но голос как будто не ее, такой неестественной, ровный, спокойный, равнодушный. Она смотрела на него, как он приблизился к ней и прошел мимо. Майя чувствовала, как непростительное заклятие снова отпустило ее, и, резко повернувшись, крикнула ему вслед: — Не прощу тебя, чертов Мракс!       Дойдя до гостиной, девушка устало повалилась в темно-синее велюровое кресло с клетчатой подушкой. Со всей этой суетой она почти забыла о проблемах и злосчастном письме от папы, сейчас лежащем во вкладке одного из учебников по прорицанию. Она как будто специально медлила и откладывала тот момент, когда останется одна и сможет его прочесть. Но сейчас уже все предлоги отложить это были исчерпаны, поэтому она дотянулась до сумки и тяжелая книга с папочкиным письмом смачно ударилась о резной журнальный стол. Рядом с креслом уютно горел камин, прогревающий до костей и даря ощущения защищенности и спокойствия. «Эх, как обманчиво это чувство.» Глубоко вздохнув, Майя развернула бумажные листы, с гербом рода Фоули:       «Дорогая дочка! Ты уже достаточно взрослая, чтобы понять это! Так сложились обстоятельства, что моей персоне не следует быть в нашем фамильном доме – они просто не понимают моих амбиций! Я должен изменить мир, а для этого я должен отбросить все... Ты у меня очень умная, вся в мать и в бабушку. Продолжай путь рода, береги дом и традиции. А папа поплатился за смелые высказывания и высоко поднятую голову! Но это еще не конец, просто на время смуты мне следует укрыться там, где они нас не найдут. Я поступаю так, только потому, что знаю – ты под защитой. Люблю тебя.»       «Ну вот, Майя, ты не узнала ничего нового! Просто еще одно письмо твоего бесхребетного отца... Где моя фляжка?»       За окном уже был поздний вечер. Сквозь плотные шторы еле проступал тусклый свет заходящего солнца. В пустынной гостиной около камина на кресле, развалившись, сидела девушка и большими глотками выпивала содержимое серебристой фляжки, а в затухающем огне догорали листы пергамента.       Идя в сторону факультетской гостиной, Виктор думал: «Как же я раньше не подумал, она и правда чистокровная, род чист, только ее отец спит с магловской сукой. Она может стать не плохим прикрытием в случае чего... и ее бабка живет в Америке и входит в международный магический совет. Можно ее использовать... Фоули... Фоули... нужно надавить на нее... «Не прощу тебя»... простишь ,еще и прибавки попросишь...»       Ухмыльнувшись, юноша открыл дверь своей комнаты. Теодор сидел за своим столом поглощенный домашним заданием по рунам, сегодня его опять отчитали. Виктор взмахнул палочкой, сундук из-под его кровати выдвинулся, открываясь, на кровать полетело немалое количество книг, в одной стопке были книги из школы, в другой – из поместья. — Ого, ты что, стал ботаном или впариваешь кому-то антиквариат? — Тео подошел к кровати и взял в руки лежавшую сверху книгу. — Темные сущности. Ритуалы, — прочитал он вслух. — Это что? Ты решил стать вампиром, что ли? — Тео, пораскинь мозгами, и может, сам додумаешь, что к чему, — Виктор многозначно посмотрел на друга. — Только, если все-таки, дойдет, что к чему. Ты сильно не распространяйся, — пододвинув стул к кровати, он взял ближайшую к нему книгу, приступив к чтению. «Дементор – одно из самых отвратительных созданий, населяющих магический мир. Они наводняют самые темные, самые омерзительные места.» «Ну кто б сомневался... прям как слизеринцы... вроде же была легенда о том, что это Салазар призвал их....»       Виктор читал достаточно быстро, и уже через пару часов половина одной стопки была изучая. Он откинулся на спинку стула потира глаза, переваривая прочитанное. «Все по-старому, Патронус, на десерт шоколадка... хотя, нет, было что-то еще...» — Виктор схватил с пола уже прочитанную книгу, быстро перебирая страницы длинными, жилистыми пальцами. «Вот оно: «...использование оклюменции в некоторых случаях помогает избежать влияния сущности, но не длительно, для длительного избегания влияния маг должен обладать сильным внутренним контролем и не должен испытывать чувств в момент контакта, только инстинкты...» юноша кинул книгу обратно в стопку прочитанного.       «И как это, блять... без чувств... человек же чувствует... м~м...» — голова гудела. Левитировав непрочитанное обратно в сундук и спрятав его под кровать, он лег на нее, закрыв глаза: «Тэни.» Домовик появился в комнате с характерным хлопком, от чего Тео, сидящий за столом, вздрогнул и чертыхнулся. Он уже успел сходить на ужин и вернуться. — Чего желает хозяин? — спросил эльф. — Книги на полу убери их, — сказал Виктор, скидывая туфли на пол, стягивая галстук, расстегивая рубашку. Эльф исчез. — Виктор, меня тот домовик... напрягает... ты вызываешь его по каждому поводу, — Тео ухмыльнулся, направляясь к кровати, он наклонился к прикроватной тумбочке, доставая из нее бутылку и два бокала. — Пей, — он протянул рокс, наполненный янтарной жидкостью. Виктор сел на кровать, скинул рубашку, взял бокал и осушил его залпом. — С чего ты решил изучать дементеров? — уже серьезно посмотрел брюнет на полуобнаженного Виктора. — Тебе не понравиться с ними целоваться. — Заткнись, — юноша протянул пустой рокс, требуя еще, Тео послушно налил, почти полный бокал. — Что, думаешь, ты целуешься лучше? — Виктор ухмыльнулся, разглядывая блестящую в свете ламп жидкость, сделав глоток. — Как не испытывать чувства? Как спрятать не только мысли, но и эмоции... — Ого! Да ты серьезно! Ты псих... все люди чувствуют, даже те, кто скрывают это... как ты думаешь, Том может прятать мысли и эмоции от дементеров, если да, то ты прячешь свои мысли от него, значит, сможешь и от дементора... ведь так? — спросил Теодор, не сводя серьезного взгляда в юноши. — Я помогу, чем смогу, ты же знаешь, — уверено сказал брюнет. — Да знаю. Но эта война это только начало для нас. И не уйти... не спрятаться... только бороться. Для нас даже надежды нет, мы либо будем пешками Тома, или Азкабан... скольких ты уже убил, а пытал? — Виктор еще раз посмотрел на огнивиски и выпил все содержимое стакана, несколькими большими глотками. А сколько убил Виктор? Он перестал считать после десятой жертвы, даже лица первой жертвы уже не помнил, а способы убийства... изощренные, мягко сказать...       «Семейное наследие Мраксов. Либо ты, либо тебя... другого не дано... выжить любой ценой... и получить все...» — Убил четырех, пытал, не знаю... много... да ладно тебе, взбодрись, давай девчонок позовем, — Тео явно угнетали такие разговоры. — Напомни, как звали твою бывшую? — улыбнувшись, спросил Виктор. — Хлоя, а что? — с недоверием спросил Тео. — Ты на слизеринок вообще не смотришь? — Ну нет, смотрю. Просто с ними все сложно... как-то, а тут пуффендуйка, просто секс... — Блять, Тео, — Виктор поперхнулся, допивая третий бокал. — Пуффендуйка... блять, да ладно... Я пойду, прогуляюсь, поищу себе просто секса, — сказал Виктор, накидывая и застегивая рубашку, его немного шатало от выпитого. — Удачи тебе, — подняв вверх бокал, а затем, выпив его, бросил Тео. — Я спать.       Юноша незаметно взял яблоко и выскользнул из гостиной, наполненной по углам студентами, в коридор подземелья. Прохладный воздух, наполненный сыростью, бодрил, приветливая темнота обволакивала его, пряча в своих объятьях. До комендантского часа оставалось полчаса, студенты спешили разойтись по гостиным. Виктор бродил по подземелью. Доев фрукт и выкинув огрызок в ближайшую нишу, он приблизился к кабинету зельеварения, прислушался. В классе кто-то копошился, перебирая лабораторное стекло.       «Не уж-то Северус наказал нерадивых студентов отработкой? Слизнорт же не назначает отработкок... хотя его «званые» вечера были сущим наказанием», — Виктор, направив палочку на дверь, не спеша приоткрыл ее. Внутри помещения, кто бы мог подумать, были девушка и парень, они усилено чистили пробирки, закатав рукава. «Спасибо, профессор... даже далеко ходить не пришлось...» — направив палочку на юношу. — «Империо!» — юноша чувствовал, как проникает в чужое сознание, словно змей душит волю парня, он не стал заходить в класс, оперевшись о стену возле двери, убрал палочку и руки в карманы брюк, закрыл глаза. — Урони колбу на пол. «Прости, я уберу!», иди за тряпкой в подсобку. Возьми тряпку, вернись в класс. «Пожалуйста! Не трогай, я все уберу.», собери осколки в тряпку, порежься ладонью об один осколок. Выбрось осколки в мусорное ведро, тряпку положи рядом с ним. «Прости, я порезался, я в больничное крыло.», открой дверь. Выйди из кабинета, иди к выходу из подземелья. Потом в больничное крыло, найди колдомедика.       Виктор видел, как его марионетка вышла из кабинета и ушла, скрывшись в темноте коридора. Он прекрасно знал, что парень дойдет до больничного крыла, если, конечно, не встретит дежурных. Он ухмыльнулся, входя в класс, девушка стояла лицом к двери, провожая взглядом однокурсника.       «Когтевранка, значит...» — Виктор оценивающе посмотрел на девушку. — «Симпатичная, невысокая, стройная, темноволосая... я не видел тебя на смежных занятиях, значит, младше на курс, ладно, просто секс...» — зайдя в кабинет, он стал не спеша приближаться к свой жертве.       Она же, в силу того, что лампами в кабинете были освещены всего пара столов, щурилась, пытаясь рассмотреть, того кто стоя у входа в кабинет. Свет заходящего солнца, проникая через небольшое окно под потолком, освещал алым светом шкаф с ингредиентами. Она видела только белоснежную рубашку, черные брюки... фигура не спеша двинулась в ее сторону, она рефлекторно двинулась назад... увидев, что волосы высокого мужчины сверкнули медным светом... — Мракс! Что ты тут делаешь? — возмущенно спросила девица. — Хм, проходил мимо... решил помощь... — вежливо сказал юноша. — Мне твоя помощь не нужна, я уже закончила, — девушка, обошла стол, направляясь к выходу. — Комендантский час уже начался, — спокойно бросил парень, когда девушка уже хотела обойти его, она замерла, в глазах появился страх. — Может, тебе все-таки нужна моя помощь? — Я, я не знаю... — она медлила. Студентам, кроме дежурных, назначенных директором, нельзя было ходить без сопровождения, наказывали за это Кэрроу. — Можешь побыть со мной недолго, и я провожу тебя прямо до гостиной, — уверенно прошептал Виктор, почти вплотную подойдя к девушке.       Она немного отшатнулась от него, задев угол стола. Виктор уверенно подхватил ее, при этом притягивая ее к себе за талию, воспользовавшись растерянностью девушки, другой рукой схватив ее за голову, впиваясь в ее губы своими. Она всхлипнула, выставляя руки в защитном жесте, хотела сказать что-то при этом, пользуясь ее приоткрытым ртом, юноша углубил поцелуй. Он исследовал ее, лаская ее язык своим, пока она робко не ответила ему, сильнее прижав девушку к себе, он провел рукой по ее тонкой шее, между лопаток и обратно. Руки девушки сжали рубашку парня, она держалась за него, коленки подгибались, то ли от осознания того, что она уже не убежит, а если убежит, то наказания не избежать, то ли от того, что ее прижимал к себе слизеринец, самый мерзкий из всех – Мракс... Она попыталась оттолкнуть его еще раз, укусить. Виктор почувствовал, что девушка пытается вырваться, оторвался от ее губ, наклонившись к ее уху, он шептал: «Я помогу тебе. Я думаю, ты уже знаешь цену. Тебе понравится...»       Он поцеловал мочку ее уха, покрывая поцелуями шею. Руку с талии девушки не спеша передвинул на поясницу. Другой рукой, найдя в кармане палочку и вытащив ее, направил на дверь, дерево послушно без скрипа закрылось, убрав палочку обратно. Он вернулся к шее девушки. Поцеловав ее на уровне сонной артерии, он услышал тихий сдавленный стон, сильнее проведя языком по бьющейся вене, юноша слабо укусил ее. Девушка выдохнула, непроизвольно вжавшись в парня, оцарапала короткими ногтями грудь юноши через рубашку. Виктор приподнял лицо девушки, заглядывая в глаза, зеленые, полные сомнения, страха, зарождавшегося возбуждения. Недолго думая, он посадил ее на ближайшую парту.       Виктор нагло встал между ног девушки, прижимая еще ближе к себе, вплетая свои пальцы в ее длинные волосы, оттягивая их назад. Всхлипнув, противясь боли, приоткрыв рот, она позволила себя поцеловать, второй рукой юноша обхватил девушку за ягодицу. — Пожалуйста, не надо, — проскулила брюнетка. Пытаясь сдвинуть ноги. Помогая себе руками, она сделала попытку отползти назад на парте. Это только злило Виктора.       «Ха, насмешила... Ты меня не хочешь. Да я через брюки ощущаю, что ты взмокла в нетерпении... нужно быть более благодарной, что я решил тебе помочь...» — резким движением прижимая к себе девушку, юноша зарычал, впиваясь губами в ее шею, кусая ее, ощущая вкус крови, чувствуя, как брюки становятся тесны ему, он впился в ее приоткрытые дрожащие губы. Девушка неуверенно отвечала на поцелуй.       Виктор начал раздевать ее, не спеша, наслаждаясь ее нарастающим возбуждением, паникой, страхом. Он расстегнул мантию, стянул тугой галстук, расстегивал каждую пуговицу на ее форменной блузке, провел рукой по ее небольшой упругой груди, закрытой кружевным бельем, по гладкому животу, скользнул по спине, расстегивая бюстгальтер. Девушка, отвечая на поцелуй, прикусила его нижнюю губу. Виктор оторвался от нее, облизнув выступившую каплю крови, такую кристально чистую, соленую...       «Мстишь мне, детка... хочешь по-жестче? Будет тебе жестче...» Виктор резко схватил девушку за волосы, привлекая ее к себе. Другой рукой он провел по ее бедру, дойдя до ткани трусиков, он надавил на чувствительное место костяшкой пальцев, ткань под его пальцами стала влажной. «Ну, кто бы мог подумать... что, потаскушка, хочешь меня, да...»       Отодвинув ткань, он провел по ее влагалищу пальцами. Девушка заерзала, пытаясь отодвинуться от него. Он, не церемонясь, ввел в ее влажное лоно два пальца. Она выгнулась в пояснице, вскрикнув, укусив парня за плечо, царапая его спину... Виктор медленно проникал в нее, массируя внутри, найдя большим пальцем клитор, он надавил на него, не прекращая поступательных движений. Приподнимая девушку за подбородок, он смотрел в ее глаза. Она попыталась отвернуться, юноша не позволил ей. Он наслаждался видом, как в ее глаза растет похоть, чувствовал, как его пальцы становиться влажными от соков, выходивших из нее. Девушка прикрыла глаза, откидывая голову назад, отдаваясь наступающему оргазму. Парень ощущал, как она содрогалась от каждого уверенного проникновения в нее. Растянул ширинку брюк и, достав уже до предела возбужденный член, он сначала провел по ее влажному влагалищу головкой, а потом погрузил его в нее сразу на полную длину. Девушка откинулась на парту, застонав еще громче, продолжая содрогаться под ним. Виктор навис над ней, одной рукой опираясь на парту, другой держа девушку за талию и продолжая насаживать ее на себя. «Такая миниатюрная, тугая, давно у тебя никого не было? Мы это исправим... блять, как же узко...» — Виктор рычал от нестерпимого удовольствия, вколачиваясь в девушку, уже не заботясь о том, насколько ей хорошо, хотя, судя по стонам, тому, как она выгибалась под ним, царапала его руки... Его накрыло тугой волной оргазма. Он уже хотел выйти из нее... — Еще... Виктор... — шептала когтевранка. — М~м, кто б знал, что когтевранки такие шлюшки, — прохрипел он, улыбаясь.       Он прижал девушку к себе, не выходя из нее, он сел на парту, а она оказалась сверху. Взяв девушку за ягодицы, он двигал ею. Она прижималась к нему все телом, хватаясь, комкая рубашку на спине, поцеловала его, сначала просто прикоснувшись к губам, приоткрывая рот, позволяя языку слизеринца проникать в нее. Она стонала все громче. Почувствовал, что начинает выскальзывать из нее, он повернул ее к себе спиной. От резкой смены положения и новых ощущений девушка взвизгнула. Он сильно раздвинул ее ноги, ощущая напряжение ее мышц, прижал ее к себе, держа за талию. Рукой провел сначала по влагалищу, плотно облегающему его член, зажав между двух пальцев клитор, он сильно теребил его. Девушка таяла в его руках, откинув голову ему на плечо, стонала в голос, шептала его имя... Очередной оргазм накрыл ее, она впивалась в руку, держащую ее, почти перестала дышать, извивалась, тело пробивала мелкая дрожь. Ткань на брюках юноши стала мокрой, пропитавшись ею. Он продолжал входить в нее на полную длину, быстро, что вызывало характерные звуки.       Брюнетка расслабилась, осела, растаяла. Он вышел из нее, посадив рядом на парту, ее пошатывало, взгляд затуманен. Виктор спрыгнул с парты, убрав достоинство в штаны, чертыхнулся, достав палочку, очистил их. — Пойдем, — сказал он, спокойно смотря на брюнетку. Она продолжала сидеть на парте, трясущимися пальцами пытаясь застегнуть рубашку, благо, с бюстгальтером она уже справилась. Парень направил на нее палочку, все пуговицы, галстук, мантия стали в миг такими, как до этого «маленького происшествия». — Пошли уже, — жестко бросил он ей, она лишь опустила взгляд, слезла с парты, подошла к нему на неуверенных ногах.       До гостиной Когтеврана дошли без приключений, девушка, ничего не сказав, тихо шмыгнула за портрет. Виктор дошел до своей гостиной, до комнаты, до кровати, находясь в своих мыслях, он провалился в царство Морфея.